- Привет? – недоверчиво произнесла я, разглядывая Джессику с ног до головы.
- Если ты думаешь об этом, то тебя я тоже не ожидала тут увидеть, - пролепетала она, прислонившись плечом к колонне.
Я подошла к ней, разглядывая лицо Джесс, ее платье до колена, волосы, небрежно уложенные на голове… Она была неправильной, словно вышла из моего прошлого, причем даже выглядела точно также…
- Да, ты права… - я опустила голову. Боже мой! Это Джессика, Джессика! Неужели эта любительница мужского пола попала в этот ад?! – Но… Как ты тут оказалась?
Я не сердилась на нее за тот незначительный эпизод из моего прошлого. Что поделаешь, она не знала! Она не знала про мою часовую привязанность и влюбленность! По идее я должна сердиться на Джейкоба, ведь это не его я знаю с детского сада… Но это было забыто, ведь ничего особенно страшного мне тот случай не принес – я и так знала, что я неудачница, подумаешь, лишний раз объяснили…
И все же особо дружить с Джессикой мне не хотелось – мы отдалились друг от друга где-то год назад, как раз после встречи с Джейком… И нам было комфортно, обеим. Никто не страдал из-за этой потери дружбы, ведь мы аккуратно свели свое общение на нет…
- Майк… Майк Ньютон, - объяснила она, неуверенная, помню ли я.
- Он?.. Оу, - выдавила я.
Говорила же Анжела, что их отношения не к добру… Даже я предчувствовала это, их ссоры просто не могли привести к свадьбе, но все-таки не настолько же жуткие должны быть последствия.
- Да, мы довольно сильно повздорили, знаешь, как обычно… Дошло до того, что он назвал меня чересчур доступной, (а ты знаешь, я смягчаю его слова); я этого не смогла перенести… А потом, все так стремительно… И я тут. – Ее будто не заботило то, что она говорила, словно это все было пустяком. – Сама-то как попала?
Я неожиданно вспомнила об одной детальке в моем кармане, но сейчас проверять, на месте ли мобильник, было бы самоубийством, поэтому я подавила желание коснуться телефона.
Как я сюда попала? Черт, я же рассуждала уже над нелепостью моего приезда сюда… То, как я перепутала поезд, а обратные отсюда не ходили, казалось жутким преступлением.
- Почти то же самое, что у тебя, - чуть слышно прошептала я, надеясь, что она не расслышит слова и не уличит меня во лжи. Ох.
Самым ужасным было то, что в конце коридора, к нам приближалась Виктория, радостно махая мне рукой. Вдруг она расскажет все Джессике? Расскажет, что я лгу? Тогда вторая точно от души посмеется, если я не ошибаюсь, и она совсем не изменилась.
- Да, не везет что-то нам… - Вздохнула Джессика.
Виктория чуть удивленно приподняла брови, заметив, что я не одна, но продолжила идти ко мне и все еще улыбалась.
- Как дела, Элис? – крикнула она, уже подойдя ко мне.
- О, мне понравилось у Эсми! – нервно улыбнулась я. – Эм, познакомься, это Джессика… Джесс, это Виктория.
Они улыбнулись друг другу, причем улыбка Джессики явно была натянутой, что мне очень не понравилось, но руки друг другу не пожали.
- Очень приятно, - сказала Виктория.
- И мне, - ответила ей Джесс, отделяя от колонны спину. – Я пойду, до встречи, девочки!
Она, как бы хвастаясь своей легкой походкой (нет, я точно знаю, что у Джессики хвастаться в мыслях не было, она никогда все же корыстной не была), направилась к группе девушек, стоящих напротив нас.
Я, облегченно вздохнув, повернулась к Виктории, рассматривая ее. Мои губы украшала радостная улыбка, которая, кажется, полезла уже до ушей. Но не это меня интересовало – я заметила на лице у Виктории веснушки, хотя раньше их там не было.
