От страха я просто окаменела. Язык не слушался меня, а разъяренное лицо отца не упрощало задачу. Он пристально смотрел на меня, а в его глазах читалась неприкрытая ярость. Что же делать?!
- Я могу всё объяснить, - тихим голосом произнесла я и замолчала.
- Я слушаю! - заорал он.
Как, чёрт возьми, это можно объяснить?
Но то, что я сказала после, я остановить уже не смогла:
- Я люблю этого человека! Как ты не можешь понять, что с Джаспером мы просто друзья?! Он мне как старший брат! Ты говоришь, что любишь меня, что хочешь мне только добра, но ты совсем забыл спросить моего мнения! - я начала содрогаться от слёз. - Как ты не можешь понять, что рушишь мою жизнь!
Произнести что-то еще у меня сил уже не хватило, а поток слез стал душить меня. Ну, почему отец не может и не хочет понять меня? Я ведь его единственная дочь! Куда делся тот человек, который так любил меня, и выполнял каждую мою прихоть, и прислушивался ко мне... к моим советам.
- Иди в свою комнату, – подозрительно спокойно произнёс отец. - Вон! – все-таки прокричал он, и я развернулась и пошла к двери. - Из комнаты ни ногой, пока я не скажу, поняла? - перед тем, как мне выйти крикнул он, а я лишь покорно кивнула.
Когда я закрыла дверь своей комнаты, я не выдержала и сползла по ней, спрятав лицо в ладонях. Медленно опустив руки на колени, я оперлась на них лбом. Не знаю, сколько я просидела в таком положении, но из оцепенения меня вывел резкий звук мобильного телефона. С трудом поднявшись с пола я, слегка пошатываясь, прошла через всю комнату и взяла телефон с тумбочки.
- Алло, - произнесла я в трубку, даже не взглянув на экран.
- Белла, - услышала я голос Джаспера, - У тебя все хорошо? – тихо спросил он.
- Почему ты спрашиваешь? – мой голос предательски дрогнул.
- Потому что… Ты не видела последний выпуск газет? – мой заботливый лучший друг. Неужели он действительно считает, что я могла это не увидеть, что мой отец мог это не увидеть?..
- Видела, - прошептала я и почувствовала, как по щеке снова скользнула слезинка. – И отец тоже.
- Черт, - выдохнул Джаспер в трубку. – А я-то надеялся… Идиот…
- Ты бы все равно ничем не мог помочь. Идиоткой в данном случае оказалась я, - слезы снова стали душить меня, а в голове у меня по прежнему не могло уложиться то, насколько глупа я была, когда встречалась вчера с Эдвардом в полной уверенности, что за нами следить не могут. Идиотка…
- Беллз, не плачь, - с нежностью произнес друг. – На самом деле, все не так страшно, - наигранно весело стал говорить он, видимо, пытаясь успокоить меня. Но, увы, ему это вряд ли удастся, ведь я прекрасно понимаю, каковы теперь будут последствия всего этого. – Твой отец тебя очень любит и…
- Джаспер, неужели ты и вправду думаешь, что это сойдет мне с рук? – воскликнула я в трубку, и вдруг в мою отчаянную голову пришла ошеломляющая, но очевидная мысль: - Джас, а что сказал твой отец?..
- Белла… - вновь выдохнул он, - Не волнуйся об этом. О себе уж я как-нибудь позабочусь…
- Что он сказал? – снова повторила я.
- Он сказал… чтобы нога моя не ступала больше на порог вашего дома и… чтобы я никогда больше не виделся с тобой, - произнес Джаспер так тихо, будто бы надеялся, что я не расслышу его слова.
- Боже… Я все испортила... – прошептала я, медленно опустившись на пол рядом с кроватью, и вновь оперлась лбом на колени.
- Ты ничего не испортила, хотя бы потому, что портить было нечего, - достаточно твердо произнес друг. – Мы хотели избавиться от их давления, и у нас это получилось. Пусть не так, как ожидалось, но главное свадьба нам теперь явно не светит, и нужно радоваться хотя бы этому.
- Рано радоваться, Джас. Они еще могут все переиграть, - маленький лучик надежды поселился в моем сердце после слов Джаспера, но разум понимал, что все безнадежно. Все не может так легко закончиться.
- Так, Беллз, прекрати нагнетать обстановку, все не так ужасно, как кажется, - я уверена, он сейчас тепло улыбнулся, - Прорвемся, принцесса. Все равно все будет по-нашему.
- Надеюсь, - я не могла не улыбнуться от таких слов. Джаспер всегда умел поднять мне настроение, пусть и немного.
