Ринго, разгуливая по столу и активно работая челюстями, уплетал уже четвертую дольку шоколада, которым я его подкармливала. А что, мне не жалко. Перед моим носом лежала целая куча этого дивного лакомства. От золотистых оберток рябило в глазах, а от аромата уже слегка подташнивало, так как я, в отличие от сотрапезника, ела предложенный десерт не дольками, а плитками. Но отодвинуть блестящую горку подальше сил не хватало. Люблю шоколад, что поделаешь... слабость у меня такая с детства. Дома больше одной плитки в день не покупала, зная, что не смогу остановиться, пока не съем все. Ну, а здесь меня, похоже, решили щедро угостить. Или откормить? Надеюсь, не на убой.
Рассмотрев эту мысль со всех сторон, я откинула ее куда подальше. Хотели бы прикончить, не стали бы со мной церемониться. Так что беспокоиться по поводу моей скорой кончины пока что не имело смысла, гораздо более актуальным сейчас являлся вопрос нашей будущей свадьбы, которая ни мне, ни моему жениху, ни его тормозному другу, притащившему меня сюда, нафиг не нужна. Единственный, кто пребывал в искреннем восторге от предстоящего события - это Ринго. Судя по переводу его пискляво-рыкающего монолога, исполненного по дороге сюда, зверек был счастлив, что женой его хозяина стану я. Меня, конечно, грызли смутные подозрения на тему слишком краткого перевода его вдохновенной речи, но смысл произнесенных слов согревал. Все-таки приятно, когда ты кому-то действительно нравишься. Пусть даже этот кто-то - всего лишь пушистый ком со смешными ушами и полосатым хвостом.
Положив в рот очередную дольку шоколада, я посмотрела на устроившегося на столе зверька, который с аппетитом уплетал свою порцию. Он активно двигал маленькими челюстями на вытянутой мордочке и, то ли от усердия, то ли от желания понюхать лакомство, смешно шевелил черной пуговкой носа. В полуприкрытых глазах его царило блаженное выражение, а заметно надувшийся животик то и дело довольно урчал. Нда... не одна я тут не могу устоять перед горько-сладким искушением. Такими темпами господа хозяева этого гостеприимного местечка найдут по возвращению два объевшихся шарика, а не нас с Ринго. Впрочем...
Я с сожалением посмотрела на свою трикотажную блузку с глубоким V-образным вырезом и плотно сидящие на бедрах джинсы. С такой обтягивающей одеждой переедание мне явно противопоказано. Эх, надо было что-нибудь посвободней надеть. Нет же, захотелось произвести впечатление на Виталия. И где теперь он? А где я? Одно утешает, впечатление мне все-таки произвести удалось. Правда, не на тех, на кого планировалось, но все же. После того, как теплая и длинная куртка вместе со свитером перекочевала с моих плеч в руки Камы, оба новых знакомых стали слишком уж часто коситься на мою фигуру. Я даже краснеть начала от таких откровенно-оценивающих взглядов. Они что тут... женщин раз в год по заветам видят? Хотя... наверное, так и есть. Особенно если вспомнить ту дивную историю, которую мне рассказали по пути в... гм... кажется, Арацельс назвал эти устроенные в пещере апартаменты своей каэрой. Или нет? Да какая разница! Короче, по пути сюда.
Воскрешать в памяти вышеупомянутую историю без кружки вина я не решилась. Плеснув из кувшина себе немного багряного напитка, я сделала глоток и, тоскливо посмотрев на горку шоколада, решительно отодвинула ее в сторону. В ту самую сторону, где расположился мой мохнатый приятель. В первый момент он опешил, пару раз ошарашено моргнул, затем выпучил и без того огромные глаза и... радостно взвизгнул. Ой-ооо... бедные мои перепонки. Привыкание к его громким воплям, конечно, шло, но темпы его сильно уступали болезненным реакциям моего организма на каждую звуковую атаку. Зато танец счастливых дикарей, исполненный Ринго вокруг добровольно пожертвованного в его пользу лакомства, заставил меня рассмеяться. Виляющий бедрами пушистик, радостно пыхтящий и ритмично подпрыгивающий - это, скажу я вам, довольно любопытное зрелище. А в сочетании с тем, как лихо он выделывал фигуры "высшего пилотажа" своими огромными ушами и длиннющим хвостом, не залюбоваться представлением было просто невозможно. После его финального приземления на пятую точку напротив шоколадной пирамиды, я не удержалась и похлопала. Получив бурное одобрение от единственного зрителя, зверек гордо выпрямился, уселся поудобней и... принялся за дело. Тонкие лапки с острыми коготками мелькали над угощением, золотистые обертки летели в разные стороны, а я жестоко топила свою зависть в холодных водах здравого смысла. Уже пять плиток незаметно так слопала, куда больше-то?
