Как только я предложила ему присоединиться ко мне, он тут же открыл свои большие глаза.
О, эти глаза! Вообще мне нравилось все в его внешности. Он был моим Гомером Симпсоном, а я его Мардж. Моим Шреком, а я его Фионой. Моим Ватсоном. Моим Пинки.

И меня не смущало, что последние две пары явно не вписывались во весь мой список. Ничего не имею против гомосексуальных отношений. Но там их и не было вроде, ведь правда?

Ладно, вернемся к нашему барашку.

Эдвард никак не отреагировал, просто смотрел на меня и, видимо, не знал, что ему делать. Такое случается с людьми, которые меня совсем не знают. С теми людьми, которые не привыкли к моему искрометному стилю общения. Но чаще всего они приспосабливаются, начинают лучше меня понимать. Если нет – я никого не держу.

Это мое кредо в жизни.

Я решила сделать все сама, взяла его за локоть и потянула на себя. Сначала он не двигался, но затем поддался. Это была моя маленькая победа.

Отодвинувшись немного в сторону, я посадила свое счастье рядом с собой. Вот так вот мы оказались под столом. Нормальные люди уже давно бы расчищали место на столе, но только не я.

Было в этом что-то забавное, как в детстве – сидеть в полумраке под столом своей комнаты, опасаясь монстров. Обычно я, конечно, пряталась на кровати, накрывшись одеялом с головой. Но, когда чудища вылезали, я бежала под стол, он был моей крепостью. Потом я выросла, повзрослела и поняла, что теперь я Босс. Больше монстры из-под кровати не донимали меня, но привычка сидеть под столом осталась.

- Я часто залезаю сюда, - поделилась я с Эдвардом. Нужно было как-то начать беседу, поскольку я ощущала неудобство Тигренка.

- Зачем? – он испустил удивленный вздох, скованность ушла, и на его губах появилась улыбка.

- В детстве я пряталась тут от чудовищ, сейчас от людей, - пожала плечами.

- Ты можешь быть милой, - сказал он и взглянул на меня.

- Оу, я теперь милая, да? – поддела его я. – Пару минут назад я была сумасшедшей…

- Я не называл тебя сумасшедшей, просто странной… немного странной.

- Хорошо, возможно, ты прав, - согласилась я с ним.

Эдвард был робким. Это то, что я уже могла о нем сказать. Подождите, или стеснительным? Если вспомнить словарь синонимов, в который я изредка заглядываю:

Робкий
Синонимы: боязливый, страшливый, малодушный, пугливый, трусливый, трепетный. Ср. Трусливый. Прот. Смелый. Cм. боязливый, трусливый
Застенчивый
Синонимы: Cм. стыдливый, трусливый, быть застенчивым
Стеснение
см. бремя, гонение, затруднение || без стеснения
стесненный || быть в стесненном положении, в стесненных обстоятельствах
стеснять см. теснить, удерживать || не стеснять

Стесняться см. стыдиться
Стыд, стыдливость, застенчивость, совесть; позор, срам. Ложный стыд.
Ср. <Стыдиться>. || потерять чувство стыда, сгореть со стыда
Стыдиться, совеститься, стесняться, конфузиться, краснеть, дичиться
Стушеваться см. гибнуть, пропадать

Стеснительный см. тяжелый

Перебирая эпитеты, я тянула время, уговаривая себя не торопить события. Но что интересно: мой милый явно не подходит под все эти дурацкие словари. ДЛЯ НЕГО НЕТ МЕСТА В СТРОГИХ АННАЛАХ ИСТОРИИ, ЗНАЧИТ ОН УНИКАЛЕН!

Удивившись и обрадовавшись только что совершенному мною открытию, я решила тут же ринуться в бой.

- Расскажи мне что-нибудь, - попросила я его.

Эдвард задумался, а я положила голову ему на плечо, как ни странно, но он не сопротивлялся.

- Я не знаю, что тебе рассказать, - ну, конечно же он ответил именно так.

- Какой у тебя любимый цвет? – мы начнем с простого.

- Мы будем играть в двадцать вопросов? – удивился он.

- Ага, - просто ответила я и съехала чуть ниже по его плечу к груди. Мой нос нашел себя небольшую складку в его кардигане и удобно устроился там. Тут-то я и вздохнула неповторимый аромат моего Багетика. Нет, как ни странно, он не пах чесноком и свежим хлебом. Его запах был тонким, едва уловимым. Это была свежесть и домашний уют. Мне захотелось вдыхать его вечно.

