Свой план по нахождению очередной «жертвы» на время отсутствия Тани я начала воплощать в жизнь еще в самолете. Рядом со мной, через проход, сидел симпатичный темноволосый, загорелый парень, представившийся Райли. Он, конечно, не был идеальным вариантом… но три дня казались слишком долгими. Поэтому я громко смеялась над его шутками, откровенно флиртовала, облизывая губы, расстегивая пуговицу на рубашке и обливаясь «случайно» водой из бутылки. Рядом сидящий Эдвард, как мне показалось, даже один раз зарычал, но это только подстегивало меня еще больше.
- Дамы и господа! – раздался голос из динамиков, – Сегодня на нашем борту особенные пассажиры – молодожены! Наша авиакомпания и экипаж самолета искренне поздравляют молодых и желают им долгой и счастливой супружеской жизни!
В проходе самолета появилась стюардесса с бокалами шампанского и небольшим свертком в подарочной упаковке. Только когда она поравнялась с нашими местами, до меня дошло, что поздравление было адресовано Тане и Эдварду. Но Тани-то не было!!
- Поздравляем вас, мистер и миссис Каллен! – пропела с улыбкой стюардесса, ставя на мой откидной столик бокал шампанского. Эдвард же принял бокал из рук девушки и с улыбкой повернулся ко мне. – Ваш подарок! – еще раз выдавив улыбку, произнесла стюардесса, и, развернувшись, зашагала по проходу.
- Мисс, нет! Стойте! – начала, но несколько десятков глаз, обращенных на нас, включая Райли, заставили меня замолчать. – Почему ты не сказал ей? – прошипела я Эдварду. Он лишь пожал плечами и потянулся своим бокалом к моему, со звоном чокаясь.
Я схватила свой бокал и залпом осушила его, заливая свою ярость, вызванную идиотским поведением Каллена, совсем не слушая его очередную «шуточку». В этот самый момент, кто-то крикнул «Поцелуй!», и все пассажиры подхватили.
«Поцелуй! Поцелуй! Поцелуй!»
С широко открытыми глазами и приоткрытым в немом ужасе ртом, я повернулась к Эдварду. А в следующее мгновенье ощутила жар его губ на своих. Он притянул меня к себе, кладя обе руки на мою талию. Тонкая ткань ничуть не препятствовала теплу его рук, заставлявшему дрожать мое тело. Его язык настойчиво боролся с моим, с каждой секундой ломая мое сопротивление, отодвигая на задний план верность подруге, тёте... Ох!!
Я пришла в себя и дернулась в руках Эдварда, и он отпустил. Я больше не желала смотреть на него, и, судя по тому, как тщательно он бросился изучать что-то в своем ноутбуке, ему этого также не хотелось.
Дальнейшее общение с Райли не имело теперь никакого смысла, поэтому, я дотянулась до наушников и погрузилась в мир хард-рока, пытаясь забыть сладость шампанского на его губах под грохот ударных и визг электрогитар.
***
Все, что мне нужно было после утомительного перелета – это выпивка и отличный флирт. Я собиралась поскорее избавиться от максимального количества закрытых вещей, что носила в Форксе, и облачиться в короткие шорты и топики, которых я набрала полную сумку, в надежде, что все парни на побережье потеряют челюсти при виде моего обнаженного, хотя еще и бледного, тела.
Но, оказалось, что подбирать челюсть пришлось именно мне, когда я увидела тот самый дом, в котором нам предстояло жить. Это был не просто дом. Это был комплекс построек на самом берегу самого красивого моря с самым белоснежным песком... Здесь определенно все было самым-самым! Большой дом с четырьмя спальнями, огромной гостиной, и такой же огромной кухней. Вид на пляж сквозь выход в патио, где были расставлены плетеные кресла вокруг стеклянного столика, которые даже с такого расстояния казались невероятно удобными, не мог сравниться ни с одной из картинок в рекламных проспектах туристических агентств – это был настоящий кусочек рая, и я уже не могла дождаться, когда смогу увидеть всю эту красоту в лучах закатного кубинского солнца… Потрясающе… У меня не хватало слов и эмоций описать все это. Я пребывала в немом восторге, настолько сильном, что даже стоящий рядом Эдвард не портил эту картину, а скорее, наоборот, дополнял ее. Я продолжала любоваться открывающимся видом, когда он спросил:
- Тебе нравится?
