Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1699]
Из жизни актеров [1631]
Мини-фанфики [2720]
Кроссовер [701]
Конкурсные работы [5]
Конкурсные работы (НЦ) [1]
Свободное творчество [4858]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2403]
Все люди [15253]
Отдельные персонажи [1455]
Наши переводы [14609]
Альтернатива [9070]
СЛЭШ и НЦ [9132]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4487]
Правописание [3]
Реклама в мини-чате [2]
Горячие новости
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики

Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав март

Обсуждаемое сейчас
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Miss awesome
Бонни и компания продолжают свои похождения. Что их ждет на этот раз? Свадьба? Приключения? Увольнение? Все может быть...

Доступ разрешен
Эра новых технологий. Космос, звездная туманность Ориона. Космический корабль с земли захватывает корабль киборгов.
Недавно получившая звание космического капитана, землянка Френсис Нокс, никогда не ожидала, что ей самой предоставится случай увидеть «тех самых» киборгов, и что один из них окажется таким сексуальным...

Обреченная
Соединенные Штаты Америки. 1875 год.
Изабелла Свон стала разменной монетой в играх спившегося мужа... Что делать, когда тот, кто должен защищать, предал твое доверие? От любви до ненависти - один королевский флеш.

Её зовущая кровь
— Не уходи, Эдвард.
Ее слова и то, с какой болью она произнесла их, заставили меня опуститься на колени.
— Я здесь, Белла, — прошептал я, максимально приблизившись к ее прекрасному лицу.

В твоей власти
- Нет, остановись, - хриплый мужской голос раздался так тихо, что я, увлекая импульсами страсти, не сразу ответила. - Я не могу...
- Можешь, - простонала в ответ, разрывая и без того испорченную кофту и отбрасывая ее как можно дальше от себя. Плотнее вжалась в его тело, захрипела от новых ощущений. - Один раз... Никто не узнает... Будь со мной. Сейчас, - выдохнула прямо ему в губы.

В плену у страха
Белла - известная телеведущая. Джеймс - опасный маньяк, который положил глаз на Беллу... Кто сможет ее спасти, не испугавшись взглянуть в лицо опасности?

Детектив в дьявольской шкуре
Хлоя выстрелила в Люцифера... и тот подтвердил свою неуязвимость. Она пытается осознать, что её напарник — Дьявол. Однако странности на этом заканчиваться и не подумали... ФАНДОМ: сериал «Люцифер». МАКСИ. Статус: В ПРОЦЕССЕ.

Эсме. Затмение
После возвращения домой, жизнь относительно наладилась и тучи над нашим домом расступились. И стоило только поверить в то, что всё будет хорошо, как появилась новая опасность для нашей семьи. И на этот раз нам не только придется выступить против неведомого врага, но и сотрудничать с нашими извечными недругами ради общей цели. Чем закончится такой альянс для обоих сторон?



А вы знаете?

...вы можете стать членом элитной группы сайта с расширенными возможностями и привилегиями, подав заявку на перевод в ЭТОЙ теме? Условия вхождения в группу указаны в шапке темы.

...что, можете прорекламировать свой фанфик за баллы в слайдере на главной странице фанфикшена или баннером на форуме?
Заявки оставляем в этом разделе.

Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Что на сайте привлекает вас больше всего?
1. Тут лучший отечественный фанфикшен
2. Тут самые захватывающие переводы
3. Тут высокий уровень грамотности
4. Тут самые адекватные новости
5. Тут самые преданные друзья
6. Тут много интересных конкурсов
7. Тут много кружков/клубов по интересам
Всего ответов: 533
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички

Онлайн всего: 65
Гостей: 49
Пользователей: 16
nailia, Julia2182, lenyrija, LacosteGirl83, leser, Шелена, Rube-1, Karina9995, nel_tiby, djulya402, annapolubock, __sunset_, sofiinna4, EllisCullen, Hippi, Алеся1542


QR-код PDA-версии



Хостинг изображений



Главная » Статьи » Фанфикшн » Все люди

Folie a Deux. Глава шестнадцатая

2021-4-12
14
0
Я смотрю на столешницу, в которую встроена раковина. Кажется, что чем дольше это длится, тем темнота надвигается на меня всё больше. Но всё совсем не так. В отсутствие включенного света тьма не может увеличиваться или уменьшаться. Её количество всегда будет одинаковым. Постоянным. Неизменным. Внутри же меня она буквально повсюду. В каждой клеточке тела. В каждом атоме и его ядре. Глубокая чёрная дыра. Я еле дожила до того момента, когда распрощалась с Роуз. Джаспер с мальчиками и Элис покинули нас почти сразу же после возвращения довольных детей и их дяди из Баскин Роббинс.

Войдя в квартиру, после закрытия двери я прошла в ванную комнату, не раздеваясь. Нашла в себе силы лишь для того, чтобы снять обувь. А потом сразу же оказалась здесь. Взирающей на мужскую бритву и мужскую зубную щётку рядом со своими аналогичными принадлежностями. Не далее, как вчера я проснулась от звука, с которым плавающие головки двигались по коже, избавляясь от щетины. Эдвард брился перед работой. Несмотря на сонливость, мне не удалось устоять перед соблазном взглянуть на него в такой момент. Я стояла в дверном проёме и не сводила взгляда с мужчины всё время, пока электрический прибор чётко повторял контуры лица и верхней части шеи. На Эдварде было только полотенце. Весь облик целиком окончательно пробудил моё тело для нового дня. Прогнал последние отголоски сна. В какой-то момент незадолго до завершения процедуры Каллен перевёл взгляд на меня и лениво произнёс:

- Наслаждаешься видом, Изабелла? - вскоре бритва была отложена, после удаления пены идеально гладкое лицо открылось мне во всей красе, и не прошло сильно много минут прежде, чем я получила возможность касаться его, пока Эдвард, развязав пояс моего халата и скинув с себя мешающую ткань, брал меня прямо у стены. Чуть позже он уехал в офис, но приятное томление ввиду полученного удовольствия ещё долго сохранялось внутри меня. Неужели это был первый и последний раз, когда я видела мужчину бреющимся в моей ванной комнате?

