Форма входа

Категории раздела
Творчество по Сумеречной саге [264]
Общее [1699]
Из жизни актеров [1639]
Мини-фанфики [2734]
Кроссовер [703]
Конкурсные работы [6]
Конкурсные работы (НЦ) [0]
Свободное творчество [4864]
Продолжение по Сумеречной саге [1266]
Стихи [2403]
Все люди [15290]
Отдельные персонажи [1455]
Наши переводы [14646]
Альтернатива [9132]
СЛЭШ и НЦ [9112]
При входе в данный раздел, Вы подтверждаете, что Вам исполнилось 18 лет. В противном случае Вы обязаны немедленно покинуть этот раздел сайта.
Рецензии [155]
Литературные дуэли [108]
Литературные дуэли (НЦ) [6]
Фанфики по другим произведениям [4505]
Правописание [3]
Реклама в мини-чате [2]
Горячие новости
Top Latest News
Галерея
Фотография 1
Фотография 2
Фотография 3
Фотография 4
Фотография 5
Фотография 6
Фотография 7
Фотография 8
Фотография 9

Набор в команду сайта
Наши конкурсы
Конкурсные фанфики

Важно
Фанфикшн

Новинки фанфикшена


Топ новых глав апрель

Обсуждаемое сейчас
Поиск
 


Мини-чат
Просьбы об активации глав в мини-чате запрещены!
Реклама фиков

Back in the past/Возвращение в прошлое
Действия происходят в конце Рассвета. Представим, что Волтури убили почти всех Калленов. Оставшиеся в живых, страдают и ситуация кажется безысходной. Но потом появляется шанс соединить семью вновь, но только при одном условии. Эдвард должен вернуться обратно в прошлое, где ему вновь предстоит бороться за Сердце Беллы, так как она его не помнит. Получится ли у него вновь завоевать её?

Осторожно, двери закрываются!
Белла чувствует себя сталкером, наблюдая за горячим парнем, который каждый вечер садится в поезде напротив неё. Но что произойдет, когда она узнает, что он тоже не сводит с неё глаз? Езда на поезде ещё никогда не была такой интересной!

Снежная соната
— Белла! — сделал он шаг вперёд, готовясь вымаливать прощение.
— Белла? — удивлённо переспросила она: — Тут только я. — Не проявляя ни одной эмоции, которые Эдвард готовился увидеть, она отряхнула снег с ладоней и протянула правую руку для рукопожатия. — Вы обознались. Меня зовут Иза.
Альтернатива Новолуния.

Башмачок
Раз в крещенский вечерок
Девушки гадали:
За ворота башмачок,
Сняв с ноги, бросали.
Маленькая зарисовка о гаданиях Анны.

Краски вне линий / Coloring outside the lines
Да, это - продолжение "Красной Линии", наконец! Эдвард и его семья начинают новую жизнь в Вайоминге и это не будет легко. Сможет ли Эдвард оставить свое прошлое позади и начать все сначала, будучи отцом, любимым и ковбоем?

Перстень Зимы
Не бери чужого, счастья оно тебе не принесет.

Основы пикапа от Эдварда
Мог бы новый день в школе стать ещё хуже, чем предполагалось? Оказалось, что да.

Вечность - проклятие или подарок?
Эдвард считает бессмертие проклятием. Разве может что-то поколебать его веру? Возможно, новая встреча заставит его усомниться в том, что он прав…



А вы знаете?

вы можете рассказать о себе и своих произведениях немного больше, создав Личную Страничку на сайте? Правила публикации читайте в специальной ТЕМЕ.

А вы знаете, что в ЭТОЙ теме вы можете увидеть рекомендации к прочтению фанфиков от бывалых пользователей сайта?

Рекомендуем прочитать


Наш опрос
Что на сайте привлекает вас больше всего?
1. Тут лучший отечественный фанфикшен
2. Тут самые захватывающие переводы
3. Тут высокий уровень грамотности
4. Тут самые адекватные новости
5. Тут самые преданные друзья
6. Тут много интересных конкурсов
7. Тут много кружков/клубов по интересам
Всего ответов: 537
Мы в социальных сетях
Мы в Контакте Мы на Twitter Мы на odnoklassniki.ru
Группы пользователей

Администраторы ~ Модераторы
Кураторы разделов ~ Закаленные
Журналисты ~ Переводчики
Обозреватели ~ Художники
Sound & Video ~ Elite Translators
РедКоллегия ~ Write-up
PR campaign ~ Delivery
Проверенные ~ Пользователи
Новички

QR-код PDA-версии



Хостинг изображений



Главная » Статьи » Фанфикшн » Мини-фанфики

Тайна хрустального озера

2021-10-22
21
0
Тайна хрустального озера


Категория: Авторские истории. Сумеречная Сага
Номер обложки: 21
Бета: -
Жанр: романтика, ангст, мистика
Рейтинг: PG-13
Пейринг: Элис/Джаспер, Эдвард/Белла

Саммари: Он пропал бесследно. Горы забрали его навсегда. Хрустальные озёра хранят его образ в тёмной глубине. Эхо его голоса ветром разносится под сводами таинственных пещер. И только в её сердце он живёт до сих пор, словно исчез лишь вчера и вот-вот вернётся. Сможет ли она проститься с ним, если пройдёт его путь от начала и до конца? Раскроет ли в дороге истинную причину его загадочного исчезновения?




Оповещение о новом письме пришло, когда я дописывала статью по эволюции индейского костюма для одного из исторических журналов. Эта тема меня всегда интересовала, будучи не только связанной с моей основной специализацией – историей Доколумбовой Америки, но и с увлечением модой различных эпох. Однако уже несколько лет у меня не находилось моральных сил для необходимой глубины погружения в предмет. Времени хватало с избытком, но вдохновение пропало, потому я возилась долго, то и дело прерываясь и отвлекаясь.

Имя отправителя было знакомым и вызвало всплеск душевной боли: Шарлотта Норвик – инструктор по туризму и давняя подруга Джаспера, моего парня, исчезнувшего полтора года назад в Калифорнии, в предгорьях Шасты. Он отправился туда зимой, мечтая одолеть непроходимый маршрут и покорить заветную снежную вершину Хотлема, но так и не вернулся. Никто не понял, что произошло: вечером накануне Джаспер устроился на ночлег в палатке, как и другие двенадцать любителей экстремальных путешествий, а наутро его уже с ними не было. Следов вокруг стоянки – тоже, за ночь их полностью замело снегом.

Поисковая служба не смогла пролить свет на загадочное исчезновение профессионального туриста – тело не обнаружили ни зимой, ни весной, когда снег сошел. Но, с большой долей вероятности, он погиб, провалившись в одну из множества расщелин, невидимых под снегом, где его тело лежит до сих пор, изъеденное дикими животными.

Тяжело вздохнув, я попыталась взять себя в руки и не расплакаться от боли утраты, вновь накатившей горькой волной. Прошло полтора года, но я все еще не оправилась после потери возлюбленного. До сих пор носила подаренное им кольцо. Его вещи все еще висели в шкафу, мужские принадлежности занимали места на полках в жилой и ванной комнате – рука не поднималась выбросить их или убрать, хотя прошло уже достаточно времени, чтобы смириться со смертью.

Я игнорировала письма от его друзей до этих самых пор: мне было слишком больно повторять историю его исчезновения и принимать слова сочувствия. Вначале я просто не хотела верить в его гибель, ведь это был Джаспер Уитлок, умеющий выживать в дикой природе! Я несколько раз моталась в Калифорнию, убеждая спасательную службу продолжить поиски, потом терзала знакомых в попытке найти нужных людей, которые бы организовали поиски заново – я была уверена в том, что их провели халатно!

Через полгода я сдалась. Любое упоминание о бывшем вызывало слезы и на часы выбивало из жизненной колеи. Я сидела дома сутками напролет, не поднимая телефонной трубки и игнорируя звонки в дверь. Но время неумолимо, и мне пришлось взять себя в руки. Спустя полтора года я не только заново погрузилась в работу, но даже иногда начала встречаться с друзьями, куда-то выбираться вечерами из дома. А также отвечать на вопросы людей, интересующихся судьбой Джаспера, внезапно пропавшего из всех соцсетей.

Письма от Шарлотты Норвик уже приходили на мою почту, но только сейчас я решилась их открыть. От эмоциональных соболезнований и приглашений на символическую церемонию прощания – захоронение пустого гроба, где я так и не появилась – подруга Джаспера быстро перешла к делу: в нашем гараже томилась одолженная некогда моторная лодка, которую Шарлотта хотела бы забрать, а также оборудование для глубоководных погружений. Недешевое удовольствие – профессионально заниматься туризмом, и друзья нередко давали друг другу снаряжение. Мне давно следовало ответить на это письмо и вернуть Шарлотте ее оборудование.

Быстро написав лаконичный ответ с извинениями и разрешением заехать за вещами в любое удобное для нее время, я подавила слезы и стала отвечать на другие письма, в основном сводящиеся к «вы не знаете, почему Джаспер молчит, что с ним случилось?». У моего жениха было множество друзей по всему миру, но не все из них имели контакты его родственников, чтобы узнать о трагедии.

В одном из писем неизвестная девушка просила выслать ей карты маршрутов, по которым когда-то они ходили в походы с Джаспером, и которые хранились лишь у него. Для этого мне пришлось включить старый ноутбук погибшего жениха и поискать в его папках нужную информацию. Исходные файлы оказались слишком тяжелыми, но в почте у Джаспера хранились ссылки на облачное хранилище, потому я запустила почтовую программу.

Почта Джаспера была переполнена: я вздохнула, оценив количество личных сообщений, на которые друзья никогда теперь не получат ответа. Автоматически сразу перемотала на письма, пришедшие незадолго до даты отправления, в надежде пролить немного света на загадочное исчезновение своего парня. Ничего особенного: обычная переписка бывалых путешественников, договаривающихся о списке вещей и продуктов, кто и что берет. Выбранный маршрут отличался повышенной сложностью и опасностью, - именно поэтому меня с собой Джаспер на этот раз не взял, дав обещание сводить в те места летом. Слова он не сдержал и теперь никогда не сдержит…

«От вашей родственницы из племени Винту», - необычный заголовок привлек мое внимание. Письмо пришло за несколько месяцев до злополучного путешествия Джаспера, но он ни разу не упоминал, что у него есть родные среди коренного населения Америки. Семья Уитлок всегда жила на юге Техаса и, насколько я знала, не имела общих генов с индейцами.

Содержание не слишком длинного письма заставило меня широко распахнуть глаза:

«Доброго времени суток, меня зовут Мария и я пишу вам по просьбе Аяши Пово – это имя о чем-нибудь вам говорит? Мы, в племени, верим в оракулов и легенды, а также чтим заветы предков. Аяша предостерегает вас от посещения нашей местности: никогда не поднимайтесь на вершину Шаста, иначе сгинете навсегда. Много людей пропадает в горах, и если Аяша увидела, что у вас плохая судьба, значит, так оно и будет. Я все сказала».

Мурашки мистического ужаса пробежали по моему позвоночнику от этого зловещего предупреждения. Откуда какая-то Аяша знала моего Джаспера? Почему в заголовке упоминается родственница? Или это просто чей-то глупый развод? Судя по тому, что Джаспер не ответил на странное письмо и даже отметил его красной меткой «сомнительное», он не воспринял предостережение всерьез. А дата получения свидетельствовала о том, что именно после этого письма мой жених и заинтересовался путешествием в эти края. Заинтересовался, начал собирать информацию и в конечном итоге сделал ровно противоположное – отправился туда, куда не следовало.

Джаспер Уитлок был и скептиком, и, в какой-то мере, адреналинщиком. Помимо нежно любимых гор, его регулярно уносило в какие-нибудь связанные с мистикой места: то ловить призраков в болотах Луизианы, то посмотреть на следы НЛО в Неваде, то в Джерси, искать встречи с якобы обитающим там дьяволом. Бывало, такие путешествия складывались после восторженных рассказов кого-то из знакомых. Не то чтобы Джаспера легко было взять «на слабо», но азартным человеком он, определенно, был. А уж если речь заходила о загадках, спрятанных в горах, удержать его не было никакой возможности: ему нравилось проверять фантастические слухи и доказывать, что это все просто выдумки фантазеров.

Экспедицию в горы Сьерра-Невада после предостережения он не мог воспринять иначе, чем вызов. Вот почему он стал одержим этой поездкой и собрал команду единомышленников – ему не терпелось доказать самому себе и таинственной Аяше в особенности, что подобные предсказания – чушь и бред. Но… местная жительница оказалась права.

Я нахмурилась. Перечитав письмо еще раз, я теперь увидела в нем скрытую угрозу. Некая Аяша словно говорила Джасперу: сунешься к нам – тебе не жить. Чем он заслужил такое отношение от индейцев, с которыми никогда прежде не контактировал? В это мгновение я отчетливо поняла: не успокоюсь, пока не раскрою тайну. Жаль, что я раньше не догадалась открыть почту Джаспера – возможно, полиция отнеслась бы к этому предупреждению серьезно и проверила версию с вероятным убийством. Это бы объяснило, почему тела и следов не нашли. Это подарило бы моей душе хоть какое-то успокоение и чувство справедливости, если виновный был бы наказан.

Решено. Я отправляюсь вслед за Джаспером и обязательно докопаюсь до истины. Я хотела знать, как и почему он погиб, за что дикари ополчились на него и в самом ли деле его предки имеют к этому отношение. Ведь если его отец, дед или прадед когда-то повздорили с индейцами, те могли это запомнить и таким образом отомстить…

***

Как и следовало предвидеть, уехать сразу не удалось. Стоило определиться с планами, как возникло море неоконченных дел – от так и недописанной статьи до уже назначенных встреч с друзьями и коллегами. Пришлось придумать целую историю о желании отдохнуть на побережье, взяв для этого трехнедельный отпуск, чтобы никто понапрасну не волновался и не искал меня в ближайшее время, а до этого – покончить с важными вопросами. Приготовиться к поискам, разыскивая всю доступную и недоступную информацию о горе Шаста.

Я перешерстила интернет, начиталась самых разных теорий о природе происходящих там мистических явлений – от вполне правдоподобных до абсолютно фантастических, - даже умудрилась пообщаться на форумах любителей НЛО и иной эзотерики, утверждающих, что туристов похищают инопланетяне. Кроме внеземной версии исчезновений, было еще две легенды. В одной упоминались древние подземные жители, обладающие развитыми технологиями – лемурийцы, которые вели скрытый образ жизни, тщательно охраняя тайну своего существования. Лишь однажды, больше ста лет назад, человек по имени Джей Браун смог вернуться из подземного города и поведать о хранящихся там запасах золота, и, по странному стечению обстоятельств, он исчез за два дня до запланированной экспедиции к заветной пещере с сокровищами. Вторая легенда предлагала в качестве объяснения туннель-портал на вершине горы, ведущий в другие части земного шара.

Все это походило на сказочки, придуманные с целью привлечения туристов и зарабатывания денег. Пропажа людей, странные звуки и не менее странные облака шарообразной формы над горами, частые появления НЛО – красивые мифы, не имеющие ничего общего с реальностью. Скорее всего, туристы пропадали по собственной неосторожности – скалы были испещрены глубокими расщелинами, которые бывало трудно вовремя разглядеть. Скорее всего, туристы, которые так и не были найдены, провалились в скрытые подземные пещеры.

Единственной зацепкой для меня стали индейцы. Я списалась с одним из знакомых Джаспера, выспросив его о тех местах и их обитателях, воспользовавшись найденной в почте перепиской. Под прикрытием интереса к истории костюма мне удалось узнать, что нравы обитателей интересующей меня резервации не отличаются от большинства других, уже мне знакомых. Они тщательно хранят многие предания и обычаи, однако постепенно растворяются в окружающем современном обществе. Белых к себе на территорию пускают без проблем, готовы работать проводниками. По словам мистера Лейвена, который оказался еще большим скептиком, чем Джаспер, таинственности в жизни племени Винту, несмотря на место обитания, не было никакой, а часть историй о горе Шаста были выдумками, как раз принадлежащими местным индейцам. Мне даже достались координаты одного из обитателей резервации, к которому можно без опаски обратиться с расспросами: за небольшую плату этот субьект готов был и экскурсии водить, и сплетничать, сколько душе угодно.

К моменту, когда я села в такси и направилась в аэропорт, сил не осталось, но энтузиазм никуда не исчез. Я не избавилась от депрессии, но контраст с апатией, владевшей мной уже несколько месяцев после исчезновения Джаспера, был столь сильным, что буквально толкал в спину, принуждая действовать.

***

Через несколько часов я уже села во взятый напрокат автомобиль и отправилась на север, в окрестности роковой горы, где в городке Маунт-Шаста у меня был забронирован номер в небольшом отеле.

Шоссе было пустынным, и почти триста миль я преодолела достаточно быстро, не отвлекаясь на окружающие природные красоты: во-первых, я их видела уже не раз, во-вторых, в величии природы я теперь видела скорее угрозу, чем вдохновение. Погруженная в мысли, я подъехала к гостинице, оставила на парковке автомобиль и поспешила в свой номер, чтобы отдохнуть и составить план действий.

Белые вершины Шасты величественно возвышались над городком: главный пик был виден из любой точки, укрыться было невозможно. Рекламные плакаты и фигурные деревянные таблички небольшого туристического поселения, расположенные вдоль выложенных бревнышками извилистых дорожек, зазывали к природным красотам заповедных мест – к чистейшим горным озерам, во влажные мрачные пещеры и на заснеженные перевалы. Но я не могла, как другие, отдаться восхищенному любованию пейзажами, мне было слишком больно понимать, что где-то здесь погиб Джаспер, что эти горы отняли его у меня и никогда уже не вернут.

Ожесточенно задернув шторы, я бросила чемодан на кровать, ажурно вырезанную из дерева, и стала искать, во что бы переодеться: вечера здесь были довольно прохладными, несмотря на лето. Столбик термометра опускался после заката до восемнадцати градусов, тогда как в моем родном городе и днем, и ночью стояла невыразимая духота. На перевале, куда я собиралась в ближайшие дни отправиться, и вовсе поджидала минусовая температура. Увидеть снег летом было бы очень романтично, отправься мы сюда с Джаспером вдвоем, но этому, увы, теперь не суждено было случиться.

