Глава 5.

POV Белла.

Прошло около месяца, мы с Элис очень сблизились за это время, и я искренне полюбила её. Мы сидели вместе на общих уроках, ездили по магазинам, она не брезговала даже приезжать ко мне на обед, хотя наш с Чарли домик казался лачугой, по сравнению с их огромным комфортабельным особняком, и я тоже была довольно частой гостьей у них.

Если честно, то дружба, начавшаяся как средство приблизиться к Эдварду, переросла в большое и искреннее чувство. Мне очень понравилась миссис Каллен, с ней было легко и естественно болтать обо всем на свете. Мы сразу сошлись на хозяйственных темах, и так как я была «домашней девочкой», то мне было чем поделиться с ней. Эдвард реагировал на меня по-прежнему настороженно, только уже без злости, вежливо, равнодушно. Лишь иногда он с интересом слушал наши с Эсми беседы, тщательно делая вид, что смотрит телевизор. Кроме него только Розали восприняла меня в штыки, но я не обращала внимания на её колкости, и она постепенно сдалась. Теперь на ленче я сидела с ними за одним столиком, и это было очень кстати, потому что Анжела, явно считая меня сумасшедшей, не хотела больше общаться со мной.

Конечно, мне тяжело было скрывать свои чувства к Эдварду, но я понимала, что нельзя лезть к нему, пока он так насторожен, и Элис, видя мою тактику невмешательства, одобрительно кивала. Мне хотелось поговорить с ним, но он упрямо сидел в гостиной. Мне хотелось хотя бы видеть его почаще, но я не смела прямо смотреть на него и любовалась его совершенным лицом исподтишка. Я видела, что его сестра рада моему обществу и сама сполна наслаждалась её дружбой.

Когда однажды во время нашего очередного чаепития на кухню вдруг выехал Эдвард, я чуть не опрокинула чашку с чаем и после того, как он присоединился к нам, не смогла проглотить ни кусочка. А он стал постоянно присутствовать при наших беседах и однажды даже вмешался в наш с Элис спор о прочитанной книге. Оказывается, он тоже читал её, и как ни странно его мнение совпадало с моим. Эсми счастливыми глазами смотрела на меня, и сердце у меня сжалось – как же они все настрадались. И я осознала, что сделаю всё, что только возможно уже не только ради любви к их сыну, но и ради всей их замечательной семьи.

Элис видела мои чувства и всячески подталкивала брата ко мне, а тот был упрям, но вода и камень точит, время шло и Эдвард уже не шарахался от меня и принимал помощь без злости. Однажды я застала парня с кучей учебников, которые упали с его колен, и он никак не мог их собрать. Я помогла, и Эдвард, пробурчав какую-то благодарность, позволил дойти с ним до парковки, где нас ждала довольная Элис. Мы даже разговаривали на следующий день, когда его сестра настояла, что они подвезут меня до дома, так как моя машина в тот день была в сервисе. Вскоре Эдвард как-то совсем успокоился и стал удивительно дружелюбен по отношению ко мне.

На днях должна была вернуться Розали, снова ездившая навестить Эммета, который уехал на практику, и я со страхом ждала, как она поведет себя: вернется к язвительности или оставит меня в покое? Единственное, что огорчало меня – это то, что Эдвард видел во мне только подругу сестры и не более… Да, похоже я перестаралась со своей тактикой невмешательства.

Но случай расставил всё по своим местам, приблизив меня к Эдварду и изменив наши жизни навсегда.

Элис отвезла брата в реабилитационный центр, а сама поехала встречать Эммета с Розали в аэропорт. Самолет задержали, и она не успевала его забрать, телефон Эдвард с собой не взял, и предупредить его о задержке она никак не могла. Поэтому попросила меня съездить в центр и передать Эдварду, что она задерживается. Я с удовольствием выполнила её просьбу, жутко волнуясь. Когда Эдвард услышал, что сестра задержится больше чем на час, вдруг попросил меня отвезти его домой. Получив одобрение Элис, я помогла ему устроиться в пикапе и с помощью охранника погрузила кресло в кузов.