А ведь мне так понравилось есть с ним роллы в тот день, когда он встретил меня в аэропорту после поездки в Грецию. Просто находиться в его объятиях в другие вечера, пока по телевизору шёл случайный фильм. Да, иногда в подобные моменты Эдвард отвлекался на телефон, и я знала, что он с кем-то переписывается, и чувствовала, что, скорее всего, с мальчиками, по улыбающимся движениям мужского подбородка над своей головой, но левая рука ни на мгновение не переставала меня касаться. Мы полулежали на диване, и она находила то мой живот, то ближайшее бедро, в то время как под моей спиной опускалась и поднималась могучая грудная клетка. Я и сама не отнимала ладони от согнутой в колене мужской ноги, и даже если для Эдварда что-то было слишком, он ни слова об этом не говорил. И не выдавал истинных эмоций никак иначе. Ни вдохом, ни попыткой пошевелиться и изменить положение тела, ни намерением вообще встать. Нам было хорошо, а что теперь?

Я всё ещё физически обездвижена, когда слышу скрежет ключей в замочных скважинах. Слышу его слишком рано… Или мне так только кажется из-за отсутствия часов перед глазами. Может быть, времени уже прошло более, чем достаточно. И для секса с супругой, и для того, чтобы тётя привезла детей обратно домой. Осознание, что теперь Эдварду Каллену даже не нужно звонить в мою дверь, чтобы оказаться в квартире, охватывает меня странным испугом. Что, если он не отдаст мне связку? Откажется признавать, что был со своей женой во всех смыслах, пользуясь тем, что я ушла на целый вечер?

Собравшись с силами, я выхожу в прихожую. Стоя спиной ко мне, Эдвард прижимается лбом к двери. Но, услышав шаги, поворачивается, и его голос выдаёт то, что он не ожидал меня увидеть. Думал вернуться всё-таки раньше, чем я? Чтобы гарантированно скрыть преступление?

- Изабелла. Ты уже дома, - он проводит правой рукой по волосам, и этот импульсивный жест выглядит трогательно. Содержит сожаление. Но я уверена, что если включу свет, то вины в глазах не найду даже под микроскопом. Поэтому лучше остаться в темноте. Покончить с этим во мраке. Мне не хочется видеть Эдварда Каллена во всех деталях, которые мгновенно выделит освещение. Это пошатнёт мою решимость. Обнажит всё, что я люблю, даже пытаясь заменить одну эмоцию противоположной ей.

- Да. Как дети? Ты дождался, пока они заснут? - мне не нужен ответ, как таковой. Я просто хочу услышать, каким он будет. Узнать, насколько конкретно этот человек наделён совестью в том, что касается именно меня и наших отношений. С женой она давно его оставила, это ясно, но я… я бы стала для него всем. Я чувствовала в себе, что с моей стороны всё может сложиться соответствующе. Что если им ничего не будет испорчено, то я смогу сделать его счастливым. Не изменить сложившуюся за десятилетия личность, но разобраться, как с ней сосуществовать.

- Нет. Их там не было.

- По крайней мере, теперь ты честен. Спасибо за это, - просто говорю я и указываю на комод, - верни мои ключи и можешь отправляться в отель или куда-то ещё.

Эдвард оказывается близ меня буквально мгновенно. Сжимает руки на моих предплечьях прежде, чем я успеваю что-то сделать. Да хотя бы отступить на шаг.

- Какого хрена ты говоришь? - злое дыхание заменяет мне кислород. Быстро и неотвратимо. Прикосновения опять кажутся тем, от чего невозможно отказаться. Я не должна была их допускать. Они каждый раз путают мои мысли. Делают меня желающей и нуждающейся. Мы движемся по замкнутому кругу.

- У тебя красивые и вежливые дети. А Лиам вообще чудо. Когда он прошептал своей тёте, что ему скучно, это почти влюбило меня в него. Ты чёртов лжец. Отпусти меня.

Я пытаюсь вырваться, избавиться от его рук на моём теле, но они сдавливают ткань моего пальто лишь сильнее. Переместившись на спину, вжимают меня в мужчину ещё больше. Теснее. Плотнее. Ладони упираются в одежду, в его грудь, но это не делает её дальше. Не отодвигает его прочь ни на сантиметр.

- Как бы не так, Изабелла. Ты застряла со мной. Независимо от ребёнка, - эти слова ощущаются, как обещание. Как предзнаменование того, что я проживу с Эдвардом Калленом до самого конца одного из нас. Что эти отношения и чувства абсолютно навсегда. - Думаешь, я трахнул женщину, с которой собираюсь разводиться, замаскировав всё под желание увидеть сыновей? Не я здесь лжец и манипулятор, а она. Я не без греха, но если ты, и правда, считаешь, что я способен засунуть свой член в кого-то на стороне и потом вернуться к тебе, как будто ничего не было, и продолжить с тобой с того места, на котором мы остановились, то ты никогда не сможешь полноценно мне доверять. Особенно если ты и вовсе находишься в постоянном ожидании этого. Сука.

