Я не могла понять, что с ним происходит: таким я его еще никогда не видела. Злой и бешенный. Как он пытался скрыть это и выглядеть беспечным, тогда на кухне. В голову прокралась мысль, что он ревнует, но потом поняла, что это смехотворно. Как он может меня ревновать, если я ему даже не нравлюсь. И я решила вообще забыть об этом. Спустившись вечером вниз примерно в десять часов вечера в гостиную, я увидела Эммета, играющего в приставку. Какой же он ребенок! Может мне тоже детство вспомнить?
- Салют, Иззи! – прокричал он, завидев меня на лестнице.
- Привет… а почему Иззи?
- Ну, ты же Изабелла, вот я и решил, что Белла стало слишком банальным. Иззи. Только я так буду тебя называть. Не нравится?
- Почему? Нравится. Мне еще прозвищ никто кроме тебя не давал.
- Да детка, я знаю, что особенный, - он хвалил себя, заставляя меня смеяться. – А где Элис?
- Она с Джаспером на танцы пошла. А мне скучно.
- Не боись, со мной скучно никогда не бывает. Вот, держи, со мной поиграешь.
- Только не поддавайся, - пожаловалась я. – А что это?
- Марио, - произнес он с благоговением. – Классика.
Мы играли как дети, когда я вспомнила кое о чем.
- Слушай, Эм, а ты случайно не знаешь Энди Джефферсона. Он с моего факультета, на четертом курсе.
- Конечно, знаю. А что?
- Да так, хотела узнать, что их с Эдвардом связывает. Они, по ходу, на дух друг друга не переносят.
- Именно. Была там одна история с девушкой какой-то. Она в общем Джефферсону очень нравилась, и они вроде как общаться начали, но однажды Эдвард… в общем, он переспал с ней. И не, чтобы она против была, та еще штучка. Ну а Энди это похоже сильно задело. Они сцепились, ну и до сих пор друг друга ненавидят.
Я помолчала несколько секунд, а затем добавила:
- Вот коза!
- Кто?
- Девица эта. Они ведь из-за нее врагами стали.
- А ты неординарно мыслишь. Большинство девушек сказали бы: «Какой Эдвард подлец! Или какой Энди идиот!». А ты: «Коза!». Хотя именно поэтому ты мне нравишься, - засмеялся он, грохоча своим басом.
- А я тебе нравлюсь? - игриво спросила я. Мне было невероятно комфортно с Эмметом.
- Нет. Я тебя просто обожаю. До смерти, - он обхватил рукой мою шею, согнув ее в локте, будто душа меня этим захватом, а другой рукой лохматил мои волосы.
Я еще немного посидела с ним, а затем решила подняться к себе, чтобы успеть немного побоксировать до сна. Я поднялась на второй этаж и спокойно шла к себе в комнату, как дверь, мимо которой я проходила, резко открылась, и сильные руки начали затаскивать меня внутрь. Я хотела закричать, но мой рот оказался зажат ладонью и Эдвард вмиг затолкал меня в комнату. Я и забыла, что это его комната. Стоило ему опустить ладонь, как я начала громко ругаться, и он снова зажал мой рот. Мне пришлось угомониться.
- Успокоилась? – проворчал Эдвард через пару минут.
Я положительно кивнула головой, и он отпустил меня.
- А теперь выкладывай, какого лешего ты затаскиваешь меня к себе в комнату как какую-то шлуху? – возмущалась я.
- Угомонись. С тобой ведь ничего не случилось. Я просто хочу поговорить.
- А по-нормальному позвать не вариант было?
- Ты бы по-нормальному в мою комнату зайти не согласилась бы.
- А нельзя поговорить в другом месте?
- Я не хочу, чтобы нам кто-нибудь помешал.
- А рот то зачем зажимать надо было?
- Ты орать начинала: кто-нибудь услышал бы и подумал, что я тебя насиловать собираюсь. Не хотел, чтобы ты всех разбудила.
- Спят не все: Эммет играет.
- Тем более.
Меня уже понемногу начинал напрягать факт, что я нахожусь в его комнате.
- И какого черта тебе надо со мной обсудить?