- Увидимся позже, подружка, - я уже было хотела сказать, что увидеться вряд ли теперь получится, но Джаспер добавил, будто читая мои мысли: - Несмотря ни на что.
- Пока, - тихо произнесла я, и поняла, что на моем лице все еще держится маленькая улыбка. Но, увы, ненадолго.
Всего через полчаса дверь в мою комнату приоткрылась, и я увидела отца, который уже не был в такой ярости, как недавно, но теперь был предельно серьезен и решительно настроен. Даже не заходя в комнату, тем самым давая понять, что спорить бесполезно и даже не представится возможность, он громко произнес:
- Послезавтра ты улетаешь в Париж, - он выразительно посмотрел мне прямо в глаза.
- Зачем? – тихо спросила я.
- Побудешь вдали от этой шумихи. А я пока разберусь здесь с прессой и с Витлоками. Я не позволю расстроиться такому перспективному браку, - также твердо сказал он и тут же закрыл дверь в мою комнату, оставив меня снова в растрепанных чувствах и с лихорадочно бегающими мыслями. Что же теперь будет?..
Моим единственным желанием сейчас было уснуть, крепко уснуть и проснуться в уже нормальном, привычном мире, где все хорошо, где родители не будут указывать, что делать, не будут сами строить мою судьбу. Где Джаспер является моим другом не только фактически, но и для всей общественности. Где Эдвард будет единственным любимым человеком, где мы могли бы спокойно пройтись с ним по улицам Нью-Йорка, могли бы целовать друг друга на каждом шагу, не страшась попасть на первые страницы желтых газет. Но это была лишь призрачная мечта, не более. Все будет по-нашему? Я в этом не уверена…

Париж... Говорят, сюда необходимо приезжать только с любимыми людьми, чтобы почувствовать всю романтичность этого города, но если и приезжаешь один, стоит насладиться всеми его красотами. А вот я заперла себя практически в четырех стенах гостиничного номера. У меня не было ни малейшего желанию выходить на улицу. Там все ходили с улыбками на лице, радовались жизни, и мне даже не хотелось портить такую обстановку своей кислой миной, а что-то сделать со своими чувствами я была не в силах. Мне больно, грустно и ужасно обидно сидеть здесь, когда все, кого я любила, находились на другом континенте. Все… Джаспер, который так и не позвонил после того дня, когда в газете опубликовали ту самую злосчастную статью. Эдвард, который звонил каждый день, но всегда говорил и спрашивал о всякой ерунде. Он даже слова не сказал о тех фотографиях, и я сомневаюсь, что он их не видел. Элис, с которой я разговаривала каждый день, но которая была абсолютно счастлива, будто ничего не произошло. Она даже меня глупой назвала, когда я вновь подняла тему о решении отца. Мне было больно от того, что близкие мне люди так быстро оставили меня и не способны даже немного понять меня.
Я сидела на балконе и медленно пила кофе со сливками, облокотившись на спинку плетеного кресла. Занавески в комнате колыхались от ветра и вылетали в открытую дверь, а в воздухе вкусно пахло цветами, которые росли на подоконнике. Размеренность теплого утра разрезала мелодия моего телефона.
- Привет, Элис, - произнесла я в трубку.
- И тебе привет, подружка, - весело проговорила она. – Как у тебя дела?
- А как могут быть дела у человека, которого в ссылку отправили? – ответила я вопросом на вопрос.
- Ну, что ты скисла, Беллз? – все также бодро говорила она. – А ну-ка быстро на улицу, сходи в какое-нибудь милое кафе, выпей чашечку крепкого кофе с вкусной булочкой… - нараспев говорила она.
- Элис, во-первых, крепкий кофе я и так уже практически выпила, а во-вторых… - я запнулась, на самом деле не имея второго аргумента.
- А во-вторых, - со смешком продолжила Элис, - быстро спустилась вниз и хотя бы села на скамейку у входа, - с каким-то нажимом стала говорить она.
- Элис… Почему ты так настойчиво выпроваживаешь меня из номера? – подозрительно спросила я.
- Я просто хочу, чтобы ты увидела внешний мир, Париж ведь такой красивый город.
- И почему я тебе не верю? – с улыбкой проговорила я.
- Потому что… - она запнулась, а потом быстро проговорила: - Подожди минутку, мне звонят по второй линии.
Я ждала ее с минуту, а потом со скуки подошла к перилам балкона и оперлась на них, все еще держа телефон рядом с ухом. Спустя еще какое-то время, я вновь услышала голос подруги:
- Белла, подойди к окну, - проговорила Элис, пока я смотрела на происходящее внизу, на улице.