Я заношу руку для удара, чтобы дать ему пощёчину, не собираясь просто принимать такое отношение, но он агрессивно перехватывает её, что, впрочем, не лишает меня голоса:

- Да пошёл ты, - мне больно, больно во всех смыслах. Я задыхаюсь от этого. Чувствую затруднения при совершении вдохов. То, как выдохи вырываются одышкой. Ненавижу… - Не смей говорить обо мне так.

- Да не ты сука. А жизнь. Или моя жена.

Внезапно наступает свобода. Едва Эдвард отпускает меня. Совсем и за короткое мгновение. Лишает своих касаний. Я забываю, как грубо они ощущались, в тот же миг. Всё потому, что вынуждена созерцать словно обессиленную, понурую походку. Всего два шага до мягкого пуфика, но визуально они даются мужчине так, будто к его ногам привязали гири, да ещё и обернули лодыжки цепью. Сука-жена? И сука-жизнь? Но кто или что больше сука? Или он отзывается о жизни подобным образом исключительно из-за конкретной женщины? Я не думала, что однажды услышу такое. Не от Эдварда Каллена. Его слова воспринимаются буквально до кончиков пальцев на руках и ногах.

- Что у тебя случилось? - я никогда не спрашивала об этом прямо. Всегда уклончиво и словно между делом. Пыталась обойтись без действительно значительных вопросов. Не желала реально давить. Но, может быть, здесь и кроется моя ошибка. Быть той, кто не требует, и просто ждать… Сколько таких людей вокруг него, кто чуть ли не заглядывает в рот Эдварду Каллену? Наверняка он их уже и не замечает, пока они стоят у двери кабинета или где-то ещё и покорно ожидают новых распоряжений. Я обнимаю себя и только после нахожу голос, чтобы снова заговорить. - Не сегодня, а прежде? Когда-то давно. Не знаю, несколько лет назад.

- Почему ты продолжаешь спрашивать, когда уже сделала для себя все выводы о том, чем я занимался? Я сказал тебе, что хочу тебя всю, Изабелла, и не давал ни малейшего повода усомниться во мне. Сколько ещё раз я должен это повторить, чтобы ты меня услышала и поверила?

- Если ты не касался её так… если это недоразумение, то расскажи мне всё. Позволь тебя понять, - чем сильнее я сжимаю руки вокруг тела, тем мне парадоксально становится лишь хуже. Относительная физическая лёгкость охватывает его только после совершения движения, в ходе которого сзади меня оказывается опора в виде крышки комода. Она упирается мне в поясницу и тем самым значительно поддерживает. Мне бы просто сесть, но пока я не чувствую в себе сил оказаться столь близко к Эдварду. Нет, не боюсь, однако что-то словно продолжает меня сдерживать. - Из-за чего у тебя нет третьего ребёнка, если ты хотел? Что… что именно не получилось? Ты точно не бесплоден, и вы вдвоём не могли внезапно стать совсем несовместимыми, чтобы даже лечение не дало результата, значит, проблема не в тебе.

- Разве одного моего желания достаточно? Что-то в этой жизни точно должно быть обоюдным. Не односторонним, - я чувствую зарождение тягостного выдоха даже прежде, чем Эдвард позволяет мне его услышать. Просто чувствую, и всё. Не знаю, как именно, если это бесшумный процесс, но тем не менее. В моей голове возникает мысль, что весь нынешний момент вполне может стать первым, когда столь замкнутый и окружённый самолично воздвигнутыми стенами мужчина реально разрушит хотя бы некоторые из них и пропустит меня в открывшуюся брешь. - Лукасу было восемь, а Лиаму соответственно шесть, когда однажды я словно впервые за долгие годы осмотрелся вокруг себя и реально понял, что меня окружает. Увидел свой дорогой кабинет, всю его суть, в которую были вложены немалые средства, вид из окна небоскрёба, машины и мелкие точки людей внизу, - произносит Эдвард так, будто просто зачитывает текст из книги. Или пересказывает чью-то чужую историю, не имеющую к нему никакого отношения. Либо он действительно всё пережил внутри себя, либо слишком старательно делает вид, что это более неважно. Что ему уже давно не жаль и не больно, и что у него всё в порядке. Что в душе ничего не двигается. Застыло навеки. Всё, что для меня ненормально, для Эдварда Каллена, возможно, является нормой жизни. Не подпускать значительных эмоций. Максимально избегать всего, что делает уязвимым, расстроенным и несчастным или физически больным. Вдруг я, и правда, всегда его пугала или даже продолжаю это делать. Не как женщина, а как нечто, что находится за пределами очерченной границами зоны комфорта. - Как ты тогда сказала? Дети задают темп, о спокойствии можно будет забыть, но я хочу остановиться? И я тоже захотел. Резко, но нестерпимо сильно. Эта потребность буквально прошибла меня, - в слова, наконец, проникает некий надрыв. Будто сработал какой-то датчик и сказал, что пора. Что никакой самоконтроль, сколько бы его ни существовало в теле, уже не способен это отключить и перебороть. - Мне не было мало того вечного движения в стенах собственной компании, отнюдь, но я словно кровь из носу возжелал повторить памперсы, колики, температуру и всё прочее, когда мальчики во многом только-только стали становиться теми, кто может находить себе занятие по душе самостоятельно. Казалось бы, зачем возвращаться к плачу по ночам и бессоннице, когда твоя нынешняя квартира даже не знала детских кроваток, потому что они стояли в квартире, которую тебе подарили и оплачивали родители? Я продемонстрировал себя глупцом. Мужчиной, уже обладавшим первым миллиардом и благоустроенной, стабильной жизнью, но вдруг захотевшим того, чего в его личных отношениях никогда, скорее всего, и не было, - Эдварда охватывает смех, но он… трагичный. Неправильный. Не смешной. До меня доносится звон, вероятно, моих ключей. Я представляю, как длинные пальцы перебирают связку, лишь бы хоть что-то послужило отвлечением. Я хочу отнять её. Прикоснуться к ним и очертить каждый контур, линию на коже и выпирающую косточку. - Чтобы женщина сказала ему, что любит, глядя в глаза, связанная с ним самым интимным образом, и тоже захотела принести малыша в этот мир. Чтобы мы остановились вместе. Я люблю обоих своих мальчиков совершенно одинаково и несомненной любовью, но Лукас… мы его не планировали, да и с Лиамом всё вышло как-то неожиданно, нет, мы осознавали, что не предохраняемся, но в остальном… А тут я впервые реально захотел сесть напротив своей жены и поговорить о том, что, может быть, нам стоит родить им братика или сестрёнку, пока они не стали подростками со всеми вытекающими отсюда сложностями. Я знал, мы не любим друг друга, и что былой влюблённости тоже, вероятно, нет, но это бы не стало помехой. В конце концов, мальчики тоже появились на свет не от великого чувства, за которое раньше умирали. Но Таня…