- Ух ты! – изумилась я, невольно протянув руку к ее лицу, но тут же отдернув ее. Виктория, поморщившись, отвернулась от меня и пробормотала:
- Эта жуть появляется на солнце, обычно не так заметно…
- Ты что! Я о них мечтала… Когда-то.
- Вот именно! Когда-то! А теперь мне даже стыдно, Эл! – немного прохныкала Виктория.
- Да хватит тебе, Виктория, - ласково успокоила ее я, не понимая, почему она так переживает. - Это же только веснушки.
Веснушки! Лишь веснушки! И из-за этого переживать? Она переживает из-за веснушек, когда в моей жизни все стало с ног на голову, когда меня отрезали от нормальной жизни (я не осмелилась сказать «отрезали от цивилизации», ведь все тут было вполне прилично, хоть и ново)!.. Ну, разве это нормально?
- Пойдем, - в первый раз я успокаивала ее и говорила это злополучное «пойдем», обычно так тут обращались ко мне. – И я тебе даже завидую, между прочим.
Ее лицо вдруг переменилось, когда мы только лишь сделали один шаг в сторону. Она отпустила мою руку, и я неожиданно уловила на ее лице проступавшее раздражение, оно как-то исказилось, а в складке губ появилось что-то заставляющее переживать. Казалось, ее губы дрожат.
- Элис, не одна ты многострадальна! Нормальный человек сюда не приедет, у всех, кто здесь, скажем, в жизни не все в ладу! И я такая же, все такие! Причем тут только одни лишь веснушки? Тут причастен огромный снежный ком на душах людей! Веснушки!.. – она фыркнула, но после этих слов тон ее голоса стал уже размереннее и тише, словно она понемногу забывалась и успокаивалась. - Ты все равно не поймешь, да и я не смогу тебе рассказать, а может и не захочу вовсе. Я же уверена, что ты тоже не все мне рассказываешь…
Я мгновенно отшатнулась от нее, размахнув руками и сглатывая ком в горле, не желающий уходить. Нет, не может быть! Господи, она же не может знать! Не могла Виктория увидеть мой телефон, не могла ночью забраться ко мне!
Или я ее совсем не знаю?
По ее словам это абсолютно верно. Но и она не знает обо мне.
- Кто это была, твоя подруга, да? – спросила Виктория, как бы извиняясь за свою предыдущую речь, и, как я и предчувствовала, добавила. – Прости, Эл… Мне нужно было выговориться.
Вымученная улыбка скользнула по ее губам, постепенно набирая силу и становясь все более и более настоящей и искренней – к ней возвращалось хорошее настроение.
Слева от колонны, рядом с которой мы стояли, висела старая картина, вероятно, написанная пару столетий назад. Нет, там не был изображен рыцарь в серебряных доспехах и с мечом в руках, гордо поднятым над головой. Он даже и не мог появиться в нашем женском «монастыре», который кто-то, как я услышала сегодня, называл чистилищем. Нет, там была обычная дама со стаканом вина в одной руке и с немного суровой улыбкой на довольно бледных губах, чем-то отдаленно напоминавшая мне Розали. Наверно, этой даме уже минул тридцатый год. Но не это привлекло мое внимание – рядом с картиной, уже в другом, но таком же легком платье, грустно и еле видно улыбалась нам Изабелла Свон.
- Я…я рада, что ты выговорилась. И мы друг друга поняли. Да, это моя подруга… – Я тоже улыбнулась, стараясь не смотреть в сторону картины. – Давай улыбнемся. За нами наблюдают.
С головой накрывала какая-то невесомость, словно я в космосе, открываю планеты. Руки плохо повиновались, а сознание находилось в каком-то отупении, какое случалось со мной иногда, такое состояние, когда ты готов упасть в обморок, но никак не падаешь, а стоишь, пошатываясь на ногах. Я ненавидела это.
Не хотелось смотреть, ушла Белла или нет. Я просто видела, как Виктория одними губами шептала мне «Это свои, Эл, это свои…»
Знаете, до того самого момента я не осознавала всю комичность и трагичность нашей ситуации.