Пригубив еще вина, я поерзала на жесткой скамье и окинула рассеянным взглядом комнату. Большая, с высокими потолками и с неизменными факелами на белых с черно-коричневыми разводами стенах. Все здесь было сделано из камня: ровные плиты пола, массивная мебель, даже бассейн в соседнем помещении со стекающим в него ручейком. Мраморный дворец просто, а не жилые покои. Серебристо-голубые мохнатые покрывала, напоминавшие шкуры животных, лежали на кресле, в котором смело могли бы разместиться три меня, на кровати (если параллелепипед два на два с половиной метра, закованный в каркас из трех ажурных ограждений можно так назвать), на полу и даже на скамье, что стояла возле необъятного по моим меркам стола. Сидеть на такой подстилке было, без сомнения, мягче, чем на голом камне. А вот насчет теплее, ничего сказать не могу, так как каменные поверхности, по моим тактильным ощущениям, не были холодными. Вероятно, мне выпала честь лицезреть какой-то местный вариант мебели с подогревом. О том, как все это работает, я даже не пыталась ломать себе голову, и без того полную разных загадок. Для начала следовало осмыслить ту информацию, которой меня щедро одарили собеседники перед тем, как уединиться за дверью. Мужской разговор у них. Ну-ну... Хотите смейтесь, хотите нет, а во всех мирах одно и то же.
Воспоминания хлынули так же энергично, как и новая порция терпкого напитка в мою немаленькую кружку. Оговорюсь сразу: то ли благодаря особенностям организма, то ли еще по каким причинам, но хорошее вино на меня действует совсем не так, как другие алкогольные напитки, за что его и люблю. Никогда еще я не накачивалась им до непотребного состояния, хотя выпивала довольно много. Обычно во время застолий с этим дивным напитком моими неизменными спутниками становились легкое опьянение со слабым головокружением и небольшая потеря координации. Ну, а мозги при этом работали в обычном режиме, без ущерба для мыслительного процесса. Поэтому страхов, что меня решили споить, не было. Если, действительно, решили, то сами и виноваты... я с алкогольной поддержкой становлюсь на удивление наглой. Хотя и без поддержки мой характер ангельским не назовешь.
Теперь о насущном... Зачем меня сюда привели? Как пояснил Кама, потрясая при этом моей рукой с браслетом, для того, чтобы я стала его женой. Впечатляющее, надо признать, заявление было. Не то, чтобы я не догадалась по их ругани, что, зачем и почему... просто такой прямолинейный ответ меня слегка ошарашил. Угу. Я даже впала в ступор минуты этак на три, как говорится, с кем поведешься... Такого стремительного решения моей неустроенной личной жизни даже Ленка придумать не смогла. Она меня с кавалером потенциальным только познакомить хотела, а черноволосое солнышко, которому я сдуру решила помочь, сразу замуж потащило, мол, познакомиться и после свадьбы можно. Хорошшшая политика. А главное, действенная. Прими я тогда от него украшение, женихом моим стал бы Кама, но мне, поганке такой несговорчивой, приспичило заполучить тетрадь со стихами. Да уж... женская душа - потемки. Кому-то золото-бриллианты подавай, а кому-то поэзию в подгорелом переплете. А кто-то, если бы знал, чем все это пахнет, не стал бы никакие дары принимать под страхом смертной казни. Но кто ж меня просветил? Понятное дело, никто. С другой стороны, мужики симпатичные, не признать это было бы ложью. А зачем мне врать самой себе? Это они там друг с другом сейчас беседуют, а я тут мило общаюсь мысленно сама с собой. Анализирую ситуацию, проще говоря. Под хорошее вино и энергичное хрумканье шоколадом справа от меня. Интересно, напитки сюда тоже из моего мира доставляют, как и сладости в упаковке, и вашу покорную слугу до кучи?
