2026-8-28

16

0

0

Сначала она уставилась в потолок, жадно глотая воздух. Я мог понять, что все в новинку для нее. Она больше не видела, не слышала и не чувствовала так, как раньше, но ожидание было слишком долгим и мучительным для меня.
Она ненавидит меня? Может поэтому она не говорит?
Я сжал ее руку. Зря, поскольку Белла отбегает к стене и приседает. О, конечно! Я слишком глуп. Температура была неправильной, и это, должно быть, напугало ее. Я обрадовался, когда она изменила свое положение.
Я поднял руку для Эммета и Джаспера, которые пришли со мной, и каждый сделал шаг назад. Белла, казалось, этого даже не заметила. Ее взгляд изучал мое лицо, а я смотрел в ее глаза. Они были красными, но все такими же глубокими. Каждое чувство отражалось в них. Удивление и шок.
Я медленно обошел стол, моя рука была протянута - я собирался поймать ее.
- Белла? – спросил я спокойно, хотя вовсе не такие чувства бушевали у меня внутри.
Она ненавидит меня - не было никакого другого объяснения.
Она смотрела на меня с большим удивлением, но молчала. Я надеялся, что удивление было от того, что она слышала мой голос теперь совсем по-другому. Я не хотел верить, что она была удивлена тем, что я вообще заговорил с ней, после того, что сделал.
- Белла, любимая? Я сожалею, и знаю, что все это дезориентирует. Но все в порядке. Все хорошо, - сказал я мягким голосом, стараясь ее успокоить.
Я подошел ближе и погладил кончиками пальцев ее лицо. Она задрожала. Хм, похоже я до сих пор на нее действую. Уверен, что, если бы она сейчас могла краснеть, это непременно произошло бы. Я выгнул одну бровь.
«Почему она ничего не говорит?» - услышал я мысли Элис.
Неожиданно Белла обвила свои руки вокруг моей талии и обняла меня, вжимаясь ко мне в грудь. Я обнял ее крепче и улыбнулся. Она не ненавидит меня, а любит еще больше.
Она прижалась ко мне сильнее. Оу, а это больно. Я напрягся от удовольствия и боли.
- Ух… осторожнее, Белла. Ой!
Она убрала руки за спину и улыбнулась. Как первоклашка, только бантов не хватает.
- Упс, - пробормотала она.
- Ничего страшного, любимая, - сказал я, легонько касаясь ее губ. - Ты просто немного сильнее меня на данный момент.
Она сдвинула брови домиком, озадаченная моими словами. Я хотел ее успокоить и знал только один способ. Я прикоснулся к ее щеке, а она подняла свою руку, чтобы погладить мою. Я желал, чтобы она что-нибудь сказала, хотел услышать ее голос.
Мы молча смотрели друг другу в глаза, пока она не произнесла:
- Я люблю тебя.
Слава Богу! Она не ненавидит меня. Она любит. Ее новый, ставший еще красивее голос заставил задрожать меня от этих трех небольших слов.
Я улыбнулся:
- Как и я люблю тебя.
Я взял ее лицо в свои руки, нежно сжимая, словно хрустальную вазу, и поцеловал ее. Сначала медленно и мягко, но потом вспомнил, что она единственная, кому нужно быть осторожнее. Сейчас можно забыться…
Я жадно впился в нее губами, наслаждаясь каждым моментом. Это не походило на все те поцелуи, которые у нас были до этого. Это было так, словно я никогда и не целовал ее прежде.
Кто-то громко покашлял. Эммет.
«Вы собираетесь заняться этим перед нами?» - поддразнил меня он.
Нехотя оторвавшись от Беллы, я отступал смущенный, но не стыдящийся.
- Ты постоянно сдерживался со мной, - сказала она своим новым, походившим на сотню звенящих колокольчиков голосом.
Я облегченно рассмеялся. Я не мог поверить, что она все еще хотела и любила меня.