Передохнув пару часов, я набрала номер потенциального проводника. Мужчина, услышав, что его данные мне передал мистер Лейвен, искренне обрадовался, обещал всячески содействовать, но не раньше, чем через сутки: в данный момент мистер Стэнтон находился в Сан-Франциско по делам. Прервав словоохотливого собеседника обещанием обязательно его дождаться и поужинать с ним на следующий день вечером, я бросила трубку на кровать и выругалась: времени на поиски у меня было не слишком много, любая задержка раздражала. Конечно, следовало связаться с проводником заранее, но его координаты мне прислали буквально накануне отъезда, и я решила, что два дня погоды не сделают… Как выяснилось, ошиблась.

Терять просто так вечер я не хотела, в резервацию ехать планировала с утра, потому просто отправилась гулять по городку. Хоть мне и приходилось уже здесь бывать, я смутно помнила расположение улиц. В моей памяти осталась лишь белоснежная вершина, довлеющая над округой и напоминающая о постигшей меня утрате.

Туристов было много: лето – традиционная пора активной жизни в этих местах, так что я не слишком выделялась на их фоне, расспрашивая об экскурсиях и туристических тропах. Правда, большая часть ответов меня лишь расстраивала. Для индивидуальных походов с проводниками договаривались заранее, и найти вот так, просто приехав в город, сопровождающего оказалось совершенно нереально. Простые же экскурсии меня не устраивали: туристов, как правило, просто возили по окрестным дорогам, максимум, позволяли немного подняться по склону горы, где были оборудованы несколько стандартных смотровых площадок. Побродив пару часов, я убедилась, что если мистер Стэнтон мне не поможет, ситуация грозит зайти в тупик.

Вернувшись в гостиницу, я подсоединилась к интернету, который с трудом, но работал, и попыталась поискать какие-то еще агентства либо частных проводников, выписывая телефоны на бумажку, а потом, уточнив у местных корректность дороги до резервации в моем навигаторе, отправилась спать.

***

Деревенька в резервации Винту располагалась на берегу живописного озера, поросшего густым лесом. Солнце только начинало всходить над деревьями, когда я подъехала, но все местные аборигены уже активно занимались обыденными делами: мужчина с забранными в хвост черными волосами красил дом, его соседка развешивала на веревках белье, дети гоняли мяч по расположенному невдалеке утоптанному полю.

- Я ищу Аяшу Пово, - вежливо объясняла я настороженно смотрящим на меня жителям, и все они указывали на ничем не примечательный домишко в середине деревни. Точно такой же, как остальные, одноэтажный деревянный домик в окружении слегка пришедшего в запустение сада. Доски окрашены в зеленый цвет, а черепица красная.

Дом оказался пуст – на мой стук и зов никто не ответил. Но припаркованный старенький шевроле и столик со стульями на лужайке со следами недавнего обеда говорили о том, что хозяева находятся где-то рядом.

- Она ушла купаться на озеро с друзьями, - подсказала мне проходившая мимо доброжелательная бабуля и указала на тропу, ведущую к кромке леса. Оттуда, издалека, были слышны смех, голоса и плеск воды. Поблагодарив добрую женщину, я отправилась к берегу, проклиная жару, которая накрывала низину, и свою непредусмотрительность – стоило взять с собой зонт.

В синей воде резвилась толпа подростков: прыгали с кособокого деревянного пирса, поднимая тучу брызг, кидали друг друга в воду и оголтело кричали. Я присела в тени, ожидая шанса поговорить с кем-нибудь. Гадая, кто из этих школьников окажется «ясновидящей Аяшей», досадливо кусала губу, потому что представлялась себе полнейшей идиоткой, приехавшей в такую даль из-за дурацкого письма, отправленного ради очевидного развлечения – модного среди молодежи «троллинга» случайных людей. Скорее всего, Аяша рассмеется мне в лицо, не поверив, что я проделала такой путь из-за ее глупой шалости. Мое появление местные мальчишки и девчонки будут обсуждать еще очень долго…

- Вы кого-то ищете? – обратилась ко мне девушка, выбравшаяся из воды и схватившая с куста яркое полотенце.

- Мне нужна Аяша Пово.

Девушка как-то странно изменилась в лице – посерьезнела. И, повернувшись к купающимся, громко позвала:

- Мария, это к тебе!

Одна из купальщиц отделилась от остальных и быстро поплыла к берегу. Вытершись другим полотенцем, поспешила ко мне, роняя на песок крупные капли воды со смоляных волос, обрезанных до каре. Изящная фигура с осиной талией, темные умные глаза, точеные черты лица с признаками смешения рас – она была красивой метиской и совершенно не походила на легкомысленную хулиганку, получающую радость от запугивания людей.

- Мария? – поднялась я ей навстречу, проклиная себя за легковерность. – А где найти Аяшу?

- Вы – Элис! – сразу догадалась она и тут же, смутившись, покраснела: - Вы же Элис?

- Откуда вы меня знаете? – насторожилась я. Лицо метиски казалось неуловимо знакомым, будто мы точно когда-то виделись. Что-то в улыбке, в прищуре глаз напоминало о чем-то из моего прошлого.

- Простите, что напугала, - не ответила девушка на вопрос. – Зачем вам Аяша?

Несмотря на доброжелательность Марии, я почувствовала к ней неосознанную неприязнь из-за ее уклончивости.

- Вы прислали на почту моему жениху письмо, - хмуро напомнила я, - с предупреждением. В результате он отправился в горы и погиб.

Девушка опустила глаза – недобрый знак. Она явно скрывала что-то – ее щеки зарделись еще сильней, и в этом точно не было виновато солнце.

- Я хочу знать, что произошло, - потребовала я объяснений. – Откуда ваша соплеменница знала Джаспера и что с ним случится? Почему в письме она упомянута как родственница? Вы представляете себе, как это вообще выглядит? «Не приезжай к нам или умрешь!» Если вы мне не расскажете правду, клянусь, я вызову полицию!

- Не надо полиции, - темные глаза метиски испуганно сверкнули. – Я ведь ничего плохого не сделала, а пыталась вам помочь! Не моя вина, что он мне не поверил!

- Рассказывайте, - отчеканила я сквозь зубы.

- Вы будете разочарованы, я почти ничего не знаю, - подхватив с песка светлое платье и натянув его через голову, Мария махнула мне следовать за ней. – Давайте пройдем в дом, чтобы я могла показать…

***

Мы пили чай из горных трав, пока Мария, хлопоча на крохотной захламленной кухонке своей бабушки, рассказывала подробности этой запутанной истории.

Я чуть-чуть опоздала: Аяша Пово умерла несколько недель назад, немного не дожив до восьмидесятилетия. Она была местной ясновидящей, хотя, по словам Марии, предсказания из ее уст звучали нечасто и были не конкретными, а всегда размытыми. «Следующий президент будет черным», - изобразила Мария свою бабулю, проговорив это замогильным голосом, и рассмеялась, объяснив, что Аяша угадала президента только с третьей попытки, и это вполне можно было считать совпадением. «Что они по телевизору брешут, не будет в Америке войны!» - это пророчество многие годы сбывалось, но тоже не могло служить доказательством дара предвидения.

- Но это только пока дело не касалось ее одержимости старыми преданиями, - качнула головой Мария, потеряв улыбку. – Была в истории нашей семьи одна легенда, которую нам не позволяли забыть. О том, что придет однажды в нашу деревню бледнолицый, не верящий предсказаниям, и мы обязательно должны будем помочь ему, удержать от ошибки, как его предок спас когда-то одного из нас.

- Предок? – уцепилась я за это слово, выстраивая в уме различные теории по мере развития событий.

- Многие думают, что эта история давно минувших дней, другие считают, в том числе наша семья, что это пророчество исполнилось лишь недавно. Около сотни лет назад в наши земли пришел белый охотник, совсем не похожий на других бледнолицых – захватчиков, с которыми мы воевали. Он был добрым и заботился о других, рассказывал детям увлекательные сказки и умело врачевал даже серьезные раны. Говорят еще, что ему грозила смерть в этих горах – если не наши воины, то горы его обязательно бы убили. Зима стояла лютая!

- Да, похоже на вашу, уже давно исполнившуюся, легенду, - поторопила я рассказчицу, не понимая, какое это все имеет отношение к моему Джасперу.

- Так вышло, что наткнулся он на детей, ставящих сети на реке. Под девочкой обломилась наледь, и ребенка понесло вниз по течению, а взрослых рядом не было. Когда же мужчины добрались до порогов, привлеченные детскими криками, то увидели, как бледнолицый борется с бурлящим потоком, поддерживая девочку над водой и пытаясь вытолкнуть ее обратно на берег. В один момент ему это удалось, его же самого унесло дальше.

Недолго посовещавшись, наши воины бросились на помощь. Нашли бедолагу в нескольких милях южнее, обмороженного, но живого. Долго выхаживали его, и бремя это легло на мою семью, так как девочкой той была моя пра-пра-бабушка, - с этими словами Мария поставила на стол большой ларец, в котором обнаружились бабушкины вещи: от традиционных индейских украшений до каких-то старых, измятых и затертых бумаг и даже вполне себе современного фотоаппарата, не подлежащего ремонту – корпус был изъеден ржавчиной и коррозией.

Хоть я и была бесконечно далека от местных легенд и до сих пор не понимала, причем тут Джаспер, мне уже стало интересно, чем закончится история приключений столетней давности.

- Этот бледнолицый так и прижился в нашей деревне – вначале, потому что ему требовалось время, чтобы поправиться. Затем долго стоял высокий снег, и горы не отпускали его домой. Затем он ушел… но вскоре вернулся, сообщив, что до его родного дома слишком далеко и он хочет остаться с нами. Многому нас научил, рассказывал небылицы о своих многочисленных путешествиях, в которые сложно было поверить, ведь мои предки нигде, кроме своей долины, не бывали. Постепенно этот чужак стал частью племени, укоренился здесь и даже женился на красивой девушке, которую прозвали Аяшей Пово за…

- Аяшей Пово? – перебила я удивленно. – Как твою бабушку?

- Аяша Пово - Маленькая Ведьма в переводе с индейского, это не имя, а титул, он передается за дар колдовать. Любая женщина племени, имеющая сильные сверхъестественные способности, могла удостоиться чести быть названной Аяшей Пово.

- Значит, она тоже обладала способностью предсказывать? – догадалась я.

- Также, как моя бабушка, - кивнула Мария, но лицо ее оставалось слегка скептическим. – Хотя моя бабушка, скорее, просто повторяла мамины слова, а ее мама – слова прабабки и так далее. Только первая Аяша обладала настоящим даром предвиденья, зная, грядет ли засушливое лето или очень холодная зима, чего ждать от бледнолицых, когда сойдет лавина, а откуда придет огонь пожара. Она не раз спасала племя от несчастий – по одной из легенд она предсказала сход селя во время грозы и маленького, почти незаметного землетрясения, на которое никто не обратил бы внимания. Часть племени, внявшая ее словам, спаслась, успела уйти на возвышенность, другая часть погибла, вместе с домами они были сметены в озеро. С тех пор Аяше безоговорочно верили. Но конкретным людям ни моя бабушка, ни ее предшественницы не предсказывали.

- Кроме единственного случая с Джаспером Уитлоком, - нетерпеливо напомнила я, с удивлением глядя, как вновь порозовели щеки моей собеседницы, словно это имя имело на нее вполне определенное воздействие. Уж не встречалась ли она с Джаспером лично? Какие отношения связывали эту красивую метиску и моего жениха? Чего еще я не знаю, какие секреты Джаспер унес с собой в могилу?

- Вы еще не поняли, - смущенно пробормотала Мария, осторожно поднимая на меня глаза. – Ваш Джаспер – далекий потомок того путешественника, спасшего мою прабабушку и ставшего одним из нас - Винту не по крови, но по сердцу… Именно о нем говорила наша легенда – о том, что мы должны спасти его, когда он появится.

Я совершенно запуталась. Да, Джаспер мог и не знать о существовании родственника, путешествовавшего по стране сто лет назад и вступившего в брак с девушкой из племени Винту. Деревня индейцев была расположена обособленно, в мир они выходили редко даже в наше время, и след пра-прадеда давно затерялся во времени… Но!

- Я не понимаю! – почти вскричала я. – Как вы узнали о том, что Джаспер Уитлок – тот, кто вам нужен? Что это именно он?! Откуда, скажите ради всего святого, у вас его электронный адрес?!

- Вот что написала бабушка во время болезни перед смертью, - протянула мне Мария смятый клочок бумаги, который нашла в ларце среди других вещей. На листке отрывного календаря с краю был нацарапал знакомый емейл, принадлежавший моему погибшему жениху. Я нахмурилась в недоумении, а Мария тем временем пыталась закончить объяснение: - Бабушка сказала, что увидела эти буквы во сне и что они как-то связаны с семейной легендой. Ее слова были похожи на бред старой женщины, - пожала Мария плечами, захлопывая ларец, - но я не могла игнорировать предсмертную просьбу родного человека, у нас так не принято. Заметив, что надпись похожа на емейл, я отправила по адресу то, что говорила бабушка, и о чем твердила наша легенда. Но вы, бледнолицые, - развела она руками, - никогда нам не верите.

- Вы не понимаете, - зажмурилась я, со злостью сминая листок и кидая его на стол. Бросила на метиску негодующий взгляд: - Джаспер не собирался приезжать сюда. В его планах не было путешествия на гору Шаста. Именно ваше письмо дало толчок его решению. Вы, и только вы, виноваты в том, что он погиб!

- Почему вы думаете, что он погиб? – с неожиданным энтузиазмом возразила метиска. – Разве его тело нашли?

- Что вам об этом известно? – поразилась я тому, что она в курсе подробностей поисков. – Вы интересовались его пропажей? Он не ответил на ваше письмо, вы не должны были даже предполагать, что он приедет! Но вы точно знали, что он был здесь… Говорите! – перегнувшись через стол, я схватила девчонку за руку, чтобы не вздумала вновь отводить взгляд и врать мне. – А не то сегодня же заявление будет в полиции!

- Да что вы меня опять пугаете, - вырвала Мария запястье и стала собирать со стола посуду, не желая отвечать. – Горы не всегда убивают людей – некоторых они забирают живыми, у других крадут сердце, как было с тем бледнолицым из легенд. Разве не легче вам будет считать, что он где-то жив и счастлив, пусть и без вас? Вам так сильно хочется его обязательно похоронить?

- Он был здесь? Отвечайте! – сердито потребовала я, догадавшись, наконец, о причине смущения наглой девчонки. – Наверняка заезжал в вашу дурацкую деревню, чтобы поговорить с Аяшей и лично все разузнать! – Он не оставил бы такую ситуацию без проверки; как и я, захотел бы услышать ответы из первых уст. И, судя по всему, слова старой женщины не убедили его отступить так же, как и письмо.

- Послушайте, мы пытались отговорить его, мы сделали все, что могли, - сдалась Мария, упав на стул с выражением сожаления. – Но он никого не послушал, ему непременно захотелось доказать, что мы лжецы. Мне кажется, наши предостережения лишь разожгли его интерес сильнее… Бабушке нечего было ему предъявить: легенды передаются из уст в уста, нет письменных свидетельств или фотографий – тогда их не делали. Да и разве же он хоть чему-нибудь бы поверил, сами скажите!

- Как долго?.. – сколько времени он провел в обществе очаровательной метиски, явно положившей на него глаз – настолько, что она проследила всю его дальнейшую судьбу вплоть до исчезновения. – Как долго он пробыл здесь?

- Не помню, может, день… - вновь смутилась она. – И ночь... Наутро он уехал.

- И вы отпустили его, зная наперед, что ему грозит смерть?! – возмутилась я, сжав кулак. – О чем еще вы говорили? Ну, точно не о легенде и не о поджидающих опасностях, ведь вы догадались при встрече, кто я, знали мое имя! Нет-нет, вы общались достаточно долго и тесно, раз Джаспер успел раскрыть вам душу и рассказать обо мне, и после всего этого вы все-таки позволили ему уехать? Почему вы не переубедили его?!

- Послушайте, что я обо всем этом думаю, - примирительно заговорила Мария, с сочувствием взирая на мою истерику. – Это всего лишь совпадение, никакого пророчества не существует. Когда-то давно некий белый мужчина действительно спас индейскую девочку, женился и стал частью нашего племени. Винту всегда отдают долг – спасенная жизнь имеет равную цену. Отсюда и родилась легенда об обязательстве уберечь от смерти в ответ. Если не самого спасителя, тогда его потомка. Годы проходили, легенда обрастала романтическими деталями, и это было дело времени, когда кто-то подходящий окажется на нашей земле. А электронный адрес, - Мария скептически фыркнула, - всего лишь случай. Бабушка, должно быть, придумала его во сне или увидела где-то, а ее воображение, измученное болезнью и старостью, выдумало остальное. Ваш Джаспер, наверное, и отношения-то никакого не имеет к тому путешественнику!

Я потрясенно молчала. Джаспер погиб зря? Из-за глупого недоразумения?! Из-за чьей-то необдуманной шутки?

- Я современная девушка, давно не живу здесь, переехала в большой город и собираюсь там остаться. Учусь в университете для белых, так что я скептик – сама не верю в наши легенды и вам не советую, - неловко оправдывалась Мария. – Знала бы я, к каким последствиям приведет мое желание уважить старую женщину, никогда бы не написала вам, честно. Но дело уже сделано, и мне очень, очень жаль, что вышло все так скверно…

- Вам просто жаль… - выдохнула я, не находя больше слов. Мой гнев иссяк, зато боль вернулась с удвоенной силой. Напрасно я сюда приехала: правды не нашла, а рану растравила.

- Возвращайтесь домой, - поднялась хозяйка, выпроваживая меня, - выпейте виски со льдом или что вы там пьете, когда надо залить горе. Поплачьте. Решите, что вам ближе: смириться со смертью Джаспера или считать, что он жив и просто попал в подземный город к лемурийцам, которые свято охраняют свои владения и никого никогда не выпустят. Отпустите его и живите дальше, мой вам совет.

- Спасибо, - уронила я с сарказмом, выходя за дверь и, не оглядываясь и не прощаясь, направилась прочь, поняв, что тут мне в любом случае больше делать нечего.

