Джейкоб Блэк никогда не мог сказать, что не любил свою первую жену. Добившись, наконец, ее расположения, он шаг за шагом помогал девушке справиться с депрессией, собрать разбитое сердце воедино и преодолеть горечь разлуки. Будучи сначала верным другом, а затем женихом и мужем, он, все-таки, сделал Беллу счастливой. Нет, она не забыла свою первую любовь, не вычеркнула Эдварда из памяти, не позволила чувствам пропасть или раствориться, но она отпустила...
Джейк всегда знал, что в отношениях между ним и Беллой был третий, с болью закрывал на это глаза, но никогда не смел сказать хоть слово по этому поводу. Он просто принял все, как есть, даже позволил дать своему первому сыну имя ненавистного вампира, согласившись с желанием жены. Тем не менее, какой бы сильной любовь вервольфа ни была, ее, увы, оказалось недостаточно.
Выяснилось, что древняя магия сильнее чувства — запечатление разлучило Беллу и Джейка, оставив девушку снова в одиночестве. Однако она сохранила прекрасные отношения с Блэком, ни разу не упрекнув его в чем-либо, хорошо приняла его новую жену и никогда не произнесла ни одного плохого слова в адрес Мелани. Более того, Белла всегда с радостью соглашалась посидеть с детьми счастливой пары!
Кто-то считал, что сыновья Блэка, а следом и внуки, лишь помогали девушке заполнять пустоту, а кто-то говорил, что у нее просто доброе сердце, но факт оставался фактом. И не любить Беллу Свон, как считал Джейкоб, было просто невозможно. Получив от нее, можно сказать, благословение на второй брак, он не уставал благодарить подругу за возможность быть счастливым. Познав же, наконец, боль потери после смерти Мел, Джейк перестал противиться желанию Беллы быть с Эдвардом и поклялся себе во что бы то ни стало помочь ей найти свое счастье. Преодолев свою неприязнь к хладным, Джейк даже нашел себе союзника в лице Элис Каллен и пытался обсудить с ней план действий и вечеринку в честь Дня Рождения Беллы, на которую должен был приехать возлюбленный девушки.
Оказалось, однако, что планы пошли наперекосяк, и все чуть было не испортило внезапное желание Эдварда посетить форкское кладбище. Благо, обошлось, благодаря дару Элис, Эдварду Блэку не позволили расправиться с бывшим ухажером матери. Но вот дать ей воссоединиться с любимым так и не удалось — Белла потеряла сознание.
Джейкоб сидел подле кровати своей бывшей жены и сжимал ее руку, пока Карлайл проводил осмотр и помогал девушке прийти в чувства. Парню вспоминались странные картинки из прошлого, когда он, будучи еще простым человеком, пришел на выпускной и увидел девушку в обнимку с Калленом. Тогда Джейк даже понятия не имел о том, что Эдвард один из тех, на кого он впоследствии будет охотиться, хотя уже испытывал к парню странную неприязнь. И что же получается? Теперь он добровольно отдаст любимую девушку в руки хладного демона, одного из злейших врагов?
Да, если она будет с ним счастлива.
- Эдвард, - тихо прошептала Белла и открыла глаза. – Где Эдвард?
Карлайл поспешил успокоить девушку и поправил подушку.
- Все в порядке, мы успели, Белла. Твой сын в полном порядке.
- Где он? – девушка привстала на локтях и стала осматривать комнату.
- Ушел с Анабель к братьям и отказывается возвращаться, пока Карлайл не уйдет, - фыркнул Джейкоб. – Майка вообще «погулять» отправил. Напомни мне заняться пробелами в воспитании нашего сына, когда он соизволит притащить свою задницу назад.
- Я не о нем... – тихо ответила Белла. – Карлайл, Ваш... Эдвард... он... опять ушел?
Доктор Каллен тяжело вздохнул и, заинтересовавшись своей сумкой, стал нарочито медленно складывать туда свои вещи.
- Белла, - наконец вздохнул он.- Я не видел Эдварда почти так же долго, как и ты. Честно говоря, уже не знаю, что от него можно ожидать.
Девушка тяжело вздохнула, закусила губу и, сев, заглянула Джейкобу прямо в глаза, словно искала там поддержку.
- Я должна поговорить с ним, - тихо прошептала она. – Я обязана ему сказать это.
Блэк, прекрасно знавший о чувствах Беллы и о том, как сильно она бы хотела вернуть все на свои места, молча кивнул и вышел из дома прочь. Он не имел ни малейшего представления, куда идти, зато прекрасно знал, что должен сделать.

