Глава 9. Тихая ночь.

Они подъехали к ресторану, и водитель быстро обежал лимузин, чтобы открыть им дверь элегантным жестом. На сей раз Белла взяла Эдварда за руку, и они направились к стеклянным дверям здания, фасад которого был украшен деревом и камнем. Эдвард придержал дверь, пока Белла заходила внутрь, а затем легонько прижал руку к ее пояснице, пока они смотрели на мерцающий свет, исходящий из массивного камина, и потрясающий вид вокруг.

- Здесь восхитительно, Эдвард, - прошептала Белла, как только официантка оставила их наедине, поставив воду со льдом и корзинку с хлебом. Белла повернулась, чтобы посмотреть в окна, простирающиеся от пола до потолка, на сверкающие огни Сиэтла, отражающиеся в озере Юнион.

- Не пойми меня превратно, - продолжила она, - я ценю это все, правда, но разве мы можем себе это позволить?

- Не волнуйся, - не задумываясь, ответил Эдвард, намазывая масло на кусок хлеба. Он не заметил, как Белла нахмурилась, услышав его ответ, а подошедшая в этот момент официантка прервала их беседу.

Еда была изысканной и подавалась громадными порциями. Эдвард заказал для них обоих по закуске из креветок и бараньи отбивные по-колорадски с соусом кус-кус, а Белла выбрала рыбу, запеченную на угле, с японскими грибами мацутакэ и китайской капустой. Однако официантка все приносила и приносила им блюда ко столу. Когда Эдвард возразил, что не заказывал их, официантка лишь улыбнулась и ответила, что они входят в заказ. Фуа-гра, желтый финский тунец, мясо по-татарски, ньокки с черными трюфелями… список можно было продолжать бесконечно, и вскоре Эдвард запутался в том, что они едят. Он понял, что все это из-за выдумки Шелли насчет его профессии ресторанного критика, а Белла лишь рассмеялась и поразилась тому, как немыслимо им повезло. Владелец ресторана даже подошел, чтобы удостовериться, что они довольны едой, и презентовал им бутылку шампанского, пока они наслаждались десертом крем-брюле и пончиками с ванильным кремом, кокосом и австралийскими орехами.

Эдвард на мгновение задумался о смене профессии. Не так ведь трудно быть ресторанным критиком, верно?

Хорошенько наевшись, они вышли из ресторана, немного подвыпившие и смеющиеся над всем подряд. Лимузин ждал их у выхода, и, залезая внутрь, Эдвард потерял равновесие и приземлился на Беллу. Он лежал на ней, поместив левое колено между ее ногами, а их лица находились так близко друг к другу, что он ощущал ее теплое дыхание на своих губах.

Он застыл, задаваясь вопросом, возразит ли она, и не двигался с места, решив узнать наверняка. Белла ничего не сказала, ее взгляд опустился на его губы, а после она медленно облизнула свои и снова пристально на него посмотрела. Он наклонился ближе, почти соприкоснувшись с ее ртом… ожидая, что она остановит его.

Но Белла не остановила.

Эдвард издал победный клич про себя - жаждая Беллу Свон в течение долгих десяти лет, он, наконец, выдохнул с облегчением, когда их губы чуть соприкоснулись.

- Белла, - пробормотал он, когда она приоткрыла рот, вздохнув. Он воспринял это в качестве одобрения и скользнул языком внутрь, задрожав от невиданного ощущения. Он ощутил вкус кокоса, ванили и шампанского и пытался не быть чрезмерно настойчивым, боясь, что это испугает ее, и ему придется перестать ее целовать.

Он вообще не хотел останавливаться.

Белла, казалось, чувствовала то же самое. Она наклонила голову, чтобы углубить поцелуй, руками проводя по его рукам и останавливаясь на шее, нежно ее массируя. Он простонал, прижав ее к себе ближе, и почувствовал, как Белла прижимается к нему бедрами, соприкасаясь с его уже болезненной эрекцией. Он провел рукой под ее тонкой юбкой, поглаживая нежную кожу, а затем скользнул под трусики, сжав ее восхитительную попку.

В течение многих часов он хотел сделать это.

Они тискали друг друга как подростки, соприкасаясь языками, щупая друг друга… прижимаясь друг к другу в безумной страсти и потере запретов от выпитого шампанского.

- Боже, Эдвард… - Белла выдернула рубашку из его брюк и запустила руки под нее, впиваясь ногтями ему в спину. Эдвард откинул голову, упиваясь этим ощущением и притягивая бедра Белла к себе ближе. Он опустил голову, отодвинув ее платье в сторону и отпихнув чашечку бюстгальтера, прикусив ее сосок и с силой пососав его.

Белла кончила.

Эдвард почувствовал, как она напряглась под ним, каждый мускул содрогнулся от тяжкого ожидания. Пока он с благоговейным трепетом наблюдал, на ее лице расползлась блаженная улыбка, громкий всхлип вырвался из ее губ, а тело задрожало от восхитительного экстаза. Он крепко прижимал ее к себе, наблюдая за кульминацией… Страстная нежность охватила его, больше походящая на любовь, чем страсть.