- Ну… В общем…я…я хотел…
- Ну же, Казанова!
- Я хотел сказать, что…
- Давай уже, рожай! – я уже умирала от нетерпения.
- Перестань общаться с Джефферсоном, - на одном дыхании выговорил он.
Я была настолько шокирована его наглостью, что чуть не потеряла дар речи.
- С чего это вдруг?
- Потому что я не хочу, чтобы ты с ним общалась.
- А больше ты ничего не хочешь?
- Я серьезно.
- Почему? Приведи мне хоть одну причину.
- Он недоумок.
- Не аргумент.
- Он лицемер.
- Ха-ха-ха и еще раз ха! Чья бы корова мычала. Опять же не аргумент.
Он не знал, что сказать.
- Он… меня от него тошнит.
- Определенно не аргумент. Нет причин – нет разговора. Еще бы я не перестала видеться с другом из-за того, что Вашему величеству он не угодил, - иронизировала я.
- Бела, ты не понимаешь…, - он жестикулировал.
- Я не понимаю лишь одного, - я приблизилась к нему, приподнимаясь и заглядывая ему в глаза. – Почему тебя так волнует все это? С чего вдруг такая забота?
Он не отошел, и не прервал зрительный контакт. Я могла чувствовать напряжение между нами. Хотелось почувствовать кожу его щеки кончиками пальцев, коснуться его губ…
- Может я волнуюсь за тебя? – прошептал он.
- С чего тебе волноваться? Кто я тебе?
- Ты прекрасно знаешь, что ты для меня значишь, его низкий шепот проходил сквозь меня, заставляя трепетать.
- И что же я для тебя значу? – я проговорила, глядя на его губы.
И тут он резко схватил мое лицо, притянув меня и впившись своими губами в мои. От такого резкого соприкосновения я невольно приглушенно вскрикнула, и самая моя порядочная часть пыталась сопротивляться. Но когда он притянул меня к себе, обхватив за талию и держа лицо другой рукой, я обмякла в его руках. Сердце бешено стучало, отбивая рваный ритм. Было бесполезно сопротивляться его дерзким движениям, этим сладким губам, властно обхватившим мои губы. Не отдавая себе отчет в действиях, я мигом обхватила его за шею и прильнула к нему всем телом. Казалось, прошла вечность с того момента, когда я чувствовала его губы в последний раз. Мы прижимались, ласкали и исследовали друг друга. Когда его язычок провел линию по моей нижней губе, а затем и вовсе проскользнул в рот, я тихо застонала ему в рот, а он прижал меня еще сильнее. Боже, что я делаю? Надо остановиться, надо. Но оторваться было просто невозможно. Пересилив себя, я убрала руки с его шеи и, положив их ему на грудь, оттолкнула его от себя, тяжело дыша.
- Я… мне пора, - я потянулась открыть дверь, но одним движением он прижал меня к стенке, оперевшись руками по обеим сторонам от меня.
- Подожди. Я действительно идиот, но я не хотел сделать тебе больно, - и мы оба прекрасно знали, о чем он говорит.
- Чего ж ты хотел, когда спорил на меня? – проговорила я. Я физически не могла повысить тон.
- Я не думал о последствиях, ни о чем не думал. Я ведь не знал тебя тогда еще.
- Это ничего не меняет.
- Меняет. Ты все перевернула вверх дном в моей жизни. Но я и не представлял, что способен чувствовать такое.
Не верь ему. Не верь. Будет только больнее.
- И я прекрасно знаю, что ты чувствуешь то же самое, - продолжил он. - Вот посмотри сейчас на себя – ты вся дрожишь, а здесь совсем не холодно.
- Я не понимаю о чем ты. И уже поздно, мне пора идти.
- Мы еще не договорили.
- А мне больше не о чем с тобой говорить. Пусти, - скользнув вниз, я выбралась из его рук и пулей вылетела из комнаты. Забежав к себе, я прислонилась к двери и буквально сползла по ней вниз. Черт, больно-то как. Если бы все-то, что он сказал было правдой, если бы… Где-то глубоко внутри теплилась надежда, что это так, но я запрещала себе даже думать об этом. «Он всего лишь бесится из-за того, что я тогда ему устроила. Хочет отомстить», - уверяла я себя. Я не должна поддаваться, иначе вообще сломаюсь. Подойдя к груше, я решила выкинуть все из головы и сердца, включая Эдварда Каллена. И бедная груша, в очередной раз,
почувствовала на себе всю мою горечь.