***

Обратно в город я добралась быстро, но все равно умудрилась опоздать на ужин с мистером Стэнтоном: потребовалось время на поиск места для парковки и приведение себя в порядок. Когда, запыхавшись, я вбежала в небольшой ресторанчик, в котором назначена была встреча, здесь уже собралось немало народа. Место пользовалось популярностью именно у местных: бросалось в глаза отсутствие туристов среди посетителей и чучела диких животных на стенах вперемешку с раритетным оружием. Стулья и столы, вырезанные из цельного дерева, словно вышли из древней лесной сказки. Я будто оказалась в логове ордена охотников или тайного сборища эльфов, где особенно остро почувствовала себя чужаком.

- Мисс Брендон! – раздался незнакомый басистый голос.

Я завертела головой и увидела у стойки мужчину очень высокого роста, махавшего мне рукой. В генах у него была приличная доля индейской крови: он был смугл, длинные волосы, заплетенные в косу, спускались по спине, однако за стеклами очков сверкали глаза привычного для бледнолицых цвета - серо-голубого.

- Эдвард, приноси мне в следующий раз все, что есть, я часть увезу в город, часть хочу себе забрать, - протянул он деньги какому-то парню в матерчатой куртке с капюшоном, сидящему ко мне спиной, а в ответ забрал спортивную сумку, заполненную сувенирами – раскрашенными деревянными фигурками людей и животных. – О цене, как обычно, договоримся.

- Хорошо, - услышала я сухой ответ, и необщительный собеседник Стэнтона, даже не удостоив меня взглядом, поторопился удалиться, освободив мне место.

- Простите, я задержалась… - протянула я руку мужчине для приветствия.

- Ничего, мы пока с приятелем решили некоторые рабочие вопросы. Золотые руки у парня, - вздохнул Стэнтон, сжимая мои пальцы и жестом приглашая сесть рядом на барный стул. – Жаль, что с головой не все в порядке. Впрочем, вам это вряд ли интересно, если не планируете приобретать местные изделия из дерева.

- Нет, не планирую, - невольно улыбнулась я. – Меня интересует гора Хотлем и второй маршрут.

- Вы? В горы? – выразительная бровь поднялась с явным скепсисом. – Не похожа вы на заядлую туристку. И на любителя мистики – тоже, уж простите. Если же просто экскурсию надо – я посоветую агентство, получите море удовольствия, места тут красивые…

- Вы слышали про Джаспера Уитлока? – прервала я рекламную речь.

- А… - протянул мужчина, мгновенно утратив веселость. – Вот в чем дело. Слышал, конечно. Не так уж часто, вопреки мнению, пропадают в наших краях люди. Громкое вышло дело, и вот что скажу: не ворошите эту историю. Наверное, парень был вам очень близок. Но просто забудьте. Кого забрали горы, не отпускают.

- Да что вы понимаете!..

- Я все отлично понимаю. Видели Эдварда? Парня, с которым я разговаривал? – прищурился Стэнтон. – Никто не знает, откуда он приехал, в том числе и он сам не смог ответить. Парня нашли в лесу несколько лет назад. Документов при нем не было. Имени своего не назвал – точнее, назвал, но в базах данных такого не существует. Наврал, наверное, - кто ж знает, может, беглый преступник, не хотел, чтоб посадили. Он бредил: постоянно твердил про какое-то золото. Потом говорил о невесте своей, которую найти никому не удалось. Так и не выяснилось, кто он такой и откуда взялся. Полицию привлекали, искали родственников, не нашли. Пальчиков его в полицейской базе – тоже. В Сакраменто положили его в клинику на лечение. Угомонился, но нормальным так и не стал, теперь живет здесь, по дереву работает. Парень-то хороший, благо что неагрессивный, но местные его избегают – боятся, диагноз-то врачи поставили, да не сняли. Пообещали, что не опасен, да кто ж в это поверит-то.

- К чему вы мне все это рассказываете? – Еще один любитель заходить издалека и не говорить по существу. Мало мне было сегодня Марии с ее секретами.

- К тому, что этот мальчишка был найден в тех самых горах. И до сих пор постоянно туда ходит-бродит, хотя раз сто его предупреждали, чтобы не совался, народ не пугал и себя не подставлял под прицел медиков. Но он все ищет что-то или кого-то там, не угомонится, - стукнул кулаком по столу мужчина. – Вы хотите тоже в психушку загреметь? Нечего там искать. Если б вы были любительницей туризма – организовал бы вам без проблем прогулочку. А так – сам не пойду и никому другому не позволю, влияния хватит.

- Да какое вы имеете право? – возмутилась я. – Я взрослая женщина и имею право узнать правду!

- Правда есть одна: горы забрали вашего знакомого. Если вернут – то сами. И неизвестно когда, - мрачно покачал головой Стэнтон. – Не ждите. Езжайте домой. Отпустите прошлое, живите настоящим.

Они что, сговорились? Такими же словами меня отправляла домой Мария не далее, как несколько часов назад. И это лишь сильнее раззадоривало мои подозрения: местные точно что-то знали, но отчаянно скрывали это. А полиция почему-то бездействовала!

- Вы думаете, я все брошу и уеду? – поднялась я, краем глаза заметив, что на нас уже посматривают посетители ресторана. – Не дождетесь. Я не знаю, что произошло и что вы скрываете, но узнаю. Обязательно узнаю.

- Одумайся, девчонка! – рыкнул мужчина, тоже поднимаясь со стула и нависая надо мной: я ему до груди-то не доставала, настолько он был высок. – Это не игрушки бледнолицых, это горы! Они имеют волю и характер, что бы вы ни говорили. И если им понадобился твой парень, они его не отдадут. Не будь дурой, послушай совета! Или так жаждешь умереть?

- Я хочу знать, что случилось с Джаспером, - тихо проговорила я, отступая. – И я узнаю.

Чувствуя, как в глазах скапливаются горькие злые слезы, но не желая демонстрировать слабость, я подхватила сумочку и бегом вынеслась наружу. Я не сдамся, что бы они ни говорили. Я добьюсь правды.

***

Легче сказать, чем сделать: Стэнтон выполнил угрозу. Даже те местные проводники, кто согласен был взять меня с собой через неделю-две, теперь отказывали, не слушая мольбы и обещаний денег. Туристические конторы готовы были по-прежнему отвезти на экскурсию, но толку от созерцания горных красот мне бы не было никакого.

Я съездила в соседний городок, но результат остался тем же: никто не собирался вести меня в горы по маршруту номер два, который считался сложным даже летом и требовал хорошей подготовки, а я ею не обладала. Это объяснение использовалось, чтобы отказать, но я-то знала, что и здесь поработал Стэнтон. Я прокляла себя за болтливость: стоило придумать иную причину для похода в горы. Но сделанного было не возвратить. Оставалось либо смириться, либо идти по маршруту одной, что неизбежно привело бы лишь к тому, что я банально бы заблудилась и меня запросто постигла бы невеселая судьба Джаспера в какой-нибудь яме.

И тогда я вспомнила о парне, с которым говорил Стэнтон в ресторане: Эдварде. Если он постоянно ходит в горы, то знает местность. Согласится ли он стать моим проводником? Конечно, психиатрический диагноз и репутация опасного типа пугали, но иных вариантов у меня теперь не осталось. Отправиться в горы одной – чистое самоубийство, искать кого-то из контактов Джаспера и просить о помощи – очень долго.

Порывшись в интернете, я нашла несколько статей про Эдварда Мейсена. Ничего нового из них не почерпнула, но получила больше информации в дополнение к поведанной мистером Стэнтоном, на сей раз пересыпанной версиями разной степени неправдоподобности. Секты поклонников Шасты, лемурийцы и наркотики были лейтмотивами рассказов, но попадались и версии про инопланетян, которые похитили парня, и про параллельные миры, похожие на наш, но в чем-то различные. Фактов же оказалось совсем мало: парня нашли в горах, в помутненном состоянии рассудка. Определить личность не удалось. Эдвардом Мейсеном он назвался сам, к тому же утверждая, что ему сто лет от роду, что правдой быть, конечно, не могло. Так и не решив задачи, его отправили лечиться в Сакраменто, но в результате лечения, как я поняла, ясность ума к нему не вернулась, потому он остался жить в этих краях.

Узнать адрес оказалось несложно. Качественные изделия из дерева, сувениры и предметы мебели, которыми были уставлены почти все местные мотели и кафе, даже несмотря на репутацию парня как опасного отщепенца, были востребованы. В первой же лавке мне показали дорогу к уединенному жилищу мистера Мейсена.

Домик мастера стоял особняком на склоне горы, за густой рощей молодых секвой, к нему вела узкая тропка от самого города. Я побаивалась идти одна в гости к человеку неуравновешенному, с психическим отклонением, но возможность пролить свет на исчезновение Джаспера стоила риска, и иных вариантов уже не осталось. Слишком загадочными были все случаи пропажи людей, слишком скрытно вела себя Мария в резервации, словно знала что-то еще и не все мне сказала, слишком подозрительным было и поведение Стэнтона. Да и сам Эдвард Мейсен казался не менее любопытным персонажем, если, конечно, не брать в расчет наличие у него шизофрении.

Жилище мастера восхищало с первого взгляда – оно оказалось настоящим произведением искусства. Резные окна, фигурные украшения на двери, деревянный флюгер в виде расправившей крылья птицы. Вся лужайка была завалена опилками и заставлена скульптурами женщины в изящных позах, у всех фигур угадывалось одно и то же лицо, словно мастер вырезал их с натуры или пытался воссоздать образ возлюбленной в дереве. Если б не знать, что у Эдварда Мейсена крыша поехала, можно было б решить, что он талантливый и романтичный мужчина.

Я постучалась в дверь, в ответ не сразу раздались неохотные шаги. Проем расширился настолько, чтобы хозяин мог разглядеть меня, но не впустить внутрь нежданных посетителей. Нахмуренные брови, напряженные и неприветливые глаза и рыжеватая кудрявая борода – все, что мне удалось рассмотреть.

- Здравствуйте, - подняв копию старой газеты, которую распечатала в городе, я развернула статью и показала мужчине, чтобы он сразу понял цель моего визита, - я бы хотела поговорить насчет этого…

Дверь громко захлопнулась, окатив меня потоком прохладного воздуха, словно пощечина. Великолепно! В этом городе все такие хамы? Или они так ведут себя только с теми, кто интересуется неудобными преступлениями?

- Послушайте, я только хочу уз...

- Убирайся! – грубый окрик заставил меня вздрогнуть. Сердить психопата я вовсе не собралась, но что поделать, если он завелся с пол-оборота?

- Я никуда не уйду! – заявила я и села на обструганный пенек, сложив руки на коленях. Я устала от загадок этого места и намерена была добиться своего.

- Я все сказал вашей братии! – в грубость просочилась нескрываемая ненависть. – Я больше не даю интервью! Ищите себе нового дурачка!

Братии? Да он, похоже, принял меня за репортера!

- Я не журналистка! – приободрилась я, надеясь уломать несговорчивого психа. – Я просто хочу поговорить! Мой жених пропал в горах!

Несколько секунд тишины прервал вопрос, произнесенный менее враждебным и более спокойным голосом:

- На каком маршруте?

- На втором, - вздохнула я.

Щелкнул замок, двери распахнулась, и я поспешила воспользоваться приглашением, пока мастер не передумал.

Внутреннее убранство дома тоже оказалось шедевром: все здесь было сделано своими руками, от кухонной утвари до мебели. Запах древесины стоял здесь гуще, чем на улице, а красота и изящество линий поражала.

- Красиво, - не удержалась я от комплимента, осторожно касаясь пальцами идеально гладкой поверхности потрясающей красоты спинки стула, похожего на трон.

- А, это так, баловство, - отмахнулся скромный хозяин дома, предлагая присесть напротив него и буравя меня выжидающим взглядом темных как ночь глаз. Если б не лохматая кудрявая борода и не взъерошенные, давно не стриженные волосы, мужчину можно было бы принять за умного, воспитанного джентльмена по его грациозным и мягким движениям. Но хмурое выражение лица, напряженность и суровость взгляда, в котором таилась глубокая тоска, а также эта ужасная рыжая борода портили благоприятное впечатление и толкали посетителей поскорее распрощаться с мрачным типом и сбежать. Эдвард Мейсен был нелюдимым отшельником, странным и пугающим, пережившим личную трагедию мужчиной. Ну, или до сих пор переживающим ее.

- Можете ли вы рассказать мне что-нибудь об исчезновениях людей, кроме официальных версий?

Эдвард Мейсен почти незаметно дернул бровями, продолжая смотреть на меня с внимательной невозмутимостью.

- Думаете, это вернет вам жениха?

- Может быть, - пожала я плечами, готовая поверить в любую небылицу после всего прочитанного, услышанного и увиденного. Надежды во мне не было, больше скепсиса, но я хотела получить хоть какой-то ответ.

- Ничто не может войти туда и выйти. Я пытался!

Загадочная фраза ничего не прояснила, лишь добавила несколько идей к уже имеющимся.

- Здесь написано, - разложила я газету на столе, развернув статью, - что вы побывали в Золотом городе горных жителей, называющихся лемурийцами. Или что вас, вероятно, похищали инопланетяне. А еще, что вам больше ста лет, - кинула я на хозяина дома пристальный взгляд, оценив его возраст: с бородой он наверняка выглядел старше, но по гладкости кожи ему можно было дать тридцать, максимум тридцать пять. – А еще вы сектант или их пленник, сбежавший, но обезумевший после пыток.

- Ага, - хмыкнул он. - А еще, что я наркоман и алкоголик. А еще я психически болен. Все это чушь собачья! Ну, разве что кроме последнего, тут могут быть сомнения.

- Так расскажите мне правду, - наклонилась я вперед, уговаривая бородатого мебельщика. – Я приехала сюда, потому что на почту пришло странное письмо – отправитель будто бы точно знал, что с моим парнем что-то здесь случится! Может, именно отправительница письма его и похитила. Может, он до сих пор жив, и я могу спасти его!

Эдвард Мейсен встал излишне резко, потирая переносицу и лоб. Налив стакан воды, кинул в рот таблетку из желтой баночки – такие обычно выписывают психиатры – и громко запил ее.

- Простите, - прохрипел он и, вернувшись на стул, потер лицо, - вряд ли я смогу вам помочь. После… лечения, - позволил он увидеть его чрезмерно усталый взгляд, - я уже не могу отличить реальность от фантазий. Что было на самом деле, а что оказалось просто сном. Теперь все кажется ненастоящим, - может, я и правда был похищен какой-то сектой и провел там слишком много времени, отчего мой разум помутился. Наверное, я находился там с самого детства… В любом случае, я почти ничего не помню, только отдельные фрагменты, и вряд ли они как-то связаны с исчезновением вашего жениха.

- Вы совершенно не похожи на шизофреника, - сделала вывод я. Мужчина был слишком адекватным для безумца, разумно говорил и даже признавал свой недуг, что было несвойственно больным. Выглядел воспитанным.

- Потому что я принимаю лекарства, - показал он на баночку без энтузиазма. – Видели бы вы меня без них.

Проглотив разочарование, я все же настояла:

- Не станет хуже, если вы мне расскажете. Пожалуйста, мистер Мейсен, мне нужно хоть что-то узнать! Если ваша история покажется мне бредом, я просто не буду принимать ее во внимание.

Мужчина кивнул и, сцепив пальцы перед собой, мрачно начал:

- Я не видел никаких лемурийцев или инопланетян. Помню город, сильно отстающий в развитии: машинам местные предпочитали лошадей, электричество заменяли свечи или керосин. Я, скорее всего, родился там и вырос, поэтому понятия не имел о существовании остальной цивилизации. Городок был маленький, и в пределах дня пути было еще несколько похожих населенных пунктов, ну а дальше них я никогда и не бывал.

- Вы рассказываете мне свой сон? – уточнила я. – Или этот город есть на карте?

Эдвард грустно покачал взлохмаченной головой.

- Будь он на карте, я давно бы туда отправился. Если бы он только существовал! Я свернул бы горы и вернулся к моей Изабелле… но она оказалась всего лишь плодом моего воображения.

- Ваша девушка?

- Невеста, - Эдвард кивнул. – Мы хотели пожениться, но ее отец не благоволил ко мне из-за моего более низкого статуса – я, как и мой отец, был простым деревообработчиком, а она дочерью крупного дельца. Мое намерение открыть свою мебельную фабрику понравилось Чарльзу Свону, но на это нужны были большие деньги, которых у меня не было. Тогда я отправился на золотые прииски, пообещав вернуться, как только удача мне улыбнется. Не знаю, сон это или нет, но это единственное отчетливое воспоминание из того периода – на самом деле, я помню лишь лицо моей Изабеллы, но не могу представить своего отца, не знаю, что случилось с матерью и каким было мое детство. Я даже не уверен, что был мебельщиком – я понял это много позже, когда руки сами потянулись к деревяшке и начали что-то строгать. Мой психотерапевт предположил эту профессию, так я и осел на этом месте, оказывая услуги местным жителям, делая на заказ мебель для кафе и вырезая сувениры на продажу туристам.

- Вы пытались найти город, в котором жили?

- Много раз, - Эдвард зажмурился, напряженно массируя виски, как будто даже такие простые воспоминания давались ему с трудом. – Там ничего нет, дорога ведет через пустое поле и лес. Либо у меня неправильное представление о картографии, либо я действительно придумал этот город. Хотя места похожи, гора расположена точно так же… Я знаю одно, - Эдвард наклонился вперед, его глаза сверкнули пугающей страстью впервые за разговор, - город существует. Где-то. Возможно, не здесь. Не в этом мире, понимаете?

- Нет, - медленно покачала я головой, запутавшись в многочисленных необъяснимых явлениях, случающихся с людьми на горе Шаста.

- Что если место, в котором я родился и вырос, и где живет моя Изабелла, существует на другой Земле? – прошептал мужчина, завораживая меня вырвавшимся из-под воздействия лекарств сумасшествием.

