Рождество

---

Действующие лица:
"Сверхъестественное": Дин Винчестер, Джон Винчестер, Кастиэль, Люцифер, Габриэль, Бальтазар.
"Шерлок BBC": Себастьян Моран, Джим Мориарти, Шерлок Холмс, Ирэн Адлер, Джон Ватсон, Молли Хупер.
"Касл": Ричард Касл, Кейт Беккет.
"Секретные материалы": Фокс Малдер, Дана Скалли.
"Доктор Хаус": Грегори Хаус, Джеймс Уилсон, Реми Хэдли (Тринадцать).
"Декстер": Декстер Морган, Деб Морган, Куинн.
"Борджиа": Чезаре Борджиа, Лукреция Борджиа.
"Властелин Колец": Леголас, Арвен.
"Матрица": Нео, Тринити.
"Звёздные войны": Хан Соло.
"Гарри Поттер": близнецы Уизли, Люциус Малфой, Дарко Малфой, Северус Снейп, Сириус Блэк.
"Игра Престолов": Дейенерис Таргариен, кхал Дрого.
"Мстители": Локи, Тор.
"Константин": Джон Константин.

---

Это было воистину прекрасно.

Бар был набит людьми, разговорами и смехом, и в самом воздухе чувствовалась рождественская атмосфера.

За тёмной стойкой очень быстро сновали туда-сюда бармены, а официантки (да и официанты тоже) получали сегодня не только утроенную порцию внимания, но и повышенные чаевые.

В центре, у бильярдного стола, собралась целая компания; они шумели больше всех. Играли только двое: Дин Винчестер, улыбчивый парень с малозаметными веснушками и коротким ёжиком волос в клетчатой рубашке и джинсах, и Себастьян Моран, парень в отглаженных брюках, не снимающий в такой жаре чёрную кожаную куртку. Остальные, как, например, Джон Винчестер - тот мужчина со стаканом виски в руке, недельной щетиной и в старой поношенной светлой кожанке, поддерживали играющих. Кто-то наблюдал со стороны, изображая незаинтересованность, как Мориарти, сидящий у стойки.

- Мой сын! - с гордостью сказал Джон, стаканом указывая на Дина, когда тот забил шар в лузу. Касл, стоящий рядом, только шире ухмыльнулся.

- Заметно. Он так на тебя смотрит, - фыркнул писатель. - Хотя по этой логике должно выходить, что Себ - сын Мориарти...

Джон Винчестер рассмеялся, представив Джима как отца Морана. Малдер тоже фыркнул, а вот на лице Джона Ватсона был написан ужас.

Меж тем Люцифер активно отвлекал от бильярда Скалли и Беккет.

- И тогда он сказал: "Люси, я дома!". Это же надо было назвать меня домашним именем при Винчестерах! - возмущался он, распаляясь всё больше и больше, когда женщины начинали неудержимо улыбаться и хихикать. - Убить бы его за это.

- Эй! - возмутился Габриэль. - Я всё ещё тут и слышу тебя!

Люцифер отсалютовал брату бокалом с вином. Габриэль, возмущённо фыркнув, удалился за дальний стол.

Чуть дальше от бильярда был карточный стол. Компания там собралась не меньше; можно было даже заметить, как зрители курсируют от одного стола к другому - борьба за обоими шла просто умопомрачительная. Шерлок пытался читать и Хауса, и Декстера; эти двое ухмылялись, переглядываясь и явно сговорившись. Пока детективу не везло: Хаус был столь же умён, а прочитать психопата несколько затруднительно. К тому же, Ирэн, довольно громко флиртующая за его спиной (в буквальном смысле: мисс Доминантка стояла за спинкой стула Шерлока) с Чезаре, не добавляла сосредоточенности.

- Выиграет, - уверенно шепчет Уилсон на ухо Молли. Девушка тихо хихикнула:

- Ты не знаешь Шерлока.

- А ты не знаешь Хауса.

- Вы не видели Декса в деле! - отвлекается от своего разговора Деб.

Куинн шикнул на всех.

За стойкой развивался не менее любопытный разговор. Деб в привычном ей стиле рассказывала Кастиэлю о своих парнях. Ангел слушал, удивлённо моргая, комментируя и выпивая один стакан за другим наравне с девушкой.

Чуть далее Леголас мерился силой лёгких с Бальтазаром, распевая то рок-н-ролл, то эльфийские песни. Им периодически подпевала Тринадцать. С другой стороны Нео и Тринити увлечённо рассказывали и показывали Арвен, Лукреции и Хану Соло Интернет.

