Глава 4.
Edward.

Прошел месяц с тех пор как в моей реальности появилась Изабелла Блек. Белла. Так ее все зовут. Кроме меня.

За все это время я сказал ей едва ли пару десятков слов. Я вел себя с ней холодно и отчужденно.
Зато я все время наблюдал за ней, прислушивался к ее разговорам. Я словно пытался найти в ней недостатки, чтобы доказать самому себе, что она такая же как все, и бесился, не обнаруживая их. А еще испытывал неуместное чувство гордости за нее, когда она выходила из трудных положений, зачастую созданных мною же, или давала достойный отпор язвительным замечаниям Лорен Меллори.
Единственная с кем близко общалась в офисе Белла - Анжела Вебер. До появления Беллы Анжела была единственным юристом. Теперь Вебер займется вопросами, касающимися взаимоотношений с сотрудниками, трудовыми контрактами, а Белла – договорами с заказчиками и исполнителями. Это значит, что миссис Блек будет работать непосредственно со мной.
Анжела – хороший человек и я рад, что они подружились. Я часто видел, как они вместе выходят на ленч. Я думал, что если бы был нормальным человеком, однажды смог бы запросто присоединиться к ним…

Я использовал любой шанс, чтобы узнать Беллу. Для этого в первый же день распорядился, чтобы ей выделили соседний с моим кабинет. Для этого мне пришлось «выселить» миссис Коуп, вызвав у последней недоуменный взгляд. Но возражений не последовало и, к счастью, мне не пришлось объяснять принятое решение. Между нашими кабинетами имелась дверь. Приехав в офис раньше всех, я тайком переставил рабочий стол Беллы напротив этой двери. И попросил не закрывать ее в рабочее время. Хорошо, что девушка не спросила почему. Что бы я ответил: я хочу видеть тебя в любой момент? Я бы выглядел как псих в ее глазах.

Я довольно много узнал о ней. Например, она обожает свою дочь и подруг, прекрасно готовит, любит персики, но ненавидит персиковый сок, терпеть не может базилик. Она умная, добрая, всегда готова придти на помощь. А еще она довольно неуклюжа. Не проходило и дня, чтобы она не споткнулась или не ударилась обо что-то.

Я был благодарен сам себе за то, что принял ее; она незаменимый работник. Свою работу выполняет быстро и грамотно. На вопрос «Изабелла, вы умеете это делать?», она неизменно отвечает: «сколько у меня есть времени для этого?». А потом занимает свое рабочее место и выполняет задание. Даже если ей приходилось пропустить обеденный перерыв по моей прихоти, она ни разу не жаловалась.

По утрам она пьет черный кофе с корицей или ванилью, и в это время я стараюсь не подходить к ней… Нежный аромат ее духов смешивается с запахом специй, и мне приходится до боли сжимать кулаки, чтобы не наброситься на нее. Я представлял, как склоняюсь над ней, и мой язык слизывает капли крепкого напитка с ее горячих розовых губ, пробирается внутрь ее рта, что бы найти еще немного. Одна рука вытаскивает шпильки из ее волос, а другая проскальзывает под воротник ее рубашки… Эти мысли были недопустимы, но я не мог остановиться.

Однажды я видел, как покидая офис, она потеряла шейный платок. Вместо того, чтобы вернуть его, я спрятал свою добычу в карман. Теперь каждую ночь я засыпал, прижимая этот платок к губам, и чувствовал себя жалким.
Даже более жалким, чем Ньютон, который крутился, едва ли не повизгивая, вокруг Изабеллы как щенок, преданно заглядывая ей в глаза. И не смотря на несколько отказов, он не оставлял идею залезть к ней в постель. Мне не нужно умение читать мысли, чтобы знать, что он мечтает сделать с ней. Каждый раз, видя его похотливый взгляд, скользящий по плавным изгибам тела Изабеллы, я бесился и мечтал схватить его за тощую шею и швырнуть об стену. И я не уверен, что в один прекрасный день смогу удержаться от этого искушения.

