Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1699]
Из жизни актеров [1631]
Мини-фанфики [2721]
Кроссовер [701]
Конкурсные работы [5]
Конкурсные работы (НЦ) [1]
Свободное творчество [4858]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2403]
Все люди [15254]
Отдельные персонажи [1455]
Наши переводы [14612]
Альтернатива [9072]
СЛЭШ и НЦ [9134]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4489]
Правописание [3]
Реклама в мини-чате [2]
Горячие новости
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики

Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав март

Обсуждаемое сейчас
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Отец моего ребенка
Белла мечтает о свадьбе с любимым мужчиной, карьера идет в гору. И тут внезапно все летит в пропасть. Личная жизнь распадается, начальник требует невозможного, а мать попадает в аварию. Последним ударом становится появление разбившего сердце шестнацатилетней Беллы Эдварда. А незапланированная беременность и неопределенность в вопросе отцовства это вообще катастрофа.

Остров Каллена
Белла приглашена провести Рождество со своей подругой Элис и её семьей на Исла-де-Каллен – острове, который принадлежит Эдварду Каллену. С самого начала становится понятно то, что у Эдварда и Беллы много общего. Например, эротические фотографии, общение с Джаспером Хейлом и потребность отличаться от других. Что произойдёт с ними за две недели?

Маска, я тебя знаю!
Неузнанной она сюда приходит
И отдается танцу – страстей страсть.
А он здесь тишину свою находит,
Отбросив предрассудки, страх и власть.
Не видя лиц и не давая обещаний,
Они друг другу приглянулись. Что ж…
Болезненным ли будет расставанье?
Иль каждый здесь свою судьбу найдет?

Наваждение Мериды
Что делать, если лэрды и принцы не милы, а при виде кузнеца заходится сердце?

Прекрасный палач
Через что должна пройти невинная шестнадцатилетняя леди Мари Каллен, чтобы превратиться в Морскую Дьяволицу Изабеллу Свон? Через настоящий ад, ни больше ни меньше.
Это - её история.

За минуту до конца времени
Иногда приходится решить, на чью сторону встать. Особенно если дело касается спасения целого мира.
Белла/Эдвард. Мини.
Фантастика, путешествия во времени.

Тихий зов надежды
Иногда глас судьбы еле слышен, зов надежды – едва уловим. История о чуть заметных, смутных и мимолётных знаках и силах, которые привели Джаспера к его Элис. POV Джаспер.

Английская терция
Там, где нет места именам, есть лишь тени и свет. Кто она, утомленная испанским многословием незнакомка? Кто он, таинственный тореро, сын Севильи? Может ли тот, кому имя «собственность», ощущать боль, страсть, смерть, испытывать любовь к своему обладателю? Ни одной лишней мысли. Ни одного лишнего чувства. Только три терции…



А вы знаете?

... что можете заказать комплект в профиль для себя или своего друга в ЭТОЙ теме?



...что можете помочь авторам рекламировать их истории, став рекламным агентом в ЭТОЙ теме.





Рекомендуем прочитать


Наш опрос
На каком дизайне вы сидите?
1. Gotic Style
2. Breaking Dawn-2 Style
3. Summer Style
4. Breaking Dawn Style
5. Twilight Style
6. New Moon Style
7. Eclipse Style
8. Winter Style
Всего ответов: 1918
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички



QR-код PDA-версии



Хостинг изображений



Главная » Статьи » Фанфикшн » Фанфики по другим произведениям

Вся правда о Гермионе Грейнджер. Глава 19

2021-4-20
47
0
Глава 19. Битва за Хогвартс. Искупление


Примечание от Автора:
Заранее скажу: это будет непросто.
Это была самая тяжёлая в плане написания глава для меня, как для автора, и, думаю, будет таковой для вас, дорогие читатели, когда вы за неё возьмётесь.
Предупреждаю: вас ожидает стекло. Много стекла. Т_Т
Извините. Так нужно. С любовью, ваша RaBbit_S


