Мир перестает вращаться перед ней как-то лениво и чересчур медленно, так что, открыв глаза, она все еще видит, как крутится пол, меняясь местами с потолком. Совершенно непонятно, что происходит, но, очевидно, боль в затылке является следствием всего этого хаоса. Она моргает несколько раз, жмурится и, наконец, выстраивает на место верх и низ. Все выглядит как-то странно, даже если не учитывать ракурс: она лежит на полу, повернув голову в сторону, и видит все повернутым на девяносто градусов. Но что-то смотрится совершенно не так, даже исключая поворот.
Леда садится, приводя в порядок ориентацию, и находит себя в подозрительно низенькой и теплой комнате, насквозь пропитанной солнечным светом. У комнаты покатые своды, плавно переходящие в стены, вдоль которых расставлено миллион разных предметов мебели, но каких-то... приземистых. Стульчики на коротких ножках, стол - на таких же коротких и толстеньких, а еще дальше, в круглом проеме в стене видна кровать, широкая и пухлая от многочисленных пледов и перин. И везде книги, блюда со странными фруктами, пуфики, коврики, статуэтки на подоконниках у круглых окошек.
Все кажется игрушечным и ненастоящим, словно она попала в дом Юльтомтэна* летом. Только это не деревня Томтэн, уж точно.
Леда пытается встать на ноги, запинается об ножку стульчика и снова падает, только теперь на колени, и те сразу же начинают саднить - кожу даже под джинсами свозит о шероховатую плитку. Она чертыхается, громкий голос разносится чуть слышным эхо по непонятному жилищу, и откуда-то издали звучит в ответ вопросительный вздох. Леда снова встает, вытирает коленки джинсов и поднимает голову, чтобы столкнуться с неизвестно как подкравшимся... гномом? Человечек чуть ниже ее ростом с кучерявой большой головой и странно изогнутыми ушами смотрит на нее с таким удивлением, что Леде самой кажется странным не его появление здесь, а ее собственное.
- Простите, вы ко мне по делу?
Гном - не гном, явно! - несколько раз осматривает ее с головы до ног, а потом скрещивает на груди руки, и Леда видит его опрятную одежду под стать всему дому, а еще жутко-жутко волосатые ноги.
Подозрения закрадываются ей в голову прежде, чем она успевает ответить на его вопрос, и вместо этого Леда поднимает руку, указывает на недогнома пальцем и припечатывает:
- Хоббит.
Тот несколько раз оторопело моргает, отступает на шаг назад, снова оценивает ее сверху вниз, снизу вверх, и затем недоверчиво кивает.
- К вашим услугам, хоббит Бильбо Бэггинс.
Леда тоже кивает. Потому что поверить в это никак нельзя, не получается. Она склоняется к хоббиту, хмурится, глядя в его широко распахнутые голубые глаза, и точно так же скрещивает на груди руки.
- Не смешно, - выносит Леда вердикт и выпрямляется, сердитым выдохом смахивая со лба прядь волос. Хоббит кажется сбитым с толку, но ей самой, увы, не до его настроений.
- Никто не смеется, мисс... Мисс... - он упрямо пытается добиться от нее ответа, но Леда молчит, все еще смеривая недорослика хмурым взглядом. У хоббита чересчур кучерявые волосы, чересчур волосатые широкие ступни, чересчур подвижный нос, которым он постоянно воротит то ли от ее вида, то ли от невежества.
И весь этот хоббит тоже чересчур. Точка.
Леда выдыхает - видимо, ждать, что все это недоразумение само по себе испарится, уже поздно - и, наконец, кивает ему более приветливо. Хотя и с некоторым недоверием.
- Меня зовут Леда. А теперь прекрати шутить и скажи, что это не Средиземье.

Юльтомтэн - шведский Дед Мороз. Леда - шведка.