- Зачем? – глупый вопрос, но учитывая просьбу человека, который находится на другом континенте, этот факт можно упустить. Я краем глаза заметила остановившуюся машину у входа отеля.
- Белла, это что, так трудно сделать? – раздраженно ответила она, пробормотав что-то типа: «Для нее же стараюсь»
- Элис, я и так на балконе стою, что тебе еще нужно? И что значит «Для нее стараюсь»? – Громко спросила я подругу, когда увидела выходящего из такси высокого статного парня. Это же…
- Это значит, внимательно следи за улицей и потом не забудь «спасибо» сказать, - произнесла Элис и положила трубку. Я мало обратила внимание на ее слова: в тот момент я была полностью сосредоточена на другом человеке. Том самом, что стоял внизу у машины и пробегался глазами по окнам всего отеля, пока не напоролся на меня, глупо застывшую с приоткрытым ртом и телефоном в руке. Он завораживающе улыбнулся, и я почувствовала, как сердце остановило свой ход на секунду, а потом вновь учащенно забилось. Это был он. Я не ошиблась. Это был мой Эдвард!
Я внимательно следила, как он быстро вытаскивает сумку из багажника такси и прошел в отель, еще раз бросив на меня взгляд. Я побежала к двери номера и вышла в коридор, в надежде увидеть прямо там любимого незнакомца с обезоруживающими зелеными глазами. Я простояла пару минут у двери, и потом, не выдержав, решила спуститься вниз. Подойдя к лифту, я только собиралась нажать на кнопку, как двери медленно разъехались, и передо мной явился тот, который был центром всех моих мыслей, мечтаний, на которого я была зла последнюю неделю, но которого не переставала любить ни на секунду. Да, я любила его... Безумно, теряя голову. Я окунулась с головой в свои чувства уже без малейшего шанса вынырнуть. И надеялась потопить его вместе с собой. И что-то подсказывало мне, что мне это почти удалось, раз он стоит здесь, очаровательно улыбаясь и впуская меня в свои объятия.
- Я скучала, - прошептала я, крепче обхватывая Эдварда за пояс. В ответ он тихо усмехнулся и обхватил руками мое лицо, мягко заставляя посмотреть прямо в его глаза.
- Но я скучал по тебе сильнее, - проговорил он, опуская взгляд с моих глаз на губы.
- Сильнее меня уже не возможно, - я медленно потянулась навстречу ему.
- Посмотрим, - усмехнулся он прямо в мои губы и тут же прикоснулся к ним в нежном и чувственном поцелуе. Это стало своеобразное примирение, хоть мы и не ругались, но наши отношения не отличались особой теплотой, когда мы разговаривали по телефону. Этот поцелуй стал обещанием того, что все будет хорошо, что мы будем просто вместе, без всяких заморочек моего отца и без преследования прессы. Это стало маленьким воплощением моей девичьей мечты. Именно поэтому я на целый месяц забыла все, что происходило когда-то, казалось, давным-давно в Нью-Йорке.
Из моей головы вылетели абсолютно все мысли об отце, о Джаспере и даже о Элис, которая в первый же вечер получилась лишь короткое сообщение «Спасибо», которое передало мои искренние чувства по отношению к подруге, но которое было написано в спешке. В тот день, в тот месяц мне было не до внешнего мира: все мои мысли и чувства были сосредоточены лишь на одном человеке. Человеке, который, не уставая, говорил, как он меня любит, который показал мне все самые красивые месте Парижа, своего любимого города, который стал самым главным и любимым.
И в самый последний вечер, когда мы лежали, обнявшись, на пушистом ковре в гостиной моего номера, мы оба понимали, что уже завтра наша маленькая сказка закончиться, и нам придется вернуться в реальный мир. Еще крепче прижавшись к Эдварду, я тихо прошептала:
- Я не хочу уезжать, - я вновь ощутила капельку боли, которая вновь стала просачиваться в мое, казалось, залеченное сердце.
- Беллз, придется… - тихо ответил он. Я уверена, он чувствовал то же самое.
- Не хочу, - повторила я, как маленький ребенок.
- Все будет хорошо, - он ласково улыбнулся, мягко повернув к себе мою голову, и прикоснулся к моим губам. Прикрыв глаза, я полностью погрузилась в свои чувства, кого в моей голове промелькнула мысль. Маленькая, но такая значительная. Дающая надежду.
Я мягко отстранилась и чуть приподнялась, вновь посмотрев в ярко-зеленые глаза, которые приобрели коричневатый оттенок в желтом свете ламп.
- Женись на мне, - тихо произнесла я. - Спаси и сделай счастливой…