Лестница казалась бесконечной. Ступени, усыпанные битым камнем и пылью, мелькали перед глазами, сливаясь в однородное полотно. У Драко закружилась голова. Он был уверен, что виной всему – троекратное перемещение во времени, и даже слегка удивился, что оно прошло достаточно гладко. Помнится, раньше даже одно перемещение могло выбить его из колеи вплоть до потери сознания. Однако сейчас было совсем не время рассуждать об этом, и Драко предпочёл сосредоточиться на том, чтобы не потерять из виду бегущие чуть впереди ноги спрятавшегося под мантией «Золотого трио».
Четвёрка невидимых студентов ворвалась на третий этаж. До перехода в главный холл оставались считанные метры.
– Назад! – крикнул Рон, и ребята дружно вжались в стену.
Мимо них по коридору промчалась толпа оживших парт, подгоняемых бегущей МакГонагалл. Волосы у неё растрепались, на щеке зияла рана. Из-за угла донёсся её голос:
– ПЛИ!
Вслед за профессором они сбежали вниз на ещё один этаж и попали в коридор, где шли ожесточённые поединки. Портреты по обеим сторонам были битком набиты нарисованными фигурами, громко подбадривавшими защитников Хогвартса. Пожиратели смерти в масках и без масок сражались с преподавателями и школьниками. Дин Томас сумел раздобыть себе палочку, и теперь бился с Долоховым, а Парвати – с Трэверсом. Гарри, Рон и Гермиона остановились, Драко увидел, как их ноги в нерешительности топчутся у стены. Сам он поднял палочку, прицеливаясь в кого-нибудь из Пожирателей, но выстрелить так и не решился, опасаясь попасть в одного из защитников школы. Пока все четверо стояли в ожидании удачной минуты для нападения, над их головами раздалось громкое «у-ю-ю!». Драко поднял глаза и увидел летящего под потолком Пивза. Полтергейст сбрасывал плоды цапня на головы Пожирателям смерти, и в их волосах начинали копошиться, сползая к шее, извивающие зелёные отростки, похожие на жирных червей.
Чпок!
Пригоршня цапней упала на мантию над головой Рона. Склизкие зелёные корешки неправдоподобно зависли в воздухе.
– Здесь невидимка! – закричал Пожиратель смерти с закрытым маской лицом, указывая на странное зрелище.
Дин воспользовался тем, что противник на секунду отвлёкся, и ударил его Оглушающим заклятием. Долохов попытался отомстить за товарища, но Парвати запустила в него Петрификус тоталус.
– БЕЖИМ! – крикнул Гарри, и все четверо, пригибаясь, оскальзываясь в лужицах цапневого сока, побежали сквозь гущу сражающихся по мраморной лестнице в холл.
Повсюду, на лестницах и в холле, шли поединки. Пожиратели смерти заполонили всё здание. Вот у входной двери Яксли сражается с Флитвиком, а прямо за ними Пожиратель смерти в маске дерётся с Кингсли. Школьники разбегались кто куда, многие несли или волокли за собой раненых друзей. Гарри послал Оглушающее заклятие в Пожирателя с закрытым маской лицом, но промахнулся и чуть не угодил в Невилла, который внезапно возник из ниоткуда, разбрасывая пригоршнями ядовитую тентакулу; растение тут же зацепилось за ближайшего Пожирателя смерти и принялось обвивать его своими усиками.
Невидимые студенты сбежали вниз по мраморной лестнице. Слева раздался звон бьющегося стекла, и часы Слизерина, отмечавшие очки факультета, рассыпали по всему полу свои изумруды, на которых тут же стали оскальзываться и падать бегущие мимо. Когда друзья вбежали в холл, с верхней галереи упали два тела. Неясная серая тень пронеслась по залу на четырёх ногах, готовясь вонзить зубы в одного из упавших.
– НЕТ! – взвизгнула Гермиона, и оглушительный хлопок её волшебной палочки отбросил Фенрира Сивого от слабо шевелящегося тела Лаванды Браун. Он ударился о мраморные перила и попытался подняться на ноги. Но тут на голову ему упал с яркой вспышкой и громким треском хрустальный шар. Фенрир грохнулся об пол и больше не шевелился.
– У меня ещё есть! – кричала профессор Трелони с вершины мраморной лестницы. – Сколько хотите! Вот…
Как подавальщик мячей на теннисе, она извлекла из сумки ещё одну огромную хрустальную сферу и пустила её через зал в окно. В ту же минуту тяжёлые деревянные двери распахнулись, и в холл ворвались гигантские пауки.
Раздались крики ужаса. Сражающиеся – как Пожиратели смерти, так и защитники Хогвартса – бросились врассыпную, и в надвигающихся чудовищ полетели красные и зелёные вспышки; пауки дёргались и вставали на дыбы, устрашающие, как никогда.
– Как будем выбираться? – крикнул Рон сквозь общий визг и вой, но тут их откинуло в сторону: вниз по лестнице мчался Хагрид, метая молнии из своего цветастого розового зонтика.
– Не трогайте их, не трогайте! — кричал он.
– Нет, Хагрид!
Гарри забыл обо всём на свете: он выскочил из-под мантии и помчался, согнувшись в три погибели, уворачиваясь от мечущихся по холлу заклятий. Он не успел пробежать и половины пути, как Хагрид исчез среди пауков; мерзкая масса закопошилась, повернулась и стала быстро отступать под натиском заклятий, унося полувеликана в своей гуще.
– ХАГРИД, ВЕРНИСЬ!
– Гарри! Подожди! – вскрикнула Гермиона, скидывая с себя мантию, и хотела кинуться за ним, но почувствовала, как кто-то схватил её за руку.
– Стой! – раздался из пустоты взволнованный оклик Драко. – Под мантию, быстро!
– Нет! Мы должны помочь! – Гермиона вырвала локоть из рук Драко и бросилась вслед за удаляющимся Поттером.
Заскрипев зубами от бессильной ярости, Драко рванул за ними. Подбежав к входным дверям, он с ужасом отшатнулся за створку: перед крыльцом по двору школы шагал великан футов двадцати ростом. От его поступи сотрясалась земля. Голова великана скрывалась во мраке, видны были только похожие на деревья волосатые голени, на которые падал свет из дверей замка. Внезапно он с силой ткнул огромным кулаком в окно верхнего этажа. На Гарри, успевшего выбежать из-под портика крыльца, градом посыпались осколки, так что ему пришлось отскочить обратно за дверь.
– О господи! – взвизгнула Гермиона. Они с Роном метнулись к Гарри и посмотрели вверх, на окно, через которое великан пытался достать находящихся внутри людей.
– СТОЙ! – Рон перехватил руку Гермионы, поднявшей волшебную палочку. – Если ты его оглушишь, он завалит ползамка…
Tectum fortis! – вскрикну Драко, выкинув руку с палочкой высоко вверх, в отчаянной попытке оградить себя и троих гриффиндорцев от случайных ударов или падения камней сверху.
ХАГГИ?
Из-за угла замка появился Грохх. Колоссальное чудище, крушившее окна, обернулось и взревело. Каменное крыльцо задрожало, когда великан шагнул к своему мелкому сородичу. Перекошенный рот Грохха широко открылся, обнажая жёлтые зубы размером с мелкий кирпич, и великаны кинулись друг на друга с воем, как два свирепых льва.
– БЕЖИМ! – проревел Гарри.
Темнота наполнилась чудовищными звуками великаньей борьбы – криками и ударами. Гарри схватил Гермиону за руку и мигом слетел с крыльца во двор. Рон и Драко прикрывали тыл. Они бежал так быстро, что становилось трудно дышать. Поттер направлялся в Запретный лес.
– КУДА?! – раздался вопль Драко из пустоты. – Хижина в другой стороне!
– Я должен спасти Хагрида! – вскрикнул Гарри в ответ.
Драко схватил бегущую впереди Гермиону за руку и резко дёрнул. Ей пришлось остановиться, потянув за собой и Гарри.
– Малфой, не время для твоих выходок! – с отчаянием завопил Гарри.
– Выходок?! – вскрикнул Драко гневно. – Сейчас именно ты творишь что-то невразумительное, Поттер! Наша задача – попасть в хижину и спасти Снейпа!
– Заткнись! – рявкнул Гарри. – Я не променяю жизнь лучшего друга на жизнь этого никчемного убийцы!
– Ты же слышал, что сказала Гермиона! – заскрипел зубами Драко. – Сейчас твои личные чувства не в счёт, Поттер! Если продолжишь вытворять глупости, я тебе не помощник!
– Гарри, он прав, – задыхаясь, подхватила Гермиона. – С Хагридом всё будет хорошо, он справится. В конце концов, раньше он всегда управлялся с пауками…
Гарри резко повернулся к подруге, глаза его горели праведным гневом. Он явно собирался сказать что-то возмущенное, но продолжить спор не удалось. Воздух вокруг них внезапно смёрзся. Из темноты появились тени, движущиеся фигуры темнее самого мрака, с капюшонами на головах; шумно дыша, они огромной волной надвигались на замок.
У Драко перехватило дыхание. Рон и Гермиона встали вплотную к Гарри, шум борьбы за их спиной вдруг замер, смолк, растворился, потому что ночную тьму густо окутала тишина, какую создают только дементоры.
– Давай, Гарри! – воскликнула Гермиона дрожащим голосом. – Патронусы! Гарри, ну давай же!
Гарри поднял палочку, но не смог даже произнести нужное заклинание. По его лицу было видно, как мрачные мысли захватывают его в свой мутный водоворот.
– Гарри, скорее! – крикнула Гермиона.
Сотня дементоров надвигалась на них, плавно скользя по воздуху, чуя отчаяние четверых студентов, обещавшее им славный пир…
Драко стоял за спиной Гермионы, из последних сил стараясь удержаться на ногах. В нём боролись сразу два нестерпимых желания: плюнуть на всё, схватить Гермиону и сбежать как можно дальше от Поттера, от Хогвартса и всего того ужаса, который здесь происходит, или грохнуться в спасительный обморок, тем более, что сил после бесконечной беготни по восьми этажам замка и всех перемещений в прошлое у него не осталось ни капли. Он чувствовал ужасающую своими глубинами тоску, вызванную приближением жутких тварей в развевающихся черных плащах, и понимал, что защититься ему нечем. Только и оставалось, что вслед за Гермионой мысленно уговаривать Поттера поскорее вызывать патронуса. Он увидел, как поднялся ввысь серебряный терьер Рона, слабо замерцал и погас. Выдра Гермионы на мгновение закачалась в воздухе и растаяла. У Гарри волшебная палочка задрожала в руках, он опустил её и даже не предпринял никаких попыток защититься.
– ПОТТЕР! – вскрикнул Драко из последних сил, с ужасом осознавая, что сейчас будет.
– Всё кончено… – едва слышно пробормотал Гарри, опуская голову.
Дементоры были уже на расстоянии броска квоффла. Драко, дрожа с головы до ног, невольно отступил на шаг, борясь с диким желанием бежать куда глаза глядят.
Что там говорил Уизли про защитное заклинание? Нужно представить себе что-то очень приятное? Использовать самое счастливое воспоминание в жизни? Глянув на Гермиону, бледную, измученную, с грязными потеками на лице, он попытался вызвать в сознании другой её образ: теплый, сверкающий янтарно-медовым светом, тот самый, который не раз виделся ему во сне. Нет, не получается… слишком страшно. Слишком темно. Слишком мало сил у него осталось…
«Жаль, – с мрачной отрешенностью подумал Драко. – Я бы хотел еще раз увидеть Эни…»
И тут образ Гермионы, счастливой, сияющей, держащей сына на руках, всплыл, словно колдография в «Ежедневном пророке», прямо перед внутренним взором Драко. Он почувствовал странный подъем, мощную силу, зарождающуюся внутри, в самой глубине его существа.
Он не знал, получится ли у него. И ни на секунду не был уверен, что сможет, ведь с первого раза никогда ни у кого не получалось. Но безумная надежда, зародившаяся в душе, заставила его поднять палочку и воскликнуть:
Экспекто патронум!
В тот же момент из волшебной палочки вырвался поток серебряного света, куполом окруживший его и остальных ребят. Дементоры остановились, наткнувшись на преграду, и, резко сменив направление, понеслись вдоль стены света, выискивая место для обхода. С заклинанием Драко тем временем произошла метаморфоза: свернувшись спиралью, серебристая волна обратилась в существо с маленькой круглой мордочкой, длинным гибким телом и коротким хвостом.
Увидев замешательство дементоров, Гарри приободрился, поднял свою палочку. Гермиона и Рон поддержали. Ватную тишину прорезали выкрикнутые хором заклинания, и вот в темноту перед толпой дементоров снова выплыли серебряные терьер и выдра, а за ними скакнул статный олень со светящейся короной рогов на голове. Несколько невыносимо тягостных мгновений ¬– и дементоры обратились в бегство. И ночь снова стала тёплой, а звуки битвы вокруг – громкими.
– Ну и дела, Малфой, – дрожащим от пережитого ужаса голосом сказал Рон и повертел головой, словно пытался рассмотреть невидимого Драко. – У тебя получилось, чёрт побери, получилось вызвать телесного патронуса!..
– С первого раза, – с легким самодовольством констатировал Драко.
– И это был… хорёк? – хмыкнул Рон.
– Предпочитаю думать, что это был горностай, – прошипел Драко в ответ.
Раздался грохот, земля сотряслась у них под ногами: со стороны Леса шёл, размахивая дубиной, ещё один великан, выше всех прежних.
– БЕЖИМ! – снова крикнул Гарри, но никто не дожидался его указаний: все уже дружно бросились в сторону, и как раз вовремя – мгновением позже нога чудовища опустилась как раз на то место, где они только что стояли. Великан махнул дубиной и заревел так, что гулкое эхо прокатилось по всей округе.
– Сюда! – раздался в темноте нервный вскрик Драко, и все кинулись на голос.
До хижины Хагрида оставалось преодолеть несколько ярдов насквозь простреливаемой территории замка. Ребята неслись вперёд, чувствуя, что сейчас, в эти мгновения, решается многое, почти всё… Они не обращали внимания на вспышки огня, прорезающие окружающую тьму, на шум озера, гудевшего, точно море, на странный скрип деревьев Запретного леса при полном безветрии; они бежали так быстро, как никогда в жизни.
У самой хижины они заметили два силуэта, удаляющиеся в сторону леса: один, с длинными светлыми спутанными волосами, – в тёмном камзоле, другой – в черной развевающейся мантии. Гарри вскинул палочку и прежде, чем кто-либо из ребят успел среагировать, пустил в спину удаляющимся Пожирателям яркую вспышку заклинания. Снейп словно предвидел опасность. Резко обернувшись, он вскинул палочку, но не успел отразить летящее заклинание, и оно угодило прямо между лопаток ничего не подозревающего Люциуса Малфоя. Тот рухнул лицом вперед и замер, не шевелясь.
– ПОТТЕР!!! – раздался взбешённый вопль Драко по правую руку от Гарри.
Гермиона тут же спохватилась:
– Гарри! Мы здесь не для того, чтобы сводить счёты!
Снейп остановился, с выражением недоумения и страха глядя на приближающихся студентов. Ребята, не сговариваясь, перешли на шаг. Снейп выставил вперёд волшебную палочку, словно ожидая нового нападения, при этом сам не предпринял никаких попыток атаковать подходящих всё ближе гриффиндорцев.
– Какого чёрта?! – прорычал Драко на ухо Гарри. – Зачем ты напал на Люциуса?!
– Я просто хотел их задержать, – буркнул Гарри и остановился в нескольких шагах от Снейпа. Смотреть на профессора он не мог, поэтому отвёл взгляд в сторону, на раскачивающиеся макушки деревьев в Запретном лесу.
– Мистер Поттер… – протянул Снейп с какой-то очень странной, совершенно не свойственной ему интонацией, и обвёл взглядом всю подошедшую компанию. – Что… что это значит?
– Профессор, – вместо Гарри сказала Гермиона. – Нам нужно с вами поговорить.
Лицо Северуса мгновенно приобрело настороженно-подозрительное выражение.
– Что? – спросил он со всё нарастающим беспокойством в голосе.
Гарри бросил на Снейпа колючий взгляд и нехотя произнес:
– Мы не воевать с вами пришли. Вам придётся нас выслушать.
– Что вы здесь делаете, Поттер?! – в голосе профессора звучали неподдельные изумление и страх. – Как вы меня нашли?
– Это не важно, – Гарри был уверен и непреклонен. – У нас мало времени, профессор.
– Вы в своем уме, Поттер? – Снейп сузил глаза. – Вы понимаете, с кем говорите? Понимаете, что я передам вас Темному Лорду?
– Вы этого не сделаете, профессор, – вклинилась в разговор Гермиона. – Только не вы.
– Позвольте поинтересоваться, мисс Грейнджер, – с язвительной усмешкой спросил Снейп, – почему?
– Сейчас не время для подробных рассказов, – не дал ей ответить Гарри. – Нужно уйти со двора, пока нас не растоптал великан или не сразило чьё-нибудь заклинание. В хижину, скорее!
Он рванул, было, к крыльцу хижины Хагрида, но заметил, что Снейп не сдвинулся с места. Обернувшись к бывшему директору школы, Гарри поднял свою волшебную палочку:
– Если вы не пойдёте с нами добровольно, боюсь, мне придётся вас заставить, – произнёс он более чем хладнокровно.
– Гарри! – возмущенно воскликнула Гермиона, покачав головой, и обратилась к Снейпу: – Профессор, вы должны выслушать нас и поверить нам.
Северус насторожился. Что они несут? Выслушать и поверить? Может, это ловушка? Очередная проверка на преданность от Волдеморта, обманка, иллюзия?
– Хорошо, – крайне неуверенно протянул Снейп, снова сощурившись с подозрением. – Допустим, я вам поверю.
– Тогда, пожалуйста, давайте зайдём в хижину! – дрожащим от волнения голосом воскликнула Гермиона. – Здесь не место для разговоров!
Словно в подтверждение её слов со стороны замка раздалось несколько звучных хлопков, а затем три вспышки заклинаний густо-лилового цвета пронеслись как раз в пространстве между троицей и Снейпом и с треском разбились о стену хижины.
– Эй, а как же Люциус? – возмущённо заговорил младший Малфой. – Мы не можем просто оставить его здесь, валяться посреди двора…
– Драко? – на мгновение потеряв всё напускное равнодушие и строгость, проронил Северус и завертел головой, пытаясь понять, откуда идёт голос. – Мне не послышалось? Это действительно ты?!
– Да, профессор, – отозвался Драко. – Это я.
– Но как ты…
– Возьмём его с собой, – не позволив Снейпу договорить, быстро произнёс Гарри, сбежал со ступенек крыльца и взмахнул палочкой в сторону бессознательного Люциуса, поднимая того в воздух с помощью заклинания левитации. – Надеюсь, он не придёт в себя, пока мы будем беседовать, иначе придётся стереть ему память.
– Поаккуратнее с этим, Поттер, – процедил Драко. – Не забывай, я всё ещё здесь.
– Хотел бы забыть, но ты ведь постоянно о себе напоминаешь, – буркнул Гарри хмуро.
– Идёмте, – решительно сказала Гермиона, приводя всех в чувство. – Профессор, пожалуйста.
Вздернув подбородок, продолжая недоверчиво щуриться, Снейп, наконец, внял просьбе Гермионы и вслед за ней поднялся по расшатанным ступеням в пустую разгромленную хижину. Рон и невидимый Драко следовали за ними, шествие замыкал Гарри, левитирующий перед собой бесчувственного Люциуса.
Внутри всё было совсем не так, как ребята помнили из своих визитов к Хагриду. Сейчас в хижине царили хаос и запустение; перевернутая мебель и разбитая посуда валялись на полу, покрытые толстым слоем пыли; сквозь закопченные окна едва-едва проглядывали огоньки мечущихся по территории школы заклинаний; часть крыши отсутствовала, и сквозь дыру было видно тёмное, полное звёзд небо.
Гарри оставил Люциуса лежать в крохотной прихожей за дверью, прошёл в главную комнату и встал у разбитого окна; поджав губы, он всем своим видом пытался показать, что грядущий разговор не доставляет ему никакого удовольствия. Рон пробормотал заклинание Щита, поставив защиту на вход, и прислонился плечом к косяку, периодически тревожно поглядывая через приоткрытую дверь на улицу. Невидимый Драко прошёл мимо Снейпа и остановился по правую руку от профессора в углу возле камина. Из всех четверых непосредственно перед лицом Снейпа оказалась Гермиона, и она не замедлила принять на себя роль парламентёра.
– Профессор, выслушайте нас, от этого зависит не только исход сегодняшней битвы, но и всей борьбы с Волдемортом.
Услышав произнесённое ею имя, Снейп удивлённо приподнял одну бровь.
– Я слушаю, – холодно процедил он, хотя глаза его тем временем выражали крайнюю степень беспокойства.
– Вам угрожает опасность, – выпалила Гермиона. – Волдеморт собирается убить Вас из-за Старшей палочки. Он думает, что, пока Вы живы, палочка не будет полностью слушаться его. Ведь это Вы убили… Дамблдора.
По лицу Гермионы было заметно, с каким трудом ей даются слова. Северус же, напротив, сохранял хладнокровие, несмотря на всю абсурдность ситуации. Как и подобает истинному представителю Слизерина, он пытался всё взвесить и расценить логически.
– Откуда вам это известно? – спросил он спокойно.
– Это долго объяснять, – качнула головой Гермиона. – Я видела это, профессор. Я могу… эм-м… видеть будущее. Волдеморт вызовет Вас в Визжащую хижину, будет говорить с Вами о палочке, а потом… – голос девушки задрожал от пережитого ужаса. – Его змея… Нагайна нападёт, и… Вы…
– Я понял, – кивнул Снейп. – Позвольте задать резонный вопрос: почему вы, вместо того, чтобы обрадоваться моей предстоящей кончине, решаете найти меня и предупредить о ней? Разве вы не знаете, кто я? И кому я служу?
– Знаем, – вдруг сказал Гарри, повернулся к Снейпу и глянул тому прямо в глаза, чем немало удивил последнего. – Если правда то, что утверждает Гермиона, значит, вы всегда были на стороне Ордена. Вы – человек Дамблдора. Вы убили его, потому что он сам этого просил…
Лицо Северуса неуловимо изменилось. Напускная холодность исчезла в одно мгновение, сменившись крайним удивлением, смешанным с ужасом.
– Откуда вы… Кто вам сказал?…
– Профессор Дамблдор, – ответила Гермиона взволнованно. – Еще в прошлом году профессор рассказал мне, что смертельно болен, что погибает от проклятья. Что Драко Малфой получил от Волдеморта задание убить директора. Мы знали, что вы дали Непреложный Обет защищать Драко, и вам пришлось выполнить задание за него… Вы спасли душу Драко и избавили профессора Дамблдора от мучительной смерти. Я поняла это, когда узнала о наказаниях для гриффиндорцев в Хогвартсе. Вы не наказывали, Вы пытались защитить их! Не так ли, профессор? Вы вовсе не чудовище, каким должны казаться. Вы – хороший человек.
Ошеломлённый потоком выплеснувшихся на него подробностей, Снейп несколько раз подряд открыл и закрыл рот, будто пытался что-то возразить, но не смог.
– И Вы не должны погибнуть так, – горячо продолжала Гермиона. – Вы еще можете защитить Гарри, но мертвым вам это сделать не удастся. Поверьте нам, как поверили Дамблдору! Он сделал всё, чтобы передать вам власть над Старшей палочкой, чтобы её сила не досталась Волдеморту! Не позволяйте ему расправиться с вами, а потом – и с Гарри с её помощью!
– Не могу поверить… – пробормотал Снейп, всё ещё находясь под впечатлением от бурной речи Гермионы. – Невероятно! И вы вот так просто, полностью самостоятельно пришли к данным выводам, мисс Грейнджер?
– Нет, – покачала головой Гермиона. – Профессор Дамблдор оставил нам все подсказки. Это он помог мне понять, что вы на самом деле вовсе не тот, за кого пытаетесь себя выдавать. Вы помогали, всегда помогали, это ведь было так очевидно… – Гермиона вдруг замерла с широко распахнутыми глазами, и пару мгновений молчала, устремив взгляд куда-то вдаль сквозь Снейпа, а затем протянула пораженным полушепотом: – Так это были вы… Вы прислали нам меч!
– Что?!
На этот раз глаза полезли на лоб у Гарри и Рона. Оба уставились на подругу с вытянувшимися лицами.
– Не может быть! – выпалил Рон. – Гермиона, это уж слишком! Причём тут меч? Не приплетай одно к другому! Как он может быть связан со Снейпом?
Профессор недовольно скривился, уязвленный фамильярностью Рона, но ничего не сказал.
– Да нет же, Рон! – воскликнула Гермиона. – Всё сходится, мне всё теперь стало совершенно ясно! Серебряная лань!
– И что? – буркнул Рон, ничего не понимая.
Гермиона махнула на друга рукой и снова обратила взгляд на профессора Снейпа.
– Это ведь был ваш патронус, профессор? Вы прислали нам лань, чтобы она привела Гарри к мечу? Таков был план Дамблдора? Конечно, ведь вы не могли передать меч Гарри лично, поэтому пришлось его спрятать. И в сейф к Лестрейндж поместить подделку, когда её пытались выкрасть Джинни и другие ребята…
– Гермиона, по-моему, ты слишком увлеклась, – осторожно проронил Гарри.
– Нет, Гарри! Я уверена, что всё было именно так!
Внезапно Снейп нарушил молчание:
– Для вашего возраста вы весьма сообразительная ведьма, мисс Грейнджер.
– Значит, это правда? – требовательно спросил Гарри. – Всё – правда?
Снейп повернулся и недружелюбно глянул на Поттера.
– Возможно. Однако это не отменяет того факта, что Тёмный Лорд ждёт меня в Визжащей хижине. Не знаю, каким образом вам удалось это выяснить. Но он прислал за мной Люциуса, и ждёт, что мы вот-вот явимся, а ждать он не любит… И с этим определённо что-то нужно делать.
– Вы не должны встречаться с ним, – сказал Драко. – Люциус оглушён и, надеюсь, ему хватит ума не возвращаться к Лорду до окончания битвы…
Снейп повернулся на голос и с подозрением процедил:
– Интересно, каким образом ты оказался здесь, Драко?
– Пришёл вместе с остальными, – ответил Малфой невозмутимо. – Не волнуйтесь, профессор, от меня Лорд ничего не узнает о вас и вашей истинной приверженности к Ордену Феникса. И я надеюсь, вы тоже не выдадите мою маленькую тайну… профессор?
Тот согласно кивнул, всё ещё пребывая в лёгком шоке от происходящего.
– Вам нельзя идти в Визжащую хижину, – настойчиво сказал Гарри. – Нужно спрятаться где-нибудь, пока мы не разберёмся со змеёй, и тогда…
– Вы знаете, как можно снять магический барьер? – неожиданно спросила Гермиона. – Волдеморт окружил Нагайну магическим барьером, нам нужно убрать его.
– Зачем это вам? – спросил Снейп почти отстранённо, явно пребывая мыслями где-то далеко и от хижины, и от змеи Волдеморта.
– Змея – это крестраж, – выпалила Гермиона почти наугад.
Выстрел достиг цели. Снейп медленно повернул к ней голову, глядя на девушку недоверчиво, а затем так же медленно кивнул.
– Чтобы снять защиту, нужно понимать, какое именно заклятие было применено, – сказал он. – К тому же, как вы знаете, крестраж нельзя уничтожить простыми заклинаниями. Меч всё ещё при вас?
– Нет… – выдавила Гермиона, чувствуя, как спазм сдавил горло.
Брови Снейпа поползли вверх.
– Его украл чёртов гоблин! – будто пытаясь оправдаться, воскликнул Рон.
– И каким же образом, – процедил Снейп сквозь зубы, – вы собираетесь уничтожить змею, позвольте узнать?
Выражение его лица буквально кричало: «Нельзя было доверять этим малолетним идиотам такое важное дело и такой ценный артефакт!»
– У нас есть клыки василиска… – начала, было, Гермиона.
В это мгновение Драко внезапно ощутил жгучую боль в Метке и невольно вскрикнул, схватившись за саднящее предплечье. Он заметил, как в это же время Гарри пошатнулся и едва устоял на ногах, схватившись за стену.
– Гарри! – взволнованно воскликнула Гермиона, подавшись вперед, а затем резко обернулась и глянула в пустоту возле камина. – Драко! Что случилось? Вы в порядке?
– Да, – с хрипотцой откликнулся Малфой. – Со мной всё хорошо. Немного щиплет… руку.
Гермиона растерянно моргнула, а затем, осознав суть сказанного, поджала губы и кивнула. С нетерпением глянула на Снейпа. Несмотря на то, что тот явно ощущал не меньшую боль в Метке, чем Драко, ему мастерски удавалось удерживать на лице равнодушное выражение. Между тем, он констатировал:
– Тёмный Лорд в ярости. Полагаю, из-за моего неповиновения. Вполне вероятно, теперь всем Пожирателям будет отдан приказ поймать меня и привести в Визжащую Хижину.
– Значит, нужно торопиться, – отозвался Гарри, с трудом сдерживая накатывающие видения из сознания Волдеморта. – Мы спрячем вас в замке, а затем подберёмся к нему и убьём змею. После этого останется только он сам, только тот осколок души, который уже заключён в его теле.
Снейп вдруг побледнел, сжал губы в тонкую полоску и несколько мгновений смотрел на Гарри очень странным, не то презрительным, не то сочувствующим, но явно изучающим взглядом.
– Оставьте нас, – вдруг сказал он, повернувшись к Гермионе и Рону.
– Что? – не поняла Гермиона, а Рон только сдвинул рыжие брови.
– Мне необходимо переговорить с Поттером один на один, – сухо проронил Снейп. – Сейчас же!
Лицо Гермионы вдруг озарилось пониманием.
– О! – воскликнула она и энергично кивнула. – Д-да, да, точно! Вы ведь должны передать Гарри… м-м… Идёмте, Рон, Драко.
– Вот ещё! – возмутился Рон. – С чего бы это?
– Идём! – настойчиво повторила Гермиона. – Я потом всё объясню!
Она почти силой вытолкала Рона за порог комнаты и обернулась к камину:
– Драко, ты идёшь?
– Я у тебя за спиной, – услышала она его ироничный хмык прямо у себя над ухом и удовлетворённо кивнула.
Втроём они покинули мрачную холодную комнату, оставив Гарри и Северуса наедине.