Я провожу ладонями по своему тёплому пальто. Вниз от талии по направлению к бёдрам. Хотя это движение не сильно уменьшает мой внутренний тремор. Руки подрагивают, и та же дрожь особенно обосновывается в лодыжках, в то время как первые шаги приближают меня к Эдварду. Я и сама не понимаю, каким именно образом и когда конкретно встаю перед ним на колени и прикасаюсь к его лицу. Он вздрагивает, словно этот контакт открывает застарелую рану, вызывает кровотечение из неё, и кожа на кончиках моих пальцев не может не ощущать движение лицевых мышц, отдающее… усталостью души.

- Она… отказала? - я ненавижу, что спрашиваю. И даже не знаю, зачем так поступаю. Ведь мне уже должно быть всё ясно. После намёков, которые были и прежде, и в сочетании со всеми нынешними словами. Но, может, внутри меня ещё теплится надежда на любое иное объяснение, кроме первого пришедшего на ум.

- Сказала, что с Лиамом ей пришлось тяжело, несмотря на всю помощь, и она не вынесет подобного снова. Он действительно был беспокойным ребёнком, но она фактически никогда не оставалась с ним одна. Тогда я тоже находился дома чаще прежнего. Я помню, что попытался взять Таню за руку. Попытался, но не вышло. Так же, как и остальное. Думаю, дальше всё очевидно.

Эдвард ускользает из моих объятий, оставляя меня смотреть на чуть поблёскивающие ключи. Я выпрямляюсь и вижу, как он просто стоит боком ко мне в расстёгнутом бежевом пальто. С руками, засунутыми в его карманы, и опущенной головой.

- Для меня не очевидно. Почему было просто не уйти? Я имею в виду, совсем.

- От того, что жена не хотела меня так, как мне вдруг потребовалось, я не перестал быть миллиардером, Изабелла. Когда мы женились, всё это ещё только предстояло, и неважно, что она не помогала мне подобно тебе, вся эта хрень про женщину, стоящую за каждым великим мужчиной, в последующие годы невероятно прочно въелась мне в голову. Я представил, как суд посчитает, что она заслужила половину, и, вероятно, будет прав, но главным образом подумал о детях. Хотя и деньги тоже сыграли свою роль. Нет, мне не стало хреново от мысли поделить состояние поровну, но я пришёл к выводу, что из-за него всё равно вряд ли с кем-то сближусь настолько, чтобы совершенно избавиться от меркантильных подозрений, и если так, то чего ради рушить семью, в которой у мальчиков есть оба родителя?

- Разве она не перестала существовать, возможно, даже раньше, чем ты получил отказ? Для меня это кажется просто… удобством.

- Вероятно, это оно и есть, Изабелла. Но в моём мире как-то не принято разводиться просто потому, что закончились чувства. Обычно всему предшествует скандал. Публичное разоблачение. Кто-то становится жертвой, а другой, чаще всего, конечно, мужчина, извиняется за боль, причинённую жене и детям. И только эта боль, которую он якобы ощущает, ведь перед лицом общественного порицания нельзя никак иначе, и приводит к разрыву и последующему определению судьбы совместно нажитого имущества, - Эдвард перестаёт говорить, умолкает дольше, чем на минуту, и, нуждаясь в том, чтобы так или иначе почувствовать его, я сажусь на пуфик, ещё хранящий тепло тела, и вытаскиваю руки из рукавов пальто. И в этот момент слышу то, что, может быть, и не хотела бы знать. Ни сейчас, ни в любой другой момент своей жизни. - День всех влюблённых в том году для меня закончился тем, что я трахнул одну из своих персональных ассистенток на собственном рабочем столе. Я был в подвыпившем состоянии. И, конечно, озаботиться предохранением не являлось тем, о чём я думал. После я подвёз её до дома. А наутро, проснувшись в супружеской постели, первое, что сделал, это ужаснулся. Нет, не от того, что изменил, а от того, что на том самом столе меня уже может ждать иск за домогательства. Мою голову и тело раздирало похмелье, но я вышел за дверь квартиры быстрее, чем мне успели предложить кофе. Вот как всё началось. Так я стал трахать чуть ли не всё, что движется. Потому что не нашёл никакого судебного иска. Конечно, с той женщиной я больше так не рисковал, ну, почти не рисковал, но в остальном у меня просто снесло крышу. Мне почти хреново говорить всё это тебе. Тебя ещё не тошнит от этого рассказа? - его глаза выражают столь много всего, что я не уверена в способности найти названия всем эмоциям, отображаемым в них и проникающим мне под кожу. Между злостью, наверное, на меня и желанием наконец открыться до самого конца там есть ещё и стыд, уязвимость, переживания, которые я всколыхнула, подняла со дна души, и… покорность. Немного настороженная, но больше содержащая доверие, несмотря на всё то, что я устроила. Теперь мне отвратительно внутри. Потому что в моё тело словно вселился кто-то посторонний, не оставивший и следа от той Беллы, которая чувствовала, что всегда будет на стороне Эдварда, но позволила себе перечеркнуть все те мысли и подумать худшее без всяких доказательств вины. - Я думаю, что ждал и искал тебя. Женщину, которая захочет со мной детей. Вот почему ты никогда не станешь, как Таня. Потому что у нас с тобой уже всё иначе. И я более не тот ублюдок, каким был прежде. Но ты не ответила на мой вопрос. Тебя ещё не тошнит от меня?