- Синий, - вдруг услышала я.

- Мм? – промычала я в его подмышку.

- Мой любимый цвет – синий, - повторил Эдвард.

- Твой любимый город? – еще сильнее закутываясь в него, спросила я. У меня было ощущение, что я - это не я. Я была кошкой, которая трется о своего хозяина, который только вернулся домой.

Он был моей валерьянкой.

Моим клубком ниток, пропитанных всякой дрянью.

- Лондон, - не колеблясь, ответил мой Котик.

Моя голова соскользнула чуть ниже, и теперь я могла слушать его неровное сердцебиение.

Тук. Тук-тук. Тук. Тук-тук-тук. Тук.

На секунду я испугалась, что у него аритмия. И оторвала голову, чтобы посмотреть, все ли с ним в порядке. Я нашла его глаза сразу же.

- Твое сердце хочет протаранить грудную клетку и вырваться наружу, - заметила я.

- Такое бывает… - пробормотал он неловко.

- Тебе нужно расслабится, - хихикнула я.

- Не рядом с тобой, - себе под нос бормотал мой, теперь я уже точно знаю, сладкий мальчик. Я сделала еще один глубокий вдох. Дерьмо, он был восхитительным! А затем положила голову Эдварду на колени и свернулась клубочком. Время для сна.



Большая креветка бежала за мной. Она хотела меня съесть, а может и нет. Но ей точно было
что-то надо от меня. Возможно, она злилась, что пару дней назад мы вместе с Эмметом съели пару килограммов ее собратьев-гигантов. Мы уплетали их со вкусным соусом, который Эм притащил из нашего любимого ресторанчика, что был на восемнадцатой улице.

Мои силы были на исходе, я не могла бежать больше ни секунды. Резко остановившись, я обернулась и посмотрела на нее в упор.

"Давай, съешь меня", - пронеслось у меня в голове.

Но креветки больше не было.

На меня смотрели зеленые глаза моего Багетика. Он был напуган. В отражение его глаз я увидела себя, только я уже не была я, а была большой розовой креветкой!

И тут я проснулась.

Сделала глубокий вздох и окунулась в нирвану. В водоворот теплоты и уюта. Мне было хорошо, высшая цель жизни достигнута!

И я не была креветкой, что меня, конечно же, радовало.

Мне не хотелось просыпаться, вернее, не так, мне не хотелось расставаться с запахом Эдварда, с его объятиями, потому как одна его рука лежала на моем плече. Он был мягким и теплым...

- Белла, - тихонько позвал меня Котик, видимо, почувствовав, что я проснулась.

- Что? - прохрипела я, севшим ото сна голосом.

- Прошло уже больше двух часов, - все еще шептал он. - Может быть, пора проверить работу Джаспера?

- Еще слишком рано, - пробурчала я. Мне не хотелось вставать с него.

- Ты можешь остаться здесь, - прогудел он, но все еще тихо, видимо, уважая мой сон.

Если он уйдет, то мне уже нечего будет здесь делать.

- Уф, хорошо, но дай мне еще пару минут, папочка, - я выделила последнее слово, оно так и сквозило сарказмом.

- Почему ты такая невыносимая? – позабыв о моем сне, выкрикнул Эдвард и отодвинул меня с себя, быстро вставая. По дороге задевая стол своей головой.

- Твою мать, - выругался он, потирая ушибленную голову. Должно быть, это было действительно больно. Его идеальное лицо немного скривилось, и мне захотелось поцеловать его шишку, чтобы не болело.

Тигренок смотрел на стол с нескрываемой обидой, как будто спрашивая его: «За что?». От увиденного истеричное хихиканье с редким подхрюкиванием вырвалось из моего горла.

- Очень смешно, - бормотал он, все еще потирая голову.

- Если бы ты остался со мной, этого бы не случилось, - вынесла я свой вердикт. Почему ему нужно было убегать от меня? – Возможно, тебе стоит вернуться, - похлопала я по еще теплому местечку рядом с собой. – Чтобы с тобой не случилось чего-то похуже, - я похлопала ресничками.

- Например, - заинтересованно спросил мой Динозаврик.

