[Центр Сиэтла]

- Беллз, как ты? – заботливо спросил Эван, как только девушка распахнула свои глаза. – Ты меня сильно испугала.

Слабо улыбнувшись, девушка повернулась на спину – а до этого она лежала на животе – и, натянув покрывало до шеи, закуталась в него.

- Замерзла? – снова спросил Эван. – Извини, но врач сказал, что тебе нужен воздух, и я открыл окно.
Хоть на улице был май, погода была нестабильная, и в один день могло светить солнце, а в другой чуть ли не снег выпадал.
- Врач? – распахнулись глаза Беллы, и в них отразился искренний ужас. – Я же... Ну, у меня... Раны от игл... Господи...
- Тебе не кажется нелепым обращаться к Богу, когда ты являешься наркоманкой? Это грех, и довольно большой, – теперь из заботливого голоса стал струиться яд и презрение. – А насчет врача не бойся – это мой знакомый, и он никому ничего не скажет о твоей зависимости. Однако Стив попросил предупредить тебя, что с этим стоит завязывать, и так, мол, много этой дряни в крови.
- Не твое дело, – в тон Эвану отрезала Белла. – Ты всего лишь мой наркодиллер, не больше и не меньше. С остальным я сама как-нибудь справлюсь!
- Вот как, – съязвил Эв. – А дружеских чувств нет?! Мне казалось, что за четыре года тесного общения в тебе должны были проснуться хоть какие-то чувства. Да и твои слова насчет того, что ты сама справишься. Врешь, Изабелла, врешь! Как ты сможешь справиться, если потеряла контроль рядом с Эвисом? Ты прекрасно знаешь, что, находясь в комнате с наркоманами, нельзя быть расслабленной. А даже если так, то где бы ты была сейчас?! На улице, в подвале? Ничего подобного! Ты была бы в земле, потому что слишком сильное было перекрытие горла, и без моей помощи и ухода ты просто умерла бы. А что насчет наркотиков... То с этой минуты мне наплевать, как ты будешь доставать себе эту дрянь. Я выхожу из этой игры, а точнее, я уже ушел. Я никому не говорил, но раз такие обстоятельства, то... Я уже месяц, как не балуюсь этим... порошком.

Выпустив весь воздух с резким свистом, Эван замолчал и неуверенно посмотрел на Беллу. Та, дослушав до конца выплеск души парня, просто застыла на месте, отказываясь верить в правдивость этих слов. Она отказывалась понимать, что тот человек, который поставлял ей белый порошок в данный срок за устойчивую цену, сейчас отказался от своих обязанностей... Да она была в шоке только от того, что он теперь не наркоман. Теперь все поведение, казавшееся ей странным за этот месяц, оказалось явным и оправданным. Стало ясным, почему Эван отказывался от компании Беллы, почему уходил, когда Беллз нюхала или колола эту дрянь, почему губы складывались в презрительную ухмылку, когда Белла начинала сходить с ума от ломки... Все стало ясным, как небо в яркий солнечный день.

"Ну нет, – одернула себя Белла, отказываясь от своих предыдущих мыслей, которые «объясняли» поведение Эвана. – Не поверю, что он смог отказаться от счастья, которое окрыляет тебя после приема порошка. Знаю его четыре года, и я полностью уверена, что он не сможет этого сделать".

- Поцелуй меня, – вдруг попросила девушка, садясь на кровати. – Пожалуйста.

Поперхнувшись слюной, Эван посмотрел на Беллу, как на больную, но радость, окутавшая его сердце, заставила парня забыть обо всем и просто приблизиться к слегка бледноватым губам.

Мягко накрыв своими губами ее губы, Эв понял, что ничего в жизни не было прекраснее, чем этот момент. Губы Беллы были мягкими, нежными, словно шелк, – такими, какой для него и являлась эта девушка. Ему было всегда наплевать, что она делала и как, ведь она захватила его сердце уже давно... В тот день, когда он забрал ее. С того момента он не видел никого перед собой, кроме нее. У нее не было неземной красоты, бездонных глаз, манящих губ, сексуального взгляда... Но что-то – что именно, он не знал – привлекало его, и противиться этому он был не в силах.

Эван негромко простонал, когда Иззи сильно прикусила его нижнюю губу, даже не спрашивая, а утверждая, что она обязана проскочить в его рот. Осторожно приоткрыл свой рот, и их языки сплелись в страстном и пламенном танце: он ласкал ее небо, а она с не меньшей страстью отвечала ему, не желая проигрывать в этой «войне». Выпустив возбужденный вздох, Белла обвила шею Эвана руками и с радостью зарылась в его волосы, прижимаясь к парню все ближе и ближе. Заведясь еще больше, Эв надавил на тело Беллз, и вскоре девушка оказалась зажата между кроватью и парнем. Простонав, девушка выгнулась под парнем, довольно больно сжимая его волосы. Когда воздуха стало не хватать катастрофически, Эван оторвался от губ Иззи и посмотрел на нее взглядом, полным вожделения.

- А теперь, – все еще задыхаясь, простонала Беллз. – Теперь ты будешь поставлять мне то, в чем я так нуждаюсь?
- Что? – вспыхнул Эван, перекатываясь на другую сторону кровати. – Это... Этот поцелуй был только из-за наркотиков?
- А ты считал, что из-за чего-то другого, Эв? – весело рассмеявшись, воскликнула Беллз, наконец, выровняв свое дыхание. – Брось, мы знакомы четыре года, и ты ждал чего-то больше? Глупенький, – снова рассмеялась Белла, накручивая прядь волос себе на палец.

До этого момента парень не особо надеялся на любовь Беллы, но терпел и мечтал, что она вот-вот прочитает в его глазах искреннюю любовь, которой он с радостью бы поделился с самой девушкой. Но он молчал, в душе ломая себя, устраивая истерики и страдая, наблюдая, как беспечно Белла жила в свое удовольствие, крайне редко замечая Эвана, ну, разве только в те моменты, когда он приносил ей дозу. Но сейчас, после этих слов, сказанных так... спокойно и легкомысленно, Эван получил серьезный удар в сердце и осознание того, что Белла – тварь, получающая от жизни только то, что ей выгодно. Может, частично он был к ней суров, ведь, в конце концов, это он лишил девчонку нормальной жизни, и только по его вине она сейчас являлась тем, кем являлась. Но она могла бы избавиться от этой зависимости так, как он. На это ушло немало времени, два года – срок немалый. Но ведь можно было сначала уменьшать свою дозу, потом принимать ее реже, а потом... обратиться за памощью в наркологический центр. И в один день проснуться нормальным человеком, без ужасного прошлого. Так нет же... Белле нравится получать кайф от вкалывания (Прим. А. – Белла любит вводить в вену эту дрянь). Презрение, разраставшееся в Эване, начинало достигать верхней точки, и возможно, если бы не поразительное свойство самоконтроля, то Белла давно бы получила по щеке.

Эван был не в себе, или вернее, вне себя, как говорят французы.

- Все, Белла, хватит. Мне просто все надоело, – выплюнув эти слова, парень встал с кровати и быстрым шагом вышел из квартиры.

Громкий хлопок двери вывел Изабеллу из оцепенения, и она, выплевывая ругательства, упала на подушку, зарываясь в нее лицом.

Всегда не любила эту главу, но что-то менять сейчас уже поздно. Со следующей главы начнётся всё самое интересное (: