Часть 13. 1

«Корона. Поклонение. Любовь,
И сладкие улыбки вновь и вновь
Внимание, доверие и фото
И так до божества дотронуться охота...
Все это хорошо, но может быть и так:
Упасть заставит маленький пустяк ...»

Последние стихи в череде этих загадочных религиозных убийств лежали перед Анной. Ей казалось, что она не сомкнет глаз этой ночью.

Когда она услышала вести от дежурного, на миг в глазах потемнело, и только голос собеседника не давал ей провалиться в тёмную бездну:
- Анна Викторовна, я отправил за вами машину.

Машина Штольмана стояла на пустыре, недалеко от дороги, так ее и заметил проезжающий патруль. Водительская дверь была открыта, как будто водитель бежал в спешке, при осмотре в багажнике был обнаружен труп Нежинской. На ней была надета та же одежда, в которой её Анна видела днем. Как и у всех жертв, горло актрисы было перерезано серповидным ножом, который был найден тут же, в машине.

Анна резко вскочила, видимо, она все-таки уснула, сидя за столом. За окном уже давно светило солнце и доносились звуки городской жизни. Нужно было бы, конечно, позавтракать, но кусок в горло не лез. Домой она боялась уходить, боялась пропустить информацию о Штольмане, которого все искали.

Засечь его по телефону не удалось – его не было в зоне покрытия ни одной вышки, уличные камеры засекли, как машина въехала в город, но потом будто растворилась, ловко уходя от камер, засветилась только на одной, возле торгового центра, где Нежинская садилась в машину Штольмана.

Что это все могло значить? Анна терялась в догадках. Почему Яков встретился сначала с Нежинской, а не с ней? Ведь, судя по смс, он был решительно настроен поговорить с Анной.

Стук в дверь отвлек Анну от мыслей.

- Войдите! Миша, есть какие-то новости!?

Анна даже приподнялась из-за стола навстречу вошедшему, но, увидев расстроенно-рассеянное лицо сотрудника, напряглась сама.

- Что?!

Ульяшин протянул ей листок и, пока Анна читала заключение экспертов, сбивчиво попытался объяснить:

- В машине отпечатки только Штольмана и Нежинской… и на ноже отпечатки Якова Платоновича. Анна Викторовна, это что же… Яков Платонович - серийный убийца?

От таких слов Анна вздрогнула, не могло такого быть… не могло её сердце так обмануть.

- Миша, не говори глупости. На момент других убийств у него алиби есть… А что тут случилось, ещё разобраться надо… Ты вот что сделай: посмотри по камерам, где и что делала Нежинская примерно с двух часов дня, после того, как она покинула полицейское управление, это в первую очередь, ну и весь день, что она делала. Ещё запроси биллинг с трубки Штольмана: нужно точно понять, когда он пропал из зоны действия сети.

Анна раздавал чёткие указания, не думая о том, что данные с биллинга могли открыть их со Штольманом отношения, главное было найти Якова.

После того как Ульяшин покинул кабинет, Миронова отправилась к доктору Милцу.

- Александр Францевич, что можете сказать? – после приветствия сразу перешла к делу Анна.

- Всё идентично предыдущим убийствам, характерный порез на шее, но… на шее есть характерные отметины, как от электрошокера.

- Хотите сказать, её сначала оглушили шокером, потом перерезали горло? – слушала доктора и делала выводы Миронова.

- Не находите, это как-то странно? – рассуждала Анна.

- Пожалели актрису, - пожал плечами Мильц.

- Они владеют гипнозом, вы забыли? Нет, тут что-то другое…

- Возможно, вы правы, Анна Викторовна, знаете, у неё на запястьях есть потёртости, но следы давнишние, им срок дней пять. Я проведу осмотр ещё раз.

- О результатах сообщите мне немедленно, - попросила Анна, покидая кабинет доктора.

В управлении Миронову тоже ждали новости. Биллинг показал, что телефон пропал из сети примерно в то же время, когда Нежинская была в полиции. Сама же актриса после управления отправилась в торговый центр, где после случайного столкновения с прохожим, направилась к выходу, где села в машину следователя.

Звонок мобильника добавил ещё информации:

- Александр Францевич, что-то нашли?

- Да, гистология показала, что её руки были связаны верёвкой, чем-то пропитанной, чем именно - выясняем.

- Спасибо, доктор, держите в курсе.

Вопросов было море, и ни один не приближал к ответу: где Штольман. В одно свято верила Анна: в то, что Яков не убийца, его подставили. Но кто? И зачем?