- От тебя нет. А в остальное время иногда подташнивает. Обычно после десяти утра. Но не ежедневно. У меня… задержка, Эдвард, - говорю я, думая о менструации, впервые не пришедшей в срок. Она всегда была регулярной, начиналась именно в тот день, когда должна, пока этот месяц всё не изменил. Представляя себе соответствующий миг, я полагала, что отправлюсь за тестами, не теряя времени, но мне… тревожно. Тревожно делать их одной. Или тревожно, что задержка это просто задержка. Вызванная гормональным сбоем или сдвигами биологических ритмов в ходе частых перелётов, всё-таки сказавшихся отрицательно, или другими патологическими изменениями в организме, вызывающими в том числе и дискомфорт после употребления пищи.

Эдвард шумно вдыхает, звук чего пробирает меня до самых костей. Мы никогда не обсуждали будущее детально. Что-то, кроме того, что хотим быть вместе и стать единой, полноценной семьёй. Иногда время бывает неподходящим. Правильное ли оно в нашей ситуации именно сейчас? Учитывая неопределённость с разводом и прочими гораздо более важными обстоятельствами, напрямую связанными с детьми?

- Прости, я не могу так. Не могу говорить об этом в темноте, не видя тебя, Изабелла.

Громкий из-за навалившейся тишины щелчок включает свет, и, ненадолго зажмурившись, чтобы привыкнуть к нему, после поднятия век я обнаруживаю Эдварда сидящим передо мной, как в каком-то фильме, главный герой которого не сводит глаз с возлюбленной и чуть ли не стоит на коленях у её ног. Готовый на всё, лишь бы она была благополучна, здорова и счастлива, в том числе и на самоотречение.

- Так лучше? - спрашиваю я, когда чувствую правую руку на своём животе, трогать который ощупывающим прикосновением столь скоро в принципе не имеет большого смысла. Но, сильная и твёрдая в своих намерениях, она… нежная. Тёплая и осторожная. Никто не дотрагивался до моего тела так собственнически и одновременно с особенным трепетом. С желанием нести, возможно, всепоглощающую ответственность уже не только за меня, но и за ещё нерожденного маленького человечка. Глупо просить о чём-то большем. Ничего подобного на ум мне и не приходит. Только не в тот момент, когда я созерцаю наполненные жизнью глаза на особенно прекрасном сейчас мужском лице и не могу вспомнить их иными.

- Намного. Как давно? Сколько дней?

- Шесть…

- Это лучшая новость за сегодняшний вечер. Он был ужасен, но это всё меняет. Я найду нам лучшего врача. Позже напишу сообщение ассистентке. Так уже утром, максимум днём мы сможем всё узнать. Как идут дела, и всё ли в порядке. И встать на учёт. А пока пойдём в кровать.

- Ещё рано.

- Мы просто немного полежим.

Под одеялом и верхней частью пижамы Эдвард прикасается к моему животу. Поглаживает его исключительно нежно и целомудренно, и соответствующие движения почти убаюкивают меня, несмотря на отсутствие намерений спать. Я чувствую ласку и безмятежность. В мужчине, в себе, в воздухе вокруг. И наконец поворачиваюсь лицом, возможно, находясь на границе чего-то переломного для нас и волнуясь до дрожи, что это может оказаться просто ложной тревогой.

- А если это ничего не значит?

- Тогда для того, чтобы однажды всё подтвердилось, у нас есть всё время мира, Изабелла. Мы продолжим работать над этим вместе.

- А если бы… она… Если бы она вдруг согласилась дать тебе то, чего ты хочешь, ты бы остался с ней в вашем доме?

- Конечно же, нет, - в мужском голосе недоумения столько же, сколько и уверенности, так что я почти жалею о том, что задала вопрос, ответ на который, возможно, мог причинить мне боль, пусть и не сделал этого. - Уже слишком поздно для того, чтобы я забыл о тебе и о том, что у нас есть и ещё будет. Ни она, ни то, что она может мне предложить, больше меня не привлекают. Поверь, я развернулся и ушёл сразу же, как только убедился в отсутствии детей в их комнатах. Я помню, как ждал их рождения и как впервые взял на руки, и как делал всё, что необходимо, но это не значит, что мы с Таней должны тянуть лямку совместного сосуществования всю оставшуюся жизнь. Может быть, мы немного поругались, но это всё.

