Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1648]
Из жизни актеров [1616]
Мини-фанфики [2464]
Кроссовер [681]
Конкурсные работы [16]
Конкурсные работы (НЦ) [1]
Свободное творчество [4682]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2368]
Все люди [14894]
Отдельные персонажи [1454]
Наши переводы [14191]
Альтернатива [8954]
СЛЭШ и НЦ [8724]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4251]
Правописание [3]
Архив [1]
Реклама в мини-чате [1]
Горячие новости
Топ новостей июня
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики
Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав (01-15 июня)

Новые фанфики недели
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

На прощанье ничего он не сказал 2
Продолжение первой части. Белла и Эдвард, поборов свое пристрастие к человеческой крови, возвращаются в ЛА. Эдвард намерен отомстить Блейку, несмотря на просьбу жены забыть прошлое и начать жить настоящим.

Чуть меньше одиннадцати друзей Эдварда Каллена
Друзья познаются в петле, а последнее желание приговоренного свято. Это предстоит выяснить на собственном опыте лорду Чарльзу Свону, у которого есть кое-что очень ценное для одной опасной разбойничьей банды с большой дороги...

Осколки
Вселенная «Новолуния». Альтернативное развитие событий бонуса «Стипендия». Эдвард так и не вернулся, но данные Белле при расставании обещания не сдержал…
Мини-история от Shantanel

Аудио-Трейлеры
Мы ждём ваши заявки. Порадуйте своих любимых авторов и переводчиков аудио-трейлером.
Стол заказов открыт!

Бойтесь желаний
Бойтесь своих желаний – они исполнятся совсем иначе.

Выбор есть всегда
К курортному роману нельзя относиться серьезно? Чувства не могут стать сильными за пару недель? Мужчину, скрасившего отдых, следует поскорее забыть, вернувшись в реальный мир? Чаще всего так и есть… но наше будущее зависит от решений, которые мы принимаем.

Горячий песок
Про первые неуверенные шаги во взрослую жизнь.

Небольшое преступление без оправдания
- Так и шла по коридору, сверкая задницей? – злясь сам на себя, но не умея удержаться, пробурчал я.
- Да, а что? – Белла обернулась, и ее брови удивленно взлетели. – Ты же не ревнуешь, я надеюсь?



А вы знаете?

...что на сайте есть восемь тем оформления на любой вкус?
Достаточно нажать на кнопки смены дизайна в левом верхнем углу сайта и выбрать оформление: стиль сумерек, новолуния, затмения, рассвета, готический и другие.


...что в ЭТОЙ теме можете или найти соавтора, или сами стать соавтором?



Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Что на сайте привлекает вас больше всего?
1. Тут лучший отечественный фанфикшен
2. Тут самые захватывающие переводы
3. Тут высокий уровень грамотности
4. Тут самые адекватные новости
5. Тут самые преданные друзья
6. Тут много интересных конкурсов
7. Тут много кружков/клубов по интересам
Всего ответов: 502
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички

QR-код PDA-версии





Хостинг изображений


Главная » Статьи » Фанфикшн » Свободное творчество

Виноградные глазницы (1.9 - 1.10)

2018-7-20
4
0
1.9


Золотые дни уже так далеки,
И черная волна накрывает сверху.
(с) Hurts – The crow


«Мне на четвертый день пребывания в Малибу приснился кошмар. «Ты можешь оставить прошлое, но оно не оставит тебя», – хрипел мне в ухо мерзкий голос. Среди ночи я проснулась в поту, вышла на балкон и долго смотрела вдаль. Океанский бриз развивал волосы и покрывал мурашками руки. Стивен хотел узнать эту правду, но она глубоко похоронена во мне. Никто не верил, и я замуровала события прошлой жизни, начала новую. Иногда воспоминания вырывались, как из ящика Пандоры, и мучили. Но все лучше, чем сказать правду и остаток жизни со Стивеном – насколько его хватит? год? месяц? неделя? – ощущать каждой клеточкой его жалость. Час панической атаки и я, возвратившись в кровать, уснула.

Поэтому не мудрено, что утром Стиву не удалось меня разбудить, и он ушел на пляж один. Я проснулась в обед, поела и вернулась в комнату. Липкое чувство от кошмара иногда держится сутки. Царапины, нанесенные подсознанием.

Комната на вилле как номер отеля, и я без труда отыскала недалеко от письменного стола мини-бар, упрятанный в шкафчик из темного дерева. Содержимое приятно удивило: ром, коньяк, виски, портвейн, текила и водка. Пару минут я сидела перед открытым шкафчиком без движения и, не моргая, смотрела на бутылки. Ненавижу...