Господи, как же сильно он ее любит.

Лимузин остановился, и Эдвард понял, что они подъехали к отелю. Он быстро встал, загородив Беллу и поправляя ее платье, проигнорировав свой взъерошенный вид. Ее глаза медленно открылись, пока сонная улыбка освещала лицо.

- Мы на месте, - тихо сказал он.

Белла моргнула, а затем села, пока водитель открывал им дверь. Эдвард взял ее за руку и повел через железные ворота в отель «Сорренто», встав под зеленым тентом в просторном вестибюле.

- Что мы здесь делаем? - спросила Белла с ошеломленным видом, как будто только что поняла, где они находятся.

Эдвард только наклонился и поцеловал ее в щеку. - Подожди всего минутку, - сказал он и пошел к стойке регистрации. Он оглянулся посмотреть на Беллу и увидел, как она нервно кусает губы, осматривая стены, обшитые панелями, богатые ковры и кожаную мебель. Она посмотрела на него, чуть улыбнувшись, и Эдвард задался вопросом, нервничает ли она… не слишком ли он был самонадеян, что привел ее в этот отель.

Конечно, он понимал, что они женаты и спали друг с другом много раз. Но с тех пор, как он оказался здесь, напряженность между ними показала, что эти моменты в последнее время наблюдались все реже и реже. И приключение в лимузине - это первый раз, когда он вкусил Беллу вот так.

Он хотел большего. Он хотел всего гребаного банкета.

Он с трудом сглотнул комок в горле, возвращаясь к портье и подавив животное чувство, победившее его самоконтроль. Сегодня вечером он вернет Беллу… и не только в свою постель.

Однако, он солгал бы, если бы сказал, что не надеется на это больше всего другого в этот момент.

Держа в руке ключ от номера, Эдвард подошел к Белле, обняв ее за талию и повернувшись к лифту.

- Эдвард, разве это так необходимо? - прошептала она. - Дома у нас замечательная кровать.

Эдвард рассмеялся, и они зашли в лифт и поднялись на нужный им этаж. Белла нервно переминалась с ноги на ногу, чуть покраснев.

- Ты в порядке? - спросил он.

- Эдвард… - начала она, но открывшиеся двери лифта прервали начатую ей фразу. Он взял ее за руку, потащив за собой по коридору к номеру за углом. Открыв изящно дверь, он увидел, как Белла задержала дыхание, изучая комнату.

Зона отдыха располагалась напротив огромного окна, открывающего вид на городские огни. Ветки пальмы покачивались от легкого ветерка, создаваемого кондиционером, придавая комнате очаровательный вид старого Голливуда. Сбоку в камине горел огонь, а на блестящем деревянном столе в ведерке стояла еще одна бутылка шампанского со льдом. Слева через двойные двери виднелась гигантская кровать с белым покрывалом, грудой подушек и облаком пухового одеяла.

Эдвард чувствовал непреодолимую тягу к ней.

Белла зашла в номер, медленно поворачиваясь и осматривая все вокруг.

- Эдвард, это слишком, - наконец, сказала она.

- Нет, - ответил он, подходя к ней и взяв ее руки в свои. - Для тебя ничего не может быть «слишком».

- Здесь мило, правда… но это… всего на несколько часов.

Не в силах противиться, он наклонился и поцеловал ее в шею, уткнувшись носом в волосы и вдохнув их аромат. - У нас вся ночь впереди… не нужно никуда спешить.

- Что?

Он провел губами по вырезу ее платья. - У нас вся ночь… обслуживание номеров только утром… и я подумал, что мы проведем день, гуляя по городу. - Он прикусил кожу над ее ключицей. - Или мы можем остаться здесь, если захочешь. Можем и не покидать номер.

Внезапно она оттолкнула его. - Мы не можем остаться здесь на всю ночь.

- Почему нет? - спросил он, притягивая ее к себе. - Моя мама рада забрать к себе детей на ночь. Ты же знаешь.
- Ты правда не помнишь, да? - Лицо Беллы раскраснелось, глаза сияли. Эдвард внезапно понял, что то, что он воспринял как нервозность, не более, чем гнев.

Она была сердита.

И он совершенно не понимал, почему.

- Что случилось? - спросил он, чувствуя, как внутри все переворачивается. - Что я должен помнить?

Белла откинула волосы от лица, а затем уронила руки по бокам от бессилия. - Семинар для писателей, Эдвард? Я столько месяцев говорила тебе о нем.

Эдвард открыл рот, но не смог выдавить ни слова. Он просто не знал, что ответить.

- Эдвард, Господи. Это один день… один раз… все, о чем я тебя просила, - это присмотреть за детьми, чтобы я смогла пойти на этот семинар. Ты же знаешь, как для меня он важен!

- Ладно, - заколебался Эдвард. - Ты же все равно еще можешь пойти. Тогда утром первым делом мы отправимся домой.