* * *


К хижине приближалась группа Пожирателей. Их было около дюжины. Они наступали с вытянутыми вперед палочками, с выражением садистского удовлетворения на лице. Трое ребят, не сговариваясь, встали плечом к плечу на пороге хижины, и тоже вскинули свои волшебные палочки.
Протего! – хором воскликнули юные волшебники.
– Уизли, следи за северной стороной, – отчетливо скомандовал Драко. – Гермиона, ты прикрываешь нас с тыла, а я беру на себя эту компанию. Приготовьтесь.
– Драко! – взволнованно воскликнула Гермиона. – Ты уверен? Вдруг они узнают твой голос?
Драко усмехнулся с радостным возбуждением и ответил:
– Надеюсь, что нет. К тому же, они ищут здесь не меня, а Снейпа.
Тут же, будто услышав его, бегущий впереди других Пожиратель с уродливым, покрытым шрамами лицом, прокричал:
– Что это вы тут забыли, мелюзга? Уж не Снейпа ли вы прикрываете?
Другие Пожиратели сразу подхватили с ядовитым злорадством:
– Он точно здесь, это предатель!
– Скользкий ублюдок!
– Глядите-ка, это же один из щенков Уизли!
– Точно! И с ним эта грязнокровка!
– Да тут спрятался сам Поттер!
А затем сразу несколько голосов выкрикнуло:
Авада Кедавра!
Вспышки заклинаний ударили в магические Щиты, без труда пронзив их, и пронеслись в миллиметрах от отпрянувших, смертельно перепугавшихся ребят. Рон тут же выругался:
– Мерлиновы кальсоны! С этой толпой втроем не совладать! Они нас раздавят…
– Слишком пессимистично мыслишь, Уизли! – задорно воскликнул Драко, посылая в наступающих несколько вспышек, впрочем, безрезультатно. – Побольше энтузиазма! Серпен Сортиа!
Гермиона нахмурилась, услышав тёмное заклинание из уст Драко, но долго размышлять над этим не было возможности – Пожиратели, окружившие хижину, сыпали заклятьями, не переставая, и Гермионе приходилось следить за тем, чтобы никто из них не обошел хижину с тыла.
Ступефай! Петрификус тоталус! Локомотор мортис! – выкрикивала Гермиона, целясь в Пожирателей, но ее заклинания, как назло, летели мимо.
Редукто! – рычал Рон с другой стороны от двери в хижину. – Иммобилюс! Флиппендо!
Драко же сражался молча, невербальные заклятья безостановочно слетали с конца его палочки, яркие вспышки освещали пространство, отделяющее ребят от Пожирателей, и пространство это с каждой секундой сокращалось. Вот одно из заклинаний Драко свалило с ног бегущего впереди всех Пожирателя, и тот, рухнув на землю лицом вниз, начал корчиться от боли. Бегущие следом притормозили и рассредоточились, чтобы подросткам труднее было вести прицельный огонь. Однако это уже не имело значения – Пожиратели подошли слишком близко, и теперь заклинания разили нападающих почти без промаха.
Очередное «Ступефай!» Гермионы отбросило назад крупного Пожирателя с длинными светлыми волосами, Рон уложил двоих с помощью «Петрификуса», заклинания Драко заставили еще двоих корчиться на траве. Между защитниками хижины и нападающими оставалось не больше пятнадцати ярдов.
– Да тут у нас невидимка! – вскрикнул один из Пожирателей. – Это точно Поттер! Спрятался под мантией!
Внезапная новая вспышка ослепительной боли заставила Драко застонать сквозь стиснутые зубы и привалиться плечом к стене. Метка пылала, будто с предплечья сдирали кожу зазубренным ржавым тесаком. Очевидно, Волдеморт рвал и метал от гнева.
– СТОП! – вскрикнул уродливый Пожиратель, вскидывая палочку. – Лорд приказал доставить мальчишку ему живьём! Инкарцеро!
Драко едва успел прикрыться Щитом. Колдовские верёвки пролетели мимо и шмякнулись о стену, не причинив ему вреда. Боль в Метке возросла во сто крат. В сознание ослепляющим, сметающим своей яростью потоком ворвался приказ: «Все ко мне, немедленно!» Драко схватился за голову, опасаясь, что она вот-вот лопнет, как переспелая тыква.
– Мальчишка придёт к нашему Лорду сам! – с безумной усмешкой прогремел предводитель отряда Пожирателей. – Идём!
Остальные Пожиратели на несколько мгновений потоптались в нерешительности, глядя то на своего предводителя, то на загнанных в угол подростков, а затем, подчиняясь приказу, нехотя развернулись и направились в сторону Запретного Леса, за которым в Визжащей хижине их, по-видимому, уже ждал Волдеморт. Рон и Гермиона, облегченно вздохнув, опустили палочки.
– Драко, ты можешь стать видимым? – с мольбой в голосе попросила Гермиона. – Пожалуйста!
Он ничего не ответил, но мгновение спустя материализовался перед ней, уставший и потрёпанный, но, кажется, вполне невредимый. Пряча палочку в карман, он хрипло произнес:
– Надеюсь, что отец, когда придёт в себя, будет держаться от Лорда подальше. Мерлин, почему Люциус так привязан к нему?! – Драко со вздохом опустился на ступеньки крыльца, рукавом вытирая пот со лба. – Будто влюблён, честное слово! Это напоминает мне то, как Астория всюду хвостом ходила за мной… Хоть бы она попала под завал или на зуб акромантулу!..
– Драко! – воскликнула Гермиона почти с осуждением; её голос при этом явственно дрожал. – Ты же не хочешь этого на самом деле?! Не говори так! Какой бы она ни была, Астория – тоже живой человек и имеет право жить!
– Ты просто не знаешь всего, – устало произнёс Драко, привалившись к стене.
– Мне и не обязательно знать всё, – фыркнула Гермиона. – Достаточно того, что мне уже известно. Она – такая же жертва обстоятельств, как и ты. Она тоже обязана подчиняться условиям Контракта. И потом, она ведь не виновата в том, что… в том, что… – во взгляде Гермионы вдруг появилось до боли знакомый огонек догадки. Драко сразу насторожился и, приподнявшись, спросил:
– В чем дело? Что такое, Гермиона?
– Я просто… – пробормотала Гермиона, невидящим взглядом уставившись на него. – Я тут вдруг подумала… А что, если она сможет разрушить Нерушимый Контракт?
– Астория? – спросил Драко. – Это невозможно! По условиям Контракта его участники не имеют права…
– Нет, не Астория, – живо перебила Гермиона. – Палочка. Что, если Бузинная Палочка в самом деле так хороша, как о ней говорят? Что, если она действительно самая могущественная палочка на Земле? Её магия может разрушить Контракт… или, по крайней мере, изменить его условия! – глаза Гермионы загорелись с воодушевлением. – Если то, что говорят о Бузинной Палочке – правда, то всё возможно! В любом Контракте можно найти лазейку, неточность, чтобы отменить или изменить его!
– Да, – улыбнулся Драко какой-то странной, вымученной улыбкой. – Возможно, ты права, Гермиона. – Вот только как нам достать палочку, если она – у Тёмного Лорда?
Всё радостное настроение Гермионы тут же улетучилось, огонёк в глазах потух. Она открыла рот, чтобы что-то возразить, но, так ничего и не придумав, вздохнула и отошла в сторону, оглядывая окрестности хижины. Воспользовавшись тем, что она не видит его, Драко провел рукой над верхней губой, стирая струящуюся из носа кровь. К несчастью, этот жест тут же заметил стоящий рядом Рон.
– Эй, – произнес он обеспокоенно. – Малфой, ты чего это?
– Тсс! – шикнул Драко, покосившись на Гермиону, но она, похоже, была занята возведением защитных заклинаний вокруг хижины. – Ничего, – пробормотал он так тихо, что его мог услышать только Рон. – Со мной все в порядке.
– Ну да, – кивнул тот. – И кровь у тебя из носа обычно каждое утро так хлещет?
– И вовсе она не хлещет, Вислый! – огрызнулся Драко. – Подумаешь, получил по носу осколком камня! Поттер вообще весь исполосован, лучше о нем побеспокойся.
Рон только пожал плечами в ответ: «Как хочешь», – и тоже сошёл с крыльца, чтобы помочь Гермионе. Драко посмотрел ему вслед со странной пустотой во взгляде и закрыл глаза. Внезапно на него навалилась дикая усталость, какой он не испытывал никогда прежде. Тело стало будто чужим, ноги и руки налились свинцом, а голова сама упала на грудь. Драко понял, что вот-вот потеряет сознание, и невероятным усилием воли заставил себя поднять голову. Гермиона и Рон уже закончили возводить защитные чары вокруг хижины и теперь осторожно осматривали пораженных заклинаниями Пожирателей, лежащих поблизости на траве. Драко слабо улыбнулся, подумав, что Гермиона в любой ситуации прежде всего думает о безопасности друзей. А он? О чем он сам думает сейчас? О том, что ждёт его после, когда всё закончится? О том, как спасти их всех из лап призрака с Той стороны? О том, как разрушить Нерушимый Контракт? Как объяснить отцу и матери, что он всей душой любит одну маглорожденную всезнайку и готов отдать за нее жизнь?
– Не так уж она и бесценна, эта жизнь… – прошептал Драко себе под нос. – Всё имеет свою цену, и за всё нужно платить…
Гермиона вернулась к нему на крыльцо и присела рядом на ступеньку, нервно вертя в руках палочку Флёр. Она не смотрела на Драко, и это не могло его не радовать, так как, он был уверен, сейчас он должен был выглядеть просто ужасно.
– Они с такой лёгкостью это сделали… – сдавленно произнесла Гермиона, явно пытаясь поделиться с Драко какой-то чрезвычайно важной, затронувшей её информацией. Правда, он не сразу понял, о чём она говорит.
– Кто они? И что сделали? – осторожно спросил он.
– Пожиратели, – отозвалась Гермиона и уставилась на собственные руки. Как только она перестала хаотично перебирать палочку пальцами, они тут же начали мелко дрожать. – Они бросают Убивающее заклятье, не задумываясь… Без малейшего колебания. Я думала, только Волдеморт на это способен.
– Нет, – Драко устало откинулся затылком на прохладную каменную стену. – В этом весь смысл. Превосходство без сожалений. Сила без морали. Это – то, чем всегда были Пожиратели смерти. Странно, что ты не знала этого. Ты ведь на порядок умнее всего вашего грёбаного Ордена.
– Я знала, – со вздохом сказала Гермиона. – И всё равно, это оказалось слишком неожиданно. И то, как заклинания прошли сквозь Щиты… Мы ничего не могли им противопоставить, абсолютно ничего! Если бы Волдеморт не отозвал их, мы… мы сейчас были бы мертвы.
При этих словах она обхватила себя дрожащими руками за плечи и тихонько всхлипнула. Преодолевая нечеловеческую усталость и опоясывающую боль в голове, Драко потянулся к ней, обнял и прижал к своей груди. Гермиона безвольно уронила голову на его плечо.
– Как у тебя это получилось? – тихо спросила она.
– Что именно?
– Как ты сумел отразить заклятье Крэбба, когда он чуть не… – она судорожно вздохнула, борясь с собственными эмоциями. – …когда он пытался убить меня?
– Не знаю, – честно признался Драко. – Я просто… я должен был тебя защитить, во что бы то ни стало. Наверное, я вложил все свои силы в то «Протего», и оно смогло остановить заклятие Крэбба. Я не знаю, как это произошло. Зачем тебе это знать?
Гермиона только покачала головой и сильнее прижалась к груди Малфоя.
– Спасибо, – едва слышно пробормотала она.
Драко через силу улыбнулся и погладил её по растрепавшимся, обожжённым Адским пламенем кудрям.
«Скорее бы всё это закончилось… Чёрт, когда уже это закончится? Когда же…»
Вдруг совсем рядом зазвучал высокий холодный голос. Драко вскочил на ноги, крепко сжимая в руках волшебную палочку, уверенный, что Волдеморт отыскал их и вот-вот выйдет из-за угла хижины.
Голос Волдеморта разносился над территорией замка, и Драко, наконец, понял, что Тёмный Лорд обращается к Хогвартсу и его окрестностям, чтобы и обитатели Хогсмида, и уцелевшие защитники замка слышали его так ясно, будто он стоит рядом с ними, дыша им в спину, готовясь нанести смертельный удар.
– Вы храбро сражались, – говорил этот голос. – Лорд Волдеморт умеет ценить мужество. Однако вы понесли тяжёлые потери. Если вы будете и дальше сопротивляться мне, вы все погибнете один за другим. Я этого не хочу. Каждая пролитая капля волшебной крови – утрата и расточительство. Лорд Волдеморт милостив. Я приказываю своим войскам немедленно отступить. Я даю вам час. Достойно проститесь с вашими мертвецами. Окажите помощь вашим раненым.
А теперь я обращаюсь прямо к тебе, Гарри Поттер. Ты позволил друзьям умирать за тебя, вместо того чтобы встретиться со мной лицом к лицу. Весь этот час я буду ждать тебя в Запретном лесу. Если по истечении часа ты не явишься ко мне и не отдашься в мои руки, битва начнётся снова. На этот раз я сам выйду в бой, Гарри Поттер, и отыщу тебя, и накажу всех до единого – мужчин, женщин и детей, – кто помогал тебе скрываться от меня. Итак, один час.
Гермиона прижала ладонь к губам и энергично затрясла головой, словно пытаясь отгородиться от смысла прозвучавшего послания.
– Гарри же не станет… – проронил Рон, но запнулся и замолчал, сглатывая комок у горла.
– Всё обойдётся, – горячо заговорила Гермиона. – Давайте… давайте вернёмся в замок. Раз он отправился в Лес, нам нужно придумать новый план.
– Змея всё ещё с ним, я уверен, – вставил Рон.
– Нужно посоветоваться с Гарри, он…
Дверь хижины распахнулась. Ребята тут же смолкли и уставились на появившихся в дверном проёме Гарри и Снейпа. Оба выглядели так, будто только что оказались свидетелями страшной мучительной гибели кого-то из близких. Под глазами у Гарри чётко обозначились тёмные круги, лицо побледнело и осунулось, а в глазах появилась пугающая холодная отрешённость.
– Гарри, – полушёпотом произнесла Гермиона, чувствуя, как сердце сжимается от страха. – Ты же не собираешься…
– Я не попадусь на его удочку, Гермиона, – не дал ей договорить Гарри. – Он именно этого от меня и ждёт, раз использовал такой низкий приём – апеллировать к моей совести и любви к друзьям.
Гермиона, а следом за ней и Рон облегчённо вздохнули.
– Малфой, тебя видно, – заметил Гарри слегка отстранённо, глянув на Драко.
– Да, – кивнул Драко. – Пожиратели убрались, так что пока я могу не опасаться разоблачения.
– Твой отец…
– Ему лучше всего остаться здесь, в хижине, – сказал Драко со странной интонацией – не то сожаления, не то злорадства. – У него будет хоть плохонькое, но всё-таки алиби. Его ведь оглушили заклятьем.
Гарри кивнул.
– Сейчас нам нужно обеспечить безопасность профессора Снейпа, – твёрдо и уверенно сказал он и взглянул на Северуса. – Вы сможете спрятаться в замке, профессор. Думаю, кабинет директора вполне подойдёт. Туда вряд ли кто-нибудь сунется без особой нужды.
Снейп молча кивнул, не выдавая своих истинных чувств ни одним движением бровей или сжатых в полоску тонких губ.
– Вам придётся спрятаться под мантией-невидимкой, – сказал Гарри. – Те, кто остался в Хогвартсе, вряд ли обрадуются вашему возвращению.
Снейп кивнул снова, хотя было понятно, что идея о проникновении в замок под мантией не слишком его вдохновляет. Гарри обратил взгляд на друзей.
– Мантия у вас?
– Да, – отозвался Рон. Запустил руку под куртку и протянул Гарри комок переливающейся ткани.
– Вот, – Гарри передал мантию Снейпу. – Укройтесь. Мы сопроводим вас в замок. Держитесь рядом с нами.
Северус с осторожностью принял мантию-невидимку и быстрым движением накинул её на себя. Тут же он пропал из поля зрения, только носки его чёрных ботинок остались на виду, затерявшиеся в траве, едва заметные в предрассветной темноте. Гарри удовлетворённо кивнул и, ни слова не говоря, почти бегом направился к парадному крыльцу замка. Остальные в полном молчании последовали за ним.
Лужайка перед замком была как будто усеяна небольшими свёртками. До рассвета не могло оставаться больше часа, однако тьма стояла кромешная. На дороге валялся одинокий башмак размером с небольшую лодку — и больше никаких следов Грохха или его противника. Створки парадных дверей оказались распахнутыми настежь, одна из них была вывернута внутрь замка, повиснув на одной уцелевшей петле. Взбежав на крыльцо, вся компания на несколько мгновений остановилась в нерешительности.
В замке было неестественно тихо. Ни огненных вспышек, ни выстрелов, ни стонов, ни криков. На каменном полу в опустевшем холле виднелись пятна крови. Изумруды раскатились по всей комнате вперемешку с осколками мрамора и щепками. Часть перил была снесена.
– Где же все? – прошептала Гермиона.
– Кажется, в Большом зале, – отозвался Рон.
– Идём скорее, – бросил Гарри, направляясь к главной мраморной лестнице.
Остальные последовали за ним. Проходя мимо Большого зала, друзья невольно заглянули в его открытые двери. Столы факультетов исчезли. Зал был полон людей, они сбились в группки, обнимаясь, переговариваясь, утирая слёзы, рыдая. Посередине Зала лежали мёртвые. Усилием воли Гарри заставил себя отвести взгляд от неподвижных тел, стараясь не думать о том, кто это мог быть. Сейчас у него не было на это времени. У него есть одно незаконченное дело… Всё, что ему было нужно – это как можно скорее занять Гермиону и Рона чем-то достаточно важным, отвлечь их внимание, чтобы он мог беспрепятственно исполнить то, что должен. Необходимость обеспечить безопасность Снейпу подходила для этого как нельзя кстати. Однако провожать бывшего директора до самого кабинета не входило в планы Гарри. Ему было нужно что-то придумать, чтобы остаться одному и покинуть замок…
– Эм-м… – уже поднимаясь на третий пролёт лестницы, пробормотал он. – Вы идите. Мне нужно… я хочу взглянуть, как там Джинни. Я должен знать, что с ней всё в порядке.
– Я – с тобой, – с готовностью откликнулся Рон.
– Нет! – чуть более резко, чем требовалось, воскликнул Гарри, но тут же понизил голос и через силу улыбнулся, пытаясь не вызывать подозрений у друзей. – Не нужно. Ваша задача – защищать профессора Снейпа. Вдруг в школе остался кто-то из Пожирателей? Нужно смотреть в оба, когда будете подниматься в директорский кабинет. Кто лучше, чем ты, сможет за этим проследить?
Рон согласно кивнул, не зная, что на это можно возразить.
– Давайте, бегом! – полушёпотом воскликнул Гарри, оглядываясь через плечо. – Пока кто-нибудь не заметил нас и не заподозрил неладное! Я скоро к вам присоединюсь.
– Гарри, – Гермиона всмотрелась в его лицо, пытаясь понять его выражение. Внутри неё зародилось какое-то тревожное, холодящее душу сомнение. – Ты точно в порядке?
– Да, – кивнул он, не задумываясь, хотя в его глазах по-прежнему не отражалось ничего, будто он внезапно перестал чувствовать. – Не беспокойся. Поднимайтесь скорее, я догоню вас.
– Хорошо, – кивнула Гермиона. – Только не задерживайся.
– Обещаю, – Гарри улыбнулся болезненно-печальной улыбкой и похлопал подругу по плечу.
Гермиона несколько мгновений пристально смотрела на него, ощущая, как внутри всё завязывается узлом от тягостного предчувствия.
– Ну же! – почти с мольбой воскликнул Гарри.
Наконец, Гермиона снова кивнула и припустила бегом по лестнице. Остальные последовали за ней. Гарри посмотрел вслед удаляющимся друзьям, а затем развернулся и, не оглядываясь, бросился по лестнице вниз. Всё, чего он желал, о чём безмолвно умолял свою удачу – чтобы ему на пути не попался никто из защитников Хогвартса. Он не мог, не должен был встречаться ни с одним из них, поскольку и так чувствовал, что с каждым мгновением его решимость тает, а страх тёмной струйкой начинает просачиваться в сознание.
Уже подбегая к Большому залу, он увидел знакомую худощавую белобрысую фигуру слизеринца, прислонившегося к стене за колонной. Гарри тяжело вздохнул. Малфой не был ни одним из тех, кого он опасался встретить перед своим главным, решающим шагом. Возможно, стоило с ним поговорить? Нужно было оставить Малфою хоть какие-то инструкции на тот случай, если Гарри не вернётся из леса. В конце концов, сам Дамблдор выбрал Драко, когда решил рассказать о смертельном проклятье ему и Гермионе. Выходит, он верил в Малфоя, а значит, и Гарри может ему доверять. К тому же, после его смерти кто-то должен занять его место. Ужас этого предположения на мгновение сдавил ему горло, лишив дара речи. Но Гарри взял себя в руки: это слишком важно, нужно делать, как Дамблдор, сохранять трезвую голову, оставить дублёров, тех, кто сможет продолжить его дело. Дамблдор знал, умирая, что оставляет троих, посвящённых в тайну крестражей. Теперь Драко займёт место Гарри, и посвящённых по-прежнему останется трое.
Сбавив скорость, Гарри подошёл к Малфою и остановился напротив него. Скрестив руки на груди, Драко смотрел на Гарри с выражением явного скепсиса на перепачканном лице.
– Что, Малфой, решил дезертировать в последний момент? – выдавил Гарри, пытаясь шутить, но это вышло крайне неубедительно.
– Ты это о себе говоришь, Поттер? – фыркнул Драко, криво усмехнувшись.
– Я и не заметил, как ты отстал, – сказал Гарри. – Почему ты здесь? Ты должен быть с ней. С Гермионой. Ты ей нужен. Особенно сейчас.
– Когда ты собрался отправиться на заклание, да? – вставил Драко, вызвав выражение замешательства на лице Гарри. – И не надоело тебе взваливать на себя все беды мира, а, Поттер?
– Откуда тебе знать, что это такое? – с вызовом спросил Гарри, нахмурившись.
– А вдруг я знаю?
Гарри с долей недоумения взглянул на Драко и вдруг понял, что тот не шутит.
– Что это с тобой, Малфой? – спросил он с лёгким беспокойством, ощущая, что происходит что-то очень и очень странное.
– Да так… – отозвался Драко, поджав губы. – Зачем тебе знать? Тебе своих проблем хватает. Ты ведь собрался к НЕМУ. Зная, что он наверняка тебя убьет.
– С чего ты это взял?
– С того, что я уж семь лет как знаю тебя, Поттер, – усмехнулся Драко. – К тому же, я чувствую такие вещи, – не совсем понятно добавил он. – Ты… Имей в виду, Поттер! Если ты сдохнешь, все это ваше чёртово сопротивление рухнет. Не продержится оно без тебя. Ну, недолго, по крайней мере.
– Чего это ты меня хоронишь? – нахмурился Гарри и впился взглядом в бледное лицо Малфоя. – Мне просто нужно отлучиться. Вот что, слушай. Нагайна – это крестраж. Если у меня не будет возможности, ты должен найти способ…
– Убить змею Волдеморта? – подхватил Драко с ядовитым злорадством.
– Убить змею, – кивнул Гарри. – Это важнее всего.
– Слушай, Поттер, – взгляд Драко вдруг стал предельно серьёзным. Гарри насторожился. – Можно тебя кое о чем попросить? Один раз в жизни, клянусь, это будет моя последняя просьба.
Гарри уверенно кивнул, всем своим видом показывая полную заинтересованность.
– Выживи, – с едва слышимым придыханием произнёс Драко. Казалось, будто он сдерживает рвущийся наружу крик. – Просто останься жив, чёрт тебя дери! Закончи всю эту заварушку, разделайся, наконец, с Лордом! Они должны быть счастливы, понимаешь? – тут Драко отвёл взгляд, явно испытывая внутреннюю борьбу, и продолжил, глядя куда-то в сторону, за плечо Гарри. – Они все должны быть счастливы – Уизли, и Лавгуд, и Лонгботтом, и все остальные… И Гермиона. И… Антарес. Они должны пережить эту чёртову войну. А без тебя… Без тебя это невозможно.
– Малфой, – обеспокоенно произнес Гарри. – Ты будто сам помирать собрался…
Драко криво усмехнулся:
– Ты так вульгарно выражаешься, Поттер. «Помирать…» С чего ты вообще решил, что я собираюсь это сделать? – вдруг Драко пошатнулся и упал бы, если бы Гарри не успел его подхватить и прислонить к стене. В этот момент Гарри с тревогой отметил, что из носа и ушей Малфоя не просто струится, а уже вовсю течёт густая, до черноты багровая кровь.
– Малфой?! – почти испуганно воскликнул Гарри, упершись в его плечи, чтобы помочь удержаться на ногах. – Драко?!
Тот вдруг усмехнулся одним уголком губ.
– Ну вот, – проговорил он хрипло. – Теперь и ты… Что за фамильярность?
– Брось шутить, Малфой! У тебя кровь из ушей хлещет! Что с тобой?
Драко засмеялся, но тут же закашлялся, прикрыв рот ладонью. Когда кашель утих, Драко осторожно отнял руку ото рта – так и есть. На ладони алели густые капли.
Гарри встряхнул Драко за плечи и заговорил с таким диким отчаянием, что Драко стало даже неловко за свою слабость:
– Держись, Малфой! Слышишь? Потерпи немного, скоро всё кончится! Обещаю, я разберусь с ним, разберусь с Волдемортом! Не знаю, как, но я это сделаю! Потерпи! Мы тебя вылечим, Гермиона – умница, она что-нибудь придумает, она найдёт лекарство… Да и мадам Помфри здесь… И все остальные! Они не дадут тебе… они не позволят…
«Умереть» вертелось на языке, но Гарри не решился произнести слово вслух.
– Не паникуй, Поттер! Я ещё дам тебе фору на сто очков вперёд!
Гарри вздохнул, понимая, что исправить сарказм Малфоя не способна даже приближающаяся смерть. Он отвёл глаза и почти неразборчиво выдавил:
– Ты ведь тоже… тоже должен выжить. Ради Гермионы.
Драко ничего не ответил, но пару мгновений спустя медленно кивнул.
– Мне пора, – глухо сказал Гарри, всё ещё не глядя на Драко.
Тот снова кивнул.
– Ты только подожди умирать, – Гарри неожиданно глянул прямо в глаза Драко пронзительным взглядом своих изумрудно-зелёных глаз. Малфой стойко выдержал этот взгляд, даже не усмехнувшись.
– Хорошо, – ответил он вполне серьёзно. – Я подожду. Только ты поторопись, Поттер.
Гарри подал Драко руку, и тот без колебаний протянул свою в ответ.
– Удачи, Драко, – твердо сказал Гарри, сжав прохладную руку слизеринца в своей.
– Удачи, Гарри, – ответил Драко и не сдержал улыбки. – Ну и глупо же это звучит!
Гарри не стал больше задерживаться. Развернувшись, он направился прочь из замка. Драко остался стоять, прислонившись к стене. Глубоко вздохнув, он отер с лица кровь. Ноги перестали слушаться, тело налилось усталостью, и голова потяжелела.
– Поторопись, Поттер… – прошептал Драко побледневшими губами, сполз по стене на пол и закрыл глаза.