- Иногда это было необходимостью. Теперь твоя очередь не сломать мне что-нибудь, - сказал я, смеясь.
Все дружно залились смехом.
«Могу я с ней поговорить?» - услышал я мысли Карлайла.
Я улыбнулся ему, он должен понять.
Карлайл кивнул и обошел Эммета. Он быстро подошел к нам, за ним сразу шагнул Джаспер, и я сердито взглянул на него.
«Она новорожденная» , - мысленно напомнил мне Джаспер. Я воздержался от рычания.
- Как ты себя чувствуешь, Белла? - спросил Карлайл.
Действительно, как она? Я начал волноваться. Была ли ее боль такой сильной? Как ее спина? Все еще кажется необычным для нее?
- Переполненной. Так много всего…
Я очень хорошо её понимал. Все мы через это прошли. Но она не должна волноваться, я рядом и сделаю все ради ее счастья.
- Да, это все сбивает с толку, - ответил Карлайл.
Она кивнула:
- Но я чувствую себя собой, очень похожей. Я не ожидала этого.
Я улыбнулся. Я ей об этом говорил. Она всегда будет моей Беллой.
По-хозяйски обвив свои руки вокруг ее талии, я сильнее прижал Беллу к себе.
- Я же говорил, милая,- сказал я, улыбаясь.
- Ты хорошо себя контролируешь, - вслух размышлял Карлайл. - Лучше, чем я ожидал, даже с учетом того, что умственно ты была к этому готова.
«Это не естественно, Эдвард. Она должна желать крови».
- Я не уверенна насчет этого, - прошептала Белла.
О! Как я хотел услышать ее мысли, хотя бы ненадолго. Только сейчас. Но, может быть, все измениться? Я не хочу терять надежды. Что было в ее восемнадцатилетнем разуме, казавшемся тридцатипятилетним?
Карлайл серьезно кивнул.
«Она в любой момент может сбежать, Эдвард, - размышлял он. - Она должна поохотиться. Но прежде я задам ей несколько вопросов!».
- Похоже, что в этот раз мы не зря использовали морфин. Скажи, что ты помнишь о трансформации? - от нетерпения его голос чуть дрогнул в конце.
Я едва их слышал. Мне было интересно, ослепляю ли я теперь Беллу. Хотел бы я научиться. Теперь.
«Ослепляю ли я тебя?»
Возможно, стоит спросить, чтобы узнать ответ. Скорее всего, она солгала бы, и я не хотел спрашивать ее об этом перед всей семьей.
Я положил свою голову ей на плечо, и мое дыхание касалось ее щеки. Она колебалась, и это означало, что я преуспел. Я все еще ослеплял ее.
- Все было… так темно. Я помню, что ребенок не мог дышать…
О, наша дочь будет обожать ее. Я уверен в этом. Она взволнованно посмотрела на меня.
- Ренесми здорова и в полном порядке, - заверил я. - А что ты помнишь после этого?
Ответ действительно интересовал меня. Чувствовала ли она боль?
- Сложно вспомнить. Было очень темно. А потом… Потом я открыла глаза и увидела все.
Она не чувствовала боли?! Как?! Сердце сразу сбросило половину груза.
- Удивительно! – с еще большим возбуждением ответил Карлайл.
«Я ведь сказал, что это всё морфий» , - подумал он.
- Я хочу чтобы ты подумала и рассказала все, что помнишь, - настаивал Карлайл. Мне это не понравилось. Я знал, что Белле не нравилось быть в центре внимания. Я хотел защитить ее, отвлечь Карлайла. Ведь на эти расспросы у него будет целая вечность. Их можно задать после того, как она поохотиться.
«Должно быть, она ужасно голодна. Но у нее неплохой самоконтроль» , - подумал Карлайл.
Я знал, что ее гримаса была не жаждой, но был рад, что с вопросами покончено.
- О, прости Белла, - тут же извинился отец. - Конечно, твоя жажда досаждает тебе. Этот разговор может подождать.