Отвратительный запах, пожар в горле, легкое головокружение. Ром проник в вены. Половина бутылки. Пошатываясь, я доковыляла до балкона. Вид охренеть какой. Я смотрела с балкона, как Стив и Джер купаются в океане с моделями. Чертово ощущение ненужности, сопровождающее меня всю жизнь, обострилось. Мои губы расплылись в улыбке. Еще глоток. Бутылка рухнула на пол, чудом не разбившись о каменный пол балкона. Я не помню, как добралась до кровати».

«Стивен, разумеется, заметил, что мини-бар открыт. И бутылку с остатками рома на балконе. Ничего не сказал. А ночь я и Стивен провели на пляже. Романтичную, страстную ночь. Правда, слегка испортили ее разговором... Я сказала то, что сказала. Конечно, пожалела. Конечно, мне хотелось рассказать ему все, как есть. Но я боролась сильнее, чем он думает. Чем он может себе представить. И ничто не заставит меня отступиться от моего решения. Даже страх потерять его. Либо Стивен любит меня такой, какая я есть – беглянкой, вруньей, дурой – либо... либо жизнь – не миленькая сказка, а чувств недостаточно».

«С утра пятницы все носились как сумасшедшие: Джерад с записной книжкой, обзванивая друзей, Стивен за ним, ругая и умоляя не устраивать это, как он выразился, «безумие для кретинов», Синди и Минди украшали дом и готовили вкусности. А я просто сидела в мягком кресле, поджав под себя ноги, пила глинтвейн, и наблюдала за всеобщей истерией.

Я вновь думала о том, что будет, когда мы вернемся в Лос-Анджелес. Если Стивен Рэтбоун сжалится и оставит мне квартиру, я все равно не смогу платить за нее, не смогу работать из-за того, что не имею образования, не смогу учиться, потому что кончится виза. Сидеть на шее у Рэтбоуна всю свою жизнь? Отвратительно. Но от мысли вернуться в Москву трясло. Лучше умереть. Я не вижу никакого выхода, я боюсь. Конечно, при Стивене я продолжала радоваться и улыбаться как прежде – не хотелось быть обузой, – но все внутри тлело.

– Ты мне, черт возьми, не друг больше! – послышалось из холла. – Ублюдок!

Стивен влетел в гостиную и, глубоко и часто дыша от злости, в упор посмотрел на меня.

– Хоть ты не участвуешь в этом безумии, – сухо пробормотал Стив, рухнув в соседнее кресло. – Повезло тебе, Ари.

– В чем?

– Ты не видела, что за вечеринки устраивает этот... кретин.

– И что у него за вечеринки такие? – поинтересовалась я, забираясь Стивену на колени.

Боже, он изумительно пахнет. Так приятно обнимать его, уткнувшись носом в шею. Чувствовать удары его сердца, видеть родные глаза, касаться любимых губ.

– Куча пьяных полуголых – это в лучшем случае – людей, все танцуют под хиты 90-х, а потом в пьяном угаре засыпают на дне джакузи... – бушевал Стивен. – Андерсон переходит все границы! И ему, конечно же, плевать, что ты несовершеннолетняя!

– Мне восемнадцать, – осторожно возразила я.

Рэтбоун снисходительно улыбнулся и погладил меня по волосам, как неразумную.

– Для этой страны ты маленькая.

Я до боли закусила губу. Конечно, он говорил про то, что мне нет двадцати одного года, и по закону я не могу курить и употреблять алкогольные напитки, но меня резануло, словно ножом, по другой причине – я действительно маленькая, чтобы выжить здесь, выжить без него.

Глубокий вдох. Пропустила сквозь зубы выдох, в попытке успокоиться. Не помогло.

– Так дело в этом?! Мне нет двадцати одного года и мне нельзя то, мне нельзя се?! Ты поэтому меня так опекаешь? – закричала я, мигом освободившись из рук Стивена. Я припомнила ему, что он не хотел ехать к Джераду, хотя сам предложил. Припомнила, что запрещал мне выпить бокал в компании. И вот, сейчас – никакой вечеринки!

Вскочив, я начала махать руками и буквально создавать проблему из воздуха.

– Плевать, что дом будет населять толпа полуголых красавиц! Плевать, они будут соблазнять тебя своим декольте! Главное – Ари еще маленькая!

Сердце стучало как под допингом.

– Ты ничего не понимаешь, – Стивен зажал большим и указательным пальцем переносицу и нахмурился.

– Да, – ядовито выдавила я, отрывистыми движениями заправляя распущенные волосы за уши. Раздражает, все раздражает! Внутри – лавина. – Я много для чего взрослая, когда удобно тебе, – мой взгляд задержался на его ширинке. – Чертов эгоист! С вечеринкой я, как-нибудь, справлюсь, поверь!

– Характер показываешь? – Рэтбоун тоже начал выходить из себя. – Бесполезно, Аристель. Не выставляй меня каким-то ублюдком, который пользуется тобой! Да, я не могу контролировать себя, когда ТЫ целуешь меня! – он вскочил и вырвал из моих рук бокал с глинтвейном: напиток полетел в стену.