Дорога была длинная, и мы постепенно разговорились. Эдвард рассказывал о книге, которую читал уже два дня и пообещал потом дать мне. Трасса в этом месте была узкой, наступали сумерки, и я очень внимательно следила за встречным движением. Мне сразу показался странным этот грузовик – он как-то зигзагами ехал по трассе. Справа дорогу ограждала бетонная стена, и съехать на обочину практически не было возможности. Неуправляемая машина перестроилась на нашу полосу и быстро двигалась прямо на нас. В моей голове пронеслось: «Черт, если я врежусь в бетонное ограждение, то пострадает Эдвард, если я останусь на дороге, то конец в первую очередь мне. Выбор был очевиден».

– Что ты делаешь! – услышала я крик Эдварда, – Прыгай!

– Нет, я не оставлю тебя… – съехав на обочину и по возможности прижав машину к стене, я могла только наблюдать, как взбесившаяся махина врезается в мой пикап, сминая его крыло и капот, от резкого удара я стукнулась головой о руль и погрузилась в звездную черноту…

POV Эдвард

Глядя на несущийся грузовик, я видел, что Белла сделала всё возможное, чтобы избежать столкновения, но этого было, к сожалению, недостаточно – он всё равно врежется в нас. Я успел осознать, что она давно могла бы выпрыгнуть, но она пыталась спасти мою жизнь. Это поразило меня, я хотел крикнуть ей, что мне уже всё равно, что мне нечего терять, а она ещё может спастись, но не успел – жуткий удар сотряс автомобиль и через мгновение я понял, что жив и невредим. Когда шок прошел я посмотрел на девушку и с ужасом увидел, что она без сознания лежит на руле и из раны на лбу течет струйка крови.

– Белла! – дико закричал я, – Белла! Ты жива? Я стал тормошить её одной рукой, но она только откинулась назад на сиденье и замерла в неудобной позе. Я огляделся вокруг себя и попытался оценить масштабы столкновения: грузовик, смяв левый угол капота и крыло, остановился, накренившись на бок, из него валил черный дым и видны были языки пламени.

«Сейчас рванет!» – дошло до меня.

– Белла, нужно уходить, сейчас всё взорвется, – кричал я, но безрезультатно – она не приходила в себя.
Нужно было что-то решать и быстро. Но что мог сделать в такой ситуации безногий инвалид? Я растерялся… Вдруг меня осенило – мне нужно открыть свою дверь и выкатиться из машины, а затем как можно дальше отползти от неё. Я открыл дверь и неожиданно осознал, что не могу уйти, оставив Беллу погибать в машине. Я должен ей помочь, она единственный человек, не связанный со мной кровными узами, который по-человечески отнесся ко мне. Я должен вытащить её.

Решение пришло мгновенно.

Я, как смог, перегнулся на её сиденье и стал вытаскивать ноги Беллы из-под панели, очень надеясь, что их не защемило при ударе! Я стал по очереди тянуть колени девушки на себя. Они свободно двигались, и это означало, что ничто не помешает их вытащить. Мне повезло, и, изрядно вспотев, я вытянул её ноги на сиденье. Затем крепко обхватывая за талию потянул к себе, благодаря Бога, за то, что в последние полтора года я здорово накачал руки, раньше мне не по силам было бы тащить одной рукой пятидесятикилограммовую девушку и ещё передвигать себя к двери. Я смог и, убедившись, что мы не зацепимся за что-нибудь, поднапрягся и вытолкнул нас обоих из кабины. Стараясь, чтобы Белла не стукнулась головой, я приземлился на землю спиной, прижимая девушку за плечи к моей груди, но похоже что-то произошло с её ногой, так как упав на меня Свон, громко застонала, но в сознание не пришла. Я собрал все силы и пополз на локтях в сторону от машины, увлекая её за собой.

Рывок.

Подтянуться.

Ещё рывок, ещё подтянуться…

В горячке я не осознавал, что чувствую жгучую боль от содранной на бедре и колене кожи - сейчас мне было не до этого. Только бы уползти со своей ношей подальше от неумолимой смерти. Пот заливал мне глаза, сердце билось где-то в горле, но я упорно тащил нас по мокрой скользкой дороге. Ещё чуть-чуть, ещё немного… Как же мне не хватает помощи ног! Дыхание с хрипом вырывалось из моей груди, голова кружилась, руки слабели и начинали заходиться в противной мелкой дрожи. Наконец я совсем выбился из сил. Но мы были уже на приличном расстоянии, и я позволил себе передохнуть, в изнеможении откинувшись навзничь и прижавшись щекой к мокрому холодному асфальту.