EPOV

Следующие несколько дней были прекрасными: сдвиг в наших отношениях был на лицо, чему я был неимоверно рад. Ну, в принципе, официально мы еще не сошлись, но все свободное время проводили вместе. Гуляли, ходили в кино, на футбол, и частенько мы все это делали одни, без нашей компании. Казалось, она снова была открытой со мной, как когда-то, но на этот раз я уже не притворялся. Я жадно упивался каждой минутой, проведенной с ней, радуясь, что ей все еще есть дело до меня. Она все время держала дистанцию: никаких объятий и поцелуев, но мне было достаточно и того, что она давала мне, пока. Мне было достаточно лишь смотреть на ее улыбку, на вечный огонек в глазах, наслаждаться лишь ее присутствием. Она была снова собой, все время тараторила и веселилась. По большей части она была неуправляемой и невероятно активной, но мне это даже нравилось. Сам по себе, я человек достаточно спокойный, даже немного меланхолик, и она заряжала меня своей гирперактивной энергией. Мы рассказывали друг другу о нашем детстве, о мечтах и т.д. Никакой похоти или нетерпения. Лишь наши души, открывающиеся друг другу. Но время шло, а мне приходилось все больше сдерживаться, чтобы не попытаться поцеловать ее. Я не хотел давить на нее, торопить. Но она не показывала и намека на то, что не против развития наших отношений. Со временем я становился более нервным на этот счет. Я не понимал, почему она держит меня на дистанции, она заводила меня и сразу останавливала. Но я старался не думать об этом и не омрачать наше счастье, стараясь насладиться нашим очевидным примирением. А остальное было лишь вопросом времени. Главное, что я имел возможность быть рядом, а все остальное утрясется.
Однажды, в один из таких вечеров, когда мы все вместе выбирались погулять куда-нибудь, мы запланировали пойти в любимый клуб Эммета. Перед этим я решил принять душ и не заметил, как пролетело время. Освежив прохладной водой все тело, я вышел из ванной обратно в свою комнату. На мне было лишь полотенце, обвязанное вокруг бедер. Я был весь мокрый, включая и мою копну волос, по которой я все время проводил руками: что поделаешь, привычка. Мне надо было узнать время, и я начал искать свои часы или же телефон, обшаривая прикроватную тумбочку.
- Они будто специально убегают от меня, - ворчал я.
Тут неожиданно моя дверь резко открылась и в комнату буквально залетела Белла, выкрикивая что-то. Увидев меня, она застыла на месте, с округленными глазами. Она пробежалась по моему телу глазами, прикусив губу, доходя до полотенца на моих бедрах.
- Белла,- я позвал ее. Она тут же подняла свой взор, и румянец покрыл ее щеки. Разглядывая мои волосы, она начала:
- Я …я… Извини, что вломилась, я должна была постучаться. Я… зайду попозже.
Она уже тянула дверь на себя, но я остановил ее.
- Не беспокойся, все в порядке. Ты можешь заходить ко мне без стука в любое время дня и ночи. Что ты хотела?
Встряхнув головой, словно отгоняя какие-то мысли, она ответила:
- Вообще-то тебя уже все ждут. Ты в курсе сколько время?
- Вообще-то я часы найти не могу, - я был немного смущен. Смущен? О, Господи!