Не дешевый ли это розыгрыш? Не взялся ли кто-то разыграть маленькую Эл? Может, весь мир это одна большая ложь, которая создана лишь для того, чтобы загнать меня в ловушку?
Это бред.
Но не станем же мы стрелять по мужчинам из автоматов? Нет, если только они не будут с мыльными пузырями! Хотя и тогда я умудрюсь попасть себе пузырем в глаз, это же я.
С другой стороны тут все серьезно. И сосредоточенная Розали, не дающая никому спуску и высмеивающая любовь во весь голос, и собранная, но чем-то расстроенная Белла, и Эсми, не имеющая никаких причин ненавидеть мужчин, и Виктория, поклявшаяся сменить мне гардероб при первой же возможности, и Джессика, вечно легкомысленная и недалекая в своих помыслах девушка… Что с ними не так?
Нет, не правильно.
- Что с нами не так? – покачав головой, спросила я.
- О, Элис, если бы я могла ответить, - повторив мой жест, проговорила мне в ответ Виктория. – И пойдем уже, если хочешь поужинать. Или нет?
- Еще идет ужин? Я думала, что уже так поздно! – да, после парочки яблок у Эсми мне изрядно хотелось есть, но почувствовать себя героем, выдержавшим четырехчасовой голод тоже очень хотелось, однако, отказываться от ужина я не собиралась.
Моей неуклюжести и невнимательности сегодня не было предела, я много раз спотыкалась и хваталась за руку Виктории, когда она чуть посмеивалась, но маскировала свои смешки, однако, мы добрались до столовой вполне благополучно, не считая того, что за крайним столиком я углядела Джессику в окружении десятка девушек и поспешила передумать.
- Я уже не хочу…есть, Виктория. Нет, не хочу… - быстро выговаривала я, развернувшись задней частью к входу в столовую.
- Не хочешь? Это как, Элис? Только хотела… Нет, пошли, я тоже не откажусь от чая с печеньем. – Виктория поправила волосы и шагнула через порог в столовую, уже наполовину оказавшись там, но я немедля выпалила ей на ухо, что мне не хорошо.
- Оу. Это хреново, - по-философски заметила она и на секунду задумавшись, продолжила. – Иди-ка, отлежись, ладно? Там в моей тумбочке на верхней полке есть болеутоляющее, выпей, ладно? Ключ у тебя вроде есть… Я же давала?
Я неопределенно кивнула в ответ и поспешила убежать отсюда, услышав, что Виктория крикнула мне, что принесет что-нибудь поесть.
Нужно было просто подумать, просто одной подумать обо всем. Еще раз, но гораздо лучше и дальновидней.
Ничего лучшего, как пойти в комнату, я не придумала… Ни вид из окна, ни лес, больше не занимал меня, когда я проходила мимо. Даже статуя не удостоилась ни одного взгляда. Правильно говорят, что когда у тебя есть цель, ты не обращаешь больше ни на что внимание.
Мне вдруг стало ясно то, что я должна сделать. И почему то мне отчетливо казалось, что я поняла это, когда увидела стоящую у портрета Беллу Свон с ее сожалеющей о чем-то улыбкой.
Сбежать невозможно. Но надо хотя бы предупредить единственных родственников, которые остались у меня, у Элис Брендон.
Тетя… Тетя. Только она.
Повинуясь сердцу, я открыла дверь и сразу же захлопнула я, горя от стыда. Что за это будет?
- Идиотка, что ты делаешь! – шептала я себе, пока доставала телефон из кармана. Окинув его взглядом, я убедилась, что все в порядке и связь вроде бы тоже есть, а потом села за кроватью, чтобы меня было видно по минимуму.
Но не став больше колебаться я решительно открыла «Контакты» и увидев заветный номер тети, нажала на вызов.
Гудок раз, гудок два… Третий, чевертый… Я уже стала опасаться, что она не возьмет телефон. А вдруг с ней что-то случилось, она же больна… Пятый гудок, шестой…
Вот, сейчас скажут, что абонент не отвечает!
Однако, на мое удивление, трубку подняли.
