Глава 1 часть 2

Пролистываю еще одну страницу своей жизни, и от туда выпадает случайно забытое фото. Я наклоняюсь и поднимаю его. С потрепанной фотографии на меня смотрят и улыбаются двое почти одиннадцатилетних детей. Мальчик с волосами оттенка бронзы и зелеными глазами держит за руку девочку с каштановыми волосами, собранными в косичку и карими глазами. Они сидят на раскидистой ветке дерева и выглядят очень счастливыми и беззаботными. Разве что девочка боится испортить свое новое платье, самое красивое как она тогда считала, потому что это был подарок, а ей никогда не дарили таких подарков.

Я помни этот день. Тогда я была в гостях у Калленов. Мы гуляли по большому двору дома Эдварда, качались на качелях, лазили по деревьям и играли в прядки. Вели себя, как и все озорные дети.

Но теперь я понимаю, что не только мы с Эдвардом были счастливы в такие моменты. Глядя на нас, радовалась Эсми, человек с самым добрым сердцем. Впервые я увидела ее на парковке, когда она забирала Эдварда из школы, я была поражена этой женщиной. Волосы цвета карамели, зеленые глаза и теплая улыбка. Именно такой я ее заполнила, и буду помнить. Эсми всегда относилась ко мне, как к родной дочери. Наверное, потому что Эсми не могла иметь детей. Хотя, очень об этом мечтала.

А для Эдварду она, к сожалению, стать матерью так и не смогла. Слишком была жива его память о родной матери, которую он так любил и был привязан.

13 февраля 1994 год.

"Дорогой дневник!

Или как там говорят мои ровесницы, когда пишут очередную запись?

У меня появился друг - Эдвард или, как я называю его, грустный мальчик. Потому что даже когда он улыбается, его глаза остаются такие же печальные. Я давно уже думала его спросить, но не хочу навязываться.

Сегодня я впервые окажусь в гостях у Эдварда. Надеюсь, я понравлюсь его семье".

***

- Белла, что с тобой? – отвлек меня от созерцания дома настороженный голос Эдварда.

- Ничего, - я переминаюсь с ноги на ногу, а под моей обувью хрустит снег.

- Не лги мне. Ты вся дрожишь.

Ну, конечно, я дрожу, но не от холода, а потому что сегодня я впервые побываю в доме Калленов. В красивом белоснежном доме, с таким же идеальным белым забором, как в сериалах, которые любит смотреть бабушка Мари, пока вяжет спицами. В таких домах живут идеальные люди, а таким как я, тут не место. В Форксе нас никто не любит. Мы бедные. Живем обособленно ото всех и не ходим в церковь по воскресеньям. Мы не религиозны. Да, у нас есть библия родителей бабушки Мари. Я нашла ее на чердаке в бесхозном состоянии, покрывшийся большим слоем пыли, а половина ее страниц вообще потерялись и ее совершенно невозможно читать. Узнав об этом, мистер Каллен пришел бы в ужас. Эдвард рассказал, что для их семьи библия священна. Семья Калленов живет в другом измерении. Они переехали сюда недавно, но уже стали самой образцовой семьей. Мистер и миссис Каллен работают в больнице. Мистер Каллен хирург, а миссис Каллен педиатр. Они платят все налоги, оставляют пожертвования церкви и у них безупречная репутация. Но всего этого я не скажу Эдварду.

- Тебе показалось, – лгу я второй раз.

- Ладно, проходи в дом.

Таинственная дверь отворяется, и я оказываюсь в холе. Я чувствую себя Алисой в стране чудес. Так хочется прикоснуться ко всем диковинным вещицам, но я боюсь что-то сломать. Тут так уютно, но, в тоже время, я не ощущаю тут себя дома. Я чувствую себя как в музее. Стены украшены картинами, на которых запечатлены сцены из библии. Очень много статуэток ангелов и расписных ваз.

- Ну, как тебе? – смущенно спрашивает Эдвард.