Он огляделась и, легонько засмеявшись, подошла к книжной полке и взяла мои часы, лежащие на книге. Вот они где! Она подошла ко мне, и я ожидал, что она отдаст их мне и уйдет, но вместо этого она взяла мое запястье и начала надевать часы на него. Стоило ее пальцам коснуться моей кожи, как я почувствовал электрический ток, прошедший через меня, и, судя по ее дрогнувшей руке, она почувствовала то же самое. Сосредоточившись на неподдающейся застежке часов, она нахмурила лоб, сузила губки и сморщила носик, а я смотрел на нее с улыбкой на лице. Такая забавная! Разглядывая меня, она неожиданно положила левую руку на мое голое плечо, а правую обернула вокруг шеи и погладила ее заднюю сторону. Не знаю нарочно ли, но при этом она так прижалась ко мне, что я практически чувствовал жар ее тела. Не успел я отреагировать, как нас уже разделяло привычное расстояние. На пальцах ее правой руки была пена.
- Видимо душ ты принимал так же рассеянно, как и часы искал, - улыбнулась она. – Не могла удержаться.
Я стоял завороженный ее соблазнительной усмешкой. Невероятно, как в одну секунду она кажется маленьким наивным ребенком, а в другую ты уже видишь перед собой уверенную в себе красотку с соблазнительной улыбкой. В тот раз я дал ей уйти просто так, без приставаний (что далось мне с трудом) и намеков: я не хотел давить на нее, отпугнуть, да и к тому же мы действительно опаздывали. Так прошла еще одна неделя. Терпение иссякало. Я настолько соскучился по ее губам, что чуть ли не во сне их видеть начал. Но все же ждал.

EPOV

В тот вечер мы возвращались с простой прогулки по ночному городу, почти дойдя до дома. Я держал руки при себе, но все равно было прекрасно проводить с ней время, делясь своими секретами и выслушивая ее тайны. С каждым днем я заново узнавал ее, открывая для себя разные ее стороны. И мне это невероятно нравилось. Также за это время я поставил собственный рекорд: три недели без секса. Именно столько времени прошло с того дня, когда я понял, что ревную ее.
- Поверить не могу: ты крал трусики у старшеклассниц из раздевалок и тайно хранил их у себя под кроватью? – она залилась хохотом, уже в какой раз за этот вечер.
- Да ладно, мне было двенадцать. Все мальчики так делают. Ну… почти все, - пытался я оправдаться, но она все еще смеялась. Да, очередная маленькая тайна, с которой я поделился только с ней.
- И что же ты с ними делал? – дразнила она меня, смеясь.
- Кофе пил.
- Знаешь, а я однажды подожгла парик нашей директрисы. Ну, вообще-то это не секрет.
- За что?
- Ни за что, - спокойно ответила она. – Мне было скучно. Конечно, после этого она вызвала в школу папу, но я ей и после этого долго мстила. Я вообще, сама по себе злопамятная.
- Правда? Значит, зря я тебе под одеяло сегодня мышь посадил.
Она резко остановилась.
- Что?
- Да шучу я, - я засмеялся ее реакции. – Я, между прочим, в твоей комнате еще никогда не был.
- Звучит как намек, - ухмыльнулась она.
- А почему бы и нет? Ты ведь в моей была – так не честно. Или ты мне не доверяешь? – я показательно сузил глаза.
Но она в секунду стала серьезной, глядя мне в глаза. Она остановилась.
- Доверяю, - тихо проговорила она.
Ее реакция на мой незначительный вопрос и резкая обстановка атмосферы послужили причиной того, что мой настрой мигом сменился.
- А насколько ты мне доверяешь? – я сделал шаг по направлению к ней, оказавшись совсем близко.
- Больше, чем кому бы то ни было, прошептала она.
От ее ответа мое сердце ускорило ритм. Она доверяет мне. Что могло быть лучше? Ведь именно это и было моей целью: доверие, а затем, надеюсь, любовь. Легкий ветерок развевал ее пышные каштановые волосы, карие глаза светились свойственным только им блеском, а алые губы манили прикоснуться.
- Это странно, ведь мы с тобой знакомы чуть больше месяца, и месяц назад я бы посмеялась в лицо тому, кто сказал бы мне, что так и будет. Не знаю почему, но я чувствую себя …. в безопасности с тобой, словно мне ничего не страшно… словно ты всегда готов помочь мне и я могу обратиться к тебе с чем угодно, - прошептала она, сбиваясь, не прерывая зрительного контакта.
Я был шокирован, а сердце было готово выскочить из груди от радости.
