Я подвигал пальцами левой ноги, проверяя, в порядке ли они.

Сегодняшняя тренировка была жёсткой, и последний захват окончательно меня добил: было такое ощущение, что меня сбил поезд. Какой-то придурок наступил мне на ногу; даже несмотря на защиту боль была мучительной.

Нужно будет заморозить ногу. Но пока я смог лишь натянуть пару старых кедов, разношенных и достаточно мягких, чтобы не давить на мои пострадавшие пальцы. Мне не терпится уйти отсюда; сегодня пятница, и в моих планах пока есть лишь пункт «избегать Высшую Школу Форкса на протяжении ближайших двух дней».

До меня долетает грязный, злорадный смех Майка Ньютона, и я оборачиваюсь через плечо – он сидит за моей спиной с компанией парней. Закатив глаза, я поворачиваюсь обратно, не собираясь давать ему то внимание, которое он, очевидно, жаждет получить.

Я знаю этот язык тела. Время собраться у костра, ребята, я расскажу вам о своих секскападах*. Интересно, кто на этот раз имел несчастье попасть под раздачу… не могу поверить, что девушки ведутся на это дерьмо. Он же до боли банален.

- …Белла…

Я вскидываю голову и сердито смотрю на Майка, но он настолько увлечён своим пошлым рассказом, что не замечает этого.

- Отлично, - визгливо смеётся Эрик.

Я подхожу к Майку, растянувшемуся на скамейке, глядя на то, как его руки мечутся в воздухе, описывая формы и движения.

- О чём говорите? – спрашиваю я небрежно, вытирая лицо полотенцем.

- О Белле Свон, мужик, - его ухмылка такая… зубастая.

- А что с ней? – я возвращаюсь к своей сумке и натягиваю на себя свитер.

- Она будто… строит из себя невинность… но она не такая, понимаешь? Она сказала, что девственница, но определённо знала, что нужно делать, - говорит он, и мне просто хочется выбить из него это высокомерие.

На меня накатывает тошнота, и я подавляю этот порыв.

- Что ты имеешь в виду? – говорю я, пытаясь не дать дрожи просочиться в мой голос.

- Я трахнул сучку, мужик, на заднем сидении своей…

Но мой кулак соприкасается с его лицом, вновь и вновь; я не могу остановиться.

Грузовой поезд вернулся, на этот раз его грохот стоит у меня в ушах. Майк поднимается и начинает бить меня в ответ, и он несколько раз попадает, но он слаб, и его удары слишком небрежны.

Я чувствую на себе руки, руки, которые пытаются оттащить меня в сторону, но я знаю, что могу изуродовать его рот так, чтобы он больше никогда не использовал его для такого дерьма.

Майк попадает в больницу, а меня исключают.

Мама плачет, ломая руки, и я знаю, что она чувствует себя преданной, как будто я обманом заставил её поверить в то, что со мной всё хорошо. Отец говорит, что поговорит со мной позже, и меня отправляют в комнату без ужина, как маленького мальчика, в наказание.

В 11:17 приходит сообщение. На экране высвечивается номер Беллы.

Ты не спишь?

Нет

Заедешь за мной?

не могу. они забрали машину.

Она не отвечает, и я уже собираюсь вовсе выключить телефон, когда он снова вибрирует.

Встретишь меня? На полпути?

Когда

Сейчас выхожу

Мне наплевать, поймают они меня или нет; моя жизнь в любом случае окончена. Я выхожу во влажность ночи прямо через входную дверь, и иду, пока спустя пятнадцать или двадцать минут не вижу Беллу, идущую мне навстречу.

Она замёрзла и кутается в кофту, что раздражает меня. Она же прекрасно знает… на дворе холодное время года.

- Как жизнь? – говорю я, когда мы оказываемся достаточно близко друг к другу.

- Что ты сделал сегодня? – спрашивает она безжизненно.

- Он...

- Что?

Я пожимаю плечами.

- Врал.

- О чём? – теперь она нетерпелива, переминается с ноги на ногу.

- О тебе.

Она качает головой.

- И что?

Я потёр лицо руками, думая, что родители собираются делать со мной, теперь, когда я вылетел из одной школы и меня выгнали из другой.

- Это раздевалка, Белла. Парни говорят… много всякого. Он сказал, что имел тебя.

- Так и было, - говорит она тихо.

- Что? – мой желудок сжимается, и на секунду мне кажется, что меня сейчас стошнит, - почему? Почему ты сделала это?

- А почему тебе не наплевать, Эдвард? – спрашивает она, закрывая глаза, - серьёзно.

- То, что я никогда не пытался заняться с тобой сексом, не значит, что мне не тебя наплевать, - говорю я, шокированный мыслью о том, что она поддалась ему.

- Что ж, выражение твоего лица опровергает твои слова, - говорит она горько, отступая на шаг, - тебе наплевать, и не притворяйся, что это не так…

Если она хочет так думать – я не против. К этому моменту я слишком устал, чтобы спорить.

- И что теперь? – спрашивает она, - тебе исключили, да?

- Ага, - говорю я, пожимая плечами.

Мы долго молчим, я и прочищаю горло, чтобы можно было наконец развернуться и уйти.

- Эдвард, - говорит она, и её голос – яркое пятно в этой поглощающей весь мой мир черноте, - почему ты так сильно избил его?

- Мысль о нём внутри тебя вывела меня из себя.

- Ты не можешь иметь всё сразу, - рассудительно произносит она, неправильно трактуя мои чувства. Даже сейчас, после всего, что произошло, она всё ещё думает, что я ревную.

- Я знаю.

*секскапада = секс+эскапада
эскапада = похождения

от переводчика:
не так уж он и плох, да? вы как хотите, а я в этой истории - тим Эдвард.

и я записалась в со-переводчики к SweetGum, переводим ещё одну историю Рошель, автора этого фика. если будет желание - добро пожаловать! Starry Eyed Inside