– Я хочу нормально провести время! – гнула свою линию. Пожалела, ожидая реакции Стивена, но он молчал. Уголки глаз защипало от слез. Я так гордилась собой, когда приехала в США. У меня получилось! Я дерзкая, самостоятельная. И тут я осознаю, что в его глазах я не более чем удачливая фанатка, если Стивен Рэтбоун перестанет быть моим покровителем, я вернусь туда, откуда сбежала... трусливая, слабая. – Почему ты говоришь, будто я не могу сама нести ответственность за свои поступки? Я взрослый человек!

– Еще скажи – ответственный, – бросил Стивен. – Сбежать из страны, в кармане сто долларов, в голове ветер... Хороша, ничего не скажешь.

– Тебя не касается! – как больно он бьет. По самому больному – по правде. – Это моя жизнь!

– Да делай ты что хочешь, – вскинул руками Стивен и чертыхнулся.

– Вот и буду, – буркнула в ответ я.

– Не забудь помочь упрямому ослу разлить текилу по бокалам! – Стивен резко развернулся и пошел прочь из гостиной. Наверху громко хлопнула дверь.

Я осталась одна. Сидела и пыталась унять дрожь. Ну, Ари? Стало легче? Зато ты больше не думаешь о том, что Стивен Рэтбоун бросит тебя, потому что, кажется, он уже это сделал. Я и правда маленькая и глупая, и мыслей о том, что делать дальше, у меня тоже нет. Тупик, финиш.

– Милые бранятся, – ухмыльнулся Джерад.

Я и не заметила, как он оказался рядом. Лениво растянувшись на кресле, где всего несколько секунд назад сидел Стивен, его друг с легкой улыбкой наблюдал за моей растерянностью и обидой.

– Только тешатся, – пробормотала в ответ я.

– Надеюсь, что это не помешает тебе отлично повеселиться, малышка Ари?

– Разумеется, – нарочито уверенно ответила я, накрутив на палец локон волос. – Не позволю Стивену испортить мою первую в Штатах вечеринку.

– За это нужно выпить, – Андерсон достал из кармана черного бархатного пиджака флягу. Отхлебнув, протянул мне.

Я смотрела на Джерада, пытаясь найти подвох. Безрезультатно. Добродушное, хоть и немного пьяное, лицо не выдавало никаких отрицательных эмоций. Но глаза все равно горели диковинным огнем, на подсознательном уровне чувствовалась – Джер не прост.

И я сделала глоток – огненное виски обожгло горло. Закашлявшись, я сглотнула.

– Особо не налегай, еще успеешь, – подмигнул Джерад.

– Да, конечно, – растерянно пробормотала я, возвращая ему флягу. – Я пойду... Стивен... нужно помириться, – чудом не уронив светильник у двери, я выбежала в коридор и помчалась вверх по лестнице.

Что-то подсказывало, я должна идти. Больше ни минуты наедине с этим человеком».

«Я такая дура. Нагрубила за заботу. Это все нервы, страх. Но зачем было ругаться? Стивен переживает. Наверное. Ведь ничего плохого не хотел. Напротив, уберечь меня от ошибок, которые я так люблю совершать.

Несколько минут я топталась у двери в нашу со Стивеном комнату, не решаясь войти или хотя бы постучать. Доносилась тихая музыка – Стивен пытался успокоиться. Вижу так ясно, будто двери нет: он лежит на кровати, в наушниках меланхоличные баллады. Отходчив. Перебирает фотографии в своем телефоне, где мы с ним вместе. Стивен вспыльчивый, но не злопамятный.

Я потянулась к ручке – минуты без него кажутся вечностью, – но дверь распахнулась раньше. На пороге, тяжело дыша, Стивен. Крепко обнял меня.

И вновь неприятные разговоры, отвратительные темы. Я хотела забыть то, из-за чего уехала. Вычеркнуть из памяти. Я надеялась, Стивен поможет мне. Но Стивен хочет, чтобы я помнила и рассказала. Для него важно – мои кошмары оживут, станут из плоти и крови. Такова цена отношений, тогда он будет бороться за меня – по его словам. А мне скверно на душе, противно. Я не задумывалась, станет ли мне легче. И о вполне здравом недоверии к «загадочной» – ха – мне. Я сказала то, что могла сказать. И утаила то, что не сорвалось бы с языка никогда. Стивен Рэтбоун такой же убийца веры, как и остальные. Взрослые».