Самым же болезненным было то, что Изабелла почти никогда не смотрела мне в лицо. Изредка я замечал ее взгляд, но лишь когда она думала, что я не вижу. Разговаривая со мной, она смотрела куда-то за мою спину, в сторону, в общем, куда угодно, только не на лицо. Черт, ей противно смотреть на мою перекошенную физиономию! Я уже и сам испытывал к себе еще большее отвращение, чем когда-либо раньше.
Глядя на себя в зеркало, каждый раз обзывал себя идиотом…

С каждым днем становилось все хуже и хуже. Я пытался разобраться в себе, понять природу чувств к Изабелле. Она удивительная, сильная и в то же время беззащитная, хрупкая. Единственная…
Единственная.
И когда эта мысль пришла мне в голову, сознание охватил обжигающий ужас.
Я люблю ее…
Лежа в своей постели в позе эмбриона, я уткнулся лицом в подушку, чтобы заглушить отчаянный крик. Как-будто мало мне было несчастий, к ним добавилась еще и безнадежная любовь!
Что теперь делать? Признаться ей?
И увидеть отвращение на ее лице… В лучшем случае. А в худшем – обвинение в сексуальных домогательствах на работе.
Нет. Я буду молчать.
Буду ли я настолько труслив, чтобы сохранить свои чувства в тайне?
Да. Буду.

Вскочив с кровати, я натянул первую попавшуюся одежду и выбежал из дома. Я бежал в хорошо знакомом мне направлении. К дому Изабеллы. Это уже стало своеобразным ритуалом. Часто, если подолгу не мог уснуть, я приходил под ее окна и просто смотрел, пока она не погасит свет в своей квартире. Иногда мне везло, и я видел, как она курит на своем балконе.
В этот раз ее окна были темны. Постояв немного, я развернул свое тело в обратную сторону.
И снова бег. Секунды – ожившие метры. Шорох опадающих листьев за спиной. Запахи. Поздний октябрь. Еще немного и деревья голыми ветками взрежут по-осеннему прозрачное небо.
Именно в это время года я особенно остро ощущал свое одиночество.

А потом произошло это.
Я работал за своим столом, периодически поглядывая через дверной проем на Изабеллу напротив меня. В какой-то момент она поднялась, прошла по своему кабинету и пропала из поля зрения. Не знаю, что заставило меня встать. Кажется, мой мозг отключился, потому что в следующий момент я бесшумно последовал за ней.
Изабелла стояла на стуле и пыталась достать какую-то папку с верхней полки шкафа. Рядом на полу лежали ее туфли. Я вздрогнул, увидев девушку, и бросился к ней. И как раз вовремя. Колесики стула поехали. Изабелла неловко покачнулась и упала в мои руки. Несколько секунд или минут я просто крепко прижимал ее легкое тело к себе. Это было так естественно и как-будто… правильно? Странно, что такое, в общем-то, невинное прикосновение приносило настоящее наслаждение. Наши лица были близко друг к другу. Недопустимо…

- Изабелла, какого черта вы делаете? Хотите свернуть себе шею? – наконец смог выдавить я.
- Мне понадобилась одна из папок с закрытыми договорами, - прошептала она, и я глубоко втянул в легкие сладкий аромат ее дыхания. Ммм… Сегодня корица…
- Вы могли бы попросить меня вам помочь.
- Не хотела вас отвлекать такой ерундой. Поставьте меня на пол.
Я был не готов отпустить ее. Еще чуть-чуть… Я посадил ее на стул, опустился перед ней на колени, взяв в одну руку ее маленькую изящную ножку. Я не смог отказать себе в удовольствии и медленно провел большим пальцем по ее ступне, затем аккуратно надел ее туфлю. Тот же процесс повторился и со второй. Только после этого я посмотрел в лицо Изабеллы. Ее глаза были закрыты. Я молча вышел из кабинета.

В тот день я понял, что не смогу больше держаться на расстоянии от нее. Мне нужно получить хоть что-то. Просто быть рядом с ней, оберегать ее. Стать ее другом. Я никогда не переступлю эти границы, не буду ждать ответных чувств, не расскажу о своих.