- Прости, что, увидев мальчиков, сразу же подумала худшее, - говорю я, дотрагиваясь до внешней стороны ладони в соответствии со своими желаниями. Соприкосновение пальцев и кожи ощущается великолепно, и всё становится совсем потрясающе, как только Эдвард придвигается ближе:

- Может быть, ты ничего не могла с собой поделать. Знаешь, гормоны, и всё такое. Но не переживай, я смогу найти с ними общий язык даже в случае возникновения у тебя странных желаний и пристрастий, например, в еде.

- А каким будет порядок действий в ответ на моё нежелание, чтобы ты покидал кровать? Говорят, гормоны делают ненасытной.

- Я выдержу и это. Будь уверена, - он усмехается, смотря на меня улыбающимся взглядом, и от этого желание однажды установить, правда ли он настолько вынослив, как говорит, или всё-таки сломается, становится лишь сильнее. Но пока я просто наслаждаюсь эмоциональным единением и беспрепятственно смотрю на экран телефона Эдварда, когда он берёт его с тумбочки, чтобы прочесть сообщение после звукового оповещения.

Шестая улица, 506. Медицинская клиника в Бруклине. 11:00. Врач Маккенна Элд. Женщина, как вы и просили. Она выпустилась пять лет назад, но рекомендации и отзывы исключительно положительные. Могу ли я помочь чем-нибудь ещё?

Разве что тем, что будешь молчать об этом, чтобы данный разговор остался между нами. Я могу на тебя рассчитывать?

Как и всегда, сэр. Вы же знаете.

Знаю. Спасибо, Джессика. Завтра я буду только во второй половине дня. Перенеси мои встречи на послеобеденное время или другие дни.

Да, сэр.


- Когда ты успел ей написать?

- Пока ты чистила зубы в своей прелестной пижаме. Я представляю, как в скором времени твоя грудь начнёт выглядеть в ней ещё более соблазнительной, чем сейчас.

- А потом пижама просто лопнет на мне.

- Так ты всё-таки боишься поправиться?

- Нет, мне всё равно. Это произойдёт по лучшей из причин, - в отрицании я качаю головой почти агрессивно. Не хочу, чтобы Эдвард решил, что тогда услышал ложь из моих уст. Или что я вру ему сейчас. Его мгновенно возникшее напряжение и так бесспорно очевидно, а мне оно не нравится. Вообще-то я буквально ненавижу то, как оно сковало его тело, будто сжав в пружину, и тихо продолжаю, - перевернись на живот.

- Зачем?

- Просто перевернись.

Как только он подчиняется, я сажусь на спину Эдварда поверх поясницы и прикасаюсь к его спине медленными движениями рук. Согнутые в фалангах мужские пальцы упираются точно в мои колени, и наступающее спустя несколько минут расслабление в мышцах говорит мне о том, что, может быть, он действительно в этом нуждался. В моих словно созидающих ладонях, одинаково внимательных к каждому участку кожи, начиная с шеи и заканчивая основанием позвоночника.

- Ты делала что-то подобное для кого-нибудь прежде? - голос доносится до меня слегка приглушённым из-за нахождения губ близ простыни. Есть в нём что-то, что ранит. Делает особенно уязвимой, любящей и желающей отдать всю нежность, что только есть в теле и наполняет сердце теплом, которым хочется поделиться.

- Ревнуешь?

Я склоняюсь вниз, целуя левое плечо Эдварда. Чуть отстраняюсь, когда понимаю, что он хочет повернуться, и пользуюсь мгновениями, чтобы рассмотреть родинки, после чего оказываюсь тесно прижатой к туловищу поверх обнажённого живота. Пожалуй, ожидаю почувствовать возбуждение и сексуальную жажду, но насквозь пропитана лишь ощущением эмоциональной потребности во мне.

- Ты поняла это только сейчас?

- Нет, но ты первый и единственный. Пусть и не пойдёшь со мной завтра.

- Я пойду, - прямо и без раздумий говорит он, садясь со мной в своих объятиях, усиливающихся тут же и неконтролируемо, но я не думаю, что что-либо понимаю. Так нельзя. Потому что я не его жена, чтобы появляться с ним в социуме столь открыто и рисковать продажей информации об этом жёлтой прессе, откуда она легко распространится по всей сети и сможет достигнуть даже Форкса.

- Но вдруг тебя узнают?

- И пусть. Это частная клиника, и никто там не посмеет и рта раскрыть, если только не хочет остаться без работы. Помнишь, о чём мы говорили в Бразилии? Я пройду через всё вместе с тобой, Изабелла. Сейчас и тем более. А теперь давай ложиться. Я только выключу будильник.

Я засыпаю, ощущая движение грудной клетки за спиной в ответ на вдохи и выдохи Эдварда. Его руки обнимают соответственно мой живот и плечи, и мы словно единый организм. Синхронное дыхание, тела, повторяющие контуры друг друга, тесные объятия. Ощущение семьи… Я укореняюсь в нём на следующий день, сидя в приёмной клиники около поста администратора в ожидании, когда нас вызовут к врачу. По левую руку от меня Эдвард спокойно сжимает моё правое колено, скрытое джинсами, иногда смотря вокруг себя сканирующим обстановку взглядом, но в целом я созерцаю нервозно-дёрганый вид.

- Ты в порядке?

- Ни хрена подобного. Не стоило мне завтракать сегодня. Да ещё и эти кресла не совсем удобные, - слова сопровождаются небольшим изменением положения, в ходе которого я обхватываю касающуюся меня руку в желании успокоить. Выше и ниже локтя, так крепко, как только могу, и стискивая ткань рубашки в чёрно-белые вертикальные полоски. Лишь на манжетах они горизонтальные, а на воротнике и вовсе отсутствуют. Он однотонного чёрного цвета. Так же, как и брюки и носки, выбранные сегодня Эдвардом. - Тебя саму не тошнит? Время одиннадцатый час.