«Шум пульсирующих битов. Громкая музыка. Разговоры, смех. Алкоголь, сигареты и кальян. Толпа нетрезвых, веселых, развратных мужчин и женщин. Стивен прав – Джерад мастер тусовок. Несмотря на то, что мое платье короткое, я чувствовала себя монашкой в притоне. Укоры Стивена (что это на тебе? шла бы совсем без одежды!) действовали на нервы, воодушевление от вечеринки стремительно испарялось. Я никого не знала, и меня, на вид пятнадцатилетнюю с испуганными глазищами, не замечали. Вероятно, думали, я чья-то младшая сестра, которую не с кем было оставить дома. Так я и слонялась по дому с пластмассовым стаканчиком – внутри пиво или пунш, я не пробовала.
Стив был одет сдержанно: черная рубашка, светлые джинсы, красные кеды и шляпа; кожаный ремень с большой пряжкой и легкая небрежность в прическе дополняли образ. И вел себя также – задумчиво хмурясь, он будто со стороны глядел на толпу. Все еще дуясь на меня, Стивен направился к столу с выпивкой. Бокал. Второй. Третий.

– Может, не стоит так сразу напиваться? – озвучил мои мысли Джерад.

Тут как тут с довольной ухмылкой на лице. В образе золотой молодежи: черный пиджак, белая майка и джинсовые шорты. Вылил на себя пол флакона парфюма.

Я закашлялась.

– Тебе какое дело? Развлекайся, – буркнул Стивен, добравшись до стопок с текилой.

– Стив, он прав... – попыталась возразить я.

В ответ Стивен раздраженно фыркнул, даже не взглянув на меня.

– Вот именно, – Джер хитро прищурился, явно что-то предвкушая. – Куда торопиться? Ты же любишь мои вечеринки.

– Не хочу участвовать во всеобщем безумии. Оргия в джакузи мне давно надоела. Сейчас допью, – Рэтбоун посыпал ладонь солью, – и в кроватку, – съел дольку лайма и опорожнил стопку. – А вы тут как хотите.

Поведение Стивена, мягко говоря, настораживало. Я понимаю, когда Стивен Рэтбоун недоволен жизнью и расстроен, он заливает в себя весь бар, но можно ли было так расстроиться из-за вечеринки? Или нашего разговора о моей жизни...

– Стивен, прошу, хватит.

– А ты, – он хмыкнул и ткнул в меня пальцем, – веселись! Чего стоишь? Ты этого так ждала, так ждала.
Сейчас я понимаю, из-за чего он был расстроен: знал, чем кончится вечеринка и заранее пытался отстраниться, сделать меня чужой. Но не знала я. А влюбленной девчонке трудно противиться.

– Только с тобой, – я выхватила из его рук алкоголь и поставила на стол. – Тебе достаточно. Идем.

– Со мной, значит, – он самодовольно усмехнулся. Полуулыбка озарила нетрезвое лицо. – Идем.

Я облегченно кивнула. Буря миновала.

*

Стоило Рэтбоуну перестать кукситься, а насладиться весельем, мое настроение поползло вверх. Стив познакомил меня с приятелями из Лос-Анджелеса, и мы мило побеседовали. Танцевали несколько часов без перерыва, отстранившись от безумной «джеровской» тусовки. Заводные композиции, приятные люди, разноцветные огни на стенах. Будто я попала в американский фильм.

– Скоро вернусь, моя взрослая мудрая Ари, – горячо прошептал Стивен, и, поцеловав меня в щеку, растворился в толпе.

Приятно. Чувствую себя наравне с ним. Видимо, мне удалось доказать: я больше, чем наивная фанатка, сдержанным поведением и умеренной веселостью.

Я была рада возможности передохнуть от бурных танцев и направилась к столу с алкоголем. Почти ничего не осталось. Осушила рюмку с чем-то светлым. Чистая водка. Скривившись, я заела горечь конфетой. Ужас, как это можно пить? Гостей заметно поубавилось. Скорее бы Стивен вернулся. Хочется лечь спать и ни о чем не думать.

– Скучаем?

Я чудом не выронила пустую рюмку.

– Джерад, у тебя получается являться из ниоткуда, ты Дэвид Копперфильд?

– Почти, – Джерад вскинул бровь и улыбнулся. – Подаришь танец?

Андерсон коснулся моей руки, взял рюмку и поставил ее на стол; от его длинных пальцев бросило в дрожь. И снова чувство тревоги.

Поколебавшись, я хотела согласиться (что плохого в заводной композиции? можно не дотрагиваться), а Джерад подойти ближе, но заиграла медленная, романтичная песня. Андерсон, облокотившись о край столика, терпеливо ждал ответа. В мутно-зеленых глазах бегали заводные огоньки. Он знал? Знал, что будет романтичная песня? Конечно, знал, идиотка, этого его вечеринка!

– Где Минди? – уклончиво спросила я. Тревога трансформировалась в панику.

– Танцует с кем-то, – Джер безразлично махнул в сторону поредевшей толпы.