- Умеют же! - восхищённо воскликнула Деб, отвлекаясь от рассказа об агенте Ланди. Кастиэль перевёл дух, и, убедившись, что девушка слушает "О Элберет Гилтониэль" в исполнении трио за стойкой, попросту сбежал. Такого количества ругательств он не слышал даже от Дина. Правда, Деб тут же цапнула за рукав Лукрецию, собиравшуюся уйти подальше от "благов цивилизации", и уже в ней она нашла благодарного слушателя: Борджиа не только знала, когда нужно вставить веское "все мужики - козлы!", но и могла рассказать о своём опыте.

Рядом с Деб на стойку вскочили близнецы Уизли; каждый держал по огромному стакану, от которого шёл пар.

- Хээээй! - крикнули они одновременно. - Всем по глинтвейну!

Зал ответил восторженным воплем.

Люциус, аккуратно поддерживая под локоток Дейенерис Таргариен, прохаживался вокруг стойки, и совершенно ненавязчиво пытался направить их гуляния в сторону комнат наверху. Дейенерис не была глупой, и понимала, чего конкретно от неё хотят, поэтому столь же ненавязчиво направляла их гуляния вглубь галдящей толпы.Тем более что её ненаглядный Дрого неподалёку пил на спор с Быковым.

Через полчаса в середине зала появился шест для стриптиза, вокруг которого крутился вдрызг пьяный Локи. Народ одобрил затею громкими криками. Правда, снимать асгардца тут же пошёл Джон Константин, которому Тор поручил приглядывать за неугомонным братцем. И экзорцист, который по сути своей не будучи ни послом доброй воли, ни добряком, вынужден был приглядывать и за Локи, и за относительным порядком.

Локи отчаянно сопротивлялся - даже на плече у Константина, и пытался избавиться от одежды даже в таком положении.

- Истинный талант не загубить! - неожиданно воскликнул Локи. Потом, икнув и разодрав рубашку на груди, продолжил громче: - На колени!..

- Силенцио! - негромко буркнул Драко, отвлекаясь от разговора с Девятым Доктором, направив молниеносно вытащенную палочку на асгардца. Локи по-прежнему продолжал кричать что-то, но уже беззвучно и явно не осознавая этого.

Джон Константин на ходу благодарно кивнул Малфою-младшему, прежде чем скрыться за дверью, ведущей наверх, в комнаты, чтобы сгрузить там асгардца и вернуться в зал. Ему ещё предстояло вытаскивать Тринадцать из компании разошедшихся эльфа и ангела и присоединившегося к ним Сириуса.

И только в дальнем углу с тихим вздохом вновь профейспалмили двое: Северус и Габриэль. Впрочем, они оба редко в этот вечер отнимали руки от лица. Скоро к ним присоединилась Гермиона, которой слегка поднадоели шумный спор и ставки близнецов.

Перед полуночью всех умудрились чинно рассадить за столиками и за стойкой. Разбудили даже Локи, который протрезвел настолько, чтобы выдать Тору обещание не танцевать стриптиз в ближайшие пару часов. Распевшееся трио, разросшееся аж до квартета за счёт заинтересовавшегося Сириуса, уговорили (или, правильнее сказать, заставили) петь вместе со всеми, а не перекрикивать остальных, вопя "Eye of the tiger" или "Балладу о Берене и Лютиэн".

Вся разношёрстная компания довольно мирно пела рождественские гимны и бросала злые взгляды в сторону ухмыляющихся Малфоя-младшего и Тора, которые и являлись инициаторами распевания подобных песенок. И которые, собственно, умудрились спровоцировать подобное пение заклинаниями.

Официанты, обнеся их напитками и едой, расселись - кто где нашёл место. Бармены, уже давно снявшие свои фартуки, пихали соседей, чтобы те пододвинулись.

Ближе к утру, когда многие уже разбрелись по спальням наверху - назавтра праздник продолжался, и покидать столь тёплую компанию столь рано никому не хотелось - и обменялись подарками, Габриэль тихо фыркнул. Северус удивлённо посмотрел на архангела, и тот пояснил:

- Как я люблю наше Рождество!

И зельевару не нужно больше слов. Он понимает, о чём говорит Габриэль.

И назавтра праздник продолжится. Как продолжался всегда.

И за ним придут ещё дни - или вечера, которые можно провести в этом баре - в баре, в котором накладываются реальности и стираются границы времени и канонов.

В баре, куда они все рано или поздно придут...