И тогда прогремел взрыв…

Я, приподнявшись на локтях, попытался заслонить девушку собой от летящих предметов и отчаянно разглядывал её лицо в свете сполохов огня – она была такая беспомощная, беззащитная, вся измазанная чем-то, что во мне поднялась волна щемящей нежности. Я уже привык, что обычно сам нуждаюсь в помощи и защите. Я так давно не чувствовал себя сильным, способным защитить кого-то. Белла помогла мне вспомнить забытое чувство. И это разбудило во мне частичку чего-то настоящего и хорошего, за что я сейчас до слёз был благодарен ей. Именно в этот момент её глаза открылись, ничего не осознавая, она смотрела на меня испуганным взглядом.

– Что случилось? – скорее догадался, чем услышал я.

– В нас врезался грузовик, ты ударилась головой, машины взорвались, – мотнул я головой в сторону огня. – Сейчас приедет помощь, не шевелись.

– Как мы оказались здесь? Кто вытащил нас? – удивленно спросила она, морщась, видимо, от боли.

Я молчал, любуясь растерянным выражением её лица.

– Это был ты?! Да? Но как?! – восторженно спросила она.

– Да, – слегка кивнул я, почему-то краснея, – я вытянул нас из машины и, как сумел, оттащил сюда. Извини, наверное, ты поранилась.

Её глаза засияли таким блеском, что я почувствовал себя ослепленным, и, счастливо улыбнувшись, она прошептала:

– Спасибо, что спас меня! Я знала, ты… ты самый замечательный на свете!

И вдруг, обхватив рукой мой затылок, Белла наклонила мою голову к себе. Я успел почувствовать её взволнованное дыхание на своей щеке, а затем она нежно поцеловала меня в губы. Сказать, что я был удивлен – значит, не сказать ничего. Я застыл в шоке. Но девушка продолжала ласково целовать меня, и я, опомнившись, ответил ей. Её поцелуй был неожиданностью, в нём было столько эмоций, меня как будто обожгло огнем от этих невероятно нежных, мягких губ. Я никогда не испытывал таких ощущений от прикосновения чужого рта к моему. Сердце глухо и сильно стукнуло в груди, а дальше понеслось какими-то безумными скачками. С ней тоже происходило что-то странное. Это было не просто слиянием губ, Белла будто таяла от моего поцелуя. Мои губы раскрылись ей в ответ, мир закружился искристым вихрем вокруг нас. Оторвавшись от меня, девушка покраснела и умоляюще прошептала:

– Извини, не удержалась. Не сердись, пожалуйста.

– Я не сержусь, – счастливо улыбаясь, ответил я. – Мне было очень приятно. Надо почаще спасать девушек, особенно, если меня так будут благодарить за спасение. Мы смотрели друг другу в глаза, и мне казалось, что я вижу её впервые.

Тут до нас донеслись вой сирен, крики людей, плач. На звук взрыва и пожар приехали люди из городка, увидев горящую машину Беллы, стали кричать, тушить… Нас на противоположной стороне дороги в темноте сразу никто и не заметил. Белла попыталась сесть, но, застонав, схватилась за ногу. Черт! Неужели всё-таки сломала при падении? Я тоже, повозившись, сел и разглядел в толпе людей сестру и брата, бегающих в истерике от дымящих остатков пикапа к скорой помощи.

Всеобщую неразбериху на миг разорвал неизвестно чей крик: «Да вот же они!»

И вся толпа ринулась к нам. Элис плакала, Эммет радостно подпрыгивал и пытался взять меня на руки. Подоспевшие работники скорой помощи растолкали всех и пытались уложить нас на носилки. Пока меня запихивали в машину, я успел разглядеть третьи носилки, на которых лежало тело, накрытое с головой, злосчастный водитель грузовика погиб в огне. Я запоздало содрогнулся от участи, которая ждала бы и нас, если бы мы не успели выбраться вовремя.

Дверцы захлопнулись, завыли сирены и машины помчались в сторону городка, увозя нас с места происшествия.

За быструю и качественную редактуру благодарим Ирис I
Очень жду ваших отзывов!!!