– Прости, но... – я уставилась в пол. Собралась с силами, в упор посмотрела на Джерада и отчеканила: – Я не могу. Стивен вот-вот придет.

– Понимаю, – без тени улыбки ответил Джерад, чуть склонив голову.

– Извини. В другой раз. Я лучше пойду и поищу Стива, он давно ушел...

Андерсон поджал губы. Его взгляд показал, что Джерад знает больше, чем говорит и больше, чем знаю я. И, как в подтверждение мыслям, он будто бы размышлял вслух:

– Лучше бы ты потанцевала со мной, Ари. Каждая минута имеет значение.

Мгновение я стояла, переваривая услышанное. Минуты, танцы, значения. Кажется, кто-то перебрал с алкоголем. Мне все меньше нравится эта вечеринка. И Джерад. Продержаться два дня и со Стивеном уедем обратно в Лос-Анджелес, хватит с меня этих загадок. Я оглядела толпу. Где же ты, Стив?»

1.10


Я шлю сигнал бедствия
Потому что наше время на исходе
Когда-то нимб сиял, но теперь ему не дает ржавчина
Мы должны были дать себе еще один шанс
Когда твое сердце перестало пылать?
Это сигнал бедствия
(с) Hurts – S.O.S

«В своих воспоминаниях я пропускаю сцену его измены, всегда. Она никак не сочетается с горько-сладкой сказкой, о которой я грежу. Измена снится мне, превратившись в регулярный ночной кошмар. Я отказываюсь принимать, что все превратилось в прах раньше.

Я влетела в нашу спальню, захлебываясь слезами. Истерика настигла, когда я хлопнула дверью и скатилась по стене. Истерика бежала за мной от самых дверей гостевой комнаты, там Стивен и Синди целовались, пьяно смеялись и хотели переспать. А я, дура, искала его, переживала, не случилось ли чего, и нашла. Увидела.

Спальня пропитана ароматом – ненавистно приятным, резковатым, любимым. Дышать невыносимо трудно, я вытерла слезы и огляделась: кровать, здесь мы лежали в обнимку и смотрели кино, ванна, где дурачились, балкон, там Стив курил, а я грубила ему, потому что мое прошлое – мертво. Будущее, очевидно, тоже. Фотокарточки на стенах... Подбежав, я начала срывать их: рву счастливые лица, счастливую себя на куски...

В глазах темнело. Я кашляла, давясь слезами. Рухнув на колени, хватала ртом воздух, но его ничтожно мало, и я продолжала задыхаться; видела свет, темноту, комнату, его вещи и по кругу. Я впилась ногтями в кожу, пытаясь расцарапать грудную клетку – только бы перестало болеть. Глупо поддаться своим надеждам, своим мечтам. Глупо было поверить!

Я на ощупь искала свою одежду и запихивала в дорожную сумку. Убежать. Воздух пропитан любовью. Любовью... Убирая с мокрых от слез щек прилипшие волосы, я пыталась увидеть сквозь пелену, размывшую все вокруг, свои вещи. Увидеть свое будущее. Темнота. Закрыв рукой рот, чтобы крик не вырвался наружу, я вновь и вновь видела его измену, его предательство, его ложь. Сладкие объятья, нежность слов, поцелуи, страсть в его глазах и желание. Желание быть с другой.

Полупустая сумка с грохотом упала на пол. Я скатилась следом. Оперевшись затылком о холодную стену, утирала мокрые щеки, размазывала по ним слезы и косметику. «Все, что у нас было – пьяный перепих на вечеринке». А ведь интуиция подсказывала. Шестое чувство пыталось вразумить. Здравый смысл умолял не терять голову. Но сердце... чертово сердце. Но я ведь помню его хмурый взгляд, когда он курил. Помню, как пытался расстаться со мной, а чувства или что-то еще останавливали его. Я видела все и понимала. Догадывалась, что наступит такой момент, когда он все-таки выберет себя, а не девушку-беглянку. Но я верила в сказку, в любовь. Я верила, что его чувства сильнее. И зарыдала, до боли впиваясь ногтями в ладони. Но эта боль не идет ни в какое сравнение с тем, что я чувствовала внутри. Почему сердце колотится? Почему не остановилось, ведь разбилось.

Я не заметила, как он вошел в комнату. Не слышала, как звал меня по имени. На тот момент я потеряла связь с реальностью. Утонула и не желала всплывать. Сидела, обхватив руками колени, и легонько раскачивалась туда-сюда. Он коснулся моего плеча, словно ножом провел. И я заревела сильнее.
– Ничего не было, – вполне трезвым голосом сообщил Стивен. – Я не собирался изменять тебе с ней.
Меня удивило спокойствие, бледность и серьезный взгляд потемневших глаз. Не было? Для него все нормально? Ничего особенного? Жизнь продолжается? ЧТО ПРОИСХОДИТ?