* * *


Тем временем Гермиона, Рон и профессор Снейп поднялись по лестнице на четвёртый этаж. Замок был совершенно пуст. Видимо, даже привидения отправились в Большой зал оплакивать погибших. Не давая себе возможности остановиться и подумать, Гермиона почти бегом взлетела по лестнице наверх и замедлила бег только возле каменной горгульи, охранявшей вход в кабинет директора. Остальные догнали её несколько мгновений спустя.
– Пароль?
– Дамблдор, – произнёс из-под мантии Снейп, и горгулья отодвинулась; за ней открылась винтовая лестница.
Вбежав в круглый кабинет, ребята остановились. Гермиона заметила, что он выглядит точно так же, как в её недавнем «погружении» – пустые рамы портретов по стенам, отсутствие прежнего бессчётного количества жужжащих и скрипящих магических приборов, только сумрак и тишина. Рон, как и она, с интересом оглядывался. Снейп скинул мантию-невидимку и предстал перед ними в слегка растрёпанном виде. Тут же он поспешно провёл рукой по взлохмаченным волосам и оправил собственную сбившуюся мантию.
– А где Драко? – повертев головой, резко спросила Гермиона.
– Кажется, остался внизу, – неуверенно отозвался Рон. – Он неважно выглядел, думаю, он решил спрятаться где-нибудь в безопасности, а не скакать вместе с нами по лестницам.
– Надеюсь, Гарри найдёт его, – не то вопросительно, не то утвердительно произнесла Гермиона и обратила взгляд на Снейпа. – Профессор… Что вы сказали ему? Гарри, я имею в виду. Это была какая-то важная информация для победы над Волдемортом?
Северус посмотрел на Гермиону с холодной отстранённостью, а затем медленно процедил:
– Если бы я мог обсуждать это с вами, мисс Грейнджер, неужели вы думаете, я бы не попросил вас остаться в хижине вместе с Поттером?
– Это настолько секретно? – почти обиженно насупилась Гермиона. – Но от нас у Гарри никогда не было секретов! Мы всё делали вместе – скрывались, искали крестражи, разгадывали загадки… Мы выбирались из таких переделок! – она на секунду задохнулась, внезапно осознав, насколько часто фортуна была на их стороне, и как им чертовски посчастливилось, что они сумели добраться до финишной прямой, будучи относительно здоровыми, не покалеченными и в трезвой памяти. А ведь за время их путешествия могло случиться что угодно! Сегодняшняя дуэль с дюжиной Пожирателей, бросающихся Авадой и другими темномагическими заклятиями, как будто это было простое «Ступефай», заставила Гермиону посмотреть на всё происходящее под несколько другим углом.
На самом деле, всё это время им невероятно, необъяснимо везло. Будто кто-то очень могущественный тайно помогал им, направлял их и следил за тем, чтобы они не попали в какую-нибудь ужасную и совершенно безвыходную ситуацию. Гермиона подняла ошеломлённый взгляд на Снейпа.
– Неужели вы…
– Я не могу поделиться с вами этой информацией, мисс Грейнджер, – строго сдвинув брови, произнёс Северус, отвечая на её предыдущий вопрос. Он явно принял выражение удивления на её лице за что-то другое. – Она предназначалась лично Поттеру и никому больше.
– Я… – Гермиона запнулась, по-прежнему неотрывно глядя в холодные, ничего не выражающие глаза Снейпа. – Я понимаю.
– Хорошо, – кивнул Снейп. – Надеюсь, вы, наконец, объясните мне более подробно и доходчиво, каким образом вы узнали о желании Тёмного Лорда избавиться от меня?
Гермиона в нерешительности пожевала губы, а затем ответила, отведя взгляд:
– Как я уже говорила, я могу видеть будущее. Знаю, звучит глупо, но… кажется, профессор Дамблдор каким-то образом наделил меня этой способностью.
Снейп скептически поднял бровь.
– Почему вы думаете, что это сделал именно он?
– Ну… – Гермиона растерялась. Она не могла этого объяснить, но доверяла внутреннему чутью, которое буквально кричало о причастности Дамблдора к их с Драко внезапно проявившимся неординарным способностям. – Я точно не уверена, но эти способности проявились у меня совсем недавно, всего год назад, как раз после того, как…
Тут она осеклась и замерла, уставившись перед собой с приоткрытым от внезапного озарения ртом.
– Да-да? – нетерпеливо произнёс Снейп. – Вы научились видеть будущее после того, как…?
– Как Дамблдор погиб, – едва слышно пробормотала Гермиона.
На лице Снейпа на мгновение промелькнула тщательно сдерживаемая усмешка, а затем он ледяным тоном произнёс:
– И каким же образом, позвольте узнать, Альбус Дамблдор мог наделить вас чем бы то ни было после того, как погиб?
Гермиона потерянно моргнула, бросила беспомощный взгляд на Рона, словно ожидала от него какой-то подсказки, а затем неуверенно пробормотала:
– Но ведь откуда-то эти способности у меня взялись… Не могли же они появиться сами собой, я ведь никогда… никогда не обладала даром прорицания!
Снейп со скепсисом скривился.
– Не думал, что вы подвержены тем же косным заблуждениям, что и Поттер. Разве вы не допускаете мысль, что в мире существует куда больше выдающихся волшебников, чем одни только Альбус Дамблдор или Том Риддл?
Гермиона нахмурилась:
– Я уверена, что в мире есть очень много выдающихся волшебников. Но, увы, лично я знакома всего с одним. И я не могу представить, кто ещё, кроме Дамблдора, мог сотворить такое со мной и… с Драко.
Снейп едва заметно вздрогнул. В его непроницаемо-чёрных глазах на мгновение отразился живой интерес.
– Что не так с Драко?
Гермиона вздёрнула подбородок и ответила со смесью гнева и бравады:
– Он может перемещаться в прошлое.
– Он что? – тихо переспросил Снейп, и теперь на его лице отчётливо читалось беспокойство.
– Он сказал, что может перемещаться в прошлое по собственной воле, – повторила Гермиона. – И даже несколько раз спасал кого-то из наших друзей. Я лично была свидетелем того, как он спас Фреда Уизли от неминуемой гибели. Кто ещё, если не Альбус Дамблдор, мог обладать таким могуществом, чтобы… «привить»… другому человеку способность контролировать время без маховика или других подобных средств?!
Снейп нахмурился. Отвернувшись от Гермионы, он медленно прошёлся вдоль директорского стола, сцепив руки за спиной.
– Любопытно… – протянул он.
– Что любопытно? – спросил Рон, только чтобы нарушить давящую тишину кабинета.
– Отложенное заклятье… – пробормотал Снейп себе под нос. – Истинная магия… Умнó, очень умнó… Теперь понятно, для чего нужен был гримуар Гонóрия… – он резко остановился, глянул на Гермиону и воскликнул: – Мисс Грейнджер! Возможно, я огорчу вас, но профессор Дамблдор здесь вовсе ни при чём. Всё дело в вас.
Гермиона уставилась на Снейпа с выражением полнейшего непонимания.
– В каком смысле «дело во мне»? – спросила она, нахмурившись.
– В прямом, – пояснил профессор, остановился напротив Гермионы и изучающе впился своими цепкими глазами в её грязное запылённое лицо. – Никто не наделял вас никакими способностями, мисс Грейнджер. В вас проявилась ваша истинная магия. Вы – истинный Провидец.
– Истинный кто? – с недоумением спросил Рон, переводя взгляд с Гермионы на Снейпа и обратно.
– Истинный Провидец, – тихо повторила Гермиона, и взгляд её изменился. Теперь в нём читалось недоверие, смешанное со страхом. – Но… я не… могу… не могу быть им!
– Отчего же? – Снейп скривил губы в скептическом жесте. – Вы вполне можете им быть. Учитывая то, что вы не проявили склонности к предмету Прорицаний, вполне очевидно, что ваш дар противился изучению этой… кхм… дисциплины, – последнее слово Снейп произнёс с плохо скрываемым презрением.
– О чём вы толкуете, чёрт побери? – воскликнул, не сдержавшись, Рон.
Гермиона повернулась к нему.
– Профессор Снейп считает, что я обладаю даром Истинного Провидения. И он каким-то образом проявился во мне только сейчас.
– То есть, ты теперь вроде профессора Трелони? – спросил Рон, всё ещё не понимая, о чём идёт речь.
– Нет, – резко возразил Снейп. – Сибилла, несомненно, обладает пророческим даром, но не таким сильным и не таким… м-м-м… практичным, как у мисс Грейнджер.
– Пророки произносят предсказания будущего вслух, – пояснила Гермиона, глядя куда-то мимо Рона. – И записи о них появляются в Отделе Тайн в Министерстве. Ты же помнишь, мы там были два года назад. Каждое пророчество – это… как бы сказать точнее… Что-то вроде радиопередачи. Оно «транслируется» через пророка в наш мир, при этом сам пророк может даже не знать о том, что изрёк нечто важное. Истинный Провидец же видит будущее своими глазами. Незримо присутствует при грядущих событиях. И помнит всё, что видел, – тут она обратила взгляд на Снейпа и произнесла обвиняющим тоном: – Последний истинный Провидец жил больше трёхсот лет назад! Я не могу быть кем-то таким, просто не могу!
– Однако, это так, – с лёгким раздражением сказал Снейп. – Вы слишком разумны, чтобы отрицать очевидное. Не так ли?
– Но почему только сейчас? Почему это не проявилось раньше?
– Откуда мне знать, – пожал плечами Северус. – На это могла повлиять масса различных обстоятельств. Скажем, вы могли подвергнуться какому-либо воздействию, затрагивающему вашу магическую сущность. Выпить какое-нибудь редкое зелье, например.
Гермиона тяжело вздохнула и уставилась на собственные руки.
– Я надеялась, что это – всего лишь результат какой-то применённой ко мне магии. И что видения прекратятся, как только магия перестанет действовать. Но выходит, это – навсегда?
Снейп коротко кивнул.
– Это ужасно, – Гермиона с трудом подавила всхлип. – Просто ужасно…
– Вот уж нет! – возразил Рон. – Вспомни, твой дар помог нам избежать многих опасностей. И помочь людям. В этом нет ничего ужасного.
Гермиона глянула на Рона так, словно тот только что обозвал её самыми грязными словами. Он не понимал и даже не догадывался, насколько был не прав. Видеть будущее, знать о том, что кому-то из близких, друзей и знакомых грозит опасность или даже смерть – это было самым ужасным даром из всех, что она могла получить в жизни. К счастью, спорить с Роном у Гермионы не было ни сил, ни желания.
– А как же Драко? – вдруг вспомнила она и попыталась ухватиться за соломинку. – Его способности, очевидно, проявились одновременно с моими. Как это объяснить?
– Я не знаю, – ответил Снейп, слегка дёрнув плечом. – Я никогда раньше не слышал о таком. Перемещение во времени без сопутствующих заклинаний или использования магических предметов – это что-то совершенно новое и неисследованное в магической науке. Если у меня когда-нибудь будет подходящая возможность, я бы с радостью изучил данный феномен.
Гермиона разочарованно вздохнула и опустила глаза. До сегодняшней ночи она была уверена, что её дар передал ей Дамблдор. И то, что у Драко так же проявились неординарные способности, только укрепило её в этом мнении. Однако, как оказалось, всё было совсем не так, и это не только огорчало, но и заставляло волноваться. Что за способность открылась в Драко? Насколько перемещения во времени могут быть опасны для мага? К каким последствиям это может привести? Кто ко всему этому причастен? Кто, если не Дамблдор? Вопросы вспыхивали в её сознании один за другим, но ни на один из них она не могла дать ответа.
– Что-то Гарри долго нет, – нарушил молчание Рон. – Может, нам стоит спуститься, поискать его?
– Да, – кивнула Гермиона и глянула на Снейпа. – Профессор, вы не будете возражать, если мы оставим вас здесь одного?
Снейп театрально закатил глаза и с явным раздражением фыркнул.
– Не думайте, мисс Грейнджер, что вы каким-либо образом способны обеспечить мою безопасность, только если я сам не приложу к этому максимум усилий. Трангрессировать в Хогвартсе по-прежнему нельзя, и никаким путём, кроме входа через горгулью, никто не сможет проникнуть в этот кабинет. Разве что, влетит через окно на метле.
На лице Гермионы промелькнуло встревоженное выражение, что заставило Снейпа скривиться с ещё более явным скепсисом:
– О, Боги, я вас умоляю. Это был просто неудачный пример. На этом кабинете стоит самая мощная защита из всех возможных. Вы можете идти и быть уверенными, что мне абсолютно ничто не угрожает.
Гермиона кивнула и направилась вслед за Роном к двери.
– Постойте, – голос Снейпа догнал их на пороге.
Гермиона обернулась. Профессор в несколько шагов преодолел разделяющее их пространство кабинета и остановился у ближайшего к выходу шкафчика.
– Чуть не забыл, – сказал Снейп, распахивая дверцу шкафчика. Точным движением он запустил руку в кучу пожелтевших пергаментов и выудил из неё на свет небольшой хрустальный флакон, наполненный серебристой клубящейся субстанцией. Едва увидев его, Гермиона почувствовала, как сердце обрывается и падает вниз; внутренности обдало жаром, а щёки запылали. «Не может быть!..»
Снейп протянул флакон Гермионе, буквально прожигая её изучающим взглядом.
– Профессор Дамблдор, когда ещё был жив, передал мне этот флакон с убедительной просьбой вернуть его владельцу, как только мне представится такая возможность. Полагаю, это – ваше, мисс Грейнджер.
Рон перевёл недоумевающий взгляд со Снейпа на Гермиону.
– Что это такое?
Гермиона протянула дрожащую руку к флакону и забрала его из тонких сухих пальцев Снейпа. Флакон приятно холодил кожу.
– Профессор… – пролепетала она, едва справляясь с дыханием. – Я надеюсь, вы не… вы же не…
– Я не имею привычки смотреть чужие воспоминания без дозволения их хозяина, мисс Грейнджер, – оскорблённо произнес Снейп и вздёрнул подбородок. – В отличие от вашего друга мистера Поттера, я знаю о таком понятии, как личные границы. И тактичность.
– Спасибо, – едва слышно выдохнула Гермиона, с искренней благодарностью глянув на Снейпа.
Тот только неловко дёрнул плечом и отвернулся, направившись вглубь кабинета.
Гермиона сунула флакон в карман кофты.
– Что это? – повторил Рон, глядя на подругу.
– Не сейчас, Рон. Я расскажу… позже, – ответила она и вместе с Роном вышла из директорского кабинета в коридор.
Вдвоём они побежали к лестнице вниз. Им предстояло найти Гарри.