- Хм, ну не знаю, быть может, на тебя нападут грабители, - Эдвард поднял вверх свою идеальную бровь, будто говоря мне «Ты шутишь? Мы закрыты в этой чертовой коробке, тут никого нет!»

«Тут есть я и моя богатая фантазия», - мысленно ответила я на его предположительные мысли.

- Ну, хорошо, тогда мутанты-убийцы с нижнего яруса парковочной зоны.

- Очень смешно, Белла, - снова повторил он ранее сказанные им слова.

Он просто убивает меня! Неужели нельзя быть чуточку проще, немного расслабленнее, а не строить из себя Буша-старшего? Земля не поменяет орбиту, если Эдвард станет немого... доверчивее.

Я решила озвучить ему свои мысли вслух, на что он просто закатил глаза. Жираф!

- Может, ты поможешь мне?

Он помотал головой и пробормотал:

- Сама туда залезла, сама и вылезай, я пасс, - поднял он руки вверх, сдаваясь. - Твой стол меня уже побил, - говоря это, мой мальчик потер ушибленное место.

- Уф, - я была недовольна, потому что решилась мимолетного контакта с рукой Эдварда.

«Придется подождать», - успокаивала я себя.

- Ты готова?

- Да, идем уже, - разглаживая складки на одежде, ответила я.

Мы шли в тишине, на расстоянии друг от друга. Мне оно не нравилось, но когда я пыталась быть ближе к нему, Багетик ускорялся на пару шагов вперед или в бок. Я даже случайно не смогла коснуться его руки.

Эдвард решил держать дистанцию. Хм.

Я решила подумать об этом позже, а между тем невоспитанный Жираф уже проскользнул в главный компьютерный офис, где мы оставили Элис с Джаззи-Каззи.

Будущая мамочка свернулась клубочком на небольшом диване, а Джаспер напряженно выстукивал ритм на клавиатуре. Он смотрел на монитор, где было открыто сразу несколько окон. У меня создалось впечатление, что он в тупике.

- Как дела? – прошептал Эдвард, видимо, заботясь так же и о сне Элис. А я-то, наивная, думала, он заботится только обо мне! Эх, я еще не стала для него Единственной.

- Я пытаюсь, - прошипел гений.

- Хочешь кушать? – предложила я Эйнштейну.

- Скоро ты закончишь? – проигнорировал меня ершистый Тигренок.

- Слушай, не дави на него, - поднажала я на Эдварда. - Мозгу нужна не только кола, но и еда для продуктивной работы.

- Он должен вытащить нас отсюда, - спорил Эдвард.

- Парень устал, - настаивала я.

- Сам виноват, - выплюнул он.

- Вы мне мешаете, - не выдержал Джаззи.

- Ты хочешь есть? – после минутной тишины спросил мой заботливый мальчик нашего засранца месяца.

- Было бы не плохо, - тут же признался он.

- Хорошо, - решительно кивнул Эдвард, - Мы пока сходим, раздобудем чего-нибудь, а ты не отвлекайся, - дал строгий указ мой будущий муж.

Он бы решительным, заботливым, безумно милым и мог усмирить мое шило в заднице. И мне это нравилось. Хоть все равно все получалось и по-моему.

- Идем? – спросил меня Эдвард.

- Может, возьмем с собой Элис? –предложила я.

- Она только недавно заснула, - тут же сказал Джаспер как-то напряженно.

- Ох, хорошо, тогда мы принесем еды на всех, - пожала я плечами как бы немного расстроено, хотя у меня будет время, чтобы побыть с Багетиком наедине (!). Как только я это поняла, мое настроение тут же улучшилось.

Мы долго спорили, куда можно пойти, чтобы нормально поесть и оба сошлись на том, что X-mart не вариант. Время уже приближалось к ужину, и организм требовал нормальной пиши. Ну почему мы не могли заказать еду? Тайскую или китайскую?

- Может быть, японскую? - спросил Котик.

- Я рыбу не ем, - сказала я.

- Почему?

- Она писает в море.

- Дети тоже писают, - невозмутимо заметил он.

- Я и их тоже не ем, - Эдвард усмехнулся.

На самом деле, я ела рыбу, но, в основном, это была рыба красных сортов, у меня вообще был пунктик на еду красного цвета со всеми его оттенками.

- Мы можем поесть роллы, если ты хочешь, - предложила я.