- О, Да! Это не может не нравиться! Дом, то есть... Все это – восхитительно! – восторженно произнесла я, поворачиваясь к нему. Он так искренне улыбался, а в его глаза мягко светились какими-то непонятными мне эмоциями. Это было так необычно по сравнению с тем Эдвардом Калленом, которого я знала до сих пор, но было в этом что-то настоящее, что делало его идеальные черты лица мягче и даже моложе…
- Я рад, что тебе понравилось… – тихо сказал он.
- Чей это дом? Его сдают в аренду? – спросила я, отбрасывая мысли о его странном взгляде, и уселась за барную стойку, соединяющую кухню и гостиную.
- Нет, он мой, – просто ответил Эдвард. Ни хвастовства, ни самодовольства. Просто «мой».
- Вау! – не удержалась я, – Так, значит, ты у нас типа богатый? Да, дядя?
Эдвард обернулся: все былое спокойствие улетучилось, уступая место привычной снисходительной холодности. Нахмурившись, он сказал:
- Во-первых, не называй меня «дядя», а во-вторых, нет, я не богат.
Я смутилась его ответом. Что значит, не богат? Таня говорила мне, что Эдвард хорошо обеспечен, как и вся его семья, правда, я не успела особо познакомиться с его родителями и другими родственниками на свадьбе, поскольку постоянно увиливала от… Ну, не важно... Так, что он там еще говорил? Не называть его дядей? Это еще почему?
- А что не так с «дядей»? – нахально спросила я.
Эдвард, закончивший делать Махито, повернулся ко мне и протянул один из стаканов.
- Насколько я заметил, ты и Таню зовешь не часто «тётей», и меня не начинай. «Эдвард» будет вполне достаточно.
Все еще держа в руках напиток, так его и не попробовав, я смотрела за тем, как Эдвард, чуть откинув голову назад и прикрыв глаза, пьет из запотевшего стакана, делая большие глотки ледяной жидкости. Эта картина оказалась безумно сексуальной, что я едва сдерживала стон. Он открыл глаза и встретился со мной взглядом. Что в этот момент заставило его глаза потемнеть, я не знала. Я лишь резко подняла стакан и начала жадно пить. После двух больших глотков до меня, наконец, дошло.
- Эй, а почему безалкогольный? – крикнула я, уже поднимающемуся по лестнице Эдварду.
- Потому что кому-то еще нет двадцати одного! – было мне ответом.
«Вот же сноб…» – подумала я и, понимая, что он не услышит, гнусаво мысленно добавила: – «...Дядюшка!»
Поднявшись вслед за Эдвардом на второй этаж, я остановилась в коридоре, просто не понимая в которую из шести дверей зайти.
- Эдвард? – позвала я. Тишина. Что ж, придется разбираться самой... Открыв самую ближайшую дверь, я наткнулась, судя по всему, на кабинет или, может, библиотеку. – Значит, дальше…
Закрыв первую дверь, я подошла ко второй. За ней оказалась спальня. Розоватых оттенков, не вычурная, а очень даже симпатичная и стильная. Но, поскольку, моих вещей в ней не было, я закрыла дверь и отправилась дальше. За третьей дверью пряталась пустая комната, в которой, видимо, шел ремонт. В этот момент я ощущала себя Алисой из сказки, которой нужно найти заветную маленькую дверцу. Ох, видимо, я настолько вымоталась, что в голову теперь лезет всякий бред! Так я скоро начну видеть улыбающихся котов и разговаривающих кроликов… Дойдя до следующей двери, я обнаружила еще одну спальню с большой двуспальной кроватью в стиле Прованс. И снова никакого намека на то, что мне предстоит остановиться здесь… Хотя, это скорее, похоже на ложе для пары. Пары, Белла, а ты здесь одна. Пока…
Наконец, открыв пятую дверь я нашла свои сумки. Не скрывая своей радости, я забежала в комнату и бросилась на кровать. Она оказалась настолько удобной и такой потрясающе мягкой, что я и не заметила, как бессонная ночь и бесконечные волнения растворились в первом сне на острове Свободы…
Когда я открыла глаза, за окном уже было темно. Я томно потянулась на постели, с удивлением обнаружив, что была разута… Что ж, надеюсь, это был кто-то из прислуги, а не Эдвард. Я спрыгнула с кровати и, прихватив вещи, направился в душ. Понежившись под прохладными струями, я ощутила прилив сил. Надев, как и планировала, коротенькие джинсовые шорты и облегающую майку, я обула сланцы, привела в порядок свои волосы, подправила макияж и спустилась вниз, надеясь, раздобыть ужин.