Стивен помог мне подняться. Я не сопротивлялась – не было сил. Его волосы растрепались, на губах легкий пигмент губной помады Синди. Я молча смотрела на него, пошатываясь, а Стивен, переминаясь с ноги на ногу, бормотал:

– Ари, я сожалею. Очень...

Его слова резанули, будто оголенный провод и я пришла в себя. Толкнув Стивена в грудь, я закричала, прерываясь на всхлипы:

– «Все, что у нас было – пьяный перепих на вечеринке»! Припоминаешь? – не могу поверить, что это происходит. Не могу. Сейчас он все объяснит, скажет, что я ошиблась, мне приснилось, Джерад разыграл нас... что угодно, только не бросай меня, Стивен. Не позволь вернуться туда, откуда я с таким трудом сбежала. Ты же спас меня, полюбил меня. – Перепих... А вот и еще один! Вуаля! – сдавленный всхлип.

Он даже не изменился в лице. Я говорила правду, и он понимал это. Он хотел переспать с ней. И хотел, чтобы я это увидела, оттого и не пытается разъяснить все. Нечего.

Опустившись обратно на ковер, я позволила новой волне истерики накрыть меня, обнять пеной, солью осесть на губах. Дышать все труднее, захлебывалась в слезах, а он стоял. Стоял и молчал.

– Я сожалею, Ари, – повторил Рэтбоун, словно запрограммированный. Репетировал? Сценарий написал? – Все зашло далеко. Ты подумай... не надо всего этого. Отношения, чувства. Я другим сейчас болен. Музыка, карьера. А ты... маленькая. Не разобралась еще...

Вскочив, я посмотрела на него со всем презрением, что скопилось во мне за эти минуты, я и не помнила уже, отчего полюбила его: жалкого, трусливого. Марионетку. Стивен не дрогнул. Виновато, с жалостью смотрел, поправляя плохо застегнутую рубашку. Он пересек комнату и сжал мое плечо в утешающем жесте.

– Не трогай!

Стивен изменился в лице, осунулся. Его ледяные пальцы с плеча переместились на запястье. Я простонала что-то жалкое. Боги, он столько раз пытался расстаться со мной, осознавал, как неправильно происходящее, но тянул... завел так далеко. А я, влюбленная, глупая, счастливая терпеть его привязанность. Его влюбленность в мою любовь к нему. Пальцы Стивена разжались, и он отпустил меня. Потирая запястье, я отбежала от него на несколько шагов, хромая, как побитая собака.

– Ари...

– Скажи: я не люблю тебя, Ари. Скажи это. И я уйду.

Молчал. Да иди ты к черту! Я ринулась к двери и хотела убежать от зеленых ласковых глаз, от очередных ударов по сердцу его бархатным голосом, но Стивен предугадал мои действия: поймал и крепко обнял меня. Теплые, родные прикосновения. На миг я забыла о том, что случилось. Будто зимой едва живую меня накрыли любимым свитером. Согреваюсь. Оживаю. Верю. Стив заключил мое лицо в свои ладони, целовал лоб, нос, губы, щеки, бережно утирая слезинки. Гладил по волосам. Я на секунду поверила – все еще может быть хорошо...

– Ари, я наделал столько глупостей, – выдыхал в мне ухо вместе с обжигающим дыханием. – Должен был давно отпустить тебя, но эгоистично надеялся... мне нет оправдания. Но я уверен, ты поймешь, когда-нибудь поймешь. Уедешь домой...

– Нет.

– Простишь родителей и закончишь учебу...

– Нет.

– Влюбишься в отличного парня, будешь счастлива...

– Нет. Нет! Нет! Нет!

Я забилась в его руках, как зверек в ловушке браконьера. Кадры жизни, от которой я бежала, калейдоскопом сверкали перед глазами. Заревев громко и отчаянно, я вырвалась, мысленно умоляла убить меня прямо сейчас.

Минут через пять истерика прекратилась. Я выплакала все слезы, голос сел и я похрипывала, часто дыша. Внутри надломилась. Спичка веры в любовь подошла к концу и затухла, сгорела наивность. Я стояла посреди комнаты с чугунной головой.

– Успокоилась? – осторожно спросил Стивен.

– Иди, – мой голос словно и не мой вовсе: безжизненный, но твердый. – Мне нужно собрать вещи. Я не отниму много времени, через пятнадцать минут можешь лечь здесь спать или пригласить Синди – для продолжения, я не знаю. Это твое дело.

– Ари... посмотри на меня.

Как он ни пытался быть невозмутимым, голос выдавал страх. Но едва ли за меня. За свое благополучие – вполне. Обиженная девчонка-вчера-подросток всякое может учудить.

Подведя меня к кровати, Стивен тихо попросил сесть и, заправив за ухо прядь волос, упавшую мне на лицо, отошел к окну. Приятный холодок от его прикосновений.

