Он нежно прикасается к моим волосам, вдыхая их запах.
"Белла", шепчет он, его рука поглаживает мою щеку: "Белла, Я тебя люблю".
Я лежу на кровати и молчу. Мне очень хочется сказать ему такие же слова в ответ, ведь он так хочет их услышать. Но уже слишком поздно, он ушел, а я в окружении темноты.
"Белла", снова я услышу такой родной мне голос: "Ты меня больше не любишь?"
Я вся дрожу.
И вдруг, я сижу в его машине. В его блестящем сером «Вольво». Он сидит рядом со мной, обеими руками сжимая руль, а бутылка пива зажата между его колен.
"Медленнее! Умоляю, едь помедленнее!" – кричу я, но он меня не слышит. Его нога еще сильнее нажимает на педаль газа, и он смеется, когда машина едет еще быстрее. Она уже выехала на встречную полосу.
"Поверни машину!" – кричу я, но он не обращает на меня внимание. Я стала бить его и кусать, но он даже не смотрит на меня.
Машина выехала с дороги, и паря в воздухе над обрывом, носом стала падать вниз, в воду. Мне удалось открыть дверцу и выплыть на поверхность воды. Я начала балансировать на ней, помогая себе руками и ногами, в ожидании, когда выплывет он. Но его все не было…
Он ушел на дно, вместе со своей машиной. Я могла лишь слышать отголосок его крика, который прыгал по воде…

Я села на кровати, мое сердце билось неистово в груди. Капли холодного пота и слез, смешиваясь, текли по моему лицу. Я никак не могла остановить слезы.
- Эдвард, - прошептала я, - Я, я люблю тебя. Пппрошу, вернись.
Я оглядела комнату, в надежде, что произойдет чудо, и я увижу его. Но чудо не произошло. Я плюхнулась лицом в подушку, приглушая свои рыдания. Мне не хотелось будить родителей. Мне не хотелось их расстраивать своими слезами. Я не хотела, чтобы они видели, что я плачу. Снова. Они и так натерпелись за этот год.
Да, прошел уже год, с тех пор, как он умер.
Я посмотрел на часы, они показывали два часа ночи. Я встала и схватила ключи от моего пикапа. Я не переставала думать, слепо бежав по дому в направлении двери.
Я завела машину. В зеркало заднего вида я увидела маму, которая, распахнув двери дома, стояла на крыльце и кричала мне что-то. Но я не стала ее слушать. Я надавила на педаль газа, и машина выехала на улицу. Слезы текли по моим щекам, мне приходилось вытирать их тыльной стороной руки, чтобы они не мешали мне следить за дорогой. Но они все равно стояли в глазах, размывая мне весь вид. Слава Богу, в столь поздний час машин на дороге не было.
Через час я наконец доехала.
Ничего здесь не изменилось с тех пор, как я навещала его. Как всегда на кладбище было тихо и спокойно. Могилы с каменными надгробьями располагались в ровные параллельные линии. Я проскользнула в ворота, и пошла меж рядами этих плит, ища нужную мне могилу.
Небо было звездное, светила полная луна. Она и помогала мне в моем поиске. Мне понадобилось совсем немного времени, чтобы найти его могилу. Я не приходила сюда так долго, но с легкостью смогла найти место.
Вот она с идеально вырезанным прямоугольным серым камнем с надписью. Я упала на колени, дотрагиваясь пальцами к буквам, которые были выгравированы на камне. Я стала читать вслух.
Эдвард Каллен, 1991 - 2008.
"Хорошо умереть молодым"
Я опустил голову, моя рука все еще лежала на могиле, а слезы, стекая по моему лицу закапали на серый камень. Я почувствовала, что он будто бы обнял меня и прижимая к себе, зашептал ласковые слова мне на ухо. Я осмотрелась, но никого рядом не было. Я заплакала еще сильнее. Я плакала о том, что было уже потеряно, о том, что могло бы еще быть в моей жизни. Я плакала об Эдваре. Я закричала.
- Почему ты ушел! Ты, глупый дурак! Как ты мог меня оставить! – кричала я продолжая плакать.
Я почувствовала, что кто-то снова обнимает меня и гладит по волосам.
- Я все еще люблю тебя, - прошептала я, - Пожалуйста, вернись.
Но я знала, что сколько бы я не повторяла эту просьбу, он не придет. Он ушел, и он не может вернуться.