* * *


Драко было тепло, легко и спокойно. Впервые за невероятно долгое время он чувствовал себя умиротворённо и расслабленно. Его обступали мягкая тишина и бархатная темнота. Вокруг больше ничего не было и быть не могло. В голове не осталось мыслей. Он не чувствовал биения собственного сердца, не ощущал положения тела. Боль, усталость, страх, ненависть, печаль, сожаление – всё растворилось в этой спасительной тьме. Тьма заполняла его сознание, убаюкивая, укутывая в своих добрых, ласковых объятиях.
Где-то на горизонте сознания всё ещё мелькали едва ощутимые вспышки позабытых мыслей и эмоций. Он должен был сделать что-то очень важное. Что-то, от чего зависела жизнь какого-то очень хорошего человека. Знакомого, родного человека. На мгновение перед Драко появился расплывчатый и далёкий образ женщины со светлыми волосами, в глухом чёрном платье. Мама?.. Это её он должен был защитить? Он не мог вспомнить. Всё это было уже не важно, совершенно не важно. Его это больше не касалось. Он смертельно устал и теперь впервые ощущал лёгкость и свободу от всех насущных проблем, от всего того непомерного груза страданий, который взвалили на него там… Там, где он был раньше. Он не мог вспомнить, где находилось это самое «там», но знал, что оно когда-то было. Или ему это только померещилось? Может быть, никакого «там» никогда не было, а он всегда был здесь, в этой тёплой усыпляющей темноте? Да, вероятнее всего так и есть.
Он плыл в медленном потоке тьмы, всё больше удаляясь от мелькающих огней воспоминаний, от колющих иголками эмоций, от режущих своими острыми гранями чувств. Он больше не хотел всего этого. Никогда не хотел. Он не должен оглядываться назад. Ему так хорошо здесь, в этой темноте. Здесь его уже никто никогда не побеспокоит…
Он не сразу осознал, когда это произошло, но темнота вдруг наполнилась чем-то новым, тревожным и пугающим. Это был звук. Неведомый гул шёл, казалось, отовсюду, заполняя окружающую пустоту. Вспышки воспоминаний стали ярче, придвинулись ближе. Гул всё нарастал, сотрясая окружающую тьму. Он был настойчивым и бескомпромиссным. Драко боялся представить, что последует за ним.
«Убить змею…»
Чей-то чужой, но безумно знакомый голос ворвался в сознание острым клинком. Драко попытался отгородиться от него. Он ведь умел, он очень хорошо умел отгораживаться, его этому учили, он ведь помнит…
«Ты нужен ей. Особенно сейчас»
Не помогло. Голос прорубался сквозь воздвигнутые в сознании стены, как таран. Гул стал почти невыносимо громким, в нём стали проявляться отдельные звуки.
Эне…
Драко заплакал. Он не хотел покидать это место. Не хотел уходить туда, где было так страшно и так больно, что об этом не хотелось вспоминать. Просто оставьте его здесь. Почему вы просто не хотите оставить его здесь?
«Ради неё, – продолжал греметь голос в голове. – Ради Гермионы».
…эйт!
Яркий образ фейерверком взорвался перед глазами. Всё в нём было смешано: капли янтаря на завитках волос, тёмные омуты глаз, жемчуг улыбки, чернильные пятна на запястьях, ваниль и ландыш… По всему образу сверкали и переливались крохотные звёздочки. Они сложились в созвездие напротив её груди. Драко со странным трепетом узнал его. Одна из звёзд сияла ярче других, разгоняла спасительную тьму своим невозможным, непереносимо ослепительным светом.
«Антарес…»
В то же мгновение свет ударил по глазам, заставив Драко тихо застонать сквозь стиснутые зубы и попытаться укрыться от него ладонями. Тело было невероятно тяжелым. Оно не слушалось. Оно было где-то далеко. Где-то «там».
Гром в ушах превратился в высокий, потрясающий до самых глубин его существа голос:
Энервейт!
Драко тряхнуло, будто ударом молнии, а затем повлекло куда-то вниз-вниз-вниз, пока, наконец, не вдавило в собственное тело с неистовой силой. Он судорожно вздохнул. Лёгкие обожгло от наполнившего их воздуха. Сердце больно стукнуло в груди и заколотилось, как бешеное. Тут же тупая боль охватила голову, а в сознание ворвались новые звуки: шум шагов, отдаленные разговоры множества людей и тихие всхлипы где-то рядом.
Он с трудом открыл глаза, ощущая, как свет прожигает их насквозь, заставляя слезиться. Это было невыносимо. Он снова тихо застонал и снова попытался прикрыть глаза ладонью. Он едва сумел поднять руку, будто воздух внезапно сгустился, и руке требовалось преодолеть его мощное сопротивление.
– Драко! – услышал он тягостный всхлип рядом с собой, а затем почувствовал чьи-то тёплые ладони на своём лице.
Пришлось приоткрыть глаза ровно настолько, чтобы разглядеть, кто это был. Свет уже не казался таким ярким, но пространство вокруг всё ещё было слегка размытым. Однако не узнать её он не мог – каштановые кудри, наполненные ужасом и беспокойством карие глаза, перепачканное лицо. Протянув не слушающиеся руки, он обнял её и прижал к себе, зарывшись лицом в пахнущие гарью волосы.
– Драко! – выдохнула Гермиона с облегчением. – Ты пришёл в себя!
– Да, – выдавил он хрипло. – Прости, что напугал тебя, малышка.
Она отстранилась, внимательно оглядывая его.
– Как ты себя чувствуешь? – её голос был полон тревоги и заботливости.
– Никак, – ответил он и попытался улыбнуться. Улыбка получилась вымученной. – Я себя не чувствую. Извини, мне просто… просто нужно немного отдохнуть, и я приду в норму. Не переживай из-за меня, пожалуйста.
Брови Гермионы образовали страдальческую складку. Девушка закусила губу.
– Я могу чем-нибудь тебе помочь?
– Сомневаюсь, – ответил Драко и покачал головой. Тут же в мозгу словно взорвалась петарда. Вспышка ослепляющей боли заставила его зажмуриться и откинуть голову к стене.
– Боже, Драко, что с тобой происходит? – взволнованно воскликнула Гермиона. – Я позову мадам Помфри, она…
– Нет, – Драко схватил Гермиону за запястье. – Не нужно. Не отвлекай её. Другим её помощь нужна куда больше, чем мне.
– Драко, пожалуйста…
– Со мной всё в порядке, Гермиона, – куда более твёрдо и уверенно повторил он, открыл глаза и попытался встать, опираясь на стену, но не смог. На него будто наслали заклятие ватных ног.
– Хватит корчить из себя героя, Малфой, – услышал он гневный голос с другой стороны. Скосив глаза, он, как и ожидал, увидел Уизли, стоящего неподалёку. Рон решительно шагнул к Малфою и, перекинув его руку через плечо, помог ему подняться на ноги. – Идём, тебе явно нужен медицинский осмотр.
– Не нужен, – упрямо повторил Драко, но даже не попытался сопротивляться.
Гермиона нырнула под другую его руку и обхватила его за талию, помогая сохранять равновесие. Втроем они маленькими шажками направились в Большой зал. И хотя Драко потерял сознание буквально в паре футов от дверей зала, путь до них показался ему бесконечным. Перед глазами плясали звёздочки и плыли радужные круги, голова раскалывалась от невыносимой опоясывающей боли, и единственным желанием Драко было снова свалиться в спасительную тьму обморока.
В зале было полно людей. Сначала никто даже не обратил внимания на вновьприбывших студентов. Вошедшие ребята огляделись в поисках целительницы. Мадам Помфри перевязывала раненых в отдалении, ей помогала группка учениц. Среди раненых был кентавр Флоренц. На боку у него зияла рана, он лежал, не в силах держаться на ногах.
Драко старался не глядеть в проход между отодвинутыми к стенам столами. Там, едва прикрытые тёмной тканью, похожей на сорванные со стен гобелены, лежали убитые. Он не хотел, не мог знать, кто это был. У него не было сил на то, чтобы пытаться спасти их, а чувствовать, что он имеет такую возможность, но не может ею воспользоваться, было хуже удара под дых.
Гермиона, поддерживающая его справа, вдруг сдавленно охнула, а затем простонала:
– О, нет!
Драко проследил взглядом за тем, куда она смотрит, и с ужасом увидел их: тела, лежащие рядом, бледные, спокойные и умиротворённые, словно спящие под тёмным магическим потолком. Их бывший преподаватель Защиты от Тёмных Искусств, Римус Люпин, и его жена, кузина Драко, Нимфадора, в девичестве Тонкс. Оба явно погибли от Убивающего заклятья, так как на их телах не было заметно никаких повреждений. Справа от них лежал студент в красно-золотом полосатом галстуке – однокурсник Драко, задиристый ирландец Симус Финниган с проломленным черепом. Рядом с ним – разметавшая по каменному полу свои золотистые, почерневшие от крови кудри, с рваной раной на шее – Лаванда Браун. Ряд тел уходил дальше вглубь зала, но Драко не посмел поднять глаза, чтобы взглянуть, кто ещё оказался здесь, среди тех, кто не сумел пережить битву. Он почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота, и бросил встревоженный взгляд на Гермиону. Она безмолвно рыдала, зажав рот рукой. Слёзы прочерчивали хорошо заметные светлые дорожки на её запачканных щеках.
– Прости, – шепнул Драко, борясь с наплывающей дурнотой. – Я не могу… их спасти.
Гермиона глянула на него полными отчаяния глазами и медленно кивнула.
– Симус… – прохрипел Рон, и Драко ощутил, как затряслись его плечи. – Лаванда…
В этот момент со стороны столов раздался яростный вопль:
– Малфой?! Пожирательский выродок! Ступефай!
Драко инстинктивно пригнулся, потянув за собой Рона и Гермиону. Вспышка заклинания пролетела в миллиметре над его головой. От резкого движения в глазах потемнело, а сердце сделало кульбит. Упав на колени, Драко схватился за грудь и зашёлся тяжелым хриплым кашлем.
Протего! – услышал он вопль Гермионы.
– Прекратите! – раздался надорванный вскрик. Драко едва узнал голос профессора МакГонагалл. – Немедленно остановитесь!
Драко поднял взгляд. Перед глазами всё плыло. Он увидел искажённое яростью лицо Дина Томаса, направившего на него волшебную палочку.
– Дин, остынь! – твёрдо сказал Рон. – Он тут ни при чём!
– Из-за него убили Дамблдора! – рявкнул Дин. Его подбородок дрожал. – А его папаша убивал наших друзей всего полчаса назад!
– Это неправда! – вступила в перепалку Гермиона. – Люциус давно оглушён заклинанием, он лежит в… вдалеке от замка. Мы его видели. Он не сражался!
– Ты защищаешь их?! – почти с ужасом вскрикнул Томас. – Защищаешь этих тварей?!
– Мистер Томас! – Профессор МакГонагалл подошла к Дину и осторожно положила руку ему на плечо, но Дин резким движением скинул её. Взгляд гриффиндорца пылал гневом, душа требовала немедленной расправы над «Пожирательским выродком». – Прошу вас, мистер Томас! Я понимаю вашу скорбь и ваше желание совершить возмездие, но не таким путём! Мы не можем наказывать невиновных!
– НЕВИНОВНЫХ?! – казалось, у Дина вот-вот посыплются искры из глаз. – Это он-то невиновный?!
Рядом с Дином выросла фигура Невилла. По лицу Лонгботтома было видно, что он целиком и полностью солидарен с товарищем.
– Дин!
Кто-то шагнул в пространство между стоящим на четвереньках Драко и возвышающимися над ним Томасом и Лонгботтомом. По растрёпанным рыжим волосам Драко узнал Джинни Уизли.
– Послушай, Дин, прекрати! Нельзя им уподобляться! Мы не такие, как они! Мы не станем линчевать его только за то, что его отец – Пожиратель смерти.
– Он не сражался против нас! – высоким ясным голосом воскликнула Гермиона. – Драко был на нашей стороне с начала битвы! Он помогал нам, как только это было возможно. Если вы верите мне, если моё слово хоть что-то значит для вас, я могу поручиться за него!
В зале наступила напряжённая тишина. Все взгляды были устремлены на Малфоя, он буквально чувствовал, как они прожигают его спину сквозь форменную рубашку. «Ничего не выйдет, Гермиона, – кричал его разум. – Они ненавидят меня, все они ненавидят меня! Ничего не выйдет…»
– Я тоже ручаюсь, – неожиданно сказал Рон.
Драко вскинул на него изумлённый взгляд.
– И я, – донёсся меланхоличный голос откуда-то слева. Драко с трудом повернул голову и увидел сидящую на скамье Луну Лавгуд с окровавленными бинтами в руках.
– Да, я тоже, – робко вставила стоящая за её спиной Ханна Аббот.
– Думаю, я тоже присоединюсь, – выдавила Джинни и бросила на Малфоя колкий взгляд через плечо.
– Страшно признаться, но Малфой, похоже, сегодня спас меня, – раздался голос одного из близнецов Уизли за спиной у Драко. – Поэтому, я хоть и не могу за него поручиться, но и казнить его тоже не согласен.
Дин медленно и с явной неохотой опустил волшебную палочку. Невилл сочувственно похлопал друга по плечу.
Драко ощутил странное давление в груди; к горлу подкатил комок, а в носу вдруг нестерпимо защипало. Он только крепче стиснул зубы, прогоняя наваждение.
– Мне не нужны… – с хрипом выдавил он, – … ни ваша жалость, ни ваше сочувствие…
– Ну и слизняк же ты, Малфой, – хмыкнул Фред.
– Что ж, – сухо сказала профессор МакГонагалл, поспешив взять ситуацию в свои руки. – Если вы, мисс Грейнджер, и вы, мистер Уизли, полностью уверены в том, что пребывание мистера Малфоя среди защитников Хогвартса оправдано и не несёт в себе угрозы ни со стороны его… м-м… родителя, ни со стороны других захватчиков, нападающих на школу… В таком случае, я не вижу причин, по которым он не может оставаться здесь. В конце концов, мистер Малфой такой же студент, как и вы, и имеет полное право защищать свою школу перед лицом… грозящей ей… опасности.
С трудом справившись с дрожащим голосом, МакГонагалл смолкла и испытующе взглянула на Гермиону.
– Да, профессор, – с готовностью откликнулась девушка. – Я полностью осознаю ответственность и заявляю, что Драко Малфой не причинит никому вреда.
– Хорошо, – кивнула Минерва. – Пусть он останется.
– Спасибо, – Гермиона выдохнула с облегчением. – Спасибо, профессор МакГонагалл!
Зал тут же начал наполняться тихими голосами, все как будто внезапно потеряли интерес к Пожирателю смерти Малфою, затесавшемуся в ряды защитников Хогвартса. А ему только это и было нужно. С трудом поднявшись на ноги, пошатываясь от слабости, он направился подальше вглубь зала и устроился на краю одной из относительно свободных скамей. Гермиона осталась стоять возле тел однокурсников, обняла Джинни за плечи и о чём-то с ней говорила. У обеих на лицах была написана глубокая скорбь. Рон стоял поблизости, а Дин опустился на колени рядом с телом Симуса и склонил голову так низко, чтобы никто не видел его слёз.
Тяжело вздохнув, Драко опёрся локтями о колени, запустил пальцы в волосы и закрыл глаза. Боль пульсировала в голове, будто внутри черепной коробки переползала с места на место стая голодных разъярённых соплохвостов. Руки мелко дрожали, а пальцы были холодными, как лёд. Дыхание давалось с трудом, словно тугой обруч сжал грудную клетку. Драко не мог понять, как и почему это случилось, но всей кожей ощущал, что находится в шаге от гибели. С хрипом выдохнув, он поднял отяжелевшую голову и хотел позвать Гермиону, но не смог выдавить ни звука из сдавленного спазмом горла.
По Большому залу шла Смерть.
Вернее, плыла над полом, слегка покачиваясь, будто мираж. Она была закутана в чёрный, обтрепавшийся по краям плащ с капюшоном. Вокруг неё клубился сумрак, окутывая мрачным покрывалом тела тех, кто лежал на полу, и протягивая свои ужасные щупальца к тем, кто всё ещё был жив и пытался держаться. Она склонялась к погибшим и тонкими белыми пальцами, похожими на кости, прикасалась к их лицам. Под чёрным капюшоном горели два кроваво-красных глаза, с жадностью глядящие на присутствующих живых. Смерть подплыла к Симусу и склонившемуся над ним Дину, но не задержалась рядом с ними, а сменила направление и оказалась рядом с Джинни и Гермионой. Она раскинула свои тонкие руки позади прижавшихся друг к другу девушек, будто собиралась их обнять. С неистово колотящимся сердцем Драко поднялся со скамьи и прохрипел:
– Нет!
Кажется, его никто не услышал, но призрак вздрогнул и повернул к нему свою скрытую под капюшоном голову. Взгляд красных глаз впился в лицо Драко. Призрак заколыхался и поплыл в сторону. На мгновение Драко даже показалось, что Смерть отступила, растворившись в небытие, но тут призрак материализовался прямо перед ним и схватил юношу костлявой рукой за горло.
– Не трогай их, – едва смог выдавить Драко.
Призрак издал звук, отдалённо напоминающий смех. От этого звука волосы шевелились на голове, и всё тело сковывало ледяным ужасом. Ничего не говоря, призрак указал свободной рукой на пол справа от Драко, в сторону возвышения, на котором раньше стоял преподавательский стол. Драко невольно последовал взглядом за этим жестом и замер, будто поражённый заклятием окаменения.
Рядом с возвышением, невинно сложив руки на груди, с непривычно умиротворённым выражением на бледном лице, обрамлённом короткими тёмными волосами, лежала Пэнси Паркинсон.
Драко почувствовал, что ему не хватает воздуха, и дело было вовсе не в руке Смерти, сжатой на его горле. Призрак растаял мгновение спустя после того, как показал лежащее у возвышения мёртвое тело, а чувство неспособности вдохнуть хоть немного воздуха никуда не делось. Драко сглотнул, раз, другой, открыл рот, пытаясь выдавить хоть что-то – хотя бы стон или всхлип, – и понял, что не может произнести ни звука.
Мир пошатнулся и осыпался острыми осколками, впивающимися в его и без того израненное, истекающее кровью сердце. На негнущихся ногах он подошёл к телу подруги и рухнул на пол подле неё. Слёзы душили его, но он не смел плакать. Казалось, он не может поверить в реальность происходящего.
– У-у-унгх… – выдавил Драко наконец, неотрывно глядя в белое, как снег, лицо Пэнси с закрытыми глазами. – Пэнс… Пэнс, как ты оказалась здесь?