- Мило.

- Правда?!

- Очень.

- Я рад. Надеюсь, ты будешь гостить у нас часто, – в его голосе слышится надежда.

- Конечно, – говорю в ответ, не желая его расстраивать.

- Тогда идем на кухню, – Эдвард берет меня за руку, и мы поднимаемся по крутой лестнице.

Я с интересом рассматриваю окружающую меня обстановку. Я останавливаюсь. Мое внимание привлекает деревянный крест, висящий посередине стены.

- Эдвард, что это?

- Это, что-то вроде семейной реликвии Калленов. Этому кресту уже больше четырехсот лет.

- Не может быть!

- Может, Белла. Этот крест был сделан моим предком, – Эдвард был явно этим горд.

- А кем он был?

- Священником.

- И почему-то я не удивлена. В вашей семье по твоим рассказам мужчины были либо врачами, либо священниками.

***

И почему я никогда не обращала на это внимание. У Эдварда можно сказать не было выбора. Он мог стать только священником или заниматься медициной. Таковы были странные нравы в этой семье, которых мне никогда не понять. Но это не было для меня главной проблемой. Проблема в том, что Эдвард сам хотел этого. Его устраивало то, что ему навязывали с детства.

***

Первое, что я ощутила, войдя, был аромат чего-то свежеиспеченного. Миссис Каллен достала из духового шкафа противень с золотисто-румяным пирогом.

-Белла, Эдвард! – поприветствовала нас миссис Каллен.

Она обняла сначала Эдварда, а затем и меня заключила в свои объятия. Казалось, этим жестом, она дарила свой внутренний свет окружающим.

- Здравствуйте, миссис Каллен.

- Детка, сколько раз повторять, чтоб ты звала меня Эсми?

- Мне неловко, – ответила я.

- Какая ты глупышка, Белла, – улыбалась миссис Каллен. – У меня есть кое-что для тебя.

Мои щеки порозовели от смущения. Мне никто никогда не дарили подарков.

Спустя пару минут вернулась Миссис Каллен с какой-то коробкой, перевязанной голубой лентой.

- Вот возьми. Пусть это будет запоздалым подарком на Рождество.

Осторожно из рук миссис Каллен я взяла коробку, но никак не могла решиться ее открыть.

- Открывай уже! Разве тебе не интересно, что там? – помешал моим раздумьям Эдвард.

Я открыла ее и ахнула. Там лежало платье такое же красивое, как у фарфоровых кукол из магазина игрушек, мимо которого я иногда ходила кругами, но боялась зайти. Такие куклы нам не по карману, как и это платье. Нет, я не могу принять подарок.

- Простите, миссис Каллен, но я не возьму подарок.

- Тебе не нравится? – ее улыбка померкла.

- Очень, но…

- Никаких но, детка! У тебя нет не одного приличного платья.

От таких слов стало обидно. Я оглядела себя. Да, мое платье старое и давно полиняло, но я старалась выглядеть красиво. Я постирала его вчера и выгладила. Неужели я все равно выгляжу как оборванка?

- Ой, Белла, я не это хотела сказать. Ты очень красивая девочка и мне хочется, чтоб ты носила красивые платья.

- Я знаю, вы не хотели меня обидеть, просто вы слишком ко мне добры. Я к этому не привыкла, – пробубнила я, рассматривая носки своих туфель.

Миссис Каллен молча забрала у меня из рук коробку, взяла меня за руку и повела из комнаты.

- Эдвард, подожди нас ненадолго, – сказала миссис Каллен перед тем, как за нами закрылась дверь.

Мы прошли прямо по коридору, затем завернули налево и оказались какой-то комнате. Наверно это комната для гостей. В таких домах должны быть такие комнаты: просторные, светлые, уютные.

- Белла, одень новое платье и спускайся вниз. Хорошо?

- Да.

- Вот и славно, – сказала она и удалилась.