– Так было нужно.

– Нужно?! – от возмущения я подавилась воздухом. Севшие голосовые связки болели.

– Это единственный способ расстаться с тобой... потому что я труслив выставить тебя за дверь, – Рэтбоун обернулся и с сожалением пожал плечами. – Сказать что-то вроде: «было хорошо, даже слишком, но я не хочу отношений сейчас, не хочу, чтобы ты проснулась через пару лет с мыслью, что потратила свою жизнь на призрачную дымку влюбленности в звезду, тебе это сейчас тоже не надо, ты пока не понимаешь»...

– Р..расстаться?

– Я уезжаю в тур, Ари, – он помолчал. – Ты поняла, что это значит. Я видел в твоих глазах обреченность. Не обманывай себя дальше.

– Мы могли бы попытаться, – шептала я, вновь ком в горле. – Поверь, я все обдумала. Ты показал мне другой мир, любовь, доверие... Я счастлива с тобой.

– Ты должна возненавидеть меня! Поэтому я хотел, чтобы ты увидела измену.
Слезы давили на горло.

– Отлично, – бросила я, до боли кусая губы – все что угодно, только бы не разреветься еще раз, не при нем, не здесь. Если слезы злости возможно себе простить, то слезы унижения – чересчур для такого козла, каким оказался Стивен Рэтбоун. – У тебя это получилось. Просто... блестяще. Хорошая была игра в чувства. Надеюсь, ты действительно неплохо провел время... играя со мной... во все это... в любовь.

– Ари! – попытался ухватить меня за рукав, но его пальцы нащупали воздух.

– Что? – я вскочила, закричала громче, истеричнее. – Чего ты хочешь, Стивен?! Жалеешь, что поступил так? Или жалеешь меня? С самого первого дня!

Мы были счастливы. Время платить. Я до боли зажмурилась.

– Обстоятельства сильнее. Я не мальчишка с соседнего двора, я не могу себе позволить... быть счастливым, творить глупости. Встречаться с кем попало. Месяц я боролся со своим сердцем, думал о расставании с тобой, о неправильности, о том, что ничего о тебе не знаю, но... я не мог, я правда полюбил тебя, – боже, это жестоко. Они все такие? Музыканты, звезды. То время, пока я думала, что мы наслаждаемся друг другом и нашими отношениями, он планировал, как со мной расстаться. Думал... прикидывал, искал лучший способ. – Уже неважно, – донесся до меня его ровный голос. – Расстояние разбивает самые крепкие пары, у меня нет столько денег, чтобы платить неустойку за нарушение контракта, – он бросал эти слова будто острые ножи, мой мир рушился, и рушился, и рушился. – Дам тебе денег, если ты захочешь остаться в Америке.

Он так просто говорит. Словно ему не больно, словно он и не любил...

– Я любил тебя, Ари. Но ты сама знаешь...

– Попытаться... выбрать сердцем, а не разумом... я бы не мешала твоей карьере, я бы...

– Да не люблю я тебя! Не люблю! – выкрикнул Стивен и тут же отступил назад, будто ударившись о взрывную волну своих же слов. – Ари, я не то хотел сказать... я...

– Ты все правильно сказал, – вскочив, я подошла к нему вплотную. Лицо к лицу, выдохнула ему в губы «ложь на эмоциях», и он добился, чего хотел: – Ненавижу тебя, Стивен Рэтбоун.

Горячие слезы мешают видеть. Замахнулась. Перехватил мою ладонь и крепко сжал. Ударь. Сделай хоть что-нибудь, только не дай уйти.

На миг мне показалось, что все сейчас будет нормально, это просто какое-то недоразумение. Но Стив осторожно выпустил мою руку и отвернулся, делая вид, что занят пуговицами на рубашке, и я поняла – все. Просто все».

« – Я говорил, так и будет.

Если взглядом можно было убивать – убила бы.

– Ты знал, да? Поэтому хотел, чтобы я потанцевала с тобой?

– Мы лучшие друзья, я догадался о его намереньях еще неделю назад, – Джерад снисходительно улыбнулся, подперев плечом дверной косяк некогда моей и Стивена комнаты. – Видишь, я хотел только добра...

– Чушь! – отрезала я, пытаясь справиться с новыми слезами. – Ты знал, что я откажусь.

В ответ Андерсон хмыкнул, соглашаясь.

– Конечно, у вас же любовь. А любовь – это никаких измен, даже танец можно считать за измену. А что измена для тебя, малышка Ари?

Держись. Держись, Ари! Он не стоит твоих слез, они оба их не стоят. Козлы.

– Ты можешь хотя бы сейчас заткнуться? – сдавленно рявкнула я, кидая в сумку вещи, наплевав на то, что они помнутся. Удивительно, но я так и не заплакала. Я спокойна. И пуста. – Дай пройти, – как же хочется ему врезать... – И засунь свое «я же говорил» в...