Никто не ответил ему. Драко с трудом сделал вдох. Внутри всё горело огнём, будто он хлебнул крепчайшего огневиски. Протянув дрожащую руку, он неуверенно прикоснулся кончиками пальцев к её сложенным на груди рукам. Они были холодными, как лёд. Вздрогнув, Драко одёрнул пальцы и сжал их в другой руке, словно обжёгся. Тяжело дыша, он склонился к подруге и прошептал с обидой и гневом:
– Какого чёрта, Пэнс?! Почему ты здесь?! Почему ты не эвакуировалась с остальными?.. Зачем ты вернулась, Паркинсон?! Какая же ты идиотка…
Она оставалась холодной и безмолвной, как статуи, мимо которых они изо дня в день проходили по коридорам школы на занятия, и была такой же бледной, как они. «Наверное, она должна превратиться в статую, – вдруг промелькнула в воспалённом мозгу Драко совершенно безумная мысль. – Наверное, это так и происходит…»
– Это не должна быть ты, – зашептал Драко и принялся приглаживать её волосы, слегка покачиваясь взад-вперёд. – Это должна быть Астория, я ведь собирался покончить с ней, а не с тобой. Зачем ты вернулась в школу? Почему не ушла с остальными?.. Как мне теперь… быть?!
Сдавленный всхлип вырвался из его груди. Самообладание покинуло его. Застонав дико и надрывно, Драко обхватил Пэнси руками и уткнулся лицом в тело подруги, сотрясаясь от рыданий. Ему было всё равно, что его могут услышать. Ему было плевать, что его слабость окажется на виду. Он уже стоит на краю бездны, и теперь такие вещи, как гордость и необходимость «держать лицо» перестали иметь значение.
Он не знал, сколько времени прошло. Не имел понятия о том, что происходило вокруг. Не мог думать ни о чём, кроме ужасающего чувства пустоты, разрывающей внутренности. Он не ожидал, что это будет для него таким шоком.
Вскоре он почувствовал чью-то тёплую руку на своём плече. С трудом оторвавшись от тела Пэнси, он сел и взглянул на того, кто к подошёл к нему. Это была Гермиона. Глаза её были красными и опухшими от слёз, в свободной руке она держала пузатый флакон с перламутровым зельем.
– О, Драко, – протянула она с искренним сочувствием. – Мне так жаль…
Он только едва заметно покачал головой и опустил взгляд на её руки.
– Выпей это, – тут же она протянула ему флакон. – Это укрепляющее зелье. Пожалуйста, выпей! Прошу тебя…
Что-то прозвучало в её голосе, что заставило Драко перестать упрямиться и пытаться доказать, что он сам выбирает, как ему умереть. Он принял зелье из её рук и, не раздумывая долго, залпом выпил весь флакон. По телу тут же разлилось приятное тепло, в мышцы вернулась сила, руки перестали дрожать, а боль в голове слегка утихла.
– Спасибо, – кивнул он и сжал её руку в своей. – Спасибо, Гермиона.
Она помогла ему подняться на ноги и сопроводила его к ближайшей скамье. Они не успели обмолвиться и словом, как к ним подошёл обеспокоенный Рон.
– Гарри нигде нет, – заявил он с ходу.
Гермиона подняла на друга недоверчивый и слегка испуганный взгляд.
– Как это «нет»?
– Вот так, нет, – процедил Рон. От волнения он начал злиться. – Пока ты выпрашивала у мадам Помфри зелье для Малфоя, я поговорил с Джинни. Она утверждает, что не видела Гарри с того момента, как мы зашли в Выручай-комнату.
Глаза Гермионы расширились от удивления и страха. Обернувшись к Драко, она спросила дрожащим голосом:
– А ты не видел Гарри? Он должен был пройти мимо Большого зала.
Драко солгал, не задумываясь:
– Нет, не видел. Должно быть, он отправился уничтожать очередной крестраж или что-то в этом роде.
– Но мы должны помочь ему! – воскликнул Рон с гневом. – Почему он так поступил? Почему ушёл без нас?!
– Откуда мне знать, – сквозь зубы процедил Драко. – Спроси у него самого при встрече.
Выражение лица Гермионы неуловимым образом изменилось.
– О, нет, – выдохнула она, глядя в пространство перед собой. В её глазах отразился ужас понимания.
– Что? – настороженно спросил Рон.
– Этого не может быть, – прошептала Гермиона и покачала головой, кусая губы, словно пыталась спорить сама с собой. – Нет, это невозможно… Только не это…
– Что?! – в голосе Рона звучал гнев вперемешку с паникой. – Что происходит? Гермиона?!
Она только ещё раз покачала головой, а затем закрыла лицо руками и тихо всхлипнула. Драко молча обнял её за плечи. Рон глядел на них, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Несколько мгновений спустя Гермиона перестала всхлипывать и отняла руки от лица, аккуратно сложив их на коленях. Её лицо застыло, точно каменное.
– Я должна была догадаться давным-давно. Я ведь всё видела, но не понимала… Это ведь так просто, так логично! Как я не заметила этого раньше?
– Гермиона, о чём ты?
Она, казалось, не слышала.
– Эта связь между их разумами… его сны и видения… и то, что он может говорить со змеями. Пророчество!.. «Ни один из них не может жить, пока жив другой». Теперь понятно, что это значит. – Она опустила голову и тихо заплакала, продолжая говорить. – Это ужасно… это… ужасно! Я не… не могу… я просто не… – она не смогла бороться со всхлипами и снова спрятала лицо в ладонях.
Драко потребовалось всего пару мгновений, чтобы сложить весь пазл воедино. Взглянув на Гермиону расширенными от удивления глазами, он осторожно спросил:
– Он ведь пошёл не сражаться, верно? Он не собирается побеждать…
Гермиона кивнула и с горечью произнесла:
– Да. Я думаю… я думаю, он в самом деле отправился уничтожать очередной крестраж.
Она попыталась сдержать слёзы, запрокинув голову, уставилась в тёмный потолок. Драко осторожно взял её за руку, переплетя её пальцы со своими. Он хотел поддержать её, но не имел представления, как это сделать. Гермиона слабо сжала его руку в своей и положила голову ему на плечо.
Небо за окнами Большого зала начало бледнеть. Приближался рассвет.
И тут над замком в третий раз раздался громовой голос, сокрушающий и подавляющий, разносящийся на многие мили вокруг:
– ГАРРИ ПОТТЕР МЁРТВ!
Среди защитников Хогвартса раздались крики ужаса. Рон побледнел, как полотно, Гермиона вскочила со скамьи и шагнула к нему, чтобы встать рядом, плечом к плечу. Драко поднялся следом, не выпуская её руки из своей.
– Гарри Поттер мёртв, – повторил голос. – Он был убит при попытке к бегству.
Рон замотал головой, будто хотел вытряхнуть из неё эти ядовитые, наполненные торжеством и злорадством слова.
– Нет! Этого не может быть! Это ложь!
– Он пытался спасти свою жизнь, пока вы тут погибали за него, – продолжал вещать усиленный магией голос Волдеморта. – Мы принесли вам его тело, чтобы вы убедились, что ваш герой мёртв. Битва выиграна. Вы потеряли половину бойцов. Мои Пожиратели смерти превосходят вас числом, а Мальчика, Который Выжил, больше нет. Воевать дальше не имеет смысла. Всякий, кто продолжит сопротивление, будь то мужчина, женщина или ребёнок, будет убит, и то же случится с членами его семьи. Выходите из замка, преклоните предо мной колени, и я пощажу вас. Ваши родители и дети, ваши братья и сёстры будут жить, всё будет прощено, и вместе мы приступим к строительству нового мира.
На несколько мгновений наступила мёртвая тишина. Затем все те защитники Хогвартса, кто ещё мог держаться на ногах, не сговариваясь, разом двинулись к выходу из замка в полном молчании. Выйдя из дверей на разгромленное крыльцо, защитники остановились на ступенях. Рон принялся протискиваться между впередистоящими, потянув за собой Гермиону. В какой-то момент её пальцы выскользнули из руки Драко, и он остался один посреди безмолвствующей толпы ненавидящих его людей.
Тяжело дыша, едва сдерживая подступающий приступ паники, Драко пробрался к поломанной створке двери и прижался плечом к холодным, влажным от росы камням в дверном проёме. Сердце в груди колотилось так сильно, будто собиралось вот-вот остановиться и пыталось за короткое время отработать положенные ему удары.
Драко закрыл глаза, боясь посмотреть вперёд, на входящую во двор школы толпу Пожирателей во главе с Волдемортом. Он боялся увидеть среди них отца или мать, а ещё больше боялся НЕ увидеть их. Его мир рушился прямо на глазах.
Гарри Поттер мёртв. Война окончена. Волдеморт победил.
Где-то на горизонте сознания промелькнула мысль, что он должен радоваться этому обстоятельству, но Драко отмёл её, как опасную и несостоятельную. Смерть Гарри не была тем, чему он был способен радоваться. Скорее, она была причиной для обуявшей его сознание паники. Что теперь будет? Что ему теперь делать?! Вернуться в прошлое и отговорить Поттера от того, чтобы тот самолично сдался на верную гибель в руки Тёмного Лорда? Оглушить его «Ступефаем», а потом спрятать где-нибудь в подсобке для мётел, чтобы самому разобраться со всем…
Бред.
«…я думаю, он в самом деле отправился уничтожать очередной крестраж…»
– Он и есть крестраж, – одними губами прошептал Драко самому себе. – Он должен был умереть…
Убить змею.
Теперь не было ничего важнее, чем та миссия, которую Поттер возложил на него перед уходом в Запретный Лес. Убить змею. Уничтожить последний крестраж Волдеморта. Дать Сопротивлению шанс избавиться от этого нарыва на теле магического сообщества. Дать Гермионе и Эни возможность остаться в живых и прожить счастливую жизнь в мире без убийств, гонений и горя.
Драко не знал, как это сделать. Поборов внутреннюю дрожь, он открыл глаза и взглянул между головами стоящих перед ним защитников замка на приближающуюся чёрную массу волшебников в капюшонах и масках, позади которой вышагивали, сотрясая землю, великаны с дубинами на плечах.
Впереди всех шёл Тёмный Лорд, бледный, как какой-нибудь ядовитый гриб, с горящими дьявольским огнём красными глазами. На его плечах, будто жуткая пародия на слизеринский шарф, разлеглась Нагайна. Вокруг змеи не было никакой защиты; Волдеморт явно был уверен в себе, слишком уверен. Рядом с ним шагал Хагрид, опустив голову и заливая слезами свою кустистую бороду. На руках у полувеликана, будто изломанная игрушка, лежало неподвижное тело Гарри Поттера.
– Гарри, – трубно всхлипывал Хагрид. – Гарри… Гарри…
Пожиратели смерти галдели и пересмеивались, с очевидным превосходством и снисходительной жалостью глядя на горстку оставшихся в живых защитников Хогвартса. Они смаковали вкус победы и явно не собирались останавливаться на достигнутом. Слова Волдеморта о всеобщем прощении и дружной мирной жизни под ясным небом были всего лишь пустыми обещаниями.
Никто не останется в живых. Никто…
– Стой! – воскликнул Волдеморт, воздев руку к светлеющему небу.
Пожиратели смерти остановились и растянулись в шеренгу напротив распахнутых дверей школы вдоль лежащей на траве полосы света, бьющего из холла. Ни один из них почему-то не отважился пересечь границу между светом и тьмой.
– НЕТ!
Ужасающий крик профессора МакГонагалл разорвал напряжённую тишину. Тут же в ответ на него со стороны Пожирателей раздался визгливый смех. Драко узнал голос тётки и поморщился, едва сумев побороть желание закрыть уши руками. Волдеморт слегка усмехнулся, глянув на свою верную последовательницу. Его длинные белые пальцы принялись поглаживать Нагайну по голове.
– Нет!
Нет!
– Гарри! ГАРРИ!
Следом за воплем МакГонагалл раздались голоса Рона, Гермионы и Джинни. Их крики послужили сигналом, теперь вся толпа уцелевших вопила, выкрикивая проклятия Пожирателям смерти, пока…
– МОЛЧАТЬ! – крикнул Волдеморт, взмахнув палочкой. Раздался хлопок, мелькнула яркая вспышка – и всё смолкло. – Игра окончена. Клади его сюда, Хагрид, к моим ногам – здесь ему место!
Хагрид опустил тело Гарри на траву бережно и осторожно, словно тот спал, а Хагрид боялся его разбудить, и отошёл на шаг, тихо всхлипывая и растирая слёзы по израненному лицу.
– Видите? – сказал Волдеморт и принялся расхаживать взад-вперёд позади недвижимого тела Избранного. – Гарри Поттер мёртв! Поняли вы теперь, что вас обманули? Он был всего лишь мальчишкой, требовавшим от других, чтобы они жертвовали жизнью ради него!
– Он уже столько раз тебя бил! – выкрикнул Рон, и чары развеялись. Защитники Хогвартса снова зашумели и закричали, но тут второй, более мощный хлопок заглушил их голоса.
– Он был убит при попытке сбежать с территории замка, – повторил Волдеморт, явно наслаждаясь отчаянием и болью тех, кто вынужден был его слушать. – Убит при попытке спасти свою жизнь…
Вдруг из глубины холла раздался другой голос, тоже усиленный магией:
– Это ложь.
Речь Волдеморта оборвалась, он остановился, с яростью вглядываясь в толпу защитников. А те вдруг единодушно расступились, с удивлением и недоверием оглядываясь на того, кто посмел спорить с Тёмным Лордом.
Посреди образовавшегося прохода стоял Северус Снейп. На его лице застыло презрительно-вызывающее выражение, чёрные глаза без страха смотрели прямо на Волдеморта. Снейп держал Тёмного Лорда на прицеле своей волшебной палочки, в свободной руке профессора был зажат какой-то грязноватый потрёпанного вида свёрток. Защитники замка принялись с недоумением переглядываться. Они не могли понять, каким образом сбежавший директор вновь оказался в замке, но главным образом в их головах не укладывался тот факт, что Снейп вдруг решил пойти против своего хозяина. А он, тем временем, прошёл сквозь расступившуюся толпу с гордо вздёрнутым подбородком и спустился со ступеней крыльца, оказавшись лицом к лицу с Волдемортом и всеми Пожирателями смерти.
– Северус, – произнёс Волдеморт, и в его голосе явно послышалось шипение змеи. – Вот, значит, как… Решил притвориться героем напоследок? Очень недальновидно для такого разумного человека, как ты. Я разочарован, – Волдеморт поджал губы, как будто действительно мог испытывать какие-то чувства. – Твоя смерть послужит назиданием всем, кто вздумает сопротивляться мне или предать меня…
– Предать тебя? – фыркнул Северус, делая медленный шаг в сторону, при этом неотрывно глядя в дьявольские красные глаза. – Я не предавал тебя, потому что никогда не был тебе верен.
На мгновение на бледном змееподобном лице Волдеморта промелькнула тень удивления, но он быстро спрятал его за маской равнодушия.
– Теперь это не имеет никакого значения. Гарри Поттер мёртв, и ты сейчас отправишься вслед за ним!
– Посмотрим, – ответил Снейп без тени страха.
Тут Волдеморт взмахнул волшебной палочкой, целясь в голову Снейпа, но тот успел молниеносно уклониться, отбив запущенное в него заклинание. В рядах защитников Хогвартса раздались встревоженные крики, толпа отхлынула на верхние ступени крыльца. Пожиратели зашумели, многие вскинули свои палочки. В Снейпа полетели заклинания, от которых он едва успел увернуться.
– Прекратить! – рявкнул Волдеморт, на мгновение обернувшись к своим соратникам. – Он мой!
Пожиратели тут же опустили палочки и глумливо заржали, предвкушая интересное зрелище. Снейп принял боевую стойку, воскликнул, обращаясь к защитникам замка:
– Не вмешивайтесь! – и отбросил в сторону измятый грязный свёрток, который вынес из замка. Тот упал в паре футов от крыльца. Присмотревшись, Драко увидел, что это – Распределяющая шляпа.
«Снейп рехнулся», – подумал Драко с тоской, наблюдая за тем, как бывший директор Хогвартса отбивается от летящих в него вспышек тёмных заклятий Волдеморта. В технике ведения дуэли Снейпу можно было искренне позавидовать. Он кружил вокруг Тёмного Лорда, словно танцор, исполняющий сложнейшие па, при этом беспрестанно посылая в противника мощные струи заклинаний. Он поднял в воздух рассыпанные по территории замка осколки камней и стекла и заставил их атаковать Волдеморта, но тот окружил себя сферой, похожей на ту, в какой час назад сидела Нагайна, и все камни и стекло рассыпались в пыль, пролетая сквозь магический барьер. Огненным заклятьем Снейп поджёг траву, окружив Волдеморта стеной огня, но тот одним движением палочки обратил огонь в лёд, и острые, как кинжалы, сосульки метнулись в Снейпа. Северус успел обратить их в воду за мгновение до того, как они должны были вонзиться в его грудь. Взмахнув палочкой над головой, Снейп вызвал огненную плеть, и та заплясала вокруг Волдеморта, разбивая магический барьер на куски. Зазвучали резкие щелчки. Громко и озлобленно зашипела змея. Волдеморт поймал конец огненной плети своей палочкой и резко дёрнул. Заклинание Снейпа мгновенно развеялось, но он тут же сотворил новое – тёмное жужжащее облако вырвалось из его палочки и накрыло Волдеморта…
Драко следил за движениями Снейпа, затаив дыхание. Бывший директор двигался легко и непринуждённо, будто это была не битва насмерть, а какая-нибудь рядовая тренировка в дуэльном клубе. Движения его были предельно точны и выверены. Чувствовалось, что за плечами у него – годы и годы боевой практики, но Драко не мог припомнить, чтобы кто-то упоминал об участии Снейпа в вылазках Пожирателей и непосредственных боевых действиях. Откуда Снейп научился всему тому, что сейчас демонстрировал посреди засыпанного обломками двора – оставалось загадкой. Но Драко на мгновение показалось, что у Северуса есть шанс одолеть Волдеморта, и юноша мысленно взмолился, чтобы у Снейпа хватило на это сил.
Сектумсемпра! – воскликнул Снейп, целясь в змею.
Волдеморт успел отбить заклинание и с яростью зашипел что-то на парселтанге. Нагайна сверзлась с его плеч на землю и с невероятной скоростью поползла к Снейпу. Тот успел послать в Волдеморта ещё несколько заклинаний, прежде чем змея, разинув пасть со смертоносными клыками, кинулась на него. Снейп уклонился от смертельного броска и оказался прямо возле тела Гарри.
И тут случилось сразу несколько вещей.