***

Спустя полчаса я помогаю миссис Каллен накрыть стол. Осталось положить вилки, и я задумалась с какой стороны их положить. Едят Каллены по этикету или как простые смертные?

- Белла, среди нас левшей нет, – помогает мне сделать выбор Эдвард.

Миссис Каллен улыбается, наблюдая за нами. А я начинаю завидовать моему новому другу. Мне бы хотелось иметь такую добрую, любящую и понимающую маму.

- Тебе повезло, Эдвард.

- С чем? – он не понял, что я имею в виду.

- О такой матери можно только мечтать, – я вздыхаю.

- Она мне не мать, – довольно резко отвечает Эдвард.

- Но я думала…

- Я не говорил.

- А что случилось?

- Мы не будем сейчас об этом говорить. Ладно?

- Хорошо.

Разговор закрыт.

За окном слышно, как у дома останавливается машина. Мистер Каллен приехал.

Он открывает дверь, снимает пальто, предварительно отряхивая от снега, и почти вальяжно идет к нам. Его жена ему улыбается и целует при встрече, а сын смотрит с уважением. А смущенно смотрю на него из под упавшей на глаза челки.

- Здравствуйте, мистер Каллен, – я почти шепчу.

- Здравствуй, Белла, – сдержано приветствует меня отец Эдварда.

Он пристально смотрит на меня своими голубыми глазами. Так странно, что у него с Эдвардом нет никакого внешнего сходства: у отца пшеничного цвета волосы и небесного цвета глаза, а у сына рыжевато-каштановые волосы и зеленые изумрудные глаза. Возможно, они достались ему от матери. Жаль я не могу увидеть хотя бы ее фото.

В этом доме вообще нет никаких фотографий.

***

В тот день я чувствовала себя ужасно. Ощущала себя так, словно я на экзамене доктора Каллена. Думаю, он был бы эгоистичным учителем, презрительно относящийся ко всем ученикам. А врач, я бы сказала, он хороший. Профессионал своего дела, но слишком хладнокровный. Такие как он пугают и отталкиваю. Люди с ледяными сердцами. Он очерствел от потери любви. Всегда держал чувства внутри и с трудом сдерживался, когда видел, что его сын был мужской версией его первой жены. Мальчик впитал еще в детстве прекрасный качества, такие как доброта и сострадательность, он перенял главный недостаток матери - отчужденность и любовь к самобичеванию.

Если бы мы с Эдвардом были Титаником, то Карлайл был бы нашим айсбергом. Он бы потопил нас от одного удара. Титаник разломало напополам, и все мечты о будущем опустились на самое дно Атлантического океана. И тут возникает вопрос, кто виноват? Айсберг или виной был человеческий фактор. Может, мы сами себя потопили? Может, был шанс миновать айсберг?

***

Мы сели за красивый прямоугольный накрытый белой скатертью с вышивкой стол. Никогда не понимала, зачем люди покупают скатерти белого цвета? Они же совершенно не отстирываются! А столовые приборы блестят как новенькие. Кажется, что совсем не так давно они лежали на прилавке.

И тут все кроме меня сложили руки в замок, а мистер Каллен начал зачитывать молитву.

- Благослови, Господи Боже, нас и эти дары, которые по благости Твоей вкушать будем и даруй, чтобы… - он остановился.

- Белла, а почему ты не молишься?

- Ну, я никогда этого не делала.

- Ты не католичка?

- Нет.

- Это очень плохо, – сказал отец Эдварда и продолжил молитву.

***

- Белла, почему ты ничего не ешь? – заботливо спросила миссис Каллен

- Спасибо, я не голодна.

- Может, хотя бы поешь десерт?

- А может маленькая мисс расскажет нам о себе? – перебил мистер Каллен свою жену.

- Ну, меня зовут Белла, и я учусь с Эдвардом.

- Это мы и так знаем, – с презрением сказал отец Эдварда. – Расскажи лучше о своей семье?