Я вернулся в ее кабинет, положил ей на стол папку с документами и произнес:
- Изабелла, я думаю период вашей адаптации на новом месте можно считать оконченным и я хочу, чтобы вы приступили к своим обязанностям в полном объеме. Сегодня мы вместе поедем к заказчику. В папке проект договора. Проверьте его и внесите замечания. Мы выезжаем через полтора часа.
- Конечно, мистер Каллен, - мягко улыбнулась она, не поднимая глаз.
Я так хотел услышать, как она произносит мое имя вместо официального «мистер Каллен». Поразмыслив пару секунд, я сказал:
- Думаю, будет вполне уместно, если наедине мы будем обращаться друг к другу просто по имени. Конечно, если вы не возражаете, Изабелла.
- Белла, - поправила она, - и я не возражаю, - снова полуулыбка и взгляд поверх моего плеча.
Я так и не услышал свое имя из ее уст в этот раз.

Мы возвращались со встречи в тишине. Белла легко справилась со своей задачей, и теперь в моем портфеле, брошенном на заднее сиденье автомобиля, находился подписанный договор.
Время ленча мы уже пропустили, и я решил, что это чудесная возможность пообщаться с Беллой вне офиса. Я повернул руль, сворачивая на узкую улочку. Сделав это, я заметил, что девушка развернулась в мою сторону. Бросив взгляд на ее удивленное лицо, я чуть было не рассмеялся:
- Здесь недалеко есть милый ресторанчик. Я думаю, нам стоит пообедать, прежде чем вернуться.
- Я не против, - все, что сказала она. Не разговорчивая какая.

Я припарковался и поспешил к двери моей пассажирки. Однако она опередила меня, самостоятельно покинув машину. Джентльмен во мне был уязвлен в той же степени, что и раздосадован, поскольку рассчитывал коснуться ее руки. Конечно, исключительно, чтобы помочь выйти из машины. Она не привыкла к подобному обращению? Что ж, я постараюсь это исправить.
В ресторане мы обсудили заключенную сделку, немного поболтали о работе, о сотрудниках. Ничего особенного. Я еще не решался задавать ей более личные вопросы. Для одного дня мы и так сделали серьезный шаг. Ну, не мы, конечно, а я.
Мы закончили с едой и официантка принесла счет.
- Можно я посмотрю? - попросила Белла, протягиваю руку к папке.
- Это еще зачем? – с недоумением поинтересовался я.
- Я хочу знать, сколько я должна, - Белла уже вытащила кошелек.
- Нет, Белла. Я плачу. Тебе остается только смириться с этим. Убери деньги.
Девушка скорчила недовольную рожицу и, махнув рукой в сторону туалетов, сказала:
- Я выйду.
- Давай, я буду ждать в холле.

Я расплатился и в ожидании Беллы мерил шагами холл. Входная дверь открылась и вошла пара. Мужчина и женщина. И если на мужчину я взглянул лишь мельком, то женщина привлекла мое внимание. Я вглядывался в ее лицо, не веря своим глазам.
Таня…
Она подняла на меня взгляд и несколько секунд казалась опешившей. Потом, видимо, взяла себя в руки и произнесла:
- Эдвард! Не ожидала тебя увидеть. Тем более, здесь.
- Поверь, Таня, и для меня эта встреча является сюрпризом. И не самым приятным.
- Ах, ты до сих пор бесишься, что я тебя бросила? Столько лет прошло.
- А ты окручиваешь очередного легковерного влюбленного в тебя мальчишку? – парировал я, кивая головой на ее спутника.
- Боже, сколько страсти в голосе! Ревнуешь? Не можешь забыть меня? - эти слова Таня произносила с улыбкой.
Но вдруг ее лицо приобрело ожесточенное выражение, и с презрительной усмешкой она процедила:
- Да ты посмотри на себя! Неужели ты и вправду думал, что я останусь с тобой?! Твое лицо внушает отвращение. Ни одна женщина по доброй воле не захочет просыпаться и видеть на подушке рядом с собой ЭТО!
Ее слова точными ударами попадали в цель, причиняя острую боль. Не то чтобы, ее мнение для меня имело какое-то значение, но сказанное Таней эхом повторяло мои собственные мысли.
Страх увидеть отторжение в глазах Беллы – вот что преследовало меня постоянно.
Таня права…