Желание утащить у Ринго дольку было торжественно залито очередным глотком моего багряного "успокоительного". Итак... о чем я? Ах, да... о мужчинах. После Камы мою руку с не меньшим усердием тряс Арацельс, требуя ответить, почему я не приняла Заветный Дар брюнета? Почему, почему... откуда мне знать, почему?! Огрызнулась. Сказала, что всю жизнь мечтала его стихи получить в свою личную собственность, а вовсе не украшения. После этого заявления он тоже подвис. Заразная, видать, болезнь... всех зацепила. Ну а я, воспользовавшись паузой, потребовала снять с меня этот изящный "наручник" и оставить, наконец, в покое мое бедное запястье. Отпустил, отвернулся, подумал немного, а потом ехидно так поинтересовался, что, раз мечтала, может, и замуж за него тоже хочу? Выругалась... почти прилично. Помолчали. Обстановку разрядил Кама, который с печальными вздохами принялся расстегивать замысловатый замок на не прижившимся у меня браслете. Избавившись от навязанного ювелирного изделия, я почувствовала себя лучше.
Все-таки странные у них тут правила. Делать девушке предложение методом вручения подарка - оригинальный способ, нечего сказать. Надеюсь, что господа Хранители, как они представились, хотя бы сообщают о своих намереньях избранницам, когда приводят их сюда, чтобы стереть языковые барьеры. Скорей всего, да. Иначе, зачем эти самые барьеры стирать, если не для важного разговора? Мне сказали, что Заветный Дар - это предмет, сделанный собственноручно тем, кто им владеет, а еще, что в нем заключена частица души создателя. Судя по серьезным физиономиям собеседников, в последнюю фразу они вкладывали вовсе не переносный смысл. Что ж... все может быть. После телепортации неизвестно куда и беспрепятственного понимания чужого языка я была готова во многое поверить. Хотя от парочки версий на тему происходящего удержаться не смогла. Вариант глубокой комы, в которую я угодила, поскользнувшись на выходе из ресторана, тут же зарубил Кама. А после предположения о наличии грибов галлюциногенов в моем салате, на меня как-то странно посмотрел Арацельс. Решив, что шуток эти типы не понимают, я начала задавать им вопросы. Куда более полезное занятие! Отвечали они коротко и без энтузиазма. Но и это радовало.
За период нашего довольно-таки продолжительного пути я поняла следующее: место, именуемое Карнаэлом - это что-то вроде обустроенного для жизни метеорита, с разветвленной сетью тоннелей, идущих от центра, где находится храм некоего высшего существа (богини, как я поняла), именуемого Эра, что в переводе с древне-таосского (мне мало о чем это сказало, разве что о том, что у всех есть свои древности) означает Избирающая. Арэ, которой меня постоянно называл красноглазый, в свою очередь значит избранница. А то, что у меня это слово с разновидностью попугаев ассоциируется, естественно, никого не волновало. Просьбы звать меня Катей, блондин откровенно игнорировал, будто специально выводя меня из себя. Хотя... почему будто? "Любовь" у нас с ним с первого взгляда зародилась и плотно заковалась в кавычки.
Дальше - больше. Находится этот самый Карнаэл в пространственно-временной воронке на перекрестке семи миров. Нет, не планет одной звездной системы, а именно миров. Далеких, но, тем не менее, замкнутых друг на друга. Как такое получилось, мне попытался объяснить Кама, однако на третьей фразе с кучей непонятных терминов я попросила его сменить тему. Получилось и получилось, вот если не выйдет у Арацельса обойти их дурацкий закон Заветного Дара (а он настроен решительно, сразу видно - убежденный холостяк!), будет у меня масса времени на изучение и этого, и многих других вопросов. Угу, целая семейная жизнь примерно. Заняться-то больше нечем будет явно. Муж на работе постоянно. Это ж надо! У них в году всего семь суток отпуска, одни на посещение каждого мира. Неудивительно, что они меня так внимательно изучали. Женщины здесь, похоже, редкость. Если и есть, то замужние дамы. А все их правила... и что за маразматик их устанавливал? Впрочем, есть у меня мысли на этот счет...