***

Эдвард Каллен долго не мог прийти в себя после увиденного. Облик любимой, столь красивой и молодой, не постаревшей за эти годы ни на день, нарушил то хрупкое и шаткое душевное равновесие, которое он пытался обрести все эти годы. Мысль о том, что любимая жила нормальной жизнью, имела «теплого» мужа и даже ребенка, грела каменное сердце вампира, несмотря на безысходность и печаль, крепко пустившие корни и навсегда обосновавшиеся в мертвом теле.
Эдвард день за днем, час за часом с безумством мазохиста воскрешал в памяти ее лицо, голос, прикосновения, аромат и тосковал по несбывшейся мечте, по рухнувшей надежде, не оставляя время ни простым счастливым мелочам, ни даже радостям жизни. Пустота, горе, печаль и безысходность – вот те чувства, которые правили теперь его жизнью. Но стоило вернуться в Форкс, в место, где все началось и закончилось, место, где Эдвард наконец-то познал счастье любви и обрел свое личное солнце, как все словно захотело вернуться на свои места. Любимая девушка молода и красива, не держит на него зла и даже назвала сына именем своего первого бойфренда. Разве мог Эдвард мечтать о таком? Вряд ли.
- Эдвард, ты не желаешь объясниться? – Элис прервала размышления брата, заводя машину.
- А ты не желаешь объяснить, почему ты здесь, вопреки обещаниям? Почему... она... такая? И почему ты мне не сказала?
Элис сжала пальцами руль и медленно выдохнула, пытаясь успокоиться.
- Я сама недавно узнала, - ответила она. – И каждый раз, как собиралась тебе сказать, видения менялись... Ты бы не вернулся сюда даже сегодня...
- Я не понимаю! – Эдвард сжал кулаки и стукнул по торпеде. – Я ничего не понимаю! Вы сказали, что хотите продать дом, что это безопасно, что... Я подписал эту чертову доверенность только после того, как ты мне показала, что, общаясь с риелторами, никто не пересечется с ней!
Эсми, до того момента тихо сидевшая на заднем сидении, вздохнула и протянула руку сыну на плечо, пытаясь его успокоить.. Эдвард чувствовал, как разрывается ее сердце от боли, но не мог ничего с этим поделать. Всего каких-то пару месяцев назад приемные родители попросили у него разрешения съездить в Форкс и продать дом. Сестра же, несколько раз проверив будущее, заверила, что Беллы это не коснется. А получилось наоборот!
- Милый, мы сами не ожидали такого, - заговорила Эсми после долгой паузы. - Все шло гладко, как и предсказывала Элис. А потом, проезжая мимо дома Свонов, мы увидели, что там делают ремонт и все перестраивают. Нам с Карлайлом неожиданно захотелось сохранить все так, как мы запомнили, ведь Белла и нам была дорога...
Сердце Эдварда болезненно сжалось при упоминании любимого имени, но совладав с собой, он кивнул матери, позволив той продолжить рассказ.
- Пойми, сынок, мы... мы тоже были на кладбище и подумали, что ее уже нет. Попросили прораба связаться с хозяйкой... Представь наш шок, когда приезжает Белла и набрасывается на нежданных покупателей, - Эсми улыбнулась. – Мы сначала решили, что встретили ее дочку, скорей даже внучку... Но этот запах...
- Хватит! – Эдвард сжал кулаки и сломя голову бросился прочь, вылетев из машины прямо на ходу.
Что-то в его понимании всей ситуации сильно изменилось. В кои-то веки он не ощущал оков, сдавливающих сердце и тянущих ко дну бескрайнего океана печали. Парень внезапно почувствовал, как за спиной прорезаются крылья, помогая взлететь, как ноги сами тянут вперед к манящей солнечной надежде... Белла, молодая, красивая и свободная, сейчас совсем близко, лишь стоит немного потерпеть, и он сделает все ради того, чтобы она простила его, ради возможности снова быть рядом, ради места в ее сердце, которое вампиру однажды уже удалось занять.
Эдвард несся сквозь лес, не теряя ни секунды, не обращая внимания ни на какие мелочи. Образ любимой, прочно засевший в сознании, превращал годы мучений в ничто, затмевал теплом, что производил в ледяном сердце горячий лучик шальной надежды. Парень просто бежал навстречу возможному счастью, думая только о том, что приключилось с любимой. Ее вечная молодость, он уверен, должна иметь хоть какое-то объяснение, и он его обязательно найдет. А сейчас он лишь только благодарил судьбу за то, что та дает ему второй шанс.

