Я проворчала и попыталась быстро встряхнуть сон. Озираясь по сторонам, я поняла, что на улице было еще слишком темно. Часы показывали два часа ночи. Домашний телефон звонил снова, и я поняла, что это было тем, что разбудило меня. Когда я сообразила, что дома нахожусь одна, уже работал автоответчик. Наши с Эмметом голоса попросили оставить сообщение, прозвучал сигнал и послышался голос Эдварда.
- Эмм, это я. Слушай, бармен отнял мои ключи и не отдает их обратно. Тупица… Короче, не мог бы ты забрать меня? Я в кафе на окраине. Ну, ты помнишь.
Снова сигнал. И тишина.
Он снова не сдержался и решил топить свое горе в алкоголе. Я же просила Эммета. Много раз просила поговорить с ним по душам. Они всегда были близки. Но сейчас его нет рядом, и на этот раз мне придется вытаскивать задницу Эдда. Нехотя встав с теплой кровати, я пошла на кухню. Более здраво мыслить мне помогла чашка холодного кофе.
Наспех одевшись и написав Эммету записку, чтобы не ждал, я выскользнула из квартиры.
До бара было полчаса езды на машине, поэтому добралась я быстро. Последний раз чертыхнувшись, я вылезла из теплого салона и потащилась в этот притон пьяных. Нет, я не имею ничего против того, чтобы пропустить стаканчик после работы… Но, поверьте, сейчас не тот момент.
Толкнув дверь, я зашла в помещение. Запах алкоголя и табака сразу ударил в нос. Я увидела его сразу. Он спорил с барменом. Весь помятый, небритый, жалкий...
Мне действительно было его жаль. Но это не выход устраивать постоянные попойки. Он даже не думает о жене, которой сейчас не лучше. Через пару секунд я уже стояла рядом с ним.
- Так, дорогуша, теперь ты сейчас поедешь домой баиньки! – стаскивая его со стула, сказала я.
- Рози, милая! Я не ожидал тебя тут увидеть! А Эмм знает, что ты здесь? – ели шевеля языком спросил он.
- Слава Богу, нет... Иначе ты был бы уже без яиц, - тихо пробормотала я. А затем, чуть громче добавила, - Поехали. Такси уже подано.
В глазах Эдварда появилось какое-то непонимание. Он пытался, честно пытался, понять, что же я хочу. Но, видимо, алкоголь сделал свое дело.
- Прошу, давай просто уедем отсюда? - попросила я жалобно.
- Только после того, как ты выпьешь со мной! - вдруг заговорщически выдал этот засранец. А затем крикнул куда-то за стойку, - Бармен! Еще виски, и коктейль этой прекрасной леди.
- Я не буду пить! - прошипела я. Не хватало только того, чтобы еще и я напилась.
- Ты же хочешь, чтобы я пошел с тобой?
Я кивнула, все еще не сводя глаз с друга. Ну, или не совсем друга.
- Тогда, ты выпьешь со мной!
- Всего один коктейль, - понимая, что проиграла, я села рядом с ним на стул.
- И как ты тут оказалась? Не думал я, что ты ходишь по таким местам! Такой как ты здесь не место!
- Эдвард! Ты забываешь, что мы с Эмметом уже давно живем вместе! И когда ты оставил на автоответчике свой зов о помощи, Эмма не оказалось дома. Пришлось мне ехать и вытягивать тебя с этого моря алкоголя! Только видимо я сама в нем потону.
- Роуз милая! Ты, вы и вообще весь мир не сможет понять, что мне пришлось пережить! – сделав еще глоток виски, крикнул он.
- Тихо, тихо! Только не бушуй! Я даже не могу представить насколько тебе с Беллой тяжело, – положив руку ему на плече, пыталась успокоить его. - Но нужно двигаться дальше! Жить не только прошлым!
Он смотрит на меня всего минуту. В его глазах я отчетливо видела боль, вину, усталость, ненависть, непонимание... Там было все. Но все чувства снова затягинула мутная пелена. И он снова пьян. Это глупо. Так он никогда не выберется...
- Бармен, - снова его крик нарушает тишину. Но тишину только между нами. Ведь весь остальной народ гудит, как улей. А он продолжает, - Повторить!
- Эдвард.
Он не слышит. Или не хочет слышать. И я повторяю:
- Эдд...