Так вот, отвлеклась я что-то. Эти семь миров находятся в постоянном взаимодействии друг с другом. Они как бы подпитывают своих соседей разными видами энергий, соприкасаясь при этом, но не пересекаясь. При пересечении образуются либо сдвижки, либо дыры. И то, и другое ничего хорошего в себе не несет, разве что возникновение аномальных зон в первом случае и спонтанных межмирных переходов во втором. При этом мало того, что нарушается структура пограничных миров, так еще и появляются вынужденные переселенцы. Задача Хранителей устранять обозначенные ранее неприятности и поддерживать нормальное взаимодействие сопряженных миров, которое и называется Равновесием. Мда... еще один вариант на тему мироустройства. Что ж, я не возражала, более того, я даже пыталась его осмыслить и принять. А что еще делать, когда стоишь в самом сердце описываемой системы?
Хранителей в Карнаэле, по словам моих новых знакомых, всего семеро. По одному из каждого связанного мира. Кама из третьего, Арацельс из первого. Есть, значит и мой сородич... из шестого. Присутствие здесь земляка (а в такой ситуации любой житель своей планеты все равно, что брат родной) заметно подняло мне настроение. Желание блондина вернуть меня домой тоже радовало, вопреки неприятным уколам самолюбия. Ну, а тоскливые взоры Камы являлись целительным бальзамом на вышеупомянутую черту характера. Все-таки мужское внимание - штука приятная. Я даже сердиться на него долго не смогла за то, что он меня нагло похитил. Ну, понравилась я ему, ну, закинул он меня в этот их зал Перехода. Так это все для того, чтоб поговорить по душам и предложение руки и сердца сделать. Рррромантика, можно сказать. Красивый молодой человек с браслетом и неожиданно вспыхнувшими чувствами в придачу. Да не просто человек, а Хранитель... мечта, одним словом, а не мужчина. Жаль только, что не моя. А моя "мечта" шагала рядом, периодически сверля мой невозмутимый (ну, я надеюсь, что невозмутимый) профиль испытующим кроваво-красным взглядом. Тоже мне... поэт непризнанный. Терпеть не могу блондинов!
Русло, в которое свернул мысленный поток, вызвало у меня чувство досады, и я снова потянулась к кувшину с вином, умудрившись по ходу на автомате увести у Ринго кусочек шоколада. Зверек вопросительно приподнял одно ухо, перестав жевать, и, немного подумав, толкнул в мою сторону еще не распакованную плитку. Я аж умилилась от такой заботы. Пожалуй, этому пушистику я уже готова простить не только громогласные вопли, но и ехидного хозяина. То, что Ринго - существо разумное, а так же сообразительное и предприимчивое, было понятно без слов. Единственное, что огорчало, это мое незнание его языка. К сожалению, болезненная процедура, через которую мне пришлось пройти, не одарила меня такой способностью. Зато господа Хранители прекрасно понимали ушастого болтуна, я же полагалась на язык жестов. И, судя по развитию наших со зверушкой взаимоотношений, удачно. Глядя на то, как я распаковываю угощение и кладу в рот первую дольку (ну да, не смогла отказаться от такого соблазнительного предложения, что ж поделаешь?), Ринго довольно щурился, не забывая при этом жевать. Судя по уменьшившейся горке сладостей, влезало в него много, значительно больше, чем предполагаемый размер его желудка. Я даже начала подозревать, что вместо этого органа у мохнатого малыша черная дыра. А что? Удобно... ешь - не хочу. Вот только как такое прожорливое чудо прокормить? Даааа, хозяину не позавидуешь. Мысленно позлорадствовав на эту тему, я одной рукой поднесла к губам кружку, другой подняла до половины завернутую в фольгу шоколадку, и застыла в такой позе, потому что дверь начала медленно открываться. А когда в комнату вошел уже знакомый мне брюнет с живописно подбитым глазом, я соединила руки, использовав их содержимое в качестве щита, за которым можно было тихо и почти незаметно давиться смехом. Нда, хорошо они там... поговорили.

Forum