Размышления так сильно отвлекли Эдварда, что он и не заметил, как добрался до границы резервации Ла Пуш. От любимой отделили всего каких-то несколько минут, но вампир не смел ослушаться древнего договора. Кто знает, к каким последствиям это может привести? Теперь среди ненавистных волков были дорогие сердцу Беллы люди, и переход через границу может привести к тому, что кто-то из них пострадает. Эдвард не мог взять на себя такую ответственность. Его сердце мгновенно сжалось и камнем рухнуло вниз, мир снова померк, возвращая старые страдания, воскрешая в памяти страшные дни, один за другим отравляющие жизнь одиночеством и невыносимой тоской.
Как бы она сейчас ни была близко, он не мог ее увидеть, прикоснуться, сказать о чувствах или даже услышать бойкий стук родного сердца. Белла теперь жила с оборотнями, с теми, кто ненавидит вампиров всей душой. Разве захочет она после всего, что было, общаться с хладным демоном, который чуть не обрек ее на полужизнь в тени человеческого мира? Разве правильно с его стороны вмешиваться через столько лет? Эдвард не знал. Злая судьба посмеялась над ним, отобрав силы, столь необходимые, чтобы развернуться и вернуться домой, и, в то же время, не дав прав пойти вперед, навстречу любви.

Эдвард опустился на землю и привалился спиной к дереву, закрыв руками лицо. Все внутри горело в неистовстве от неудержимого желания наплевать на правила и пойти вперед. Выдержав больше шестидесяти лет в разлуке, парень не мог больше вытерпеть ни секунды, все его тело отчаянно ныло и требовало тепла любимых ладошек и сладкого привкуса пухлых губ.
Долго ли Белла пробудет без сознания? Вспомнит ли о том, что видела бывшего бойфренда перед тем, как упасть в обморок? Захочет ли его увидеть? Скоро ли выйдет из резервации? Быть может Карлайл, которому позволили пройти на территорию, скоро пойдет домой и сможет рассказать хоть какие-то новости?

Эдварду показалось, что он просидел у границы целую вечность. Секунды лениво сменяли друг друга, делая томительное ожидание еще более страшным. Солнце медленно двигалось по небу, скрываемое толстым покровом облаков. И когда, казалось, ждать стало совсем невыносимо, на дороге показался знакомый силуэт.
«Вот ты где», - облегченно подумал вервольф.
- Давай поговорим!

Эдвард встал и удивленно уставился в темные глаза оборотня. Тот, как и много лет назад, не скрывал своей любви к Белле, и, как и в прошлый раз, собирался о ней поговорить...