- Сегодня нет. Может быть… может быть, ты реагируешь так вместо меня. Знаю, звучит глупо…

- Нет, не глупо.

Наши взгляды встречаются, и в этот трогательный момент администратор за стойкой называет моё имя и оказывается прямо перед нами.

- Мисс Свон, я провожу вас к доктору. Следуйте, пожалуйста, за мной.

Эдвард выпрямляется даже прежде, чем девушка заканчивает фразу. Уставший сидеть на неуютном сидении или попросту нетерпеливый из-за причины, по которой мы здесь. Я же медлю, но всё-таки тоже встаю и побуждаю ноги двигаться вперёд. Он скользит рукой мне на талию, что чуть расслабляет меня, хотя и не совсем достаточно.

- Ты точно этого хочешь? Я имею в виду, пойти со мной? Слушать разные вопросы, с которых всё наверняка начнётся?

- Прекрати спрашивать о подобных вещах. Я хочу быть рядом, когда тебе это нужно, Изабелла. И даже если в какие-то моменты моё присутствие будет не совсем уместным, всё равно хочу. Давай просто зайдём в этот чёртов кабинет.

- Всё в порядке, мисс?

- Да, спасибо.

Девушка останавливается возле нужной двери и открывает её перед нами. Я переступаю порог первой, оказываясь среди обычной обстановки, в которой работают все врачи-гинекологи. Небольшой рабочий стол, два стула для посетителей перед ним, а чуть в стороне кушетка с аппаратом для проведения ультразвукового исследования. Женщина в белом халате и со светлыми волосами длиной чуть ниже плеч встаёт нам навстречу. У неё приветливый, располагающий вид, а во взгляде доброжелательность, и мне искренне хочется сосредоточиться на надежде, что профессиональные качества легко перекроют собой факт того, что передо мной блондинка.

- Изабелла Свон.

- Да, это я.

- Здравствуйте. Как я вижу, вы не одна.

- Да, это мой… Мой… - я теряюсь с ответом, не зная, как представить Эдварда, когда он для меня больше, чем возможно выразить словами, и при этом не нанести ему ущерб, если имя в сочетании с фамилией может что-то всколыхнуть в голове постороннего человека и после нашего ухода побудить его обратиться к интернету. В поиске поддержки мой взгляд невольно обращается к мужчине, но из-за того, как пристально он смотрит исключительно на врача, опускаясь на правый стул, я вижу лишь несколько угрожающий боковой профиль.

- Эдвард Каллен. Я с ней и настоятельно советую вам удовлетвориться этой информацией. Садись, Изабелла, не стой.

- Да, присаживайтесь, мисс, и рассказывайте, что вас привело в нашу клинику. Можете обращаться ко мне просто по имени. Маккенна, - женщина едва ли проникается предостережением, заключённым в словах Эдварда, хотя я не думаю, что она совсем ничего не уловила. Может быть, сосредоточенность на моём лице как раз-таки и является тем результатом, который он рассчитывал получить. Но решимость непременно поговорить с ним позже назревает внутри сама собой.

- У меня задержка. Уже неделя. Прежде менструации всегда были регулярными.

- И когда была последняя?

- В двадцатых числах августа.

- Я заведу вам электронную карточку, мисс Свон. Только ответьте мне, пожалуйста, ещё на несколько вопросов. Вы точно хотите остаться, сэр?

- Просто продолжайте.

Кивнув, Маккенна обращается к экрану компьютера перед ней и спрашивает меня о множестве разных вещей. Начиная с даты моего рождения и того, впервые ли я подозреваю у себя беременность, и известно ли мне о каких-либо своих заболеваниях, которые могли быть переданы половым путём, и заканчивая тем, насколько активной является моя соответствующая жизнь. Я отнюдь не умираю со стыда, давая ответы на эти, наверное, стандартные вопросы, но хочу как можно скорее уже оказаться на кушетке, поднять кофту и при необходимости приспустить джинсы, поэтому, когда мы наконец заканчиваем с предварительной частью, предвкушение в каждой клеточке тела настолько колоссально, что становится чуть ли не единственной моей эмоцией. Но когда датчик касается нижней части живота, первые несколько секунд я смотрю исключительно на Эдварда. Он придвигается ближе на стуле, просовывает пальцы своей правой ладони между фалангами на моей левой руке и выглядит… любящим будущим отцом. И просто любящим мужчиной, вероятно, тоже. Тем человеком, который будто бы ждал этого момента невероятно долго. Хотя если вспомнить всё сказанное, то, и правда, ждал.

- Вы что-нибудь видите? - спрашиваю я, не выдерживая затянувшейся тишины. Или тревожности, поселившейся в прикосновении Эдварда. В том, как его ноги упираются мне в боковую часть бедра. Хочется, чтобы он уже получил ответ. Настолько, что я фактически забываю, что тоже услышу его.

- Да. Посмотрите вот сюда, - Маккенна указывает на область среди чёрно-белого изображения, в котором я ничего не понимаю даже теперь и жду пояснений, - маленькое белое пятнышко внутри большого чёрного это и есть эмбрион. Ваш будущий ребёнок. Два миллиметра в длину. Сейчас малыш по размерам словно кунжутное семечко. Срок пять недель.