- Так и есть. Со мной ты всегда будешь в безопасности, и ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью. Что бы ни случилось, знай: я всегда буду рядом.
Я говорил от чистого сердца, надеясь, что она поверит моим словам. В этот момент я был готов отдать все, что угодно, лишь бы обнять ее, крепко-крепко, и поцеловать ее мягкие губы, доказать, что она даже и не подозревает, что значит для меня. Наши лица разделяли лишь пара сантиметров, и, не думая ни о чем, я начал наклоняться к ней все ниже. Она не отстранилась, а наоборот – тоже начала тянуться ко мне, смотря на мои губы. В душе я ликовал, наконец, она раскрылась мне, потянулась и душой и телом.
Наши губы почти касались, дыхание смешалось, а голова кружилась от нахлынувшего чувства. Черт, я словно в первый раз целовался и волновался как какой-то прыщавый девственник. Я сделал очередное движение ей навстречу, и почти коснулся ее губ, как она резко повернула голову, отклоняясь назад, и громко произнесла: «Правда, сегодня ночь красивая?», натянуто улыбаясь. Она дышала неровно, пытаясь звучать естественно и беззаботно, но волнение просачивалось наружу. А я… Что я? Я стоял не двигаясь, чувствуя, как смешиваются различные чувства: понимание, нежелание торопить, но также обида, непередаваемое яростное чувство… Словно меня используют, как бы это ни звучало. Сколько можно? На секунду я подумал: так ли она себя с Энди ведет? Ревность буквально заполнила меня с головой.
- Сегодня много звезд на небе, - продолжала она в том же духе. – Я слышала, что…
- Что происходит, Белла? – я резко перебил ее.
Она виновато посмотрела на меня.
- Я никак не могу понять: что происходит между нами? Почему ты отталкиваешь меня? – я отчаянно требовал ответа, стараясь не выходить из себя. – Ты… ты все время заводишь меня, а затем отходишь в сторонку. Говоришь, что доверяешь мне, но даже коснуться себя не даешь. Сама же делаешь, что хочешь. Я понимаю, что один раз уже разочаровал тебя, но я думал, что ты дала мне второй шанс. Все достойны второго шанса. Я старался понять тебя, не давить на тебя, но похоже тебя очень даже устраивает положение вещей. Я себя собачкой чувствую уже: ты зовешь меня – я прибегаю, а как дело доходит до чего-то важного, ты отгоняешь меня. Дергаешь за поводок, и все получается, как хочешь ты. Когда ты сама себе признаешься, что… ? Мне надоело притворяться, что мне всего этого достаточно. Сколько это может продолжаться. Вот объясни мне, почему я не могу поцеловать тебя? Только не говори, что сама этого не хочешь!
- Я не говорю этого, - она нервно покусывала нижнюю губу, стараясь не смотреть мне в глаза.
- Так почему? Что с тобой происходит? – я старался не кричать, но все равно получалось, что я говорю на высоких тонах. – Ты ведь сама только что сказала, что доверяешь мне.
- Я доверяю, но…
- Что «но»?
- Я… не могу…
- Посмотри на меня, - потребовал я и приподнял ее подбородок, заставляя взглянуть мне в глаза. Но я не нашел в ее глазах ничего, кроме неуверенности и непонятного сожаления. – Не можешь…
- Все. С меня хватит. Делай, что хочешь, - прошептал я.
Я отпустил ее и пошел по направлению к двери дома. Услышал ее тихое «Эдвард!», но я уже был не в состоянии вернуться и притворяться снова. Лишь непонимание и ярость. С меня хватит.

BPOV

Я не могла разобраться в себе. Последние две с лишним недели были невероятно счастливыми, легкими. Он следовал моим невысказанным правилам и был невероятно понимающим, не давил на меня. И теперь его злость была оправданной. Но я… Я действительно доверяла ему, но боялась. Боялась того, что я опять разочаруюсь в нем, что нас что-то разлучит. В какой-то мере мне даже не верилось, что я действительно могу ему нравится. Его совершенство было очевидно. Я не могла смотреть на него спокойно: от вида бронзовых локонов, в которых руки жаждали запутаться, этих изумрудных глаз, самых прекрасных на свете, мужественных скул и подбородка, мягких губ, вкус которых я жаждала почувствовать, не говоря уже о его теле, сердце начинало бешено стучать.