- Тетя Меган? – со взвинченными нервами громко выкрикнула я, понимая, что пути назад уже нет, я и так уже позвонила.
- Тетя Меган?! – послышался на другом конце приятный, но озадаченный голос мужчины. Он, казалось, тоже не ожидал, что его назовут тетей… Я замерла, не дыша.
- Гринч?.. – ясно осознавая, что это жутко глупый вопрос, прошептала я. Что мне делать? Это же не Гринч, они перехватили сигнал! Почему я не могу просто послушаться, когда мне говорят! Зачем я позвонила? Погодите, получается, что я позвонила…им?..
- Что?! – теперь я уловила в голосе малейшие нотки истерики. Класс, прям как у меня!
Сердце со стуком начало вылетать из груди – в коридоре послышались шаги, и кто-то назвал мое имя, уже открывая ручку двери, поэтому я спешно спрятала под подушку свой телефон.
- Элис, все нормально? Я слышала голоса… Почему ты не ужинаешь? – в комнату заглянула голова Беллы, зацепляясь локонами за ручку двери. В ней вовсе не сквозило никакого беспокойство, а наоборот, живой интерес или какое-то разочарование, словно что-то не оправдало ее ожиданий.
Черт, это я?
- Все хорошо, просто мне стало плохо, и я решила не есть. Тем более, Виктория обещала принести мне чего-нибудь из столовой.
- Ну тогда, я буду за вас рада… И еще кое-что… - она остановилась, прикрыв глаза, возможно получше подбирая слова или выражения. Вздохнув, она подняла свои глаза на мою подушку, лукавым взглядом окинув ее. - Элис, если тебе когда-нибудь что-либо понадобиться или…
Еще один взгляд туда же, словно она видела, что там лежит телефон.
-…ты захочешь что-то мне рассказать, меня ты всегда легко найдешь. – Она уже аккуратно прикрывала за собой дверь, радостно воскликнув при виде какой-то маленькой девочки, обнявшей ее за ногу. Может, ее дочь?
Прошло несколько минут, а я все не понимала, что случилось. Но никакой опасности не было – она явно не собиралась заходить внутрь, а просто спросить меня или сказать что-то…
Зайдя в ванную, я умылась и немного попала водой в глаза, смеясь, какой странный был у меня разговор с этим мужчиной… Он был растерян, а я истерила, назвала его кличкой собаки тети…
Я моргнула от странного писка в комнате и вернулась обратно.
На мой мобильный, молчавший уже два дня, пришло смс с номера моей тети «Спрячь телефон, Элис».

JPOV

- Не трогай это, Николас! Я сказал тебе, не трогай! – сурово взглянул я на десятилетнего мальчика, который в очередной раз мечтал стащить зажигалку Эдварда. – Отдай, я устал. Еще одна шалость, и я не знаю, что я с тобой сделаю.
Он поднял на меня испуганные глаза и сразу же выронил из рук зажигалку, поспешив поскорей убраться из моего виду. Ясное дело – боится.
Убрав в верхний ящик стола зажигалку, я достал чистый лист бумаги и принялся за письмо, которое сегодня же должен был отдать Эммету. Долго раздумывать над выражениями я не стал, ведь Эммет не слишком красноречив, поймет меня и так.
«Эй, Эммет!
Спешу узнать, жив ли ты там еще?
Ты обещал еще вчера сообщить нам, сколько человек прибыло к нашим девочкам, но ни тебя, ни хотя бы послания никто не увидел. Да и телефон у тебя молчит. Если тебя задавил поезд, можешь не спешить и полежать там с недельку, тебя найдут. Но может, ты просто забыл и залюбовался? В любом случае, я посылаю Джеймса к тебе с этой запиской. Возвращайся сегодня же, Эдварду нужны любые сведения. Я вновь вижу, что ему все равно на эту войну, но мальчики давят на него, ты понимаешь, они не привыкли сидеть без дела. Так что, возвращайся, тебя сменит Джеймс, уже его смена.
Жутко волнуюсь о твоем здоровье,
Джаспер»