Я и рада была бы напомнить ему принять еще таблетку, а затем убежать с криками, да только душа моя жаждала поверить, что он прав: это могло означать, что Джаспер действительно жив. И, как утверждала метиска, счастлив «где-то в другом месте без меня». Может, об этом и умолчала Мария, не желающая раскрыть мне тайну своего племени? Может, она точно знала, где находится это место? Что если она может попасть туда в любой момент! Преодолеть преграду, разделяющую разные вселенные, и оказаться в чуждом мире, где нет электричества и машин, зато теперь есть Джаспер Уитлок, которого она сможет беспрепятственно очаровывать, пока он меня не забудет! От этой мысли мне стало не по себе, а Эдвард все продолжал делиться мыслями…

- Я ведь не просто так совсем не знал вашего мира, когда в нем очутился. Конечно, можно остановиться на теории, что где-то в горах есть скрытая от посторонних взоров община, вроде амишей, которая похищает людей, и Изабелла до сих пор живет среди них, не подозревая о существовании современной цивилизации. Но разве возможно, чтобы никто и никогда о ней не слышал и не видел ее членов в современном мире? Думать о том, что Изабелла у них в плену, а я прозябаю здесь, не в силах вернуться, невыносима…

Эта теория мне еще меньше понравилась: Джаспер, похищенный Марией, содержится в какой-нибудь подземной темнице на психотропных препаратах, отнимающих разум и память, пока не забудет и меня, и даже себя… бр-р, это еще хуже, чем другой мир, в который Мария знает путь.

- Индейцы Винту имеют к этому отношение, как вы думаете?

- Индейцы? – удивился Эдвард, но затем призадумался. – Там, в моих воспоминаниях, индейцы тоже были. Они точно что-то знают, у них полно своих мифов и легенд.

Что верно, то верно.

- И что же насчет Изабеллы? – вернула я диалог в прежнее русло. – Вы говорили, что пытались найти дорогу домой, но путь закрыт и на вход, и на выход? Но вы же как-то оказались на этой стороне? – А Джаспер – на другой. В это хотелось верить сильнее, чем в смерть.

- Я находил это место множество раз… Или похожее на него… - вновь потер Эдвард виски, пытаясь сосредоточиться на воспоминаниях, которые от него ускользали. – Помню бурный ручей и десятки золотоискателей, одержимо промывающих песок… Молчунов и весельчаков, романтиков и циников, мечтателей и матерых преступников… Помню, как нашел свой первый крупный самородок – и драку за него, в которой проиграл, будучи сопливым юнцом… Странные звуки на закате, будто вой невиданных зверей – это ветер, гуляющий в дырявых скалах, проходя через пустоты, как через бутылочное горлышко, создает мелодии. Помню скалистый уступ, с которого свалился, ободрав руки и разбив голову, и черную гладь небольшого горного озера, возле которого очнулся. Когда я вернулся на прииск, никого из знакомых ребят у ручья не было… Так я оказался здесь, долго-долго идя по широкой тропе, которой совершенно не помнил в своем мире. Места стали неузнаваемыми, ручей обмелел и изменил русло, но скалы… скалы остались такими же.

- Так вы нашли это место потом? – поинтересовалась я с волнением, желая поскорее проверить новую теорию. – Тот самый ручей, то самое озеро?

- Обошел вдоль и поперек весь ручей, все озера и все скалы, которые только тут имеются, - подтвердил Эдвард и развел руками. – Если проход и существовал, то он закрылся за моей спиной… Вы не представляете, сколько раз я мечтал оказаться правым, а не сумасшедшим, и сколько раз, признав поражение, возвращался сюда, к таблеткам, которые хоть как-то приглушают тоску. Я разбивал на склоне ночлег, поднимался к озеру на закате и обходил вдоль берега. Пытался вычислить нужный день по лунному календарю и даже прыгал со всех уступов, рискуя разбиться насмерть, надеясь на осуществление своей фантазии. Там ничего нет. Мира, который мне снится, не существует. Это моя болезнь, и вам не стоит всерьез относиться к бреду одинокого чудака вроде меня.

- Я собираюсь пройти весь второй маршрут, - достала я туристическую карту и развернула на столе. – Можете показать этот ручей и то самое место?

- Вы собираетесь подняться к Хотлему? – взяв карандаш, наклонился Эдвард над картинкой, выискивая нужную точку. – Инструктор не позволит вам разгуливать по опасным склонам в одиночку.

- Я улизну, - лукаво улыбнулась я, умолчав пока о том, что инструктора у меня нет, и как найти его, я уже не представляю. Эдвард, передумав ставить метку, вновь сел на стул, разглядывая меня с задумчивым интересом.

- Хотите, я проведу вас сам? – вдруг предложил он более чем серьезно. – Раз уж я наговорил вам всякого бреда, мне и отвечать. Я точно знаю, куда идти, со мной вам не придется тратить время на бесполезные экскурсионные остановки и кого-либо обманывать, подвергая опасности себя и других. К тому же, я еще не встречал человека, готового мне поверить, поэтому хочу вам помочь. И, черт возьми, - вздохнул он тяжело и болезненно, потягивая бороду, - я готов снова попытаться. Хотя я и бывал там уже десятки раз, я не могу выбросить из головы мысль, будто что-то упустил… Если же мы ничего не найдем, то просто вернемся в поселок. Договорились?

Я без промедления согласилась. Хотя меня и пугало немного, что Эдвард, вероятнее всего, просто болен, потеря времени, потраченного на бесплотные поиски инструктора, устраивала меня куда меньше. Записав под диктовку Эдварда список вещей, которые мне необходимо взять в поход, я отправилась в мотель, чтобы назавтра вечером вернуться к домику Эдварда при полной экипировке. К счастью, большая часть перечисленного была мной привезена еще из Миссисипи, так что лишнего времени на розыски амуниции мне тратить не придется. Все-таки Джаспер был очень бывалым путешественником, и его заметки мне очень пригодились во время сборов.

***

Милю за милей преодолевали мы маршрут номер два – путь, который проделал Джаспер до исчезновения. Место стоянки группы Джаспера не совпадало с местом, которое указывал Эдвард, но было недалеко от него, так что не исключено, что они оба попали в одну и ту же ловушку, - если, конечно, верить в сверхъестественное объяснение.

Мы располагали временем, так что я предложила заглянуть в обе точки: мало ли, Эдвард увидит для себя что-то новое? Может же быть, что он до того просто искал не там? Я понимала, что хваталась за соломинку, но задушить надежду в себе уже не могла, поэтому готова была сутками бродить по горам, лишь бы отыскать хоть тоненькую ниточку, хоть маленькую подсказку.

Было непросто физически: я никогда не занималась всерьез спортом, тем более – экстремальным, моя работа вообще была сидячей. К тому же маршрут предполагал наличие определенного уровня подготовки, будучи слишком сложным для туристов-любителей. Хоть я и не страдала неуклюжестью или лишним весом, уставала достаточно быстро. А недостаток опыта и тренированности компенсировала энтузиазмом.

Увлекшись путешествием, я не могла и дальше игнорировать окружающую красоту, несмотря на сомнения и страхи. Раньше мне не приходилось бывать высоко в горах, тем более – столь живописных, как Кордильеры. Потому я то и дело застывала, одновременно давая себе передохнуть и любуясь природой: белизной ледников, зеленью лесов, мрачным камнем скал и зеркалами озер, то и дело попадающихся на пути.

Эдвард оказался идеальным спутником: он чаще молчал, погруженный в свои мысли, но при этом всегда был рядом, помогая и подстраховывая в сложных местах. На некоторых отрезках пути он останавливал меня и заранее рассказывал о тех или иных правилах преодоления препятствий. Чувствовалось, что он действительно исползал эти края вдоль и поперек. По обмолвкам я поняла, что он приходил сюда и летом, и зимой, не боясь трудностей.

За всю дорогу мы встретили только одну туристическую группу, и ту – в самом начале. Четверо мужчин быстрым шагом прошли мимо, не отвлекаясь на разговоры и не обращая внимания ни на что, кроме своей цели. Как пояснил мой спутник, они хотели добраться до вершины за световой день, их привлекала исключительно скорость. Я невольно подумала, что Джаспер был точно не из их компании: ему нравилось без спешки осматривать окрестности. Он всегда из походов привозил огромное количество снимков, в основном – пейзажей, тратя на поиски нужных ракурсов немало времени.

Мы тоже не торопились, по пути обследуя тропки, расщелины и лесные массивы в напрасной надежде. Кроме диких птиц да следов от стоянок туристов, ничего интересного нам не попадалось.

Осматривая маршрут и прилегающие к нему территории, к вечеру мы добрались до места, в котором, по воспоминаниям Эдварда, он впервые себя осознал. Он был уверен, что проход находится где-то здесь, поэтому мы установили палатку на небольшой оборудованной стоянке неподалеку от журчащего ручья, потратив остаток дня и вечер на тщательное прочесывание местности. Увы, как и Эдварда раньше, нас снова ждало фиаско: сколько бы мы ни ходили туда-сюда, ничего похожего на «портал в другое измерение» так и не обнаружили. Здесь не было ни расщелин, ни пещер с подземными городами развитых цивилизаций и запасами золота, на древних магических сооружений из камней… Абсолютно, совершенно ничего необычного или подозрительного, только однообразные скалы и перелески. Уставшие и разочарованные, мы быстро перекусили взятыми с собой пирогами и легли спать, не тратя время на разведение огня и любование звездами.

До точки, где пропал Джаспер, отсюда было около трех миль наверх по тропе, поэтому именно туда по моему настоянию мы отправились утром.

Полтора года назад в горы меня не взяли, поэтому я видела только фотографии места происшествия. Как я убедилась за последние сутки, стоянка группы Джаспера ничем не отличалась от множества других, встреченных нами по пути: просто небольшая ровная площадка у скалы, защищенная от ветра, со следами костра посередине и металлическими крюками в каменистой земле, к которым крепились палатки путешественников.

Сидя у костра, который разжег Эдвард, чтобы приготовить завтрак и согреться, я пыталась представить эту стоянку зимой, укрытую глубоким снежным покровом, холодную и совершенно недружелюбную. Оглядываясь вокруг, я ставила себя на место Джаспера и задавала вопрос: куда бы я захотела отправиться, уйдя на ночную прогулку от палаток? Где могла потеряться? Вперед или назад по тропе, ища место для небольшого личного уединения? Это выглядело самым правдоподобным вариантом в моих глазах – и в глазах поисковых групп. Окрестности стоянки еще тогда, полтора года назад, внимательно прошерстили профессиональные спасатели и ничего не нашли, было бы глупо предполагать, что нам с Эдвардом повезет сильнее. Слева и справа от тропы были только скользкие, поросшие мхом, кустарником и редкими маленькими елочками скалы, уходящие вверх и вниз под резким углом: внизу мы уже все осмотрели, осталось только подняться в гору.

Хотелось верить, что Джаспер был не настолько безрассуден, чтобы пренебречь элементарной техникой безопасности и полезть в эту гору зимой, рискуя поскользнуться на обледеневших выступах и скатиться с большой высоты, разбившись о прятавшиеся под снегом острые камни или сломав шею при перевороте. Да еще и ночью! Могло ли что-то привлечь его на вершине настолько сильно? Эта скала не отличалась от множества других, выглядя малопривлекательно, да еще и опасно. Зимней ночью опытному туристу, понимающему степень риска, на ней точно делать было нечего. И все же я решила проверить свою идею. Спасатели все остальное здесь осмотрели, и эта скала оставалась единственным вариантом, который не обследовали.

Почти милю вверх по достаточно крутому склону, поросшему молодым ельником, дались мне нелегко. Я запыхалась и чуть не подвернула ногу, оступившись на неровном камне. Сделала несколько привалов, проклиная свое решение. Хотела вернуться, но упрямство не позволило, тем более у меня была уйма свободного времени, пока Эдвард колдовал над огнем.

Наконец, я преодолела последние, самые сложные метры и вскарабкалась на гребень, с которого открылся потрясающий вид на окрестности. В расположенном между двумя скалами маленьком ущелье, утопающем в зелени, сверкало небольшое озеро, в которое вливался ручей живописным водопадиком. Над неподвижной хрустальной гладью в туманной дали возвышались снежные пики Хотлема. Сейчас пейзаж был красивым, но что мой жених увидел бы здесь зимой? Только глубокий снег. Возможно, макушки деревьев с белыми шапками. Ветер сносил бы с ног… Бррр. Под белым покрывалом вряд ли угадывался даже замерзший водопад, а озера зимой точно не было видно из-за снега. На этой высоте было холодно даже сейчас, несмотря на разгар лета, и я то и дело ежилась. Никогда не понимала прелести зимних походов на природу.

Потратив несколько часов, мы с Эдвардом перенесли свою стоянку к озеру, решив продолжить здесь. Спасатели побывали здесь весной, но поиски тела также не увенчались успехом. Вторую половину дня и весь следующий мы с Эдвардом потратили на обход озера и исследование его берегов: результат оставался неизменным – нулевым. Места поражали первозданной красотой, но ничего таинственного здесь не было. Даже облаков необычной формы не увидели, о которых столь часто рассказывали туристы. Зверей и птиц было полно, нагляделись вдоволь. Открыточных видов – тоже. Но ничего, абсолютно ничего сверхъестественного.

Постепенно накатывала усталость пополам с отчаянием: терпение кончалось. У меня оно и так не было ангельским, но когда я пылала энтузиазмом, могла свернуть горы. Теперь надежда стремительно потухала: я скатывалась к мысли о бесполезно потраченном времени. И даже снящийся каждую ночь Джаспер, бродящий в зимней одежде среди скал и деревьев, уже не вызывал безудержного желания продолжать поиски. Когда первый раз пришел этот сон, я приняла его за знак, но теперь убеждалась, что это просто последствия пустых ожиданий.

Натянув на голову капюшон и спрятав руки в рукава от прохладного вечернего воздуха, я присела на покрытый мхом валун и уставилась на закат, вполуха слушая, как Эдвард в сотый раз раздраженно перерывает свой рюкзак и чертыхается. С тех пор как он накануне потерял таблетки, его состояние становилось хуже с каждым часом, а настроение мрачнее. Я знала: всю прошлую ночь он не спал – ему снились кошмары, и он просыпался с криками. Побаиваясь изменений в его поведении, я все ждала признаков проявления болезни, но кроме вспышек злости на самого себя, ничего опасного не происходило. Он оставался адекватен и разумен, лишь его усталые глаза горели ярче, демонстрируя весь спектр не заглушенных лекарствами эмоций.

- Не нашел? – поинтересовалась я осторожно, когда он присел поодаль от меня на другой валун и, словно не зная, куда деть руки, схватил палку и достал из кармана нож, тут же принявшись состругивать кору и делать надрезы, придавая деревяшке необычную форму.

- Черт их знает, куда делись, - в сердцах прорычал мужчина, с силой сжимая рукоять. Глядя на его искренне разнесчастный вид, как будто это было для него делом жизни и смерти, я не могла его бояться, хотя, наверное, следовало. Но, узнав его немного лучше за прошедшие дни, я не могла представить, чтобы он причинил мне или кому-либо вред, даже несмотря на явную эмоциональную нестабильность.

- Тебе без них плохо, да? – посочувствовала я, не зная, чем помочь в такой ситуации. Сама я никогда не сидела на транквилизаторах, даже когда переживала личную трагедию.

- Я не могу спать, - признался Эдвард с мучением. - Мои фантазии – или воспоминания? – становятся все ярче, терзают разум. Я думаю о Белле, о том, что опоздал и отец давно выдал ее замуж за более обеспеченного и пронырливого, чем я, кандидата. Одергиваю себя, напоминаю, что она ненастоящая, но ее образ слишком явственно встает перед глазами! Я помню, - сжал он кулак, яростно глядя в синюю, постепенно темнеющую даль вечернего неба, - шелк ее волос между пальцами. Когда закрываю глаза, чувствую пряный запах ее кожи. Ее глаза, дарящие мне любовь, ее нежные, такие живые прикосновения – все стало осязаемым, как будто бывало в моем прошлом, а вовсе не во сне. Плохо ли мне без таблеток? В каком-то смысле да, болезнь возвращается, и это пугает, но нет, мне без них хорошо, Элис! Ушла усталость, голова очистилась от изматывающего тумана, я могу думать, злиться, радоваться, плакать, если понадобится. Я чувствую себя, черт подери, собой!

- Тогда, может, и ну их, эти колеса? – улыбнулась я неуверенно.

- Да, если мы найдем треклятый переход! – сквозь зубы процедил мужчина, махнув раздраженно рукой на озеро, берега которого мы обошли вдоль и поперек за эти два дня, как и склоны всех близлежащих гор. – А если нет, я вернусь в город безумцем, помешанным на несуществующей девушке, и лечение придется начинать заново.

- Все будет хорошо, - пообещала я, сожалея о том, что фантазии Эдварда не подтвердились, и мы не нашли никакого портала в другой мир.

Склоны, покрытые жидковатой растительностью, обмелевший за лето ручей, протаранивший себе русло в скале и бегущий от озера дальше по своим природным делам, красивые восходы и закаты над белыми вершинами – ничто в этом месте не подсказывало местонахождение Джаспера. Пустоты в скалах, куда он мог провалиться, и где его тело до сих пор лежит, оставались скрыты от глаз простых туристов вроде нас и прочесавших эту местность спасателей. Я склонна была считать, что он неосторожно зашел на ледяной покров озера, который нельзя было разглядеть под снегом, и тот под ним проломился. Тело не нашли, потому что течение унесло его в подземную реку, где он и будет покоиться, как сотни других пропавших людей до него. Это выглядело самым логичным объяснением, и мне пора было смириться с потерей и жить дальше…

Мое настроение было ничем не лучше, чем Эдварда – тоска накатывала, все время хотелось плакать от горя и безысходности. Казалось, я не слишком поверила в версию о параллельных мирах, но исподволь, вопреки доводам рассудка, начала надеяться… И вот, моя надежда разбилась в прах о скалы неприступной реальности.

- Прогуляюсь, - заявила я и решительно поднялась, оставив Эдварда в одиночестве оплакивать собственную несбывшуюся мечту и тонуть в разочаровании.

Ветер стих, хрустульная гладь маленького, но глубокого горного озера ничем не омрачалась. Медленно бредя по берегу, я пинала носком кроссовка мелкие камешки, разглядывая окружающий пейзаж в последний раз, - назавтра мы с Эдвардом приняли решение возвращаться в город.