Весь последующий день я размышляла о нас. Что может произойти, в крайнем случае, если я доверюсь ему и проявлю чувства? Он отвергнет меня? Бросит? Обманет? Но лучше испытать это все, чем сожалеть о том, что я не сделала свой шаг к нему. Он ведь был прав. Хватит. Пора выбраться из норы и показать ему свои чувства. Я советовалась по этому поводу с Роуз и Элис, и они согласились со мной, настояв на том, что мне стоит объясниться с ним. Весь день он не разговаривал со мной, избегая. Я чувствовала себя ужасно виноватой. Настоящая эгоистка. На этот раз я сама все испортила. Я нервничала, ожидая, когда же он вернется домой: все мы уже были дома. А его все не было. Никто в доме не был удивлен этому факту, похоже, он действительно вел разгульную жизнь. Ведь Эммет говорил мне раньше. Я прождала его до двух ночи, но затем решила, что лучше поговорить утром.

Проснулась я утром в семь часов. Я не опаздывала, но надо было поговорить с Эдвардом, поэтому я встала сразу же, как только открыла глаза. Я вся трепетала от неизвестности. А вдруг он поймет меня? Вдруг скажет, что понимает и принимает меня такую, какая я есть. Я была уверена, что так и будет. По-другому и быть не могло: это ведь Эдвард. Натянув на себя джинсы и синюю футболку, я быстро мылась и вышла из своей комнаты. Внизу уже шумела Элис, но поговорить время еще было. Я подошла к его двери, я застыла в волнении, с повисшим в воздухе кулаке (чтобы постучать). С трудом успокоившись, я решилась, да и подумала, что можно и не стучать. Вряд ли он опять в полотенце стоит. Я уже чувствовала облегчение от того, что решилась поговорить с ним. Сделав глубокий вдох, улыбнувшись (отчасти приободряя себя), я взяла ручку и толкнула дверь, и застыла на месте. Улыбка сразу же сползла с лица. В его кровати лежала Джессика Стэнли, его давняя потаскушка. Увидев меня, она прикрылась одеялом, но все равно было видно, что она голая.
- Свон? Какого черта? – она нахмурилась?
А я стояла с открытым ртом, не веря своим глазам. Как он мог? Не верю!
- Что, не ожидала, что место будет занято? Могла бы и привыкнуть уже, он больше недели ни с кем не спит.
Все кружилось перед глазами, мозг отказывался воспринимать происходящее.
- Я тебя спрашиваю: что надо? – она немного повысила голос, и, похоже, начинала сердиться. А у меня не было сил реагировать на это. Как же так?
- С кем это ты разгова… - Эдвард вышел из ванной в одних спортивных штанах, с мокрыми волосам и капельками воды на обнаженной груди. Увидев меня, он оборвался на полуслове, глаза расширились. На лице отражался шок, и на секунду я увидела немного боли.
- Так что? – повторила Джессика, сердясь.
- Эм… Я… Я просто…, - я заикалась, будучи не в состоянии договаривать слова нормально, смотря на Эдварда и чувствуя подступающую волну боли. - …Не важно.
Эдвард открыл рот, пытаясь сказать что-то, но сразу же закрыл обратно. Не переставая смотреть на меня виноватым взглядом.
- Извините, что помешала, - я чувствовала, как глаза наполняются слезами. Я не хотела, чтобы они видели, как я плачу, и, договорив фразу, быстро вышла, закрыв за собой дверь. В голове крутилось лишь одно: «Дура! Наивная дура!»

''' Принимайте новую главку)) Дорогие мои, я оч старалась и надеюсь на вашу отдачу в виде комментов)))

И еще. Дорогие "невидимые читатели"! Хотела бы попросить важать чужой труд и не уходить, не оставляя коммент. Черкните хотя бы парочку слов: вам ничего, а мне приятно. '''

Готова ловить тапки на ФОРУМЕ!!!)))