— Вы собираетесь домой? — с очень недовольным лицом спросил Снейп, когда следующим утром я выбралась из-под пледа, умылась в его ванной комнате с потрескавшимся кафелем и вошла в кухню, переплетая косу.

Я помотала головой и взяла из тарелки печенье. Без аппетита, скорее на автомате, откусила.

— Будете жить у меня? — насмешливо поднял брови Снейп.

Я кивнула, забирая его наполовину полную кружку. Фу, кофе.

— Это совершенно невозможно, Блэк. Хотя бы потому, что мне нечем вас кормить. Вы привыкли к деликатесам своих эльфов, а я…

— А вы питаетесь вареной гречкой, я видела, — я кивнула на его старый пожелтевший холодильник и, прожевав печенье, сделала глоток из носика заварника. Тьфу, полынная настойка!

— Ваш отец ищет вас, — со вздохом сообщил Снейп.

— Откуда вы знаете?

Полынная настойка совсем отбила и без того плохой аппетит, и я отодвинула от себя печенье.

— Он искал вас у меня.

Я чуть не упала вместе с шатким стулом.

— Почему?!

— Это ваш отец, вам виднее, — язвительно ответил Снейп.

— И что вы сказали? — с ужасом спросила я.

— Что вас здесь нет.

Я хмуро уставилась в окно.

— Он вас любит, Блэк. Несмотря ни на что. Возвращайтесь домой, — посоветовал Снейп и ушел в гостиную, пока я не успела ничего ответить.

Я посидела минуту на его кухне и вызвала Кричера.



Сириус встретил меня на пороге, пьяный. Пылко обнял, длинно и тяжело вздохнул и ничего не сказал.

Зря я, наверное, не пошла к нему сразу.



На первой сходке Ордена я планировала сказать речь. Но сейчас настроения не было. Совсем. Больше всего хотелось забиться в угол у печки Мерлина и просидеть там до конца жизни. И все же я осталась.

— Добро пожаловать в мой дом, господа, — поприветствовала я членов Ордена, собравшихся в просторной гостиной, после того, как Дамблдор меня представил. Впрочем, я и так была знакома с большей частью орденцев. С кем лично, с кем из газетных хроник.

Те, кто меня не знал, смотрели с любопытством. Знакомые — улыбкой или опаской. Некоторые — с жалостью. Грюм кивал каким-то своим мыслям, медленно вращая глазом. Тонкс пялилась на Люпина. Снейп стоял в углу. Молли поджимала губы. Гермиона сидела на подлокотнике кресла рядом с Драко и крутила в руках снитч — подарок Крама. Через неделю она на месяц уезжала в Болгарию по гостям. Близнецы переглядывались — у них был очередной проект. Нарцисса неуютно ежилась, косясь на Шеклболта. Сэм стоял с Артуром. Хорхе не было — он встречал Билла на международной станции порталов.

Пестренькая компания. Чувствую, отдала я дом на разграбление.

Я знала одно — Волдеморт окружил себя отрядом головорезов и обосновал штаб в Малфой-мэноре. Мне его не достать.

Весь мой план участия в грядущей войне сводился к одному — я должна до него добраться.

Когда взрослые дяди и тети начали обсуждать взрослые дела, нас, детишек, выгнали. Вру — меня выгнать не пытались. Я сразу сказала Дамблдору, что я буду присутствовать на всех собраниях. Мой дом — мои правила.

Впрочем, сегодня я оставила Тома фиксировать мысли первого собрания и ушла к себе в комнату. Добби, эльф-перебежчик, вчера принес Нарциссе план магической защиты дома.

Если я сумею ее взломать… Если смогу попасть внутрь, когда он будет один…

Но почему-то интуиция подсказывала мне, что так просто мне этого сделать никто не даст.



Из кухни раздавались привычные звуки — Пигли с Кричером готовили завтрак. Шипело масло, и умопомрачительный аромат картофельно-морковных пирожков окутывал весь Блэк-мэнор.

Солнце только поднялось из-за горизонта. Силясь пробиться лучами сквозь плотные лондонские облака, оно поползло вверх. Прогноз погоды в «Пророке» не радовал — обещали дожди и сырость.

К счастью, этим утром под рукой у меня оказалось другое солнце.

— Привет, Солнышко, — едва увидев рыжий конский хвост, я налетела на него со спины и обняла. Вчера я не дождалась его прибытия, напилась мятного чая и уснула. А когда на рассвете выползла на кухню, Билл сидел за столом и писал письмо. — Кому пишешь?