Взобравшись на невысокую заостренную гряду, нависающую над берегом, я приостановилась, впитывая лучи заходящего солнца и вслушиваясь в начинающуюся «музыку ветра», идущую неизвестно откуда. В тихую погоду какие потоки воздуха издавали звуки? Явление было необъяснимым: мы с Эдвардом каждый вечер пытались найти источник, но стоило нам приблизиться, звук перемещался в другое место, как эхо.

Усевшись на ствол поваленного дерева, я стала кидать по воде маленькие плоские камешки, которых набрала по дороге целую горсть. Некогда с Джаспером мы любили соревноваться в количестве созданных попрыгунчиков, и я неизбежно проигрывала его опыту и сноровке.

Раз, два, три, четыре… темная озерная гладь взорвалась мириадами ярких брызг и расходящимися кругами на воде. Хлюп, хлюп, хлюп, хлюп, - щелкал камешек по ровной поверхности. Хлюп, хлюп, хлюп, чик, - раскатисто ударился о преграду. Нахмурившись, я кинула еще один голыш в ту же сторону, пытаясь разглядеть, что скрывается под водой. Хлюп, хлюп, хлюп, чик, - звук не резонировал с увиденным. А видела я… ровным счетом ничего, в прозрачной как слеза воде и над ней не было никаких препятствий, способных прервать полет снаряда.

Приблизившись, я стала одержимо кидать в эту сторону камень за камнем, уже не касаясь воды, пока не поняла, что предметы попросту исчезают в пространстве, иногда пролетая беззвучно, а иногда обо что-то стукаясь.

- Эдвард! – закричала я, но из-за переполнившего меня волнения горло издало только сиплый хрип. – Эдваааааард!!! – заорала я что есть мочи, разрывая безмолвие прохладной звездной ночи своим воплем.

Когда Эдвард явился на мой зов, я уже стояла по колено в ледяной воде, длинной палкой пытаясь дотянуться до искомого места. Палка прорезывала пустой воздух, и я наверняка со стороны смотрелась нелепо, но я четко ощущала сопротивление невидимой твердой поверхности…

- Я нашла его, - задыхалась я, сама превратившись в обезумевшую психопатку, словно заразилась от Эдварда. – Там что-то есть! – над озером и под водой ничего не было видно, но палка издавала приглушенный стук.

Эдвард был не из тех, кого нужно убеждать или уговаривать: не медля ни секунды, он рванул в воду прямо в одежде и, когда погрузился примерно по грудь, с удивленным вскриком… исчез. Круги, расходящиеся по воде вокруг места, где он только что стоял, быстро сглаживались и исчезали. Я застыла, позабыв о том, как дышать, напряженно ожидая, когда… когда… когда Эдвард вынырнет, но он как сквозь землю провалился.

- Черт тебя подери! – закричала я, в безумном порыве бросаясь следом – то ли на помощь утопающему, хотя слабо верилось в то, что такой брутальный мужчина не умеет плавать. То ли испугавшись, что упущу момент и потеряю шанс попасть туда, куда стремилась – одному богу известно, был ли этот портал всегда в одном и том же месте или спонтанно перемещался, как чертово эхо.

Вода горного озера была ледяной – мне вмиг перехватило дыхание. Холодные щупальца сжимали в могучих тисках мое тело, толкая бежать назад, к спасительному берегу, - сложно представить, что находились смельчаки, рискнувшие искупаться в этом роднике даже в разгар лета. Вот то самое место, где испарился Эдвард – я не закрыла глаза ни разу, боясь потерять его из виду. Мое колено натолкнулась на подводный острый уступ, и я, споткнувшись, стала падать вперед. Вода захлестнула с головой, и я поняла, каким опрометчивым и самоубийственным был мой поступок.

Но я могла дышать… Вместо того чтобы захлебнуться, я словно упала с обрыва, не в силах побороть головокружение. Глаза ослепли, в ушах возник звон, в желудке – тошнота. Ударившись о твердую поверхность, я на мгновение отключилась… а очнувшись где-то на берегу, услышала вдалеке голос Эдварда.

- Элис! – остервенело звал он, с треском продираясь через бурелом. – Элис!

- Я здесь! – сев, я потерла ушибленный лоб, обнаружив на пальцах кровь. Просто ссадина, но неприятно и больно.

Местность изменилась… Те же самые пики гор, то же место, но озера передо мной больше не было, вместо него мимо тек широкий ручей. Ниже по течению раздавался характерный шум бурлящей воды – там поток срывался небольшим водопадом, укрытый густыми зарослями – в моем мире он тек бесшумно, по более ровной поверхности. К тому же здесь оказалось ощутимо теплее. А судя по солнцу, день только подбирался к середине.

- Элис! – в голосе Эдварда, появившегося из колючих кустов, послышалось облегчение. Я перевела на него шокированный взгляд, не в силах поверить, что мы-таки нашли проход в иное измерение! И поняла, по безумному выражению горящих глаз мужчины, что он находится в таком же потрясенном и возбужденном состоянии, как и я, когда он упал передо мной на колени, автоматически вытирая с моего лба кровь стареньким платком. - Мы нашли его, ТЫ – ты нашла его! Мы прошли… Нас раскидало в разные стороны – я с трудом нашел тебя, меня забросило выше по склону. Там стоят старые хибары золотоискателей, валяются инструменты – никого нет, прииск закрыт, но это мой мир, Элис! Ошибиться невозможно! Я даже нашел свое золото! – продемонстрировал он мешочек из грубой ткани, полный блестящих золотых самородков – по моим меркам, целое состояние.

Пока Эдвард взахлеб рассказывал о своем тайнике, куда он прятал добытое золото перед тем, как попасть в мой мир, я застыла, пораженная страхом: в глубине души по-настоящему я не верила в нашу удачу. Да и кто бы всерьез надеялся на моем месте? Я пустилась в эту авантюру от отчаяния, хватаясь за последнюю соломинку, но здравая часть меня была убеждена, что отыщется банальное, реалистичное объяснение исчезновениям людей.

Осознание произошедшего накрыло с головой. Черт возьми, я находилась где-то в ином мире, бесконечно далеко от привычной мне обстановки, от друзей и знакомых, от работы. А вдруг проход не один? Вдруг в мире Эдварда нет Джаспера? Или ему не нужна я… Что буду делать тогда? Здесь, где у меня нет ни друзей, ни близких? Судя по рассказу Эдварда, мои навыки журналиста, а тем более – историка костюма тут пригодятся вряд ли. Способна ли я начать все сначала в чужом мире? Или… все закончится куда хуже, чем у Эдварда, потому как мне просто некуда будет стремиться?

Паника отразилась в моем взгляде, потому что Эдвард, наклонившись, взял мои ладони, вглядываясь в глаза:

- Элис, не волнуйся. Все будет хорошо, обещаю, – настойчивым тоном заговорил он, сжимая мои пальцы, чтобы передать часть своей уверенности. Его глаза горели безумным огнем, но не усталым и не болезненным, какой был в поселке, а воодушевленным и целеустремленным. - Ты… даже не представляешь, что сделала для меня. И теперь я готов на все, чтобы помочь тебе. Пойдем, нам нужно как можно скорее попасть в город. Мы найдем твоего Джаспера!

Я не стала озвучивать свои сомнения – они и так были очевидны, потому кивнула и присела на покрытый мхом валун, выливая из кроссовок воду и отжимая концы брюк, радуясь, что обувь и одежда выполнены из хорошей быстросохнущей ткани. Простые действия ускоряли возвращение самоконтроля. Чем переживать попусту, следовало сделать то, ради чего мы сюда пришли: вернуть Эдварда домой и отыскать Джаспера.

Эдвард излучал нетерпение, но не торопил. Мы теперь поменялись местами: здесь он был дома, а кем буду я? Сумасшедшей? Фриком? Не грозит ли мне психбольница, потому как поверить в нашу историю невозможно? Или здесь подобные происшествия – привычное дело? Мне придется молчать, тщательно скрывая мистическую составляющую моего появления. Нужно будет придумать какую-нибудь легенду, и в этом я могла рассчитывать только на Эдварда, ведь его мира совершенно не знала.

Пока Эдвард отжимал свою одежду, скрывшись за елями, я подняла камень и кинула в ручей, а затем еще и еще в разных направлениях, надеясь снова найти наш портал. Необходимо было сохранить лазейку, обозначить обратный путь – это придало бы мне уверенности в завтрашнем дне, в том, что я смогу в любой момент вернуться домой, одна или, если удача меня не оставит, с Джаспером. Меня ждало разочарование: куда бы я ни кидала камешки, шлепнувшись о поверхность пару раз, они спокойно уходили в глубину, как и должны были. Увы, вход располагался не там же, где выход. Либо зависел от времени года, фаз луны, чьего-то колдовства – чем черт не шутит, я теперь готова была поверить во что угодно!

- Ты жалеешь? – внимательно наблюдавший за моими действиями Эдвард присел рядом на корточки.

- Нет, - пожала плечами я, не лукавя – я все еще готова была продолжать борьбу, невзирая на естественный страх неизвестности. – Но я напугана. Что если я ошиблась, и здесь нет Джаспера, а домой вернуться будет невозможно? Я здесь чужая. Мне не жаль потерять прежнюю жизнь: там меня почти некому оплакивать, родители давно умерли, и я порвала со многими друзьями после исчезновения Джаспера. Но оказаться в совершенно ином мире и понимать, что в нем я буду совсем одна, нелегко…

- Не одна, - серьезно возразил Эдвард. – Я буду рядом. И Белла, я уверен…

Он замер, пораженный какой-то неприятной мыслью, в глазах отразился страх.

- Пойдем, - улыбнулась уже я: настала моя очередь успокаивать парня. – Доберемся до города и узнаем, ждет ли тебя невеста. Сидя здесь, мы останемся в неведении. Зачем тогда лезли?

- Восемь лет прошло… Вряд ли мне так повезет, - мрачно бросил он, поднимаясь на ноги.

- Ты не знаешь женщин, – пожала я плечами, вспоминая себя в прошедшие полтора года и свое безрассудное поведение в последние дни. Восемь лет… я была уверена, что ни в ближайшие восемь, ни даже двадцать лет не вышла бы замуж, так сильно любила Джаспера. – Некоторые готовы ждать вечно. Даже если ждать уже некого…

***

День стоял теплый, но не жаркий. Под лучами солнца наша одежда быстро высохла, избавив от чувства дискомфорта, но зато стало не хватать привычных вещей: интернета, в котором можно посмотреть прогноз погоды и карту, панамы, оставшейся в рюкзаке, и всей нашей еды, брошенной на стоянке.

Эдвард обнадежил, что часов за семь мы должны добраться до города, потому времени не теряли: нужно было успеть затемно. Палатки на случай ночевки у нас теперь не было, и перспектива сна под открытым небом не на шутку пугала, особенно когда невдалеке раздавался волчий вой или лаянье лисиц. Эдвард раз за разом сетовал на отсутствие оружия, говоря об этом как о чем-то само собой разумеющемся, и я с тревогой следила за изменением его состояния, боясь психического срыва. Но он выглядел даже лучше обычного: сосредоточенным, рассудительным и уверенным в себе, словно стряхнул остатки лекарственного сна и полностью пришел в себя.

Я спросила его об этом, и он заверил, что не только разум, но и память потихонечку к нему возвращается: он шел не наугад, а узнавал местность, где бывал раньше. Он больше не сомневался в своем рассудке, а четко и решительно вел нас к цели. Отлично ориентировался, и постепенно я успокоилась, доверившись мужчине полностью – теперь стало очевидно, что он никогда не был болен, и сам Эдвард тоже осознал это.

Немного мы поговорили и об его жизни здесь: с большим облегчением парень понял, что его родители были живы, когда он исчез, частично начал припоминать эпизоды детства. Ему пока не давались даты, имена и последовательность событий, в которых он когда-то участвовал, все они стерлись под воздействием сильных психотропных средств, но прогресс был налицо. Со временем, вероятнее всего, Эдвард вернет свою прежнюю жизнь в полном объеме.

Налегке путешествовать оказалось проще, тем более, мы спускались под гору, но голод вскоре начал давать о себе знать. Усталость и сонливость накатывали волнами – в нашем мире уже стояла глубокая ночь, а в мире Эдварда мы продолжали идти неизведанным маршрутом без всяких троп.

По пути мы встретили еще два заброшенных прииска, совсем старых и обветшалых, в каждом из которых нашли тень, чтобы передохнуть. Эдвард узнал их тоже – когда жил здесь, они уже были покинутыми, мимо них рабочие проезжали на лошадях, поднимаясь к более новому поселению золотоискателей. «Прииск Бенджамина П. 1851», - прочитала я истершуюся надпись на валяющейся деревянной табличке, изъеденной жуками, и чуть не подвернула ногу, запутавшись в раскиданных ветках – физические силы стремительно истощались.

Несмотря на усталость, я не забывала внимательно изучать окрестности. Этот мир был во всем похож на наш, отличаясь только деталями: не было натоптанных троп и привычных стоянок туристов, лес казался гуще, иногда – даже старше, зверье было менее пугливым. В моем мире мы слышали только крики птиц, здесь же волки и лисы водились в немалом количестве, отнюдь не прячась при звуках человеческих шагов. Вывод напрашивался простой: тут было куда меньше людей. Тем более что отсюда ушли золотоискатели. По словам Эдварда, кроме них и охотников, а также местных племен индейцев, в горах никто не бывал. Как следствие, приходилось прокладывать путь наудачу через скалы, овраги и заросли, что замедляло наше передвижение.

Сделав еще пару остановок у ручья, чтобы утолить жажду и немного остудить гудящие ноги, шесть часов спустя мы оказались на высокой площадке, с которой открывался вид на долину. Я в очередной раз удивилась сходству миров: на такой же точно площадке я стояла всего лишь два дня назад, осматривая окрестности горы Шаста. Только в моем мире сюда вела ухоженная тропа, сглаженная миллионами ботинок, а здесь пришлось карабкаться, цепляясь за острые выступы. Вертикально уходящую ввысь стену в моем мире украшали бесчисленные ленты, привязанные тысячами побывавших тут туристов, жаждущих оставить свой след. На камне эти вандалы вырезали даты своих посещений, здесь же, в мире Эдварда, скала оказалась девственно чистой.

Контуры вершин на горизонте идеально копировали горы моего мира, а вот долина поразила отсутствием огней – не было видно ни дорог, ни машин, ни столбов линии электропередач, ни вышек мобильной связи, повсюду, куда ни кинь взгляд, раскинулось море нетронутого человеком лесного массива. А ведь в моем мире мы бы уже вышли к цивилизации – вся долина была застроена маленькими туристическими поселками, кафешками и бензоколонками вплоть до границы с резервацией. Городок Маунт-Шаста, в который я прибыла несколько дней назад, остался на другой стороне перевала, но я была теперь более чем уверена, что в этом мире он тоже окажется темен, если вообще существует. Солнце клонилось к закату, на долину уже легла тень, и отсутствие электричества заставляло меня чувствовать себя крайне неуютно, словно я оказалась в средневековье.

- Вон, видишь городок у подножия? – указал рукой Эдвард, напряженно всматриваясь. – Нам туда.

Небольшое поселение я разглядела сразу, но оно меня заинтересовало меньше, чем расположенная на десяток миль восточнее индейская деревня: если меня не обманывало зрение, там стояли классические треугольные вигвамы, между которыми горели костры, выпуская к небу ровные струйки дыма. Деревня находилась несколько правее, чем в нашем мире, полностью занимая пологий склон вокруг озера, и была гораздо более многочисленной.

- Эдвард, это же деревня Винту там? – уточнила я у спутника.

- Да, - нахмурился он. – Это Винту. Но ты же видишь – это не твой мир! – проворчал он, досадуя на мою невнимательность. Он был неправ: я заметила все отличия. И сделала выводы, но делиться ими пока было рано.

- Здесь многое выглядит иначе, а что-то очень похоже… - пробормотала я. – Чуть по-другому, но…

Открывшийся пейзаж вызывал чувство дежавю и что-то напоминал, но что? Выудив из кармана почти севший телефон, выживший только благодаря гермоупаковке, которую Джаспер всегда брал с собой в походы и меня приучил, я открыла альбом с фотографиями, чтобы сопоставить местность. С этого уступа я сделала немало снимков, поэтому рассматривать было что. Но скоро я поняла: не то. Фотографии весомо отличались. Я видела этот пейзаж, но не своими глазами… Пролистав до материалов, касающихся разных легенд, которые я скачивала на телефон еще в отеле, когда искала объяснение исчезновениям людей, я уткнулась взглядом в гравюру второй половины девятнадцатого века, украшающую заголовок одной из статей, и застыла. Эти виды были совершенно, абсолютно одинаковы, и горы, и лес, и даже струящийся на востоке дым, будто художник побывал здесь только вчера… И теперь, наконец, у меня сошлись все факты воедино.

- Эдвард, это не другой мир, - замотала головой я, подзывая спутника. – Смотри. Это гравюра шестидесятых годов девятнадцатого века, до землетрясения, которое случилось в этих местах в тысяча восемьсот семьдесят третьем. Та катастрофа, да и серия последовавших за ней, изменила пейзаж, - продемонстрировала я современный снимок, который сама и сделала – форма озера на нем была не овальной, а выгнутой, как будто со стороны склона образовалась насыпь, а холм, на котором сейчас стояла деревня, исчез, - прогнали с насиженных мест всех здешних обитателей… Похоже, городок, в котором ты вырос, просто разрушило землетрясением, восстанавливать его не стали и забыли.

Забрав у меня телефон, Эдвард уставился на экран, то приближая, то отдаляя картинку, поднимая иногда глаза на расстилающийся перед нами вид.

- Что ты хочешь этим сказать? Что мы в прошлом? – неуверенно предположил он, поглаживая неровную щетину на подбородке: во время одного из наших привалов парень сбрил бороду своим рабочим ножом, в попытке вернуть себе приличный облик перед встречей с невестой. – Так все просто?

