Это было обвинение, оно испугало Эдварда, и без дальнейших слов он сильно ударил доктора кулаком в подборок. Карлайл не ожидал этого и упал назад, ударившись о дверь. Но не потерял сознания; он захрипел, выкрикнув несколько проклятий, и потянулся к Эдварду, чтобы тоже ударить. Свой второй удар Эдвард рассчитал лучше и попал прямо в переносицу. Третий раз он ударил правым кулаком в подбородок. Доктор Каллен потерял сознание.
Через десять минуть Вольво уже летело по шоссе. Пропадать, так пропадать, подумал Эдвард, теперь только вперед, потому что больше некуда деваться.
Терять - убить. Отправляться - лишаться. Лишаться - лишиться. Убить - хоронить. Хоронить мертвых. Хоронить – копать. Копать – пропадать. Итак, я пропал.
Жонглируя словами, он старался не думать. Но как ни старайся, мысли крутились вокруг одного и того же: он сделал все метко и точно – не сломав ни одной кости, не выбил ни одного зуба. Эдвард оглушил доктора, не оставив следов. Его поразило собственное хладнокровие. Эдвард и не подозревал, что человек, невольно превратившийся в убийцу, сможет победить в себе предрассудки и стать расчетливым и хладнокровным.
Как тогда, в детстве, много лет назад, когда умер его отец, и они с матерью и сестрой на какое-то время решили покинуть свой дом, переехав к родственникам в Китилипи. Однажды, в конце недели, Эдварду понадобилось съездить в Ресистенсию, чтобы разобраться с бумагами, и решил заглянуть домой. Когда они уезжали, мать, видно, недостаточно хорошо заперла окна, и в дом пролезла целая кошачья семья, которая обосновалась в комнате за столом. За несколько недель коты успели захватить всю столовую и кухню. Эдвард почувствовал глубокое отвращение и страшно разозлился, когда увидел, как два огромных кота убегали, услышав его шаги. Увидев грязь, экскременты, он остановился как вкопанный и тут заметил четверых малюсеньких котят, которые двигаясь почти ползком, вылезали из-под стола в поисках более надежного укрытия. Тогда он хладнокровно закрыл окна, которые выходили в коридор, дверь, которая вела в кухню, и входную дверь. Возбужденный своей местью, он вернулся в машину.
Когда они почти месяц назад вернулись в Ресистенсию, мать и его младшая сестра Эллис пришли в ужас, увидев маленькие трупики, разложившиеся настолько, что шерсть прилипла к полу, будто вросла в него. Воняло нестерпимо, а он, так ни в чем и не признавшись, отправился в кино и просидел там до вечера.
- Холодный, бессовестный, - сказала ему Розали, та нежная девушка из Венсенна, которую он так любил, когда рассказал ей об этом случае.
Теперь он вспомнил, что тогда, той ночью, она отказалась от близости с ним.
«Холодный, бессовестный», – повторял он себе, смотря на доктора Каллена, который полулежал в глубоком обмороке на другом сиденье. То, что он намеревался сделать, было отвратительно, и он прекрасно это осознавал. Но у него не было выбора.
Пропадать так, пропадать…
Да, его карта бита, и уже ничто не может остановить его.
Он не хотел убивать Изабеллу. Господи, конечно же, нет, он хотел лишь только любить ее, но так случилось…
После того как он пересек развилку трех дорог на западном выезде, он проехал по мосту, свернув на дорогу номер пять. Чуть дальше текла речка. Он съехал на обочину, не доезжая двух метров до мостика. Эдвард затормозил, стараясь не оставлять следов на асфальте, и понял, что надо действовать очень быстро. Не поедет он ни в какой Париж, ни куда-либо еще, а лишь к себе домой. Только бы не проехала встречная машина – молился он мысленно, хотя в пять утра на дорогах и так было мало машин. Шоссе было совершенно пустынным.
Эдвард вышел из машины и перевернул тело доктора так, словно тот сидел за рулем. Он засомневался на секунду, стереть ли свои отпечатки пальцев с руля, но сразу отбросил эту мысль. Само собой разумеется, что он управлял этой машиной. Он положил тело Карлайла на руль и на рычаг скоростей. Пусть подумают, что Каллен в пьяном виде совершил безрассудный поступок. Может, решат, что он изнасиловал свою дочь, а потом в отчаянии покончил с собой в этом странном месте, на мосту, с которого Эдвард решил столкнуть вольво вместе с доктором.
Правда, его все равно ждет масса неприятностей, но он сумеет вывернуться.