- Он в порядке? - Эдвард опережает меня. Задаёт соответствующий вопрос стремительнее некуда. Будто самостоятельно разобрался в моём положении, лишь взглянув на монитор, благодаря давным-давно полученному двойному опыту. Я перевожу взгляд на мужское лицо и обнаруживаю… одержимость. Иное обозначение увиденной эмоции просто не приходит мне на ум. Пятнышко… Семечко. Два миллиметра. Такой… такой кроха. Наш… Но зависящий полностью от меня. От моих жизненных сил и того, чтобы я заботилась о себе. Избегала стрессов и прочих негативных влияний окружающей среды. Как мне обезопасить свой организм, когда любому человеку крайне трудно оказаться словно в вакууме, куда ничто и никто не могут проникнуть извне?

- На столь раннем сроке невозможно судить о существовании или отсутствии патологий в развитии, но в данный момент я не наблюдаю никаких отклонений от нормы. Хотя вам, Изабелла, лучше отказаться от активного отдыха и серьёзных физических нагрузок. Пятая неделя опасна повышенной угрозой прерывания беременности.

- А что насчёт витаминов? - спрашиваю я, но не успеваю коснуться этой темы дальше, потому как Эдвард неожиданно встаёт и просто-таки требует, несмотря на отголоски вопросительной интонации, словно изначально он хотел выразиться иначе:

- Оставьте нас ненадолго.

- Конечно. Я пока подготовлю необходимые памятки с рекомендациями, а позже распечатаю вам снимок, запишу на анализы и назначу следующий приём, чтобы просмотреть их результаты.

Маккенна покидает кабинет, прежде протянув мне салфетки, чтобы вытереть живот. Я благодарю её и сажусь на кушетке, спуская ноги вниз. Тем временем за врачом закрывается дверь. Эдвард стоит в отдалении, но вскоре возвращается обратно. Ровно в тот момент, когда использованные бумажные полотенца отправляются мною в урну.

- Что-то не так? Зачем ты…

Я едва успеваю приподнять подбородок, как его обхватывают кончики пальцев, вместе с чем моё лицо овевает мягкий и тихий вздох облегчения. Горячее дыхание радости пронзает меня до самых глубин сердца, теперь бьющегося за двоих.

- Всё так. Всё… замечательно. Я уже люблю наше маленькое белое пятнышко, - к концу фразы голос почти переходит на шёпот, но я всё равно слышу в нём счастье. Подтверждающую его улыбку. Вижу блеск в глазах. Пальцы поглаживают мою левую щеку, и я решительно подаюсь вперёд, пока не оказываюсь на коленях Эдварда прижатой к твёрдости его груди. Когда моя правая рука обхватывает заднюю часть его шеи, это ощущается словно рай.


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/37-38506-1
Категория: Все люди | Добавил: vsthem (21.01.2021) | Автор: vsthem
Просмотров: 1186 | Комментарии: 16


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Всего комментариев: 16
1
15 Concertina   (23.01.2021 21:13) [Материал]
"Я уже люблю наше маленькое белое пятнышко" - какая прелесть! smile
Спасибо за отличную главу!

1
16 vsthem   (23.01.2021 21:40) [Материал]
Цитата Concertina ()
"Я уже люблю наше маленькое белое пятнышко" - какая прелесть!

Да, Эдвард просто душка happy Большое спасибо за приятные слова!

0
7 ♥Ianomania♥   (23.01.2021 11:28) [Материал]
Огромное спасибо за прекрасную главу!

0
14 vsthem   (23.01.2021 13:01) [Материал]
Очень рада, что всё понравилось!

0
6 Dark_Paradise   (23.01.2021 00:09) [Материал]
Спасибо за продолжение!

0
13 vsthem   (23.01.2021 13:01) [Материал]
На здоровье!

1
5 olya-belkoba   (22.01.2021 21:01) [Материал]
Ожидание того стоило, спасибо большое за продолжение.

0
12 vsthem   (23.01.2021 13:00) [Материал]
Всегда пожалуйста!

0
4 Танюш8883   (22.01.2021 19:25) [Материал]
Ну и хорошо) Может быть вторая попытка Эдварда будет более удачной. Спасибо за главу)

0
11 vsthem   (23.01.2021 13:00) [Материал]
Спасибо за внимание к истории!

0
3 polina_che   (22.01.2021 10:40) [Материал]
Ожидание стоило того, глава шикарная! Какой Эдвард мужчина, я растеклась лужицей, когда читала...
Почему-то есть ощущение, что поход в клинику не останется тайной для всех. Но не знаю, детектив я такая себе
Спасибо за продолжение!

0
10 vsthem   (23.01.2021 13:00) [Материал]
Цитата polina_che ()
Ожидание стоило того, глава шикарная!

Спасибо огромное! Я старалась smile
Цитата polina_che ()
Почему-то есть ощущение, что поход в клинику не останется тайной для всех.

Поживём, увидим.
Цитата polina_che ()
Спасибо за продолжение!

Сердечно благодарю за комментарий!

0
2 EmilyStrange   (22.01.2021 04:10) [Материал]
Напряжение в начале главы плавно перешло в счастье)) Просто прекрасно! В ожидании продолжения smile

0
9 vsthem   (23.01.2021 12:57) [Материал]
Цитата EmilyStrange ()
Просто прекрасно!

И я так считаю.
Цитата EmilyStrange ()
В ожидании продолжения

Как только, так сразу. Спасибо, что читаете! smile

1
1 Endorphin   (22.01.2021 00:37) [Материал]
Эдвард, женись на мне...)))

0
8 vsthem   (23.01.2021 12:55) [Материал]
Если он и женится на ком-то, то только на Белле happy