Ближе друга только враг,
Враг себе ты сам.
Небеса в твоих глазах,
Свинцовые небеса.
"Мастер"

Ночь вступила в свои права, кривая молния расколола небо на две половины. Раскат грома казался звуком иерихонской трубы в тишине спящего дома. Шум дождя за окном нарастал, летняя гроза смывала пыль знойного дня. Хляби небесные разверзлись, и улицы городка Дестени-Фоллс, штат Каролина, скрылись за стеной дождя.

Капли воды падали на белый подоконник распахнутого окна в моей спальне. Опять призрак из прошлого вернулся ко мне, не предупреждая о своем появлении. И, как всегда, у меня не было сил противиться ему. Я не могла сопротивляться страсти, которую будил во мне Деймон Сальваторе, мой заклятый и возлюбленный враг.

Семь долгих лет мы не виделись. И вот опять он ворвался в мою жизнь, сметая на пути все преграды, условности и предрассудки.

Если кто-то из моей семьи узнает, что вампир смог беспрепятственно проникнуть в дом, то меня ждет наказание, похуже, чем лишение сил. Один раз я пошла против воли своего клана для того, чтобы помочь врагу.

Меня простили, но совсем не из-за добрых чувств. Моя семья всегда и во всем искала выгоду, и на этот раз только я могла им дать ее. Убив меня, ведьмы и ведьмаки лишились бы носительницы огромной силы, появление которой предсказала моя прапрапрабабка.

Очень странно лежать в обнимку на кровати с вампиром, слышать размеренный стук его мертвого сердца, которое бьется по инерции, нежели для поддержания существования. Этот момент можно было сравнить с балансировкой по лезвию бритвы.

Мы были эквилибристами, стоявшими в разных концах натянутого каната. Сделали шаг для того, чтобы встретиться посередине, но вместо натянутой веревки под нашими босыми ногами оказалась остро заточенная сталь. Но превозмогая боль и оставляя кровавый след на земле, что простиралась далеко внизу, мы шли друг к другу, протягивая руки.

Я всегда нарушала запреты, плыла против течения, дерзила и делала так, как считала нужным. И вот сейчас я позволила ему творить со мной немыслимые вещи, лишь бы еще на миг оставить его рядом с собой, ощутить его губы на своих губах, почувствовать прикосновение его сильных рук своему телу.

Деймон перебирал мои волосы, и мне хотелось мурчать от удовольствия, подобно сытой и довольной кошке. Как бы я хорошо не относилась к своему мужу, но Дикон не мог разбудить во мне и малую толику того темного безумного желания, что просыпалось во мне от одного только взгляда голубых пронзительных глаз Деймона Сальваторе. Растворившись в ласках моего единственного и возлюбленного врага, я позволила вернуться воспоминаниям, которые так тщательно гнала от себя на протяжении семи лет.

Ни заклинания, ни попытка начать нормальную жизнь (если это определение подходит к жизни потомственной ведьмы) не могли мне помочь избавиться от наваждения, которое коварно пробиралось ко мне во снах. И тогда я кричала от боли, стонала от наслаждения, плакала при расставании и хотела всё забыть. Но не могла.