— Малая, — по доброму усмехнулся он. — Да вот, девушке одной.

— О-о! — протянула я. — Кто-то завоевал неприступное сердце?

— Похоже на то. Ты на пробежку проснулась? — перевел он тему.

Я кивнула.

— Хорхе сказал, ты устроился в Лондонский филиал Гринготтса. Чтобы быть поближе к семье?

— Что-то вроде, — туманно сказал он.

Я поняла, что дело тут, скорее всего, не в семье, а в девушке. А еще поняла, что Билл не настроен это обсуждать.

— Ты где остановился? Можешь пожить у меня, — предложила я. Я соскучилась — Билла я последний раз видела зимой на Турнире, когда он приезжал помочь Чарли с драконами.

— Спасибо, у тебя и так здесь гостиница, — улыбнулся он. — Первое время поживу у родителей, потом сниму квартиру.

— Не уходи до завтрака, — я потрепала его по плечу и окликнула Кричера, чтобы тот перенес меня к домику Мерлина — я бегала там по лесу.

Надо вернуться к проблеме кольца-портключа. Бедному эльфу и так несладко со всей этой оравой гостей. Да и возраст берет свое. Жаль, что Пигли и вполовину не так сообразителен, как Кричер. Старого эльфа нужно беречь — он был совершенно незаменим.

Например, в конце второго курса по настоянию Кричера я навестила Гринготтс, чтобы проверить состояния инвестиций — умер древний гоблин, занимавшийся ранее моими финансами — с ним работала еще бабка Вальпурга, и мы наняли нового. С тех пор он периодически присылал какие-то отчеты, в которых я ничего не понимала, но которые сильно не нравились Кричеру.

Эльф полагал, что тот инвестирует не слишком эффективно и советовал взять все отчеты и унесли финансовому аналитику, офис которого находился в Косом переулке.

Догадки эльфа подтвердились — оказалось, что хитрожопый гоблин по имени Крюкохват каким-то образом обманывает магическую клятву, которую дают все гоблины, и тихонечко мошенничает.

Гоблина уволили и с извинениями предоставили нового специалиста.

Иногда мне казалось, что в роду эльфа были гоблины.



Нет ничего лучше утренней пробежки по лесу.

И нет ничего занятнее, чем обнаружить огненную саламандру в своем очаге по возвращении.

— Это она? — спросила я Пигли, которого вызвала, как только вошла в дом и офигела от ярчайшего пламени в очаге. На угольках, блаженно растянувшись, спала и пылала ящерица размером с кошку.

— Она, — с готовностью закивал эльф.

Я закатила глаза.

«Огромное! Чешуйчатое! Хотело сожрать!»

Тьфу.



— Никогда такую не видел, — озадаченно проговорил Люпин, поглаживая саламандру. На поверку страшнючая тварь из Бездны оказалась на редкость флегматичным созданием. У нее было два интереса в жизни — спать на раскаленных углях и жрать все, что ей подсунешь под мордочку. — В природе не встречаются саламандры таких размеров и такого окраса. Может быть, кто-то искусственно ее вывел?

Я хмыкнула. Ничего подобного. Слова Люпина подтвердили теорию — ящерка была из другого мира. Надо подумать, как это можно использовать.

— А можно погладить? — спросила Джинни, которую для безопасности решили переселить в мой дом. Думаю, Молли просто нравилось, что детишки здесь всегда накормлены и присмотрены. Хотя насчет последнего я бы поспорила. — А как ее зовут?

— Афанасий. Можно просто — Феня.

— Что это за имя такое — Афанасий? — скептически спросил Драко.

Нормальное имя. Наверное. У Геллы так учителя словесности зовут.

— Поэзию она любит. Фета.

Драко пожал плечами — Фета он не читал. Мы с Томом и Афанасием тоже не читали — саламандра сожрала книгу прежде, чем мы успели ее открыть. Среди возможных поэтических имен, к которым проявил интерес Афанасий, были также Уильям, Омар, Данте и Эдгар. К ним бы могли добавиться Оскар и Иосиф, но мы с Томом уже убрали книги в сундук.

— Огненные саламандры очень полезные существа, — сказал Билл, который, как и обещал, остался на завтрак — и даже немного дольше, до самого обеда, чтобы дождаться меня. Я-то все на свете пропустила, пока знакомилась с Афанасием. — Весной я был в экспедиции в Арктике, у одного из парней была с собой такая — так мы никогда не тратили так мало дров, чтобы протопить палатку…

Ну что ж, и то соль.