– Ой, ой, – Джерад с трудом сдерживал улыбку. – Малышка Ари, ты не была такой грубой. Притворялась? – Его глаза – тоже зеленые, но без теплоты в глубинах зрачков – щурились. – Неужели все? Конец истории любви?

– Ты добивался чего-то иного? – в сумке практически одна одежда, но кажется, будто на плече у меня кирпичи. – Да, я наивная дура и я проиграла. Что-нибудь еще?

Молчит. Думает о чем-то.

– Что-нибудь еще?! – повторила я громче, натянув капюшон толстовки до середины лба – на улице непогода. – Тогда иди к черту, Джерад. Ты и твой лицемерный дружок Стивен. Вы стоите друг друга.
Я не знаю, откуда во мне столько злости. Сама же виновата. Сама.

Толкнув Андерсона, я протиснулась в маленький дверной проем и бегом спустилась по лестнице на первый этаж. Гости разошлись, ведь спектакль окончен – незачем задерживаться массовке и блистать декорациям.

В гостиной Стивен курил, опустив голову. Заметив меня, он тут же вскочил с кресла. Не знаю, почему, но я испугалась его, такого родного. Предательство отгородило любимого человека стеной – как он и хотел.

– Не подходи, Рэтбоун! Клянусь богом, если ты подойдешь...

Спиной чувствовала дыхание Джерада Андерсона. Ублюдок. С твоей ведь подачи. Будь у меня пистолет – застрелила бы на месте, даже не моргнув.

Я пятилась к входной двери и смотрела на людей, которые сначала протянули мне руку, а потом обманули, растоптали веру в добрых людей, уничтожили наивность, тот злополучный «свет». Подожгли мой шанс начать новую жизнь и станцевали на костре. Нащупала ладонью дверную ручку.

В последний раз смотрела на него, любимого, слезы вновь подкатили к горлу. Если бы он попросил вернуться – я бы приползла к нему на коленях по дороге из острых лезвий. Но я не нужна ему.

– Эй, – хрип, легкие сдавило. – Джерад, дай пачку.

– Ты никогда не курила... – слабо протестовал Стивен Рэтбоун.

Джерад стоял и смотрел: любовная драма продолжается? Нет. Я больше не доставлю вам такого удовольствия.

– Дай мне сигареты, черт тебя дери!

Тишина бьет по ушам. Андерсон не смущен моей истерикой, он медленно и грациозно пересек комнату и отдал свою пачку. Мальборо. Крепковаты, но сойдет.

– Все бывает в первый раз, – сказала я напоследок Стивену и распахнула дверь на улицу, но не уверена, что он расслышал меня сквозь шум дождя. Как вовремя.

Я бежала к такси, придерживая капюшон и крепко стискивая в ладони пачку. Кажется, дверь снова распахнулась. Крик Стивена разбился о холодный ветер или мне просто хочется, чтобы он кричал. Наверное, он вовсе не волнуется – перебесится, дурочка-фанатка, и заживет как прежде. Нет. Не могу. Сильное было чувство. Не любовь, право, а вера. Я надеялась, ты найдешь лекарство для меня и поможешь забыть. Ты не первый, кто предал меня, Стивен Рэтбоун. И ты не звезда для меня. Ты просто избалованный лицемер, я ошиблась в тебе. Лицемер, который не умеет отвечать за последствие своих поступков. А я умею».

И приглашаю Вас на форум: высказаться о первой мини-части и прочитать продолжение от лица Стивена.


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/304-37810-1
Категория: Свободное творчество | Добавил: Julia_Romantic (24.06.2018)
Просмотров: 73 | Комментарии: 3


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА








Сумеречные новости, узнай больше:


Всего комментариев: 3
0
3 ValenTyna   (27.06.2018 13:04)
Спасибо Вам за эту эмоциональную и очень важную часть! wink

0
2 terica   (27.06.2018 08:29)
Значит, это расставание было так удачно подстроено... Стивен долго колебался, но и Джерад "внес свою лепту" - он постоянно настраивал Стивена против Ари...
Наивная, влюбленная, с головой окунувшаяся в эти отношения и со своими личными тайнами, а Стивен устал от недовольства друзей, от этих непонятных отношений, но, думаю - он очень пожалеет впоследствии...
Сочувствую Ари..., как она будет существовать без работы, денег, жилья и с просроченной визой.
Большое спасибо за классное продолжение.

0
1 робокашка   (25.06.2018 09:47)
что тут сказать... боялись девочку обидеть, пригрели, она себе напридумывала черт-те что, и все виноваты! а она себе представляется наивной, влюбленной, почти святой. А ведь просто дура.

Добавь ссылку на главу в свой блог, обсуди с друзьями