- И тогда все сходится, - усмехнулась я. – А вопросы находят ответы. Я знаю историю: в девятнадцатом веке по этим горам бродили лишь индейцы, золотоискатели да охотники. И что мы видим? – обвела я рукой пустующие окрестности, где до сих пор мы встретили лишь следы этих трех перечисленных представителей. - Отсутствие современных технологий и электричества, малое количество людей и их поселений и множество непуганых диких животных, - перечислила я неопровержимые доказательства, загибая пальцы, - ручей на месте образовавшегося много позже озера, появившиеся в моем времени туристические стоянки и тропы, которых сто лет назад и в помине не было. Дата на табличке с золотого прииска – тысяча восемьсот пятьдесят первый. Статьи о тебе, в которых говорилось, что ты прожил больше века. Разные миры могут, конечно, отличаться летоисчислением, и все же версия о путешествии во времени, как ни странно, выглядит гораздо реалистичнее.

- В это так же трудно поверить, как и в параллельные миры, - покачал Эдвард головой.

- В каком году ты родился?

- В тысяча восемьсот сорок девятом, - на автомате ответил он, а потом встрепенулся: – Что?..

Я улыбнулась: еще одно доказательство моей теории. Может, психиатры и запутали парня, пытаясь «вылечить от бредовых идей», и даже придумали ему наверняка новую дату рождения, но так быстро назвать год своего появления на свет мог только человек, повторяющий его с самого детства.

Глаза Эдварда тоже сверкнули осознанием.

- Так я говорил всем, когда попал в ваш мир. И они посчитали меня сумасшедшим, - горько усмехнулся он.

- Сколько лет тебе было?

- Двадцать один, почти двадцать два.

- Ну вот. Значит, ты пришел к нам из тысяча восемьсот семидесятого, - попыталась я вычислить текущую дату, в которую мы попали. - Прибавим прожитые тобой восемь лет и получаем тысяча восемьсот семьдесят восьмой… Нет, не совпадает, - нахмурившись, я вновь сравнила снимки, тщетно сопоставляя в уме не вяжущиеся цифры.

- Если только… - предположил Эдвард, чутко уловив мою мысль.

- Если только время в двух веках идет не параллельно… Если перемещение не зависит от времени…

- Мы могли попасть в любой год до землетрясения, - пробормотал Эдвард с тревогой.

- Ну, почему же, - рассудила я. – У нас есть дата на табличке с прииска, и мы точно знаем, что землетрясения еще не было. Прииск, в котором ты работал, покинут, значит…

- Это значит, что мы находимся в промежутке между семидесятым и семьдесят третьим годом, – воскликнул Эдвард приободрившимся голосом. И ему было чему радоваться: три года, которые прошли с момента его исчезновения, это не восемь лет, невеста, возможно, его дождалась. Но это также означало, что Джаспера могло забросить в абсолютно любое время – в работе портала не было никакой системы! Джаспер мог попасть сюда только вчера, а мог и еще на сто лет раньше или на двадцать – позже, и тогда мои попытки найти его будут бесполезны. Нас могло разбросать по разным векам, как нас с Эдвардом при перемещении размотало по разные стороны от озера. Моя едва вспыхнувшая надежда снова потускнела и вернулся страх.

- Все будет хорошо, - потрепал меня Эдвард за плечо, призывая успокоиться и не сдаваться раньше времени. – Темнеет. Пойдем, до города уже недалеко.

- Там все и узнаем, - согласилась я, спускаясь с площадки по узкой тропинке, ведущей в долину. – К счастью, я историк и немало знаю об этой эпохе. Надеюсь, меня не назовут ведьмой за ношение брюк и не сожгут на костре. Времена не те уже, кажется.

***

Городка Виджен-Пойнт, которого в моем времени не осталось ни на одной карте, мы достигли в сумерках. Пошел дождь, улицы опустели, позволяя нам остаться незамеченными. Эдвард порывался сразу отправиться к невесте, но я его отговорила: пугать девушку, а тем более – несговорчивого отца неожиданным, еще и поздним появлением не стоило. Да и меня следовало сначала куда-нибудь пристроить, не мог же Эдвард бросить меня посреди улицы.

Пройдя окраиной, мы оказались у добротного дома, напоминающего жилище Эдварда в моем времени – деревянная резьба на рамах, под крышей и на крыльце была точно такой же. В окнах горел свет – хотелось верить, что с родителями Эдварда все в порядке, все-таки, они думали, что потеряли единственного сына. Когда мой спутник поднимался по высоким ступенькам, его руки заметно дрожали от волнения.

- Ма-ам? – крикнул он, дергая тяжелую дубовую ручку. – Отец!

Раздались торопливые шаги, за распахнутой дверью в небольшой прихожей возник женский силуэт. Хозяйка дома остановилась как вкопанная и покачнулась, прижав руку к высоко поднимающейся груди.

- Эдвард, о боже! – услышала я возглас, принадлежащий явно молодой женщине.

- О мой бог, Белла… - ахнул Эдвард, шагнул вперед и медленно опустился на колени перед миловидной девушкой с длинными каштановыми волосами, обнимая ее так отчаянно, будто не в силах был поверить в свое счастье.

Я стояла поодаль, смущенно наблюдая за парой влюбленных. Догадаться было несложно - невеста дождалась своего любимого, иначе что бы она делала в доме его матери? Я могла поставить что угодно на то, что Изабелла не замужем и вскоре эти двое сыграют свадьбу, тем более что кое-какие сбережения у Эдварда теперь были. Я не знала, насколько весомо в этом времени добытое Эдвардом золото, но что-то мне подсказывало, что и без денег Изабелла бы его выбрала. По крайней мере, за одного из нас можно было больше не беспокоиться.

- Где ты пропадал?! Полтора года прошло! Что с тобой случилось? – лепетала девушка. – Мне сказали, что ты сгинул в горах, ушел и не вернулся, но я не верила никому…

- Полтора, – выдохнул Эдвард. – Там, где я был, прошло восемь лет… Когда я расскажу тебе, ты не поверишь!..

- Эдвард? – раздался в глубине дома еще один женский голос и медленные, болезненные шаги. – Эдвард…

В дверном проеме появилась женщина лет пятидесяти, на которую мой спутник был очень похож.

- Мама! – оставив возлюбленную, сын бросился к матери, и некоторое время они эмоционально перебивали друг друга, рассказывая новости и отвечая на торопливые вопросы.

Оказалось, что родители Эдварда узнали об исчезновении сына лишь два месяца назад, когда прииск закрыли из-за участившихся землетрясений и несчастного случая – кусок породы упал на голову золотоискателю. Добычу металла перенесли выше по течению, в безопасное место, но часть рабочих вернулась в город. Они-то и рассказали, что не видели Эдварда уже много месяцев, считая, что он просто вернулся домой, уставший от неудач.

Отец Эдварда сразу отправился на поиски сына, а мать слегла из-за волнения. Добрая Изабелла навещала мать Эдварда каждый день, заботясь о приболевшей женщине как о собственной матери, каковой давно ее считала.

В голосе матери, говорившей о застенчиво мнущейся рядом Изабелле, я слышала неподдельную гордость: девушка оказалась с характером. Она не только взяла на себя хозяйство Мейсенов вопреки воле отца, желающего держать дочь на коротком поводке, но и сама готовила старой женщине еду, хотя в ее доме это делали слуги, которых мог себе позволить мистер Свон. Неудивительно, что отцу так и не удалось выдать непокорную дочь замуж: она наотрез отказывалась выбирать кого-либо кроме Эдварда. Слушая эту невероятную историю, я невольно улыбалась: и в девятнадцатом веке встречались сильные женщины, способные отстаивать право на счастье с любимым человеком.

Когда схлынули эмоции встречи Эдварда с невестой и матерью, дошла наконец-то очередь и до меня. Эдвард с радостью представил меня семье как человека, который… спас его и вернул домой. Он пообещал рассказать все подробности, как только нам дадут воды и соберут на стол.

Пока Эсми – мама Эдварда – и Изабелла суетились по хозяйству, перебрасываясь оставшимися, не такими значительными городскими новостями, я скромно сидела у стола, давая отдых измученным ногам. Прекрасно понимая состояние своего спутника и его родных, я не могла отбросить собственные переживания и не покидающее тело напряжение. Вопрос «тот ли это мир» отпал, теперь я точно знала текущий год – тысяча восемьсот семьдесят второй, - но оставался вопрос «в нужное ли я попала время». Здесь ли Джаспер? Или он попал совершенно в иной век? Однако до моих вопросов дошли нескоро, только после того, как история исчезновения и возвращения блудного сына была рассказана.

- Непросто в такое поверить, - вздохнула миссис Мейсен, с нежностью глядя на сына, который не сводил счастливого взгляда с невесты. – Но я смотрю на вас, Элис, и вижу – вы другая, совсем. Сын… тоже изменился, но вы… Мне приходилось бывать в Сан-Франциско, и там таких необычных женщин тоже нет. Да и нигде нет, странности вашего поведения не скроешь от внимательных глаз. И ваша одежда, ее покрой и материал. И особенно это странное устройство… - с осторожностью покосилась она на телефон.

- Спасибо, что выслушали и поверили нам, - кивнула я с благодарностью. – Не каждый бы на вашем месте смог принять такое. В моем мире Эдварда лечили от психической болезни.

- Какой ужас, - покачала миссис Мейсен головой, бросив на сына испуганный взгляд. – Я слышала, из таких больниц не выходят никогда…

- В наше время все не настолько плохо, - поспешила успокоить женщину я. – Но и не идеально, к сожалению, особенно когда лечат, как мы понимаем теперь, здорового человека.

- Неужели они не могли понять это? В вашем мире, вы сами рассказывали, почти не осталось предрассудков.

- А вы поверили бы в нашу историю, если бы ее рассказал не ваш сын? – мрачно задала я риторический вопрос. – В наше время много появилось такого, о чем здесь невозможно мечтать, но проходы сквозь время остаются фантастикой еще большей, чем тут. Если бы я сюда явилась одна, меня ждала бы та же участь, что и Эдварда.

- Но мы этого не позволим, - решительно объявила хозяйка дома, послав мне ободряющую улыбку.

Но ее энтузиазма я пока не разделяла.

- Я пока не знаю, что делать дальше, - пожала я плечами. - Я хотела найти близкого человека, в итоге оказалась за сто с лишним лет до своей эпохи. Вы понимаете, что рассказывать о путешествиях во времени посторонним нельзя ни в коем случае?

- Конечно, нет, - согласилась мать Эдварда. – Надо придумать хорошую, правдоподобную историю, которая объяснит и возвращение сына, и ваше появление. Придется вам, Элис, побыть нашей родственницей – иного варианта я не вижу. Будем считать, что Эдвард прожил эти полтора года у моей родни на восточном побережье. И вы приехали с ним оттуда. Здешние обитатели мало путешествуют, думаю, мы сможем всех в этом убедить. И ваши отличия они воспримут как странные, но милые особенности места вашего рождения.

- Я не против, - улыбнулась я. – И Джаспера искать будет проще: похожу по городу, поспрашиваю у местных…

- Джаспера? – Изабелла задумчиво нахмурила лоб. – Мужчин с таким именем я у нас не встречала.

- А фамилия Уитлок о чем-нибудь вам говорит? – упомянула я безнадежно, адресовав вопрос и Эсми тоже.

- Может, заезжий кто бывал? – пожала плечами кареглазая девушка. – В нашем городке появляются и купцы, и охотники, и золотоискатели. Всех имен знать невозможно.

- Ты могла бы спросить у своего отца, - улыбнулась Эсми, ласково погладив сидящую рядом Изабеллу по руке, как любимую дочь, - он ведь торговец, часто ездит в соседние поселения и встречается с большим количеством и местных, и посторонних. Может, слышал о чужаках с таким именем. Или спросит у своих торговых партнеров.

- Нужно будет выдумать правдоподобное объяснение, почему я интересуюсь незнакомым мужчиной, иначе у папы возникнут вопросы, ответов на которые у меня нет, - развела Изабелла руками, виновато взглянув на меня.

Времена накладывали определенные ограничения на женщин, и я нахмурилась, осознав, что сама, скорее всего, не буду иметь возможности ходить по городу в одиночку и расспрашивать каждого встречного о каком-то мужчине. В этой эпохе подобное поведение может привести к плачевным последствиям.

- Эдвард может поинтересоваться у друзей с прииска, - внесла еще одно предложение Эсми, - может, там твоего Джаспера видали, если он, как и вы, появился в горах.

- Спасибо, - я порылась в карманах, разыскивая фотографию. Эсми, Белла и Эдвард склонились над ней, рассматривая изображение и удивляясь качеству «портрета».

- Я не уверена, - смущенно взглянула девушка на меня, – но его глаза кажутся мне знакомыми…

Неужели?! В глубине души встрепенулась надежда, но Изабелле больше нечем было меня порадовать.

- А не слышали вы какой-нибудь истории о бледнолицем, который поселился среди индейцев? – попытала я удачу новой информацией, которая вполне могла оказаться здесь реальностью. Мария из резервации говорила, что событие произошло около ста лет назад, и почему бы предку Джаспера не оказаться… самим Джаспером? Есть ли шанс, что я попала в то самое время?

- Маловероятно, что индейцы примут к себе белого, - покачала головой Эсми, но неожиданно Изабелла с ней не согласилась.

- Вообще-то, такой случай действительно был, - внезапно встрепенулась девушка. Я замерла, не смея поверить в услышанное. - Лет пять назад, что ли. Эдвард, ты наверняка знаешь эту историю, может, даже видел этого чужака в пабе или слышал о нем от других… То, что он нездешний и отличается ото всех, заметили многие, - подняла девушка глаза на жениха. – Белый, но одет как индеец. Искал что-то в нашем городе, вопросы задавал, на которые никто ответить не мог. Помнишь?

- Увы, - развел руками парень. – Последние годы, если события не касаются тебя, вообще осознаются с трудом.

- Знаете, что он планировал? Куда отправился дальше? – умоляла я дать мне хоть какую-то зацепку для поисков.

- Здесь он и обосновался, - улыбнулась кареглазая девушка, даря мне настоящую, а не призрачную надежду, - в индейской деревне. Видимо, это твой Джаспер и есть.

Изабелла еще раз внимательно всмотрелась в фотографию: сомнение в глазах постепенно сменялось узнаванием.

- Да, пожалуй… - бормотала она. – Имени его я не знаю, не приходилось общаться, но мой отец регулярно с ним контактирует: он охотник, сдает ему свежие шкуры. Надеюсь, я не ошиблась, - вернула мне девушка снимок.

- Почему ты не уверена? – мне казалось, что, раз встретив Джаспера, забыть его невозможно.

- Очень трудно узнать его без бороды, - застенчиво рассмеялась Изабелла. – На твоей картинке молодой, гладко выбритый юноша, а траппер, который живет у нас – суровый мужчина средних лет, совсем не изысканной внешности, поэтому, как бы мне ни хотелось обнадежить тебя, я все еще могу ошибаться. Он высокий – выше Эдварда? Со светлыми, слегка вьющимися волосами? – уточнила она, и я с радостью кивала на каждую деталь.

- Позволите? – вмешался Эдвард. Положив фотографию на стол, он ловко скрыл подбородок Джаспера крошечным пучком соломы. – Теперь похож?

- Как живой, - кивнула Изабелла уверенно. – Это он, Элис. Даже не сомневайтесь. Вы не зря сюда пришли. Осталось привести вас в должный вид, дождаться пятницы…

- Пятницы? – эхом откликнулась я, не понимая, зачем откладывать долгожданное свидание на такой срок.

- Охотники сдают моему отцу добычу каждую первую пятницу месяца. Джаспер наверняка будет там, это наилучшая возможность для вашей встречи, чтобы не возникло ненужных вопросов.

- А раньше никак нельзя? – вскинулась я, не в силах выносить ни минуты промедления.

- В индейскую деревню простым горожанам соваться без веского повода не стоит, одной – тем более, - объяснила миссис Мейсен. – Удивительно, что Винту приняли твоего жениха, обычно они белых не жалуют. Не так уж давно мы перестали враждовать с ними и научились мирно сосуществовать. Сейчас уже никто ни с кем не воюет, но порой все-таки происходят стычки. В основном, когда бледнолицые подходят близко к деревне. Хотите проверить терпение краснокожих воинов, нежданно-негаданно появившись в их поселении? А вдруг это не ваш Джаспер, в каком положении вы тогда окажетесь?

Что верно, то верно… Пришлось умерить свой пыл, хотя это было очень нелегко для современной девушки.

- Если только он мне еще жених, - невесело фыркнула я, отворачиваясь, чтобы скрыть расстройство. Меня смущало упоминание пятилетнего срока, за это время могло произойти все что угодно, в том числе и то, чего я особенно боялась. За пять лет, проведенных здесь, Джаспер не только посуровел и возмужал, судя по описанию Изабеллы, но мог уже жениться на пресловутой Аяше Пово, и я окажусь пятым колесом в телеге. Это бы объяснило его привязанность к индейской деревне, его нежелание покидать ее и жить среди белых. Сердце сжало дурное предчувствие, трудно стало дышать.

Зато он жив, - хмуро напомнила я себе. Разве не об этом я молила высшие силы? Мою просьбу выполнили. Претензии предъявлять поздно, только благодарить… И мне останется лишь вновь и вновь штурмовать горы, ища путь домой… Или смириться со своим новым положением и привыкать к жизни в девятнадцатом веке.

- Элис, мы тебя в любом случае не оставим, - серьезно поклялся Эдвард, поняв без слов, о чем именно я думаю. – Все будет хорошо.

- Я попытаюсь верить в это…

В моем голосе больше было сарказма, чем веры.

- А это лучше делать, как следует отдохнув. Хватит на сегодня треволнений, оставим их на завтра, - поднялась миссис Мейсен, прерывая наши затянувшиеся посиделки, потому что и у ее сына, и у меня буквально слипались глаза. Мы не спали двое суток, и все это время непрерывно шагали по очень сложной местности. Сейчас мы были сыты и в тепле, расслабились, и усталость накатывала неудержимыми волнами, грозя утянуть в царство Морфея на ходу. – Пойдемте, Элис, я покажу вам комнату. Наутро все покажется не настолько мрачным. Изабелла, за тобой отец кого-то прислать же должен?

- Да, миссис Мейсен, думаю, через полчаса уже, - кивнула девушка, с трудом оторвав влюбленный взгляд от Эдварда, нежно сжимающего ее ладошки.