С отдалённой границы школы послышался шум, как будто сотни людей перебирались через не видные отсюда стены и рвались к замку с громкими воинственными кликами. В ту же минуту из-за угла замка показался запыхавшийся Грохх с воплем: «ХАГГИ!» В ответ ему раздался рык великанов Волдеморта: они ринулись на Грохха, как боевые слоны, и земля затряслась под их топотом. Потом раздалось цоканье копыт, звук натягиваемой тетивы – и на Пожирателей смерти внезапно обрушился град стрел. Люди Волдеморта закричали от неожиданности, ломая строй. Защитники Хогвартса, воспрянув духом, вскинули волшебные палочки.
Воспользовавшись всеобщим замешательством, Снейп выудил из-под мантии и накинул на тело Поттера нечто блестящее и струящееся. Гарри тут же исчез из вида. А в следующий момент в грудь Снейпа ударила зелёная вспышка.
– НЕТ!!! – вскрикнули сразу два голоса – Драко и Гермионы.
Профессор Снейп с удивлённым выражением на лице покачнулся и упал на спину. Он был мёртв. Волдеморт ликующе рассмеялся. Змея с шипением развернулась к защитникам школы и бросилась вперёд.
Драко сбежал со ступеней крыльца, пробиваясь сквозь отступающую вглубь холла толпу, расталкивая народ локтями. Он искал взглядом копну каштановых волос. Сердце колотилось, как бешеное, внутри всё горело. Укрепляющее зелье окончательно восстановило его силы, но не смогло подавить панику.
– Гермиона! – вскрикнул Драко. Его голос практически утонул в шуме надвигающейся толпы, рёве дерущихся великанов, стуке копыт бросившихся в схватку кентавров.
Она внезапно оказалась рядом с ним, схватила его за руку. Её огромные глаза были наполнены ужасом и отчаянием. Перед крыльцом образовался свободный пятачок, на котором остались только Драко, Гермиона и Невилл. Змея извивалась по выжженной земле в считанных футах от них, направляясь к крыльцу. Увидев замешкавшихся студентов, змея остановилась и изготовилась для броска, отведя своё мощное тело назад. Драко рванул обратно в замок, но зацепился ногами за какую-то тряпку и едва не упал. Чертыхаясь, он обернулся и увидел, как Лонгботтом подхватывает с земли старую заплатанную шляпу. Мгновение спустя он вытянул из неё что-то серебряное, со сверкающей рубинами рукояткой.
Драко будто ударило молнией. Глянув на Невилла, он что есть силы рявкнул:
– ПРИКОНЧИ ЗМЕЮ!!!
Лонгботтом не стал разбираться и задавать вопросов. Развернувшись, он занёс меч. В этот момент Нагайна, будто отпущенная пружина, взвилась в воздух, целясь Невиллу в горло. Удар серебряного лезвия не был слышен, и всё же все глаза обратились на блеснувший меч. Одним ударом Невилл снес голову огромной змее. Голова подлетела высоко в воздух, сверкнув в лучах света, лившегося из холла. Рот Волдеморта раскрылся в яростном крике, которого никто не услышал, и тело змеи с глухим стуком упало на землю подле крыльца.
Тёмный Лорд поднял волшебную палочку, нацелив её на Невилла. И тут все крики, шум, удары и топот перекрыл вопль Хагрида:
– ГАРРИ! ГАРРИ! ГДЕ ГАРРИ?
Начался хаос. Стрелы кентавров рассеивали Пожирателей смерти, все, кто мог, бежали от топчущих вслепую великаньих ног, и всё ближе и ближе громыхало подкрепление, явившееся неизвестно откуда. Взбегая на крыльцо, прикрываясь заклинанием Щита от летящих во все стороны вспышек, Драко тянул за собой Гермиону, с отчаянием выкрикивающую в пространство: «Рон! Рон!». На мгновение подняв голову, Драко увидел огромных крылатых чудищ, парящих над головами великанов Волдеморта. Фестралы и гиппогриф Бакбик выцарапывали великанам глаза, а Грохх мутузил их кулаками. Волшебникам – как защитникам Хогвартса, так и Пожирателям смерти – пришлось отступить в замок. Драко заметил, как Пожиратели падают один за другим – на крыльце, в холле, по дороге к Большому залу, а отступающая толпа топчет их тела. Их будто разила какая-то неведомая сила, а их собственные заклинания летели мимо защитников школы, не причиняя им вреда.
Драко огляделся в поисках Люциуса или Нарциссы, но не увидел их в толпе. Сердце сжалось от ужасного предчувствия. Вместо отца в глаза ему бросилась фигура Тёмного Лорда на другом конце помещения: отступая в Большой зал, тот направо и налево метал заклятия из волшебной палочки, продолжая в то же время раздавать приказания своим сторонникам. Ладонь Гермионы выскользнула из рук Драко, он в ужасе оглянулся – девушка неслась через холл на подмогу к Рону, сражающемуся с двумя Пожирателями сразу. Не раздумывая ни мгновения, Драко метнулся следом, но внезапно налетел на высокого мужчину с растрёпанными светлыми волосами и безумным взглядом. Лишь в тот момент, как мужчина схватил его за плечи, Драко узнал в нём отца.
– Драко! – вскрикнул Люциус и потянул сына к выходу из замка. – Скорее, уходим отсюда!!!
– ОТПУСТИ!!! – вскрикнул Драко и ткнул волшебной палочкой Нарциссы в грудь Люциуса.
Того отбросило на пару шагов назад. Драко колотило. Он едва мог смотреть в изумлённое лицо отца. Повернувшись, он бросился догонять Гермиону и Рона, забежавших в Большой зал, где уже разгоралось сражение.
Зал стремительно наполнялся людьми. Мимо Драко в распахнутые двери вбежали Гораций Слизнорт всё в том же зелёном полосатом халате, мадам Розмерта с папильотками в волосах, владелец «Сладкого королевства» Амброзиус Флюм – толстяк с блестящей лысиной, – и многие другие. Они, похоже, шли во главе целого отряда друзей и родных тех учеников Хогвартса, которые остались защищать школу, а за ними двигались лавочники и домовладельцы Хогсмида. Кентавры, громко стуча копытами, ворвались в замок, и тут с другой стороны холла загремела и сорвалась с петель дверь, ведущая к кухням. Эльфы-домовики Хогвартса толпой хлынули в холл, громко крича и размахивая ножами и топорами для мяса. Ими предводительствовал Кричер с медальоном Регулуса Блэка на груди, и его квакающий голос перекрывал даже царивший здесь шум:
– Все на битву! На битву! На битву за моего хозяина, надежду и оплот эльфов-домовиков! Бей Тёмного Лорда во имя отважного Регулуса! На битву!
Выросший рядом с ним будто из-под земли Добби вскричал не менее громко:
– И за великого Гарри Поттера! Ур-р-рра!!!
С горящими злобой личиками они рубили топорами и кололи ножами икры и щиколотки Пожирателей смерти. Куда ни глянь, Пожиратели смерти отступали, подавленные численным превосходством противника, сражаемые несущимися отовсюду заклятиями, стрелами из луков кентавров, корчась от втыкающихся в ноги ножей, напрасно пытаясь бежать под натиском всё прибывающей толпы. Многие из них уже лежали на полу, другие пытались пробиться к своему хозяину, но их обезоруживали и связывали, оглушали и насылали заклятия окаменения…
Драко, наконец, смог протиснуться в Большой зал. Там было совсем тесно – все, кто ещё мог держаться на ногах, рвались внутрь. Повсюду мелькали вспышки заклинаний, падали на пол сражённые тела, раздавались крики ликования и боли. Драко в полном отчаянии заозирался по сторонам, разыскивая в плотной толпе проблеск каштановых кудрей, но никак не мог разглядеть Гермиону среди сражающихся. Сердце колотилось у самого горла, лёгкие жгло от частого дыхания, в боку кололо. Резко вернулась головная боль, в глазах потемнело. Драко почувствовал толчок в плечо и едва успел отскочить в сторону, как рядом с ним рухнуло бесчувственное тело Яксли. Споткнувшись о чьи-то ноги, Драко с ужасом глянул вниз, подумав, что это был кто-то из погибших защитников, но нет. На полу распростёрся Долохов с остекленевшим взглядом на перекошенном лице. В следующее мгновение мимо Драко пронеслось чьё-то тело в чёрной мантии и с отвратительным хрустом врезалось в стену возле открытых дверей зала.
Драко почувствовал, что вот-вот потеряет сознание, и попытался пробиться к стоящим у стены столам. Неподалёку от него, сражённый заклинанием не то Аберфорта Дамблдора, не то Артура Уизли, упал Август Руквуд.
– Драко! – услышал он надрывный вскрик сквозь шум боя и заполняющий уши гул собственного пульса.
Обернувшись, он увидел продирающуюся сквозь толпу Нарциссу, и тут же на него обрушилось облегчение. Всхлипнув почти против воли, он бросился к матери. Та прижала его к своей груди и вместе с ним отодвинулась к стене, подальше от сражающихся, насколько это было возможно в такой давке.
– Мам… – с хрипом выдохнул Драко, дрожа с головы до ног. – Я видел отца. Я оттолкнул его… прости меня…
– Ничего, – на ухо ему пробормотала Нарцисса, резкими нервными движениями приглаживая его посеревшие от пыли и гари волосы. – Он… с ним всё будет в порядке…
– Ты не видела… – начал, было, Драко, но осёкся, понимая, что спрашивать Нарциссу о Гермионе не стоит. На удивление, мать вдруг ответила:
– Она вон там, – и указала в центр зала.
Драко поднял глаза и увидел Волдеморта, в ярости крушащего всё на своём пути. Он сражался разом с МакГонагалл, Слизнортом и Кингсли. С холодной ненавистью он смотрел, как они, пригибаясь, мечутся вокруг него и никак не могут нанести решающий удар… Рядом с ним Драко ожидал узреть Беллу, но та будто испарилась с самого момента смерти Северуса. В нескольких шагах от Волдеморта бился Фенрир Сивый, отражая атаки Джинни Уизли, Луны Лавгуд и Гермионы.
Увидев её в непосредственной близости от Тёмного Лорда, Драко на мгновение забыл, как дышать. Рванувшись из рук матери, он пробился к сражающимся, ещё не зная, что собирается делать. Он увидел, как зелёная вспышка заклинания мелькнула в дюйме от головы Джинни, и тут кто-то с силой оттолкнул его в сторону.
– Только не моя дочь, ты, мерзкое отродье!
Мимо него пронеслась Молли Уизли, на бегу сбрасывала мантию, освобождая руки. Сивый только сипло засмеялся при виде новой противницы.
– С ДОРОГИ! – крикнула Молли трём девушкам, выхватила палочку и бросилась в бой. На помощь ей поспешил Артур. Тут же рядом выросли Фред и Джордж, а с другой стороны появились Билл и Чарли.
Драко схватил Гермиону за локоть и оттащил в сторону от поединщиков. Возникший рядом с ними Рон ринулся вперёд, загородив собой Луну и спеша помочь родным.
– Наконец-то возмездие! – воскликнул Билл, бросаясь на Сивого, точно разъярённый дракон.
Трёх заклинаний оказалось достаточно, чтобы обезоружить и низвергнуть оборотня на пол. Всё семейство Уизли разом вскинуло палочки и совместным Оглушающим заклятьем вывело Сивого из строя.
Последний из присутствующих в зале Пожирателей смерти оказался повержен. Сотни зрителей стояли теперь вдоль стен, наблюдая за Волдемортом и его тремя противниками. Поняв, что остался один посреди толпы врагов, Тёмный Лорд пришёл в ярость. Его вырвавшаяся наружу магия взорвалась подобно магловской бомбе. Взрывной волной МакГонагал, Кингсли и Слизнорта отбросило в стороны; они отлетели, вертясь в воздухе, точно сухие листья. Волдеморт поднял палочку и направил её на семейство Уизли.
В то же мгновение раздался крик:
Протего! – и щитовые чары разделили Большой зал пополам. Волдеморт оглянулся в поисках пославшего их.
И тут посреди зала возник живой и невредимый Гарри Поттер.
Гермиона радостно вскрикнула и рванулась, было, к другу, но Драко удержал её. Удивлённые возгласы, крики с обеих сторон: «Гарри!» и «ОН ЖИВ!» – стихли почти мгновенно. Толпа испугалась. Внезапно наступила полная тишина. Волдеморт и Гарри, встретившись взглядом, одновременно начали двигаться по кругу.
– Пусть никто не пытается мне помочь, – громко сказал Гарри. В мёртвом молчании его слова раскатились по Залу, как трубный глас. – Так нужно. Нужно, чтобы это сделал я.
Волдеморт зашипел, расширив красные глаза:
– Поттер, конечно, шутит. Это ведь совсем не в его стиле. Кто сегодня послужит тебе щитом, а, Поттер?
– Никто, – просто ответил Гарри. – Крестражей больше нет. Остались только я и ты. Ни один из нас не может жить, пока жив другой, и один из нас должен уйти навсегда…
– Один из нас? – насмешливо повторил Волдеморт. Всё его тело напряглось, взгляд красных глаз стал неподвижным – змея перед броском. – Ты ведь понимаешь, что это будешь ты, Мальчик, Который Выжил благодаря случайности и козням Дамблдора?
– Ты думаешь, когда моя мать погибла, спасая меня, это была случайность? – спросил Гарри. Оба они по-прежнему двигались боком, по идеальной окружности, сохраняя равное расстояние друг от друга. – Ты думаешь, случайность, что я решился сразиться с тобой тогда на кладбище? Случайность, что минувшей ночью я не стал защищаться и всё же остался жив и снова вернулся в битву?
Случайность! — крикнул Волдеморт, однако всё ещё не наносил удара. Толпа зрителей застыла, словно окаменев, и казалось, что среди сотен людей, заполнивших Большой зал, дышат только эти двое. – Случайность, везение и то, что ты увиливал и прятался за спинами тех, кто лучше тебя – мужчин и женщин, – позволяя мне убивать их вместо тебя!
– Сегодня ты никого больше не убьёшь, – сказал Гарри, пока они продолжали кружить по Залу, глядя друг другу в глаза. – Ты никогда больше не сможешь никого из них убить. Понял? Я готов был умереть, чтобы ты прекратил мучить этих людей…
– Однако не умер!
– Я был готов, и этого оказалось достаточно. Я сделал то же, что моя мать. Они защищены от тебя. Разве ты не заметил, как легко они сбрасывают твои заклятия? Ты не можешь их мучить. Ты не можешь до них добраться. Не пора ли тебе учиться на ошибках, а, Риддл?
Ты посмел
– Да, я посмел, – ответил Гарри. – Я знаю многое, чего ты не знаешь, Том Риддл. Много очень важных вещей, тебе неизвестных. Хочешь, я расскажу тебе часть из них, пока ты не сделал новую большую ошибку?
Волдеморт ничего не ответил, продолжая скользить по кругу. Даже призрачная возможность того, что Гарри и в самом деле знает последнюю тайну, удерживала его от удара…
– Что, опять любовь? – сказал Волдеморт с насмешливым выражением на змеином лице. – Любовь, вечная присказка Дамблдора: он утверждал, что она побеждает смерть. Хотя любовь не помешала ему сверзиться с башни и разбиться, как восковая кукла. Любовь не помешала мне раздавить твою грязнокровку-мать, как таракана, Поттер, и, похоже, никто здесь не пылает к тебе такой любовью, чтобы броситься вперёд и принять на себя моё заклятие. Так что же помешает тебе погибнуть, когда я ударю?
– Только одно, – сказал Гарри. Они продолжали кружить друг за другом, и лишь последняя тайна не давала им сойтись в схватке.
– Если не любовь должна спасти тебя на этот раз, – сказал Волдеморт, – то, значит, ты думаешь, что владеешь волшебством, которое мне недоступно, или обладаешь более мощным оружием?
– И то и другое, – сказал Гарри. На змеином лице Волдеморта мелькнул панический страх, хотя оно тут же приняло прежнее выражение.
Волдеморт рассмеялся; его смех звучал страшнее, чем крик. Холодный и безумный, он эхом разнёсся по замершему залу.
Внутри у Драко всё похолодело. Он увидел тёмную тень, скользящую по кругу за спинами Гарри и Волдеморта. Тень была расплывчатой и нечёткой, но Драко сразу узнал её, и чувства ужаса и беспомощности накрыли его с головой. Он неосознанно сжал руку Гермионы в своей, заставив девушку встревоженно взглянуть на него.
– И ты думаешь, что знаешь неизвестное мне волшебство? – между тем продолжал Тёмный Лорд. – Неизвестное мне, лорду Волдеморту, владеющему такими чарами, какие Дамблдору и не снились?
– Сниться они ему снились, – сказал Гарри, – но только он знал больше тебя, он знал достаточно, чтобы не делать того, что сделал ты.
– Ты хочешь сказать, что он был слаб! – воскликнул Волдеморт. – Слишком слаб, чтобы дерзнуть, слишком слаб, чтобы протянуть руку за тем, что могло бы принадлежать ему, но достанется мне!
– Нет, он был просто умнее тебя, – ответил Гарри. – Он был лучшим волшебником, чем ты, и лучшим человеком.
– Я подстроил гибель Альбуса Дамблдора!
– Это тебе так казалось, – сказал Гарри. – Но ты ошибался.
– Дамблдор мёртв! – Волдеморт швырнул эти слова в лицо Гарри, словно надеясь причинить ему невыносимую боль. – Его тело разлагается в мраморной гробнице здесь, возле замка, я видел его, Поттер, – для него нет возврата.
– Да, Дамблдор мёртв, – спокойно откликнулся Гарри. – Но не ты убил его. Он сам выбрал свою смерть, выбрал её задолго до того, как это случилось, обговорил её заранее с человеком, которого ты считал своим слугой.
– Снейп, – протянул Волдеморт с сарказмом, по-прежнему не нанося удара и не сводя с лица Гарри своих красных глаз. – Что ж, он тоже получил по заслугам. Теперь не имеет значения, кому он служил по-настоящему, или какие палки они пытались ставить мне в колёса! Я раздавил их, раздавил каждого, кто посмел встать на моём пути! О, здесь всё было не зря, Поттер, просто ты этого не понимаешь! Дамблдор пытался не подпустить меня к Бузинной палочке! Он хотел, чтобы её настоящим хозяином стал Снейп! Но я опередил тебя, малыш, – я добрался до палочки раньше, чем ты успел ею завладеть. Я всё понял раньше тебя. Северус Снейп мёртв, я убил его! И теперь Бузинная палочка, Жезл Смерти, Смертоносная палочка по праву принадлежит мне! План Дамблдора не удался, Гарри Поттер!
– Да, не удался, – сказал Гарри. – Ты прав. Но прежде чем ты попытаешься меня убить, я призываю тебя подумать о том, что ты сделал… Подумай и попытайся почувствовать хоть немного раскаяния, Риддл…
– О чём это ты?
Ничто из того, что говорил ему Гарри – ни разоблачённые тайны, ни насмешки, – не поражало Волдеморта так, как эти слова. Его зрачки сузились в тонкие щёлочки, а кожа вокруг глаз побелела.
– Это твой последний шанс, – сказал Гарри. – Всё, что тебе остаётся… Я видел, во что ты иначе превратишься… будь мужчиной… попытайся… попытайся раскаяться…
– Ты посмел… – снова сказал Волдеморт.
– Да, я посмел, – ответил Гарри. – Потому что провал последнего плана Дамблдора ударил вовсе не по мне. Он ударил по тебе, Риддл.