Сейчас мы уже спустились на первый этаж торгового центра, где было много ресторанчиков, в которых могло остаться что-нибудь серьезное - на ужин.

Мне нравилось разговаривать с моим Тостиком. Я хотела узнать о нем как можно больше, какую еду он предпочитает, марку машины, что он делает после того, как проснется? (у меня-то был целый ритуал, состоящий из просмотра мультиков на китайском, приготовления завтрака с Гордоном Рамзи на иврите. Я не понимала ни слова, но всегда было очень весело! И в завершении - пробуждение Эммета на гребанном английском).

Еще мне было интересно, кем он работает и что делает, когда приходит домой? Есть ли у него дома домашняя зверушка, и что он делает на праздники? Я хотела знать все, но решила действовать постепенно.

«Не торопись», - уговаривала я себя.

- О, смотри, - воскликнул Эдвард, тыча пальцем мне за спину. – Это же IHOP (The International House of Pancake – Международный дом блинов), я обожаю блины.

- О, - мне было непривычно видеть его таким оживленным, это было что-то новенькое. – А какая твоя любимая начинка, - я должна была использовать любую возможность, чтобы узнать его еще лучше, ведь пока что он отвечал мне не очень охотно.

- Бананово-шоколадная, она моя любимая, - он все еще заворожено смотрел на вывеску и улыбался, как идиот.

Эдвард никогда не улыбался так для меня. И сейчас я ненавидела эти чертовы блины.

Для него блины, как для Эммета мармеладные медведи. Что ж, мне придется смириться с этим…

- Мы можем пойти туда, - предложила я и махнула рукой в его святая-святых.

- Серьезно?

- Да, почему бы и нет, - пожала я плечами, - а потом зайдем еще в какой-нибудь ресторан. – Может быть, мы с блинами сможем найти общий язык, и они помогут мне в завоевании моего сладкого мальчика. Моего грозного жирафа.

Мы пробирались через столы и стулья, брошенные во время эвакуации людей, было видно, что уходили в спешке. На одном из столов лежала еще не тронутая еда.

Кафе было открытым и выходило прямо на просторы торгового центра, то есть двери здесь как таковые не были предусмотрены. В чем нам очень повезло, не исключаю возможность, что остальные рестораны могут быть заблокированными.

Сейчас я молилась, чтобы дверь в кухню была открытой.

«Боженька, пожалуйста, пусть Эдвард сможет насладиться вкусом своих любимых блинов», - как мантру повторяла я.

- Кухня открыта, - услышала я радостный голос Кота в предвкушении жирной сметаны.

Я прошла вслед за ним и ничего не увидела.

- Дерьмо, я потеряла зрение, - воскликнула я.

- Белла, тут просто нет света, - как какой-то чокнутой объяснял мне Эдвард.

- Тогда нам нужен фонарь, - сделала вывод я. – У тебя есть фонарь?

Он не ответил.

- Эдвард, - в панике закричала я.

- Я тут, - повернувшись на его голос, я сделала пару шагов и врезалась во что-то твердое.

- Ауч, - это было больно.

- Белла, ты в порядке? – я снова повернулась на звук и что-то с треском упало. – Черт, не двигайся, - приказал мне Тигренок.

Через секунд меня схватили сильные руки и прижали к твердой, но такой мягкой груди. Я снова закутала свой носик в изгиб его шеи, и сделала успокаивающий вздох.

- Я не чертова летучая мышь, я ничего не вижу, - расстроено щебетала я на грани слез. У меня очень сильно болело бедро и локоть, которыми я сносила мебель и кухонную утварь.

- Шш… все хорошо, - мой Багетик гладил меня по спине, успокаивая. – Сейчас мы выйдем отсюда, о’кей? - я кивнула у него на груди.

Мы вышли из кухни все еще обнимаясь. Эдвард усадил меня на самый крайний к выходу стул, чтобы света было как можно больше. А сам сел на корточки рядом со мной.

- У тебя что-нибудь болит? – напряженно спросил он и провел руками по внешней стороне моих бедер и животу. Котик был таким заботливым и нежным.

- Ну, где, где еще я мог найти тебя! – прогремел гундосый голос у меня за спиной. – Я спросил себя, где может быть моя малышка, и ответ пришел тут же - там, где еда.

Эммет!

Все, Губка Боб – тебе не жить!

_______________________________

Жду Вас в нашем импровизированном IHOP'e ^^