В гробовом молчании он следил за тем, как она повернулась к нему спиной. Наблюдал за тем, как её снежно-белая футболка скрылась за открытой дверью. Наблюдал, как взревел ржавый грузовичок и с грохотом укатил с подъездной дороги, увозя с собой женщину, которую он любил. Увозя её – со слезами на лице – прочь от него.

Он был актером, а жизнь – сценой. Все до мелочей может быть просчитано.

Беги.

Пройдя вперед, он закрыл входную дверь. Лицо не выдавало никаких эмоций, будто он и не отверг единственную женщину, которую когда-либо любил. Вернувшись обратно на кухню, он налил себе стакан воды. В горле рос сухой ком. Вкус её все ещё был у него во рту, – ему хотелось проглотить его, избавиться он него. Вкус клубники и мяты.

Беги от неё.

Вода не помогла. Её запах был повсюду. Запах клубники обвил его лицо, впутался ему в волосы. Все ещё он мог чувствовать мягкость её пухлых губ и нежность языка. Руки до сих пор ощущали изящность её талии, а от их близости тепло её тела передалось ему.

Пожалуйста.

Зачем она так поступила? Почему ей нужно было прийти и поставить его в такое положение? Она разве не знала, что это причинит ему боль? Зачем ей понадобилось самой проводить себя через такое потрясение и разбивать себе этим сердце? Зачем она заставила его сделать ей больно? Она отлично понимала, что он не мог ответить на её любовь. Она прекрасно знала, что Рене этого бы не позволила. Она знала, что это разрушит их. Тогда почему? Почему?

Не позволяй мне поймать тебя.

Мучительная пустота распростерлась в его груди. Все это время он мирно жил и, на самом деле, так и не осознал этого. Он полагал, что до тех пор, пока он не будет думать о предстоящем горестном моменте, это не произойдет. До тех пор, пока он претворяется, что жизнь протекает нормально и даже хорошо, тогда момент, в который он будет вынужден разбить ей сердце, никогда не случится.

Как же он ошибался.

Его мобильный телефон зазвонил. Один взгляд, и он уже знал, кто ожидал его ответа.

Таня была все ещё его девушкой.

Он поднял трубку.

- Привет, детка, – проворковал сладкий голосочек на другом конце линии. – Я приеду к тебе, хорошо?

- Конечно. – Его голос был так же лишен каких-либо эмоций, как и все его существо. Ему нужна была Таня. Ему необходимо было расслабиться.

- Готовься. У меня для тебя приготовлены игрушки, – издалось её мурлыкание, и он уже мог представить, какой глупый наряд она на себя нацепила.

- Окей. – И он повесил трубку.

В тишине он прошел мимо кухни. Коричневые, поношенные часы на стойке привлекли внимание его зеленых глаз.

Беллы.

Он поднял часы. Время все ещё шло вперед, разве не так? Он был единственным, кто замер в таком состоянии навечно. Она будет двигаться дальше, прямо как время. А вот он стоял в кухне, оплакивая потерянную любовь.

Беги. Пожалуйста, беги от меня.

Не позволь мне поймать тебя.

А то я не знаю, что смогу сделать.

~*~

Начался дождь. Частые капли дождя, как пули, обстреливали ветровое стекло её побитого пикапа. Мир дождем был покрыт затуманенной пленкой. Слезы её не прекращались. Как и дыра в её груди не переставала расти и расти.

Она все поняла не правильно.

Конечно, все именно так. Как вообще он мог её полюбить? Она была до ужаса простой. Глупой и наивной. Она была никем. В конечном счете, только лишь его племянницей.

Как она вообще посмела предположить, что у неё был шанс?

Ночь. Форкс спал. Ох, маленький городок Форкс. Она уже успела полюбить этот странный маленький город.

Ей казалось, что она полюбила его за уют, который он всем преподносил, за его неповторимую тишину. В отличие от больших городов, она думала, что в Форксе веет чувством любви. Дружбы.

Именно в ту секунду она все и поняла.

Она не любила Форкс.

Она любила только жителей Форкса.

Точнее одного жителя Форкса.

В данный момент, Форкс душил её тисками своей атмосферы, ей было трудно дышать.

Ей хотелось убраться из Форкса.

Но куда она отправиться? Ей не хотелось идти к Элис. Элис будет смотреть на неё с жалостью и постарается отвлечь её от боли.

Да как будто это боль позволит ей что-то забыть.

У неё не было желания, чтобы её отвлекали. Ей хотелось все помнить. Помнить то ощущение, которое возникало от его леденящего душу взгляда. Помнить его хитрые ухмылки.

Хотелось наказать себя за то, что она позволила надежде родиться в её сердце.

До того, как она успела что-либо осознать, она уже направлялась к одному конкретному месту.

Ла-Пуш.

Она ехала до тех пор, пока не заметила обрыв. Смотря вниз, она видела лишь борьбу стоящего белой стеной дождя с пенящимися, опасными волнами океана. Так могущественно и ужасно. Прям как её любовь. Разрушительная и способная всю поглотить её без остатка.

Она сидела там и прислушивалась к звукам волн и дождя; глаза, лишенные даже чуточки слез, глядели вдаль. Она плакала уже и так слишком долго.

Прошли часы, как она приняла решение. Затем она вернулась в грузовичок и поехала.

Каково это быть любимым?

Каково это дарить человеку любовь?

Что мучительнее: давать любовь или получать?

Забыла бы она его, если бы рядом с ней был ещё кто-то, кто её любил?

Был только один способ это проверить.

Она подъехала к его дому. Свет все ещё горел в его комнате. Остановившись на подъездной дороге, она помчалась к входной двери и позвонила в звонок.

Мгновение, и дверь отворилась, открывая её взору высокого молодого человека, одетого только в пижамные штаны. Волосы, взъерошенные и торчащие в разные стороны ото сна. Казалось, он был удивлен от того, что увидел её.

Не позволив ему вымолвить ни слова, она заговорила:

- Я хочу, чтобы ты занялся со мной любовью.

Форум!