Белла обхватила рукой горло. Я знал, что жажда становилась сильнее, когда кто-то напоминал об этом.
«Ты должен отвести ее на охоту, Эдвард».
Я опустил свои руки с ее талии, нежно взял за руку и, осторожно потянув за руку, сказал:
- Давай, поохотимся, Белла.
Я наблюдал за ней и удивился, когда ее глаза расширились от шока. Я старался не рассмеяться.
- Это легко, любимая. Инстинктивно. Не волнуйся, я покажу тебе, - сказал я и потащил ее к окну.
Белла словно приросла к полу. Я не мог не поддразнить ее:
- Странно, а я ведь был уверен, что ты всегда хотела увидеть, как я охочусь.
Это помогло. Она засмеялась, и я присоединился к ней.
- Пошли? - лаская ее руку, спросил я. Потом губами слегка притронулся к ее шее, желая оказаться с ней наедине. - Я не хочу, чтобы тебе было больно.
Она всё равно казалась мне хрупкой.
- Я в порядке, - наконец проговорила Белла. – Подожди! Сначала…
«Она контролирует себя. Очень странно для новорожденного вампира» , - размышлял Карлайл.
- Я хочу увидеть ее. Ренесми, - прошептала она, кладя свои руки на живот.
Мы с отцом переглянулись.
«Не сейчас. Она новорожденная. Ее поступки непредсказуемы» , - думал он.
- В чем дело? – обеспокоено спросила она.
- Белла, - сказал я, своим самым мягким голосом.
Я не хотел сделать ей больно, заставляя думать, что она опасна.
- Это не очень хорошая идея. Она ведь на половину человек, любимая. Ее сердце бьется, а кровь бежит по ее венам. Пока твоя жажда не находится под контролем… Ты ведь не хочешь подвергнуть ее опасности, верно?
- Где она? - спросила меня Белла.
Я промолчал. Она могла слышать.
- С ней Розали? - снова спросила она. Возможно, ее настроение улучшилось, если бы она узнала, что Роуз с нашим ребенком. Но мое тело пронзила судорога, стоило подумать о щенке.
- Да, - быстро ответил я. Мой голос был грубым из-за моих мыслей. Я хотел уйти отсюда, быть подальше от пса. Я взял ее за руку и пошел к окну.
- Подожди! - Она не сдвинулась с места. - А как же Джейкоб? И Чарли? Расскажи мне все, что я пропустила. Как долго я была… без сознания?
«Она действительно вампир? Она слишком смирная!» – задавался вопросом Карлайл.
Мы обменялись взглядами.
Белла заметила это.
- Что не так? - прошептала она.
- Все в порядке, - сказал Карлайл. - На самом деле почти ничего не изменилось. Ты пропустила всего два дня. Это было очень быстро, с учетом того, как это обычно происходит. Эдвард отлично сработал. Проявил изобретательность, ввести яд в твое сердце было его идеей. Джейкоб все еще здесь, а Чарли думает, что ты все еще больна. Он думает, что ты сейчас в Атланте, проходишь обследование в Центре контроля над заболеваниями. Мы дали ему неверный номер, поэтому сейчас он немного растерян. Но он разговаривал с Эсме.
- Я должна позвонить ему! - Она покачала головой, догадавшись, что Чарли не узнает ее голос. – Стойте-ка, Джейкоб все еще здесь? - спросила она.
«К сожалению», - хотел добавить я.
«Она даже не вспоминает о жажде», - думал Карлайл, снова озадаченно смотря на меня.
- Белла, - сказал я. - Говорить можно очень долго, но для начала нужно позаботиться о тебе. Тебе должно быть больно…
- Но Джейкоб, - начала Белла.
Тьфу. Опять этот щенок!
- У нас мировой запас времени, милая, - сказал я мягким и ласковым голосом.
- Хорошо.
Она свела брови вместе, готовясь к тому, что ее ждет.