- Ну, тогда у вас есть эти полчаса, - улыбнулась миссис Мейсен, уводя меня на второй этаж и давая возможность побыть двум влюбленным наедине. Наше присутствие отвлекало их от главного – от состоявшейся спустя много месяцев встречи. И я была уверена, что для Изабеллы полтора года длились не меньше, чем восемь лет – для Эдварда. Хотелось видеть в этом знак: для меня разлука с Джаспером тоже длилась полтора года. Мы с этой девушкой ждали одинаково долго.

И все же меня одолевало достаточно страхов. Кроме главного врага – времени, разбросавшего нас очень далеко друг от друга, был еще один, не менее пугающий. Рассказ Марии не выходил из головы, теперь складываясь в новую картину: Джаспер и юная девушка с черной косой, счастливые темноволосые дети бегают вокруг вигвама… Усилием воли я отбрасывала навязчивый образ, но его место занимал другой: я спешу, догоняя высокого мужчину со светлыми, слегка вьющимися волосами, охотника с ружьем за плечами, он оборачивается… но это не Джаспер. Время, которое понадобится на его поиски в этой эпохе, может занять всю мою жизнь…

***

Следующий день показался мне бесконечно долгим, пусть даже я и проспала почти половину после проведенной без сна ночи. Мысли крутились разные, не позволяя отдохнуть, но организм был настолько замучен, что с первыми лучами солнца, проникшими в комнату, я все-таки отключилась. Меня разбудило ржание лошадей… и женские голоса на первом этаже дома, в гостиной.

Внизу меня ждала Изабелла, которая привезла несколько своих платьев – мы были одинаковой комплекции, хотя я оказалась на полголовы ее ниже. Женщины семейства Мейсен – и настоящие, и будущие, - близко к сердцу приняли мою судьбу, благодарные за возвращение сына и жениха, поэтому со всем рвением взялись за сложную работу по натурализации девушки из двадцать первого века в веке девятнадцатом.

Мне было непривычно все: отсутствие зубных щеток, автомобилей и телефонов, электричества и удобной современной кухни, горячей ванны и санузла. Мне предстояло научиться говорить в манере ушедшего века, как и, отказавшись от таких родных джинсов, надеть совершенно непрактичную, громоздкую женскую юбку. Хорошо, что об особенностях последней, в силу увлечения костюмами разных эпох, я знала многое, но все равно: одно дело рассматривать музейные экспонаты, и другое – носить их.

- Официально вы приехали утром на рассвете, - внушала миссис Мейсен, подгоняя под мой рост одно из платьев. – Изабелла уже обрадовала отца. Девочка настолько его извела за полтора года, что мистер Свон, кажется, рад не меньше дочери возвращению Эдварда. Сейчас нам уверенность Изабеллы в том, что Эдвард жив, которую она излучала все это время, очень на руку.

- Я думаю, что ему все-таки стоит узнать правду, - вздохнула девушка. – Не привыкла я лгать папе, это будет меня тяготить. Несмотря на сложившееся впечатление о нем, как о тиране, - послала она улыбку Эсми, - Чарли чудесный отец, и он всегда желал мне только добра. Если бы это было не так, стал бы он терпеть мои капризы? Если б не любил меня и не хотел мне счастья, давно б заставил выйти замуж за того, кого сам выберет.

- Я его не осуждаю, - миссис Мейсен тоже улыбнулась девушке, - но все же он бывает к тебе слишком строг. Уверена, что он способен принять историю приключений Эдварда так же лояльно, как ты сама?

- Главное, он не намерен больше препятствовать нашему с Эдвардом браку, - хмыкнула довольная положением вещей Изабелла.

Я улыбнулась ее энтузиазму: это насколько надо иметь твердый характер, чтобы вот так переупрямить мнение отца? При здешних патриархальных и традиционных нравах? Немудрено, что ради такой невесты Эдвард метался восемь лет, стремясь к ней!

День минул в хлопотах, а по городу о возвращении Эдварда и моем приезде потихоньку поползли слухи. К миссис Мейсен заглядывали соседки, им не терпелось увидеть вернувшегося потерянного сына, узнать все новости.

Уснула я снова под утро, а в пятницу меня начала бить нервная дрожь, когда после завтрака Изабелла пригласила меня к себе в дом. Благодаря заботливым рукам Эсми я была готова к своей первой прогулке по девятнадцатому веку: скромно одета и правильно причесана. Никто теперь не отличил бы меня от местных девушек, по крайней мере, пока я не заговорю. По дороге на нас поглядывали, но с расспросами не приставали.

Дом Свонов оказался намного больше и, очевидно, богаче дома Мейсенов. Часть первого этажа занимала контора, в которой вел дела отец Изабеллы, другая часть и второй этаж были жилыми. Нас встретила строгая пожилая дама – как шепотом мне объяснила невеста Эдварда, ее тетка, незамужняя сестра. Меня она смерила недобрым взглядом, но ответила вежливо.

Потом я познакомилась и с самим Чарльзом Своном – высоким мужчиной с суровым лицом, которое мгновенно светлело при появлении дочери. Понаблюдав минут десять их вместе, я в очередной раз поразилась, как эта хрупкая девчушка уверенно командует солидным мужчиной, готовым ради дочери на все, но делает это умно и незаметно, ничем его не унижая и не огорчая. Без сомнения, Эдварду достанется великолепная супруга.

Изабелла показала мне дом, рассказывая по пути истории из своего детства, прекрасно понимая, что мне в тот момент было абсолютно ни до чего. У меня тряслись руки и ноги, волнение зашкаливало, едва позволяя дышать. Никогда я так не нервничала. А о том, что я себе успела напридумывать, даже говорить вслух не хотелось.

Мы были на первом этаже, когда с улицы раздался голос, который я узнала бы из тысячи. Голос, который я уже не надеялась снова услышать.

- Да, мистер Свон, шкуры хорошие, ровно пятнадцать. Как заказывали. Вы же знаете, у нас осечек не бывает.

- Да уж знаю. Вы и сами отличный охотник, а значимость того, что благодаря вам наладилось общение с индейцами, переоценить и вовсе невозможно. Я делец, мне войны не нужны. А хорошие сделки – всегда радуют.

Хлопнула дверь и голоса стали приглушенными: похоже, Чарльз Свон и его поставщик зашли в контору для оплаты. Только это меня остановило, а еще пальцы Изабеллы, сжавшиеся на предплечье: она просила меня подождать, пока мужчины решат свои дела.

Эти десять минут показались мне вечностью. Я порывалась спуститься в холл, но Белла утащила меня на внутренний двор, где слуги усердно трудились: мыли, стирали, что-то резали и весело сплетничали. Пройдя вдоль небольшого, аккуратного палисадника, мы стали огибать дом по тенистой тропинке, когда я услышала ржание нетерпеливого коня и звяканье сбруи. Ноги отказывались идти: еще минуту, и Джаспер бы уехал. Но я успела. Поспешно выдернув руку из хватки подруги, я завернула за угол, где в тени раскидистых деревьев была обустроена коновязь: чаще всего к мистеру Свону партнеры приезжали верхом.

Все выглядело как в моем кошмаре: я пыталась догнать высокого мужчину со светлыми волнистыми волосами, собранными в хвост – теперь они были длиннее. В старой потрепанной одежде охотника и с ружьем за плечами. Вот только никак не удавалось выкрикнуть его имя – в горле от волнения застрял сухой, колючий ком. Больше всего на свете я боялась, что это окажется не Джаспер, и мои надежды рассыплются в прах.

Собиравшийся садиться на коня, одновременно похожий и непохожий на себя, мой пропавший полтора года – или пять лет назад? – жених обернулся на звуки шагов и замер, впиваясь в меня колдовскими серо-зелеными глазами.

- Элис? – едва слышно произнес он. – Неужели это ты, Элис?

Сомнения выветрились из головы за эти несколько шагов, которые я преодолела в считанные мгновения. Что бы ни случилось за пять лет, Джаспер был рад меня видеть – я не могла ошибиться. Я слишком хорошо его знала, чтобы перепутать эмоции.

- Джас, - пробормотала я, утыкаясь в его грудь и радуясь, что за деревьями нас было не видно. – Джас…

- Как ты здесь оказалась?! – потрясенно выдохнул он, сжимая меня так крепко, что у меня перехватило дыхание. – Мне кажется, что я сплю!

- Пошла за тобой, - сбивчиво объясняла я, всхлипывая и размазывая по куртке Джаспера горькие слезы. – Сначала, чтобы найти твой труп. Потом, когда поняла, что ты можешь быть жив, целенаправленно искала проход.

- Вот же дурочка, - Джас попытался придать голосу строгости, но тот дрожал от счастья.

- А как здесь оказался ты? – потребовала я сквозь рыдание, вцепляясь в кожаную куртку негнущимися пальцами и жадно втягивая родной запах.

- Ну, как-как… - виновато пробормотал мой мужчина, ласково растирая мои дрожащие плечи, - по глупости, разумеется. Увидел на вершине какие-то странные огни и полез смотреть. Похожи были на светлячков, но ведь зима стояла, мороз! И мне позарез хотелось найти этому явлению научное объяснение или хотя бы поймать насекомых и принести друзьям в банке, чтобы они мне поверили. Когда огни исчезли в расщелине, я полез за ними и оказался в пещере. Ничего особенного не нашел, просто мокрые камни и куча сосулек. А когда повернулся, чтобы вылезти назад, за моей спиной уже образовалась стена… Сколько я ни искал расщелину, через которую попал внутрь, найти не смог! Она исчезла! Пришлось выбрать другой выход, и вот я оказался в этом времени, за сто тридцать лет до твоего и своего рождения…

- Я нашла портал не в пещере, а в озере, - хлюпнула носом я. – Ты бы тоже нашел, если бы искал в разных местах, а не только в пещере.

- Видит Бог, я старался, - бормотал он, покрывая поцелуями мои волосы. – Год за годом, постепенно теряя надежду. Я и охотником-то стал, чтобы иметь возможность чаще бродить по лесу в надежде оказаться в своем веке. Мне не удалось вернуться домой, прости. Я думал, никогда тебя уже не увижу, девочка моя. Но ты…

- Я, похоже, старалась лучше, - улыбнулась я, поднимая лицо. Этой фразой я не раз дразнила его в прошлом.

- Неужели это ты? – повторил он неверяще. – Не пойми меня неправильно, но зачем…

- Ты не рад? – нахмурила я брови.

- Я никогда так рад не был, - мотнул он головой; улыбка на губах вышла озабоченной. - Но ты же понимаешь, где мы. Ты умная, уже обо всем догадалась, да?

- Только попав сюда, - хмыкнула я. – Но это уже неважно.

- Здесь… другая жизнь, Элис, - его лицо посуровело, и я, наконец, разглядела все произошедшие с ним перемены: обветренные бледные губы в окружении неровно остриженной бороды, сеточку мелких морщинок вокруг глаз и более выраженные скулы. Из красивого беспечного мальчишки Джаспер превратился в умудренного опытом, взрослого мужчину, ежедневно борющегося за жизнь. Он похудел, а ладонями я чувствовала его весьма крепкие мышцы. Он был совсем другим, не тем Джаспером, которого я знала. Это место сильно его изменило…

- Я тебе не нужна? – сомнения вырвались наружу сорванным голосом и хрипло прозвучавшим вопросом.

- С ума сошла! – объятия стали теснее. – Нет никого нужнее тебя. Просто я боюсь за тебя, маленькая моя… Ты поступила очень храбро, но ты понятия не имеешь, во что ввязалась. Жизнь здесь – не то же самое, что в наше время. Я каждый день борюсь за существование… И, черт возьми, как мне теперь защитить еще и тебя?!

Не выдержав, он наклонился и накрыл мои губы своими. Поцелуй получился жарким и с привкусом отчаяния… именно то, что мне было нужно.

***

Это был насыщенный день. Огромное волнение с утра, нетерпеливое ожидание встречи с Джаспером. Эмоциональное воссоединение и разговор по душам. Знакомство Джаспера, Изабеллы и Эдварда, а также возвращение отца семейства Мейсенов к радости сына, рассказ о наших приключениях за обедом. История послания Джаспера самому себе «сквозь время», дошедшее с большими искажениями, требующее более точной формулировки на этот раз. Обсуждение дальнейших планов: знание о том, что портал перемещается, шанс для нас с Джаспером отыскать путь домой, намерение в ближайшее время отправиться для этого в горы. И затем отъезд: конечно же, мой дом был там, где и Джаспера, неважно, в каком веке. Эсми предлагала нам остаться, но я же видела, как неловко моему жениху в чужом доме, к тому же я до смерти хотела узнать, где и чем он живет.

Теперь я тряслась на лошади, прижимаясь к спине Джаспера и крепко держась за его талию руками. Мы медленно шагали через сумеречный лес невидимой тропой: Джас приспустил поводья, позволяя животному самому выбирать путь. Панда – так звали белую в яблоках лошадь – знала дорогу домой. Вряд ли местные видели когда-либо панду, а для Джаспера это было напоминанием, что он не отсюда.

Мы говорили. Я хотела знать все: как он осознал, что очутился в другом времени, как смог смириться с этим и приспособиться к здешней жизни, почему остался с индейцами и чем ему не угодили белые. В глубине души все еще сидела занозой ревность.

- А тебя точно не ждет в деревне какая-нибудь симпатичная красотка со смоляной косой? – ворчливо поинтересовалась я, пальцем выводя узоры на спине любимого мужчины. Он затрясся от смеха.

- Мне некогда было заводить романы, - ухмыльнулся он. – К тому же, индейцы считают меня чудаком. Да и бледнолицые – тоже, - добавил с иронией.

Мне стало немного легче, но все же я заметила, что Джас не прямо ответил на вопрос. Он не приглядел себе индейскую девушку, но что если девушка положила глаз на него?

- А что у тебя было с Марией? – меня все еще не оставляло воспоминание о том, как она краснела, рассказывая о Джаспере. Он провел в резервации целую ночь, общаясь с ней!

- С какой Марией? – в голосе Джаса прозвучало искреннее недоумение: он даже не помнил, о ком я говорю. А вот на девушку он явно произвел впечатление…

Заморосил дождь, и Джаспер ударил коня пятками для ускорения. Где-то вдалеке прогремел гром, и мне пришлось оставить расспросы на потом: вцепившись в кожаную куртку покрепче, чтобы не свалиться с лошади, я думала лишь о том, что женский индейский костюм понравится мне гораздо больше громоздкого платья белой женщины.

Мы добрались до деревни под проливным дождем: гроза не на шутку разгулялась, прорезывая молниями небо от горизонта до горизонта. Я промокла до нитки, и было по-настоящему страшно: громоотводы здесь вряд ли существовали. Перекрикивая шум ливня, Джаспер толкнул меня к вигваму, а сам бросился привязывать лошадь к дереву, у которого бесновались еще несколько перепуганных животных. Я стояла на месте, обнимая себя руками, смертельно замерзшая, и смотрела, как реки воды текут вокруг меня по холму вниз, едва не смывая множественные примитивные жилища, которые можно было разглядеть в момент ярких вспышек.

- Тише, да что с вами! – орал на лошадей Джаспер. Животные рвались с привязей, вставая на дыбы, и ржали громче грохота грозы. Несколько краснокожих воинов в национальной одежде помогали Джасперу успокоить скотину, но несколько лошадей все же порвали веревки и убежали в темноту, громко топая копытами.

Вначале я подумала, что земля трясется из-за них, но когда потеряла равновесие и неловко расклячилась в луже, то ощутила пальцами вибрацию и догадалась, что к грозе добавилось еще и землетрясение. Оно закончилось так же быстро, как началось, оставив после себя ощущение необъяснимой тревожности, предчувствия чего-то катастрофического. Хотя что удивительного – у меня были все причины бояться. Я находилась вне своего времени, далеко от безопасной современной жизни и нормальной медицины. Здесь можно было погибнуть в любой момент: от удара молнии или упавшей сверху ветки, от банальной простуды после того как промокла!

Лошади затихли, совершенно не обращая внимания на бушующую грозу, и я поняла, что их поведение было из ряда вон выходящим. Какие-то смутные воспоминания закрутились в голове, но из-за стука зубов я не могла за них зацепиться. Вернувшийся Джаспер волоком потащил меня в вигвам, спасая от непогоды. Накинул на плечи что-то мягкое и теплое, усадил на упругий топчан в полной темноте и кинулся разжигать огонь. Вскоре полог ходуном ходящих стенок вигвама осветили отблески костра, каким-то чудом способного гореть во время такого урагана. Пришлось другими глазами взглянуть на прочность примитивного жилища: несмотря на кажущуюся хлипкость, вигвам устоял и перед ветром, и перед потоками воды.

Языки пламени хаотично заплясали над подпрыгивающими и рассыпающими искры поленьями, и Джаспер отшатнулся от взбесившегося огня, а я вновь ощутила странные толчки, будто снизу, из-под топчана, что-то ударяет по пятой точке. Все предметы в вигваме закачались в разные стороны, некоторые упали с полок.

- Это землетрясение, - в панике проговорила я, начиная осознавать масштабы бедствия… и свою ответственность.

- Не бойся, - невозмутимо велел Джаспер, вернувшись к огню, как только вибрация затихла, - они тут по нескольку раз в неделю случаются. Место такое.

- Нет-нет, все не так просто, - покачала я головой, поймав, наконец, ускользающее воспоминание и мысленно проговаривая то, что сказала Мария, как будто это было в другой жизни: «По одной из легенд Аяша Пово предсказала сход селя во время грозы и маленького, почти незаметного землетрясения, на которое никто не обратил бы внимания. Часть племени, внявшая ее словам, спаслась, успела уйти на возвышенность, другая часть погибла, вместе с домами они были сметены в озеро».

- О чем это ты? – нахмурился Джаспер, тревожно прислушиваясь к дикому ржанию перепуганных лошадей.

Я вскочила, сбросив теплый плед. Меня трясло от страха и перевозбуждения. Адреналин хлынул по венам, сделав меня храброй и немного безумной.

- Надо уходить! – задыхаясь, прокричала я. – С горы сейчас сойдет сель, погибнет половина деревни! Поверь мне, Джас, я знаю, о чем говорю!

К счастью, убеждать Джаспера не пришлось, ведь я пришла из будущего.

- Что мне делать? – пружинисто поднялся он на ноги, готовый действовать.