- Он будет в Портленде, Эдвард! - выкрикнула она. - Теперь я вынуждена вставать в пять утра, чтобы успеть. Я могла бы уехать, если бы мы приехали на своей машине, но увы.

- Ладно, в чем смысл? - ответил он, чувствуя, как возрастает в нем гнев. Он просто попытался устроить романтический вечер, а отплатить она ему смогла, только загрузив его снова.

- Смысл в том, Эдвард, - сказала она сквозь сжатые зубы, - что ты даже не вспомнил. Ты составил планы, а теперь я стерва, потому что разрушила их.

- Ты не стерва.

- Но чувствую себя ею! - сердито высказала она. - Как будто это я забыла о семинаре и просто говорю тебе, что он не имеет значения. Снова и снова, что я хочу… что мне нужно - игнорируется. То, что важно для меня, для тебя не имеет никакого значения!

- Это не так. - Эдвард упрямо выпятил подбородок.

- Нет? - парировала Белла. - А как же университет, Эдвард?

- Что?

Белла закатила глаза. - Я взяла десять кредитов и не пошла в магистратуру. Десять кредитов, Эдвард.

- И? Это моя вина? - возразил он, расстроившись, несмотря на то, что понятия не имел, о чем она говорит.

- Нет, не твоя, - саркастично заметила она. - Но ты точно не помог мне вернуться назад и закончить университет.

- Ты могла бы, если бы просто захотела. - Он скрестил руки на груди, неуверенный в том, прав ли он, но слишком увлекшись спором, чтобы заметить.

- Как, Эдвард? - ответила она с блестящими от слез глазами. - С двумя детьми? С ипотекой и кредитом на машину? С тобой, преследующим свою мечту и открывшим собственную газету?

- Мою мечту? - повторил Эдвард, издав смешок. - Думаешь, что гребаный еженедельник в Форксе - это моя мечта? Да, правильно, Белла, потому что открытие торгового центра и театрализованное представление в школе на Рождество - это верх журналистики!

- Ох, и снова мы возвращаемся к тому же самому.

- К чему?

- К чему? К Нью-Йорку, вот к чему. Ты так и не простил меня за то, что отказался от интернатуры.

- Я… я - что? - Эдвард в расстройстве зажал пальцем переносицу. Как он мог оспаривать свою точку зрения в споре, не зная, верна ли она? Он и не предполагал, что был обижен на Беллу, потому что не пошел в интернатуру. Конечно, он на самом деле не понимал, почему же он все-таки не сделал этого.

- Лучше бы я уехал, - тихо сказал он.

- Не могу поверить, что ты сказал это.

- Если бы я уехал, у меня была бы лучшая работа. И к тебе и детям относился бы лучше. Ты смогла бы закончить магистратуру.

- Детям? Не было бы никаких детей, Эдвард. Ты жил бы в Нью-Йорке, а я - здесь. Мы вместе решили, что ты останешься и устроишься на работу в "Таймс". Ты говорил, что хочешь быть со мной.

- Я и правда хочу быть с тобой.

- Тогда почему ты все время бросаешь мне в лицо обвинения по поводу этого решения?

- Почему ты продолжаешь жалеть о своей магистратуре?

Белла сделала паузу, яростно дыша, а затем свалилась на диван, накрыв голову руками. - Я больше не могу.

Эдвард потер рукой затылок, пытаясь унять напряжение. Он подошел к Белле, вся злость испарилась, и упал перед ней на колени.

- Я сожалею, Белла.

- Ты всегда сожалеешь, Эдвард. И я тоже сожалею. - Она расслабилась, внимательно наблюдая за ним. - Как мы дошли до этого? Обижаем друг друга… игнорируем?

Эдвард аккуратно взял ее за руку, нежно поглаживая пальцем по тыльной стороне ладони. - Не знаю. Мы можем вернуть все, так или иначе? Можем, по крайней мере, попытаться?

Белла печально ему улыбнулась, но ничего не ответила.

~0 ~

Они взяли в прокат машину и в тишине поехали домой. Они добрались до парома как раз вовремя, чтобы успеть сесть на последний. Изможденная Белла уснула, свернувшись на сидении. Эдвард наблюдал за ней, пока паром покачивался на волнах Пьюджет-Саунд.

Его романтическая ночь обернулась несчастьем… и он понятия не имел, как все исправить. Эти десять лет они были вместе… эти десять лет, что он пропустил… так или иначе все равно были лишены того, что когда-то у них было.

И все же… ситуация была не безнадежной.

Эдвард знал, что все еще любит Беллу… он вообще не сомневался в этом. И в глубине души он знал, что Белла тоже любит его.

Ей было больно, она была сердита и расстроена, но все еще его любила.

Он должен сделать это - доказать ей, что у них еще есть шанс.

Он просто не знал, как это сделать.
____________________________________________________________________________________

Ну не везет - так не везет во всем!
Посетовать на злую судьбу Эдварда можно на Форуме.
А также желательно поблагодарить Еву за редактуру!