Ноль эмоций, ноль внимания. Он уже ушел в себя. Я знаю, что так поступать не хорошо. Я понимаю, что ему больно. Но другого пути нет...
- У тебя недавно умерла дочь, - без чувств произношу я. И это срабатывает. Он оборачивается. А я говорю дальше, - И вместо того, чтобы поддержать Беллу, ты напиваешь тут, как свинья. Ты заливаешь всю свою жизнь алкоголем!
Срываюсь на крик. Но только на последнем предложении. Его глаза уже не мутные. Они чисты, как два стеклышка. И в них ненависть и презрение. Ненависть - ко мне. За то, что напоминаю... Презрение - к себе. За то, что позволил себе много лишнего. Мы понимаем это. Оба.
- Ты ничего не знаешь, - четко произносит он, отчеканивая каждое слово.
А затем встает. Забирает со стула свою куртку, бросает на стол деньги и идет к выходу уверенной походкой. Будто он и не пил вовсе. Я разворачиваюсь и провожаю его взглядом. Закрываю глаза, понимая, что причинила ему такую боль, которую не пожелаешь никому. Но это происходит всего одно мгновение. Потому, что уже через пару секунд я выбегаю на улицу вслед за парнем.
Его фигура проглядывается сквозь небольшую толпу людей на остановке. Он стоит, прислонившись к столбу и заглядывая в небо, словно спрашивает «за что ему все это?». Но небо упорно молчит. Семеню к нему на своих высоких каблуках. Немного не успеваю. Он уже шагнул в автобус.На миг задержав дыхание, шагаю вслед за ним. Отыскивая его макушку, я присаживаюсь напротив. Он молчит, а я не знаю с чего начать.
- Эдвард, - произношу тихо.
- Оставь меня в покое! Ты уже достаточно сказала! - он не кричит. Да, он злится, да, ненавидит. Но внешне его ничто не выдает. Он устало откидывает голову и закрывает глаза. - Этот автобус не едет в твою сторону. Лучше убирайся.
- Я тебя тут не оставлю! И для всех будет лучше, если ты выйдешь сейчас вместе со мной! Хватит упрямиться! От этого твоя жизнь лучше не станет! Своим поведением ты угнетаешь всех вокруг! Все уже голову сломали, думая о том, как тебя привести в чувство.
Я встаю и подаю парню руку. Но он не успевает ничего сделать. Автобус тронулся, мы поехали. Слова проклятья сами вырываться, и я с вздохом опускаю на сиденье.

Эдвард

Я очнулся в больнице с ужасной головной болью. Все тело пробирал озноб. Повернув голову влево я увидел, что моя рука подсоединена к капельнице.
- Черт, ничего не помню... - тихо выругался я.
- Эдвард, - тихий голос. Такой знакомый. Такой родной и любимый, - все хорошо, Эдд. Я рядом.
По правую сторону от меня в кресле сидела Белла. Ее глаза были наполнены слезами, болью, и грустью.- Почему ты плачешь? Ведь со мной все нормально!
Она подняла на меня свои красные глаза. Черт, черт, черт... Надо было быть немного помягче. Я ее, наверное, обидел.
- Прости, Беллз. Я не хотел.
Но моя жена уже подняла из кресла и отошла в сторону. Повернувшись ко мне спиной, она три раза глубоко вздохнула и вернулась на место.
- Все нормально? - тихо спросил я.
Изабелла отрицательно покачала головой.
- Роуз?
Белла снова зарыдала. Беззвучно, как плачут только для себя.
- Скажи мне.
Она не могла. Тихо рыдая, она не могла произнести и слова.
- Черт, Белла! Просто скажи мне, - повысил я голос.
- Она в реанимации. Прощается с Эмметом, перед тем... Перед тем, как ее отключат.
- Но...
Слов просто-напросто не находилось. Я резко поднялся, вырвал капельницу и пошел в сторону реанимации... Я должен был что-то сказать... Должен.
Когда приоткрыл дверь, понял, что опоздал. Эммет стоял на коленях перед кроватью Розали. Его руки крепко сжимали ее ладонь. А с его груди вырывалось громкое рыдание.
Развернувшись, я увидел в коридоре Беллу. Ее глаза смотрели на меня очень серьезно. Сжимая в руках куртку, она кусала свою губу. Вздохнув, она развернулась и ушла. Послышался стук ее каблуков по кафелю, а потом полная тишина. Я осел на пол.