- Нет, Кармен... Вряд ли это получится. Да, понимаю. Нет, совсем не сержусь, что вы… Да, буду ждать. Поправляйтесь! – услышала я разговор Эдварда, находившегося на открытом патио. Он вернулся в гостиную и замер, увидев меня. Некоторое время мы молчали, пока он не спросил: – Ты голодна?
Я кивнула, и он, клянусь, безумно сексуально прикусил свою нижнюю губу. Если он готов был пожертвовать мне ее на ужин, то я была бы в раю, причем, мне не нужна была бы доставка, я с радостью готова была броситься и вонзить в нее свои зубки, а потом, и в ее владельца тоже... Ох! Я покраснела от своих мыслей и поспешила опустить взгляд.
- Домработница не сможет помогать нам в этом месяце, она сломала ногу. Так что… или готовим сами, или едем в ресторан. Ты умеешь готовить? – уже с усмешкой спросил он.
- Да, а ты – нет? – тем же тоном ответила я.
- Нет, я умею много чего, но не это…
От его слов я покраснела еще сильнее. «Много чего…» – это звучало так, будто… Мое дыхание стало частым, а сердце снова понеслось в бешеном ритме. Успокоиться было не просто, поэтому я быстрыми шагами направилась к холодильнику. Открыв его, я ощутила столь необходимую прохладу, закрыв глаза и не особо задумываясь о том, что же надо приготовить. Когда холод хоть немного вернул моим расплавленным мозгам способность мыслить, я открыла глаза и стала рассматривать полки с едой, которые буквально ломились от изобилия.
- Эдвард, что ты хочешь на ужин? – крикнула я, оборачиваясь и тут же сталкиваясь с ним. Он все это время стоял рядом или только что подошел сюда? Этот вопрос потерял значение, едва я проследила за его взглядом. Твою ж… Грудь, обтянутая тонкой тканью майки, была своеобразно обрадована прохладе, исходившей из морозильной камеры, о чем незамедлительно сообщила моему новоиспеченному «дядюшке». Я поспешно отвернулась, снова рассматривая продукты. Потянув первую попавшуюся пачку, я не заметила, как толкнула рядом стоящую банку соуса. Она тут же упала на пол и разбилась возле моих ног. Томатный соус, изрядно испачкав полки и пол, попал и на мои ноги и немного на ноги Эдварда.
- Ай! – вскрикнула я, резко наклоняясь к своей ноге, ощущая, как крошечные осколки стекла впиваются в кожу. Сначала я услышала резкий вздох Эдварда, не понимая, чем он вызван, при этом находясь в том же положении, пытаясь достать кусочки стекла, а затем почувствовала, как он присел рядом на корточки и попытался убрать мои руки от порезов.
- Не трогай. Ты можешь… Лучше сам! – он встал и подхватил меня за бедра, усаживая на барную стойку, забирая из моих рук пачку с отбивными. Подойдя к раковине, он намочил кухонное полотенце и вернулся ко мне, присаживаясь так, что мои ранки были ему хорошо видны. Он аккуратно стал изучать кожу моих ног на наличие осколков, проводя по красным каплям соуса, и стирая их полотенцем, если среди них не попадалось стекла. Затем он снова отошел от меня, чтобы достать аптечку и вернуться уже с антисептиком, убрав, как оказалось, всего несколько стеклышек, проткнувших мою ногу.
- Ай! – снова вскрикнула я, почувствовав, как щиплет антисептик, и Эдвард, с присущей ему ухмылкой, опустил лицо к моим порезам и нежно подул на них. Затем он снова посмотрел мне в глаза, и я окончательно потеряла разум. Его вид, стоящего на коленях, возле моих ног, ощущения его рук на моей коже…Черт тебя побрал, Таня! Что мне теперь делать?
- Все, – ответил Эдвард, и я даже не сразу поняла, о чем он.
-Ммм… – потянула я время, дожидаясь, когда мои грязные мысли снова забьются в угол. – Спасибо… Я... сейчас все уберу…
Эдвард, поставив аптечку на место, повернулся и покачал головой.
- Я сам уберу, а ты можешь начать готовить. Я помогу тебе, как только закончу с этим...
Он вышел из кухни, видимо, за тряпками и совком, а я аккуратно, чтобы снова не порезаться, вытащила из холодильника нужные продукты и начала готовить.