- Моя фамилия Свон. Мой отец Чарли Свон работает на лесопилке, а бабушка сидит дома.

- А мать?

- Мистер Каллен, у меня нет матери.

- Умерла?

- Почти. Бросила меня, когда мне был годик, – сказала я, стараясь держать слезы.

- Бедная девочка, – шептала ели слышно миссис Каллен.

***

После ужина мы с Эдвардом пошли в библиотеку. Мистер и миссис Каллен задавали мне много вопросов, и не думаю, что остались довольны моими ответами.

- Ничего себе! Да, у вас книг в три раза больше чем в библиотеке, и зачем тогда ты ходишь в школьную? – Я озадачена.

- Потому что там всегда можно найти тебя с книжкой в руках.

***

Эдвард дал мне книги о греческой мифологии, которые были гораздо подробнее, чем те, что я прочитала в библиотеке. Так же я взяла на время книгу о странствиях Одиссея и книгу о Троянской войне. Не знаю из-за чего, но это далекое время привлекало меня. Так захотелось окунуться в эпоху, когда люди верили, что боги живут на вершине Олимпа. Время, когда из-за прекрасной девушки завязывались кровопролитные войны.

- Тебя проводить, а то уже поздно? – донесся до меня голос Эдварда, когда я пребывала в плену своих мечтаний.

- Нет, не стоит.

- Твой отец приедет за тобой?

- Он обещал, – я вздохнула. – Но не сдержал обещание.

- Но как ты доберешься?

- Еще светло, и я могу добраться на автобусе.

- Ну, ладно. Хотя, мой отец может тебя вести.

- Не надо! – сказала я слишком резко.

Мы попрощались и Эдвард ушел в свою комнату.

Надеюсь, я не обидела Эдварда. Просто последнее чего я хочу – это ехать в машине с мистером Калленом и ловить на себе его презрительные взгляды.

Я осторожно спускаюсь по ступенькам. Лестница очень крутая. Я не хочу кубарем скатиться в холл.

Как Каллены ходят по ней каждый день?

- Карлайл, как тебе подруга Эдварда? – услышала я голос миссис Каллен откуда-то из далека.

- Эсми, не понимаю чему тут радоваться?

- Тому, что твой сын начал общаться со сверстниками, – миссис Каллен злилась на своего мужа. – Не помнишь, что было в прошлом году? Он отказывался разговаривать. Мы думали, что от стресса Эдвард потерял голос. Мальчик ушел в себя, и на него больно было смотреть. Потеря матери оставила свой след в его душе. Помнишь сколько психологов пытались помочь ему? Помнишь?

- Помню и не хочу вспоминать, потому что сейчас с моим сыном все наладилось!

- Не заметил, что Эдвард пошел на поправку после переезда в Форкс? Это Белла привела его в чувства! Им надо побольше общаться.

- Побольше общаться? Эсми, ты бредишь? Хочешь, чтоб мой сын дружил с этой девчонкой из неблагополучной семьи?! Чему же она научит Эдварда?

- Карлайл, как ты можешь так говорить? Она… она всего лишь ребенок. Ей просто не повезло.

- Сейчас она конечно ребенок, а что будет потом. Дочь алкоголика-атеиста хорошему моего сына не научит. От таких надо держатся в стороне, и молится, чтоб до них дошло слово Божье. Может они встанут на путь истинный.

Книги упали из моих дрожащих рук, а грудь затряслась от всхлипов. Я побежала, куда глаза глядят. Громко хлопнув дверью, я побежала не важно куда, главное подальше от этого места. Таким как я сюда, как я поняла, дорога закрыта.

Пошел дождь. Оступившись, я упала, расстелившись на асфальте и разбила коленку. Колготки порвались, а из ранки пошла кровь. Больно, но терпимо.

Я посмотрела на серое небо, затянутое хмурыми тучами.

- Господи, ты есть? – спросила я небо. - Почему меня никто не любит?