Рука Волдеморта, сжимавшая Бузинную палочку, задрожала. Драко заметил, как призрак, скользивший позади Гарри и Лорда, вдруг на мгновение исчез, а затем проявился во плоти прямо в центе образованного толпой круга. Сердце пропустило удар, когда Драко понял, что сейчас произойдёт.
– Хватит! – воскликнул Волдеморт. – Хватит детских россказней! Какой бы коварный план ни задумали эти жалкие людишки, это ничего не меняет! Бузинная палочка у меня, а ты считай что безоружен! Наш поединок решит чистое умение.
– Тогда давай закончим это сейчас, Том! – отозвался Гарри с дрожью в голосе. – Так же, как начали – вместе!
Красно-золотое сияние внезапно разлилось по зачарованному потолку над их головами: это ослепительный краешек восходящего солнца проник в Большой зал через восточное окно. Свет ударил им в глаза одновременно, так что лицо Волдеморта вдруг превратилось в пылающее пятно. В тот же миг раздалось два яростных вскрика:
Авада Кедавра!
Экспеллиармус!
Хлопок был подобен пушечному выстрелу. Золотое пламя взвилось в самом центре круга, по которому они двигались, – это столкнулись их заклятия. Зелёная вспышка Волдеморта слилась с алым лучом Поттера; вслед за этим Бузинная палочка взмыла ввысь, чернея на фоне рассвета, закружилась под зачарованным потолком, точно голова Нагайны, и пронеслась по воздуху прямо в руки к Поттеру. Гарри, тренированный ловец, поймал её свободной рукой – и в ту же минуту Волдеморт упал навзничь, раскинув руки, и узкие зрачки его красных глаз закатились. Тёмный Лорд погиб, убитый собственным обратившимся вспять заклятием. Призрак Смерти в чёрной струящейся мантии провёл белыми пальцами по лицу Тома Риддла и, бросив последний взгляд на Драко Малфоя, растворился в золотом сиянии рассвета.
Какое-то мгновение вокруг ещё стояла тишина. Потом зал очнулся и взорвался шумом, криками, восклицаниями и стонами. Ослепительное солнце залило окна, все рванулись к Гарри, и первыми к нему подбежали Рон и Гермиона; это их руки обвивали его, их громкие голоса наполняли звоном уши. Потом рядом возникли Джинни, Невилл и Луна, а потом всё семейство Уизли, Хагрид, Кингсли, МакГонагалл, Флитвик, Спраут – Гарри не мог разобрать ни слова из того, что все разом кричали ему, не мог понять, чьи руки обнимают, тянут, толкают его; сотни людей теснились к нему, желая прикоснуться к Мальчику, Который Выжил, благодаря которому всё наконец кончилось…
А затем к «Золотому трио» протиснулся Драко. Увидев его живым, Гарри заулыбался во весь рот и протянул руки. Когда Малфой и Поттер крепко обнялись, все остальные на несколько мгновений застыли в недоумении.
– Ничего себе, – пробормотал Джордж Уизли с выпученными глазами.
– Ты выжил! – не обращая внимания ни на кого из присутствующих, воскликнул Драко с восторгом. – Чёртов очкарик, ты жив! Я был готов ставить сотню галеонов, что Лорд убьёт тебя!
– И проиграл бы, – усмехнулся Гарри, хлопнув Драко по плечу. – Ты тоже выглядишь куда бодрее, чем в нашу последнюю встречу.
– Мне помогли, – уклончиво ответил Драко.
– Мне – тоже, – кивнул Гарри.
– Ура Гарри Поттеру! – невпопад воскликнул Добби, но все вдруг подхватили, словно очнувшись.
Гарри, Рона, Гермиону и Драко снова окружили. Отовсюду слышались поздравительные речи, радостные возгласы и сочувственные вздохи. Солнце заливало Большой зал, свет изгонял остатки ночной тьмы из замка. Драко казалось, что вместе с Большим залом свет заполняет все его внутренности до самого дальнего крохотного уголка. Он почти поверил в то, что всё закончилось, и теперь он сможет быть, наконец, счастливым.
Гермиона нырнула под его правую руку, обхватила его за талию, прижавшись к нему всем телом. Драко блаженно улыбнулся и обнял её в ответ. Рон незаметно скрылся в толпе, видимо, в поисках Луны. Гарри тоже оттёрли от них, увели в сторону, все хотели, чтобы их лидер и знамя, спаситель и вождь был сейчас с ними. Он должен был говорить с родственниками погибших, пожимать их руки, глядеть на их слёзы, принимать их благодарности. Драко решил оставить геройскую участь герою и побыть, наконец, с Гермионой наедине. Ему о стольком нужно было с ней поговорить! Столько нужно было рассказать… Больше всего прочего его терзал вопрос о смертельном договоре. Если Смерть покинула замок, значит ли это, что Драко больше ей ничего не должен? Или ему всё равно придётся исполнить назначенное и убить невинного человека? Об этом страшно было даже думать. События сегодняшней ночи чётко и ясно доказали Драко простую истину: он не способен на убийство. Как с этим быть – он не имел ни малейшего понятия. Может быть, Гермиона сможет помочь ему и подскажет хоть какой-нибудь выход?..
Выбравшись из толпы, они остановились у открытых дверей зала и несколько минут стояли, просто держа друг друга за руки и глядя глаза в глаза.
Наконец, Гермиона тихо произнесла:
– Вот и всё.
Драко непонимающе поднял бровь.
– Мы победили, – Гермиона осторожно улыбнулась. – Волдеморт мёртв. Война окончена.
– Да, – кивнул Драко. – Только не для меня.
Гермиона мгновенно нахмурилась.
– Что? О чём ты?
Драко не успел ответить: подняв взгляд, он увидел направляющихся к ним Нарциссу и Люциуса. Оба выглядели подавленными и смущёнными, будто сомневались, что им позволено здесь находиться. Драко вздрогнул и на мгновение отстранился от Гермионы, но тут же снова прижал её к себе, гордо вздёрнув подбородок. Она посмотрела на него с недоумением, а затем довольно усмехнулась.
Подойдя к Драко, родители остановились в паре шагов от него. Все трое несколько мгновений смотрели друг на друга со странным выражением. Тяжело сглотнув, Драко сказал:
– Мам… Мама, Люциус… Я… кхм… позвольте мне… Позвольте представить вам мою… это… в общем, это моя…
– Гермиона Грейнджер, – пришла ему на выручку Гермиона. – С мистером Малфоем мы уже знакомы.
Люциус скользнул по ней невидящим взглядом. Он словно находился мыслями где-то в другом месте и был совершенно отстранён от происходящего. Нарцисса же сдержанно кивнула.
– Рада познакомиться с вами, миссис Малфой, – выдавила Гермиона и неуверенно улыбнулась.
Нарцисса едва заметно дёрнула уголком губ, что должно быть, означало благосклонную ответную улыбку, и, запинаясь, спросила:
– Как… как там… ваш… как там Антарес?
Гермиона удивлённо округлила глаза и перевела недоумевающий взгляд с Нарциссы на Драко и обратно, прежде чем ответить:
– С ним всё в порядке, спасибо…
В это время в зале началось всеобщее движение. Профессоры Слизнорт и Флитвик со всей осторожностью переместили тела убитых в комнату за Большим залом, а Роланда Хуч и Августа Лонгботтом занялись отправкой сов и патронусов тем, кого следовало немедленно известить о победе или о гибели близких. Мадам Помфри с несколькими помощниками организовали подобие полевого госпиталя на возвышении, где раньше стоял преподавательский стол, и принялись исцелять раненых. Профессор МакГонагалл вернула на место столы факультетов и пригласила всех присутствующих усесться за ними. Оставшихся в живых Пожирателей смерти обезоружили, связали и оставили под присмотром Чарли Уизли и Аберфорта Дамблдора в дальнем углу, однако не было уверенности, что все они пойманы. Кингсли Шеклболт лично левитировал труп Волдеморта прочь из Большого зала в коридор. Гарри шёл рядом, будто хотел удостовериться в окончательной и бесповоротной смерти своего старого врага. Проходя мимо Малфоев, Гарри ободряюще улыбнулся Драко.
– Нужно осмотреть школу и прилегающую территорию, – сказал Кингсли. – Кто-нибудь из Пожирателей наверняка попытался скрыться. Возможно, кто-то ещё остался в замке.
– Мы найдём их, – отозвался Гарри. – Не беспокойтесь.
– Я должен немедленно отбыть в министерство, – продолжил Кингсли. – Здесь моя помощь уже не требуется. Нужно объявить сбежавших Пожирателей в розыск и как можно скорее организовать помещение в Азкабан всех участвовавших в захвате Хогвартса до предварительного слушания суда. Это может занять пару часов. Присмотрите за ними.
– Конечно, – кивнул Гарри. – Спасибо. За всё.
Кингсли с улыбкой похлопал Гарри по плечу и направился к развороченным дверям замка, чтобы трансгрессировать за его территорией.
Гарри, наконец, смог найти минуту, чтобы подойти к Гермионе и Драко, однако прежде всего обратился к Нарциссе, чем немало удивил и её, и остальных:
– Спасибо, миссис Малфой.
Нарцисса побледнела и, поджав губы, сдержано кивнула.
– Вы очень помогли мне сегодня, – добавил Гарри.
– Нас тоже поместят в Азкабан? – сухо спросил младший Малфой, не глядя на Поттера.
– Нет, – покачал головой Гарри. – Я не допущу этого.
– Но суда нам всё равно не избежать, – заметил Драко.
– К сожалению, да. На это я повлиять не в силах, – вздохнул Гарри. – Но я могу повлиять на исход слушания, если слово Избранного Мальчика, который дважды победил Волдеморта, хоть что-то значит в мире волшебников.
Драко криво усмехнулся, глянув Поттеру в глаза, и вдруг смертельно побледнел, переведя взгляд Гарри за плечо. По главной лестнице замка, усыпанной осколками камня и пылью, поднимался высокий чёрный призрак в капюшоне.
Гарри резко обернулся, вскидывая волшебную палочку. Коридор был пуст.
– Что? – с тревогой спросил он. – Что ты там увидел?
– Ничего, – с дрожью в голосе выдохнул Драко, покачав головой.
В это мгновение с галереи над холлом раздался хлопок, и сквозь разбитое окно в спину Кингсли, шагающего по двору замка, полетело заклинание. Споткнувшись, Шеклболт упал на землю.
Гарри, Гермиона и Драко замерли с выражением ужаса на лицах. К ним подскочил встревоженный Рон.
– Что это?! – завопил он.
– Пожиратели! – в ответ крикнул Гарри. – Кто-то из них всё ещё в школе! – и, не раздумывая, кинулся к лестнице.
– Гарри, стой! – закричала Гермиона. – Это опасно!
– Пусть мракоборцы с ними разбираются! – подхватил Рон.
Гарри остановился и обернулся к друзьям. На его лице было написано искреннее недоумение и обида.
– Вы… вы же не думаете, что я в самом деле позволю кому-нибудь умирать за меня?!
Яростно сверкнув зелёными глазами из-под круглых стёкол очков, Гарри перехватил покрепче Бузинную палочку и бросился по лестнице наверх в поисках скрывающихся Пожирателей смерти. Рон и Гермиона, не сговариваясь, рванули следом за ним.
Нарцисса вцепилась в руку сына и с мольбой в голосе вскрикнула:
– Драко! Нет!
– Прости, мам, – чуть слышно шепнул Драко, глянув матери в глаза, – я должен. – И, вырвав руку из ладоней Нарциссы, побежал догонять умчавшихся гриффиндорцев.
Он поравнялся с ними на площадке второго этажа.
– Где они могут быть?! – тяжело дыша, выкрикнул Драко.
– Не знаю, – откликнулся Гарри. – Кажется, я слышал топот на лестнице этажом выше.
– Нужно предупредить остальных! – воскликнула Гермиона. – Экспекто патронум!
В воздухе тут же замерцала её серебристая выдра.
– Беги в Большой зал, предупреди профессора МакГонагалл, что в школе остался кто-то из Пожирателей смерти, они скрываются на верхних этажах, и мы ищем их, чтобы обезвредить.
Зверёк внимательно выслушал и нырнул прямо сквозь пол, спеша передать послание.
Тут над их головами раздался новый хлопок, за ним последовал взрыв, и лестницу окутало облако пыли.
– Бежим! – крикнул Рон.
Все вместе ребята бросились по лестнице наверх, держа палочки наготове.
– Как ты смог одолеть Лорда? – вдруг спросил Драко, поравнявшись с Поттером.
Тот окинул слизеринца непонимающим взглядом.
– Ты же видел, – пожав плечами, ответил Гарри. – Его заклинание ударило по нему самому.
– Я не знаю, что именно я видел, – возразил Драко. – Почему Бузинная палочка обратила заклинание против своего хозяина?
– Потому что он не был её хозяином, – усмехнулся Гарри, круто развернувшись на очередной площадке, чтобы сменить направление: лестницы, ведущие наверх, застыли на полпути к площадкам, попасть на верхние этажи теперь было возможно только по боковым проходам в коридорах.
– Всё равно не понимаю, – догнав Поттера, снова затеял разговор Драко. – Палочка не подчинялась Лорду полностью, потому что он не был её хозяином, но почему она не стала выполнять его приказы? Палочка Беллатрикс тоже плохо слушалась меня, но все заклинания воспроизводила исправно!
– Она не стала меня убивать, потому что я – её настоящий хозяин, – отозвался Гарри.
Драко на секунду остановился, поражённый этим признанием.
– Что?!
– Хочешь удивиться ещё сильнее? Ты тоже был её хозяином, – добавил Гарри, с довольной улыбкой глядя на вытягивающееся лицо Драко.
– Как?! Когда?!
– Это долго объяснять, – отмахнулся Поттер. – Давай поговорим об этом после того, как очистим замок от Пожирателей.
Нагнавшие их Рон и Гермиона остановились, тяжело дыша.
– Куда дальше? – пропыхтела Гермиона, отбрасывая волосы со вспотевшего лба.
Гарри прислушался. Через пару мгновений тишину нарушили слабые хлопки, по-прежнему доносящиеся с верхних этажей.
– Похоже, они пытаются трансгрессировать или… я даже не знаю, что… – пробормотал Гарри.
– Вперёд! – воскликнул Драко и понёсся по коридору к лестнице.
– Ну и времечко настало! – задыхаясь от бега, прохрипел Рон. – Волдеморта больше нет, Малфой на нашей стороне, перемещается во времени, спасает наших друзей, да еще и в папаши заделался!
– Помолчи, Рон, – смущенно выпалила Гермиона. – Посмотрим, как у вас с Луной всё сложится!
– Никогда не думал, что подниматься бегом по лестнице – такая мýка! – пропыхтел взмокший Гарри.
– Похоже, плохо ты в последнее время тренировался, Поттер! – съязвил Драко, обгоняя Гарри на повороте.
– Эй! – азартно воскликнул Гарри. – Смотри, как бы я не надрал тебе задницу!
– Что за манеры, Поттер?! – засмеялся Драко. – У нас же перемирие!
– Это не помешает мне снова тебя обставить, Малфой!
– Брось, Поттер, мы же с тобой знаем, что на самом деле я круче всех!
Гермиона улыбнулась, чувствуя, что счастлива слышать его голос. Просто слышать и знать, что, как только они разберутся с последствиями Войны, как только с Малфоев будут сняты все обвинения, а магическое общество примет и простит их, её Драко будет с ней и с их маленьким Антаресом, и теперь уже навсегда…
– Догони меня, Поттер! – воскликнул Драко задорно и выскочил в коридор верхнего этажа, упиравшийся в ту самую стену, в которой открывалась дверь в выручай-комнату. До боли знакомый коридор.
Гермиона почувствовала, как сжалось от воспоминаний всё её существо. На глаза навернулись слёзы. Наконец-то они могут ничего не скрывать! Наконец-то они смогут быть счастливы, не оглядываясь ни на кого и ни на что. Осталось совсем чуть-чуть. Обезвредить Пожирателей. Разрушить Магический Контракт. И тогда, тогда…
– О, мой милый племянничек! – раздался визгливый голос из-за поворота коридора.
Внутри у Гермионы все похолодело – она узнала голос Беллатрикс Лестрейндж.
– Защитник грязнокровок, мерзкий предатель! Авада Кедавра!
Коридор на мгновение осветила зелёная вспышка заклинания. Драко, бежавший впереди всех, вдруг оступился, словно натолкнулся на преграду, а затем медленно, невероятно медленно, будто в киносъёмке, начал падать навзничь. Гарри успел подхватить его прежде, чем он упал на каменный пол коридора. Гарри закричал что-то, затряс Малфоя. Рон, побледневший, как смерть, вскинул палочку и кинулся по коридору вслед за окончательно обезумевшей Беллатрикс. Он тоже что-то кричал.
Гермиона не слышала их. И почти не видела того, что происходит вокруг. Она рухнула на пол рядом с Гарри и осторожно положила голову Драко к себе на колени. Он будто спал, только глаза были открыты. Гермиона улыбнулась и прошептала:
– Ты меня разыгрываешь, Драко…
Гарри дрожащей рукой обнял подругу за плечи. Он что-то говорил, нет, он кричал что-то, его слова тонули в гулкой пустоте, наполнившей голову Гермионы. Она не слышала ничего.
– Почему ты не отвечаешь? – спросила она тихо, поглаживая Драко по светлым волосам. – Гарри, почему он не отвечает? Гарри, что с ним? – голос её поднялся до истерического крика. – Гарри! Что происходит?! Помоги ему, Гарри! – Безумным взглядом Гермиона впилась в глаза друга. – Помоги!!! Гарри, почему он не отвечает?! Драко! Ответь, Драко! Ты меня слышишь?! ДРАКО!!! ГАРРИ, ПОМОГИ!!!
Схватив Гарри за воротник куртки, она с силой затрясла его. Он был бледен и кричал, пытаясь пробиться к помутившемуся сознанию подруги. Наконец, словно сквозь плотную вату, до Гермионы донёсся его надорванный, полный отчаяния голос:
– Он мёртв! Гермиона! Ты слышишь? Он мёртв!
– Нет, – замотала головой Гермиона. – Нет, Гарри, это не так! Этого не может быть… это не так… ты лжёшь мне! Гарри, скажи, что это неправда! Это ложь! Гарри, не лги мне!!!
– Гермиона! – по щекам Гарри текли слёзы. – Я не лгу! Она убила его, Лестрейндж убила его! Смертельное проклятье! Он мёртв! Прости, Гермиона! Прости!.. Это должен был быть я…
– Ты лжёшь… – уронив руки, глухо простонала Гермиона в последний раз.
Мир вокруг покрылся зыбкой пеленой, стал серым и размытым, а затем провалился в бесконечную, безжалостную черноту.

Буду рада вашим отзывам здесь и на ФОРУМЕ.


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/200-15484
Категория: Фанфики по другим произведениям | Добавил: Shantanel (21.03.2021) | Автор: RaBbit
Просмотров: 170 | Комментарии: 1


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Всего комментариев: 1
0
1 sova-1010   (21.03.2021 23:08) [Материал]
Ох... Ну вот... cry
Хотя, м.б. Драко сможет вернуться, как и Гарри? А сейчас есть и невинная жертва и контракт с Асторией уже расторгнут. Он же умер...