- Ты сможешь увести за собой всех, кого найдешь? – я полагала, что одна часть поселения уже ушла на возвышенность вслед за местной ведьмой, и хотела помочь спасти вторую.

Джаспер кивнул, и в следующий миг мы оба выбежали на улицу. Вскоре деревня превратилась в хаотичное столпотворение: повсюду с криками носились женщины и дети. Заглядывая в каждый вигвам, Джаспер кричал семьям, что с горы идет сель, а я старалась не отставать и помогала бегущим выбрать направление, показывая в сторону от опасного места и наверх. Но дикие индейцы умели считывать подсказки природы лучше меня: один из них взмахом ножа освободил лошадей, и женщины и дети побежали вслед за умчавшимися животными как за проводниками, прекрасно чувствующими, где опасность, а где спасение.

Ужасный гул прорезал воздух и все мои внутренности, словно сам Зевс на своей колеснице катился сюда с неба. Пока я в ступоре поднимала глаза, пытаясь разглядеть в черноте ночи приближающуюся смерть, Джаспер сбил меня с ног и потащил вслед за убегающей толпой, повесив на плечо как тряпичную куклу.

- Нет, нет! – умоляла я, беспомощно протягивая руки в сторону деревни, где все еще слышались крики женщин и детей, не осознающих близость катастрофы. – Там еще остались люди!

Но Джаспер лишь сильнее прижал меня к себе и прибавил шагу. Измотанная за тяжелый день, замерзшая до костей и дрожащая из-за непреходящей паники, в какой-то момент я поняла, что больше не могу выносить этого напряжения, и стремительно уплыла в небытие.

***

Новый день был омрачен осознанием огромных потерь. Я сидела возле костра, укутанная в медвежью шкуру, и боялась поднять глаза, чтобы посмотреть на выживших, чувствуя вину на смерть тех, кого мы не успели спасти.

Сегодня светило солнце, земля и деревья высохли, в листве безмятежно пели птицы. О вчерашней непогоде напоминал только ужасный вид с холма: наплыв грязи уродливо лежал серым пятном на месте индейского поселения, овальной кляксой вдаваясь в горное озеро. Этот удручающий вид был для меня невыносим, в ушах все еще раздавались крики не успевших убежать Винту, перед глазами вставали их перепуганные лица.

Я посильнее закуталась в шкуру, из всех голосов выхватывая только баритон Джаспера, легко общающегося со своими краснокожими друзьями на их языке. Бродя между кострами, он помогал женщинам и детям, чем мог, как и другие мужчины, взявшие на себя заботу о тех, кто потерял кормильцев. Мы спаслись. Но погибшие не шли у меня из головы.

Я думала о том, как сильно хочу вернуться домой, в свое время. Особенно теперь, когда стала невольным виновником гибели стольких людей. Я никогда не смогу жить в таких диких условиях, а Джаспер никогда не согласится поселиться в городе бледнолицых – за последние часы я увидела, как много значат для него жители индейской деревни. Хотя он и был для них «всего лишь чудаком», многие относились к нему как к неотъемлемой части большой семьи, как к родному человеку.

Я видела, как радостно его обступают дети, дергая за куртку до тех пор, пока он не обернется к ним в притворном бешенстве, и они все с веселым смехом не бросятся врассыпную. Видела, как он помогает наложить шину и забинтовать поврежденную ногу старой женщине, которую принесли на импровизированных носилках. Как кричит на воина, который смазывает порез горстью травы, и заставляет того вначале промыть рану из висящей на его поясе фляги. Он любил этих индейцев, и они любили его: женщина бесконечно благодарила за помощь кивками и бормотанием, а воин, хоть и закатил глаза, но позволил Джасперу поступить по-своему и терпеливо вынес обработку раны чем-то спиртосодержащим. Дети же его и вовсе – обожали.

Я хотела вернуться домой, в привычную комфортную современность, и, уверена, Джаспер тоже мечтал об этом. Мысленно я уже планировала наш отъезд – как только здесь все образуется, и никому больше не нужна будет наша помощь. Я представляла, как мы находим портал в расщелине или в воде, или вообще в неожиданном месте, и верила – так и будет. Иначе не может. Это не наш мир. Наш мир – двадцать первый век. И мы оба были слишком упрямыми, чтобы отступиться.

Пока я развлекалась мечтами о будущем, в деревне что-то происходило. К Джасу подошли несколько воинов и о чем-то серьезно спросили, а он, показав на на меня, что-то ответил. Кивнул, когда они уточнили, и я услышала, как он объясняет им уже по-английски, что я – его возлюбленная и невеста.

Я напряглась, когда вся толпа направилась ко мне, и поднялась в страхе и недоумении, наблюдая, как к процессии присоединяются некоторые женщины и дети.

- Аяша Пово! – крикнул круглолицый мальчуган, пальцем показывая на меня, и радостно засмеялся в ответ на нежную ласку матери. Приблизившись первой, женщина вдруг упала передо мной на колени и стала на ломаном английском благодарить за спасение ее детей. Я впала в шок, когда трое ее мальчишек крепко обняли меня, словно перепутали с матерью.

- Что происходит? – просипела я, ничего не понимая: все индейцы говорили одновременно, кто-то гладил меня по волосам и за плечи, кто-то кланялся, а некоторые стали класть к моим ногам разные предметы и надевать мне на шею снятые с себя амулеты. Единственное, что я различала в стройном бормотании, это бесконечно повторяемое «Аяша Пово» в сочетании с очевидными благодарностями. Джаспер же не спешил меня спасать: выглядя немного смущенным, при этом он смотрел на меня такими глазами, как будто… как будто гордился мной.

- Прости, Элис, - тихо извинился он, вклиниваясь в толпу, чтобы хоть как-то поддержать меня – от потрясения я готова была вновь рухнуть в обморок. – Я не знал, что так будет.

- Что ты им сказал?! – шепотом потребовала я.

- Правду, - слегка пожал плечами Джаспер, с улыбкой кивнув настойчивой женщине, которая вложила в мои дрожащие руки связку шкур каких-то мелких зверей, - что ты знаешь будущее.

- Но это неправильно! – тихо возмутилась я, стараясь не повышать голос, чтобы восторженные индейцы не заметили, в каком я ужасе. – Я не могу быть их Аяшей Пово, у них есть своя!

Джаспер воззрился на меня как на сумасшедшую.

- Ведь так? – испуганно пискнула я, начиная понимать, но не в силах поверить в это чертово совпадение. – У них же есть своя ведьма? Которая вывела их на этот холм и спасла от селя…

- Ты, это сделала ты, Элис, - членораздельно произнес Джаспер, чтобы до меня получше дошло. – Нет и не было никакой другой!

Внезапно на меня обрушилось осознание. Но я не могла в это поверить. Мне было так стыдно за то, что индейцы меня благодарят, за то, что посчитали какой-то одаренной колдуньей, ведь всю работу проделал Джаспер, а не я. Он бегал от вигвама к вигваму, крича про сель. Он убедил их спасаться. Я всего лишь стояла позади, всего лишь предупредила его о том, о чем рассказала мне другая девушка – все лавры должны были достаться Марии и Джасперу! Я была только лишь посредником между двумя временами. Никакой не ясновидящей, не ведьмой…

- Ты и есть Аяша Пово для них, Элис. Ты знаешь будущее, в их понимании ты – ведьма.

- Я знаю, кто такая Аяша Пово, - прервала я сбивчивые объяснения своего жениха, находившегося в излишнем перевозбуждении и восторге, как будто тоже поддался всеобщему безумию и поддерживает неправильный выбор индейцев. – Нет, Джаспер, это не могу быть я. В будущем…

Я замерла на полуслове, осознав сразу три шокирующие вещи.

Первая: я и есть та самая Аяша Пово, на которой женился Джас. Та, о которой потомки этих индейцев сложат легенды. Та, о которой говорила Мария с восхищением. Как бы я ни сопротивлялась навязанному титулу, я действительно могла предсказывать будущее и спасти многих из этих людей, по крайней мере в делах, связанных с крупными историческими событиями.

Вторая: мы никогда не вернемся домой, наше место здесь, в этом времени, наше путешествие в прошлое было предопределено судьбой с самого начала и оно уже вписано в канву истории, как бы мы ни хотели изменить это. Все ниточки планомерно вели к одному: отправив послание самому себе, Джаспер автоматически запустил цепочку неразрывных событий. Узнал о горе Шаста от Марии и заинтересовался этим местом, и вместо того чтобы остановить себя, создал себе ловушку. Я тоже была неотъемлемой частью этого безумия: еще находясь в будущем и понятия не имея, где найду портал, я уже слушала историю о своей жизни, я уже была закрепленной исторической фигурой. Невозможно изменить то, что уже произошло, чему случиться суждено.

И третье: мы будем счастливы, у нас появятся дети – так ведь говорила Мария. Я вдруг поняла, почему ее лицо показалось мне таким неуловимо знакомым: у нее была такая же улыбка, такие же ямочки на щеках, как у Джаспера. Она, дьявол меня раздери, была нашим далеким потомком. И это полностью перечеркивало все наши планы: даже если предположить, что мы сможем побороться с судьбой и найдем портал, если вернемся в современный мир, что тогда будет с Марией? Она попросту не родится! Возможно, она знала это, когда мы беседовали. Потому и краснела, ведь ей пришлось скрывать это и от Джаспера, и от меня, чтобы не нарушить естественный ход вещей. Мы не можем поступить с ней жестоко, не можем позволить себе рисковать чьей-то жизнью. Даже если мы отыщем проход, мы должны остаться жить здесь… Не только ради нее, но и ради всех, кого я еще могу спасти благодаря своим знаниям об этом периоде. Кроме меня, никто не сможет сделать этого.

- Что такое, Элис? – напомнил о себе Джаспер, встревоженный моим затянувшимся потрясенным молчанием.

- Все в порядке, я просто кое-что поняла, - улыбнулась я, возвращаясь в реальность с новой целью, более чем удовлетворенная своими необычными размышлениями. – Что я очень люблю тебя, - подняв ладонь, я нежно погладила любимого по бородатой щеке, притягивая его для поцелуя. – И что мы скоро поженимся.

- Определенно, поженимся, - охотно подхватил он мой настрой, горячо отвечая на движение моих губ.

_____________________

От авторов: Если вам есть, что сказать, добро пожаловать на ФОРУМ


Источник: https://twilightrussia.ru/forum/58-16831-1
Категория: Мини-фанфики | Добавил: Валлери (13.09.2021) | Автор: Валлери и Миравия
Просмотров: 988 | Комментарии: 18


Процитировать текст статьи: выделите текст для цитаты и нажмите сюда: ЦИТАТА







Всего комментариев: 18
0
16 leverina   (03.10.2021 00:01) [Материал]
А вот теперь, точно зная авторство, я в некоторых особо живописных местах текста терзаюсь biggrin идиотским вопросом: а не наступили ли авторы - ради таких читателей-сухарей как я - на горло своей песне, не пощипали ли свои любимые цепочки прилагательных, оставив их у каждого существительного строго по одному? . .
Ответьте, пожалуйста . .

1
17 Валлери   (14.10.2021 09:27) [Материал]
Возможно, это получилось случайно biggrin
Авторы вышли за рамки границ, написали вместо 35 страниц разрешенных - 42, так что пришлось жёстко вырубать все, что можно вырубить. Прилагательные были самыми удобными кандидатами tongue

0
18 leverina   (15.10.2021 08:05) [Материал]
Оказывается, ограничения - небесполезная штука biggrin ! wink

0
15 lytarenkoe   (28.09.2021 14:11) [Материал]
Твою ж дивизию, как говорится.... Мурашки мистического ужаса пробежались даже по моему позвоночнику... wink И не только... Чистейший восторг! Аплодирую стоя... Ппц, я как будто в кино побывала. Но начала догадываться о сути, только когда Белла узнала Джаспера - и пришло осознание, что Мария потомок Джаса и Элис... А когда индейцы присвоили Элис гордое звание Аяша Пово, стало ясно, что оттуда они не выберутся.... И что это значит? Что эта петля Мёбиуса будет вращаться вечно? В какой из моментов Джас послушает самого себя и не пойдёт в горы?.... Спасибо! Очень интересная история. Чистейшей прелести чистейший образец...

0
14 ss_pixie   (28.09.2021 09:08) [Материал]
Потрясающий сюжет! Все так продумано, мне очень понравилось

0
13 sova-1010   (26.09.2021 02:07) [Материал]
Отличная история! Перемещения во времени, любовь, дружба - все как я люблю. Особенно понравилось какие в этой истории верные люди. И Белла, которая не смотря на давление отца ждала своего Эдварда, и Эдвард, который прошел даже психушку, но вернулся к своей любимой, и Джаспер, который хоть и потерял надежду на возвращение, все равно не видел никого кроме своей Элис, ну и, конечно, Элис, которая преодолела все преграды и нашла своего любимого. Правда я, в отличие от Элис, сразу догадалась, что тем белым мужчиной сто лет назад был Джаспер, а Маленькой Колдуньей она сама. Но это совершенно не помешало удовольствию от чтения истории. Даже было интересно: верными ли окажутся мои предположения. Единственное, я думала, что Мария будет похожа на саму Элис. И героиня увидела в ней те черты, которые ежедневно наблюдала в зеркале. И еще два вопроса. Первый: получается, что кто-то из детей или внуков Джаспера и Элис поженился с потомком той самой девчушки, которую Джас вытащил из зимней реки? Ну раз она пра-пра-бабушка Марии, которая потомок Уитлоков. И второй: ржавый фотоаппарат в вещах покойной бабушки - это камера Джаспера? Типа передается как семейная реликвия?
Спасибо за историю и удачи на конкурсе!

0
12 Танюш8883   (22.09.2021 14:25) [Материал]
Как же я люблю эти перемещения во времени, когда герои идут по пути уже проложенному ими самими. Всё уже произошло и имело далеко идущие последствия. Каждое решение, каждый поступок только приближает к давно свершившимся фактам. Спасибо за историю)

0
11 Marishelь   (21.09.2021 21:51) [Материал]
Вот оно, моё) Всё, как я люблю - мистика, приключения, адреналин (даже почувствовала сердцебиение)), любовь, верность, ответственность, некоторое разочарование от понимания невозможности возвращения в свой мир (ваще не представляю себе жизни в той эпохе, тем более в вигваме - это УЖОСС!!!((( ).
История - не оторваться! Спасибо, Автор!)

0
10 робокашка   (19.09.2021 13:22) [Материал]
Будущее непредумышенно подстраховало прошлое tongue и наоборот
Элис решительная девушка, пусть какое-то время и потеряла, чтобы успокоиться и собраться, но потом напряую шла к цели, без твёрдых ориентиров и уверенности, без особых надежд, потому что так хотела её душа.
Возможно, воссоединившись с Джаспером, они бы и отыскали портал, чтоб вернуться в 21 век, однако девушка мгновенно всё переосмыслила за ныне живущих и будущих потомков, переиграла и без колебаний взвалила на себя огромную ответственность smile Вот это характер!
Уитлоки и Мейсены будут дружить семьями и счастливо жить с обретёнными возлюбленными, это самое важное...
Спасибо и удачи в конкурсе!

0
9 laraburaja   (18.09.2021 20:23) [Материал]
Очень интересная история. Читала взахлеб, не могла оторваться. Сюжет динамичный с неожиданными перепетиями, но в тоже время обоснованный многими деталями и логичным окончанием.
Элис как всегда упертая в достижении своей цели,но без ее находчивости Эдвард и она не вернули бы своих любимых. Ну как же без хеппиэнда! biggrin
Спасибо автору. Удачи в конкурсе.

0
8 Karlsonнакрыше   (17.09.2021 03:51) [Материал]
Очень душевно получилось. Спасибо!!! smile

0
7 NATANIA   (16.09.2021 21:12) [Материал]
Спасибо,прочла с удовольствием.Элис умеет любить,так отчаянно бороться за своего мужчину...Хотя все герои оказались на высоте,каждый из них любил и верил,все заслужили счастья.

0
6 leverina   (16.09.2021 07:52) [Материал]
Читала не отрываясь и не пропуская ни слова. Всё было интересно. При том, что объективно подводка длинная, но это почему-то незаметно.
Понравились изящные переклички с Сумерками (Элис знает будущее-слэш-прошлое и ищет своего Джаспера) и взятые авторами на вооружение лучшие стороны стиля Жюль Верна и Майн Рида (ах, это аромат моего детства, первые зачитанные до ветхости "толстые" книги из детской библиотеки на Бассейной... wink ).

Поразило, что на свете есть люди, считающие ночь с температурой +18 прохладной...

0
5 marykmv   (15.09.2021 23:15) [Материал]
Очень понравилась история.
Люблю хэппиэнды, особенно, когда ничто не предвещает этого.
Отличный слог у автора. Да и размер истории очень подходящий.
Наличие Беллы и Эдварда сделало историю только привлекательнее.
Спасибо, автор. И удачи на конкурсе.

0
4 MiMa   (15.09.2021 11:03) [Материал]
Спасибо за историю, удачи. Так было суждено им, от судьбы не уйдешь.

0
3 MissElen   (14.09.2021 21:12) [Материал]
Мне сначала показалось что хрустальное озеро это ледяное озеро Коцит, девятый круг ада, но оказалось что это всего лишь временной портал wacko Очень долго пришлось Элис искать дорогу к своему пропавшему Джасперу, даже найти проход в прошлое. И хорошо что у неё был попутчик, также затерявшийся в пространстве и времени, Эдвард Мейсен, благодаря Элис нашедший путь домой к своей семье и любимой Белле. Странно показалось что мать его звали Эсме, а не Элизабет, но на то воля автора. И еще почему-то жаль что Элис и Джаспер не вернулись в свое время, думалось что вот-вот надут портал домой, но нет... sad

Спасибо. Удачи в конкурсе.

0
2 ёжик-ужик   (14.09.2021 17:24) [Материал]
Замечательная история .Спасибо.

0
1 vsthem   (14.09.2021 00:33) [Материал]
Очень подробная история. Снова убедилась, что мистика не совсем мой жанр. Столько всего описано, а хотелось побыстрее узнать развязку. Потому как изначально было ясно, что Джаспер, скорее всего, жив и здоров, и что и Эдвард Беллу отыщет. В любом случае удачи на конкурсе, и спасибо за историю!