- Ты всегда был умным мальчиком, - я улыбнулась и повернулась к нему лицом, положив руки на спинку дивана, а сверху – подбородок.
- Не скажи, - Джас усмехнулся и покачнулся с пятки на носок. – Иногда я страшно тупил. Элис, это чертовски трудная игра. Я ответов твоих боюсь намного сильнее, чем вопросов. – Мы как-то незаметно перешли на тихие, спокойные интонации. Джаспер прошелся вдоль дивана и остановился. – С кем у тебя был первый поцелуй?
- Настоящий или в щечку и всякие чмоки-чмоки тоже учитываются?
- Настоящий.
- Тогда с тобой.
Джаспер закашлялся.
- Что? – прохрипел он, подошел ко мне и наклонился к моему лицу, вглядываясь в глаза. – Со мной?
- Да. То, что было с Тимом и парочкой парней до него, я не считаю поцелуем. Хотя, если тебе будет проще… - я развела руками и выпрямилась.
Наблюдать за Джаспером сейчас было прикольно. Он стоял, наклонившись над спинкой дивана, глаза огромные, удивленные, а рот приоткрыт. Хотелось рассмеяться, но я пыталась сдержаться. Встала с дивана, поправила штаны и футболку. Джаспер всё молчит, смотря в пустоту.
- Если бы я знала, что это тебя приведет в подобное состояние – соврала бы.
В ответ он что-то пробурчал себе под нос. Я даже переспрашивать не стала, прошла к тому же окну, где Джаспер стоял раньше. Дождь льет как из ведра, ветер сгибает деревья. А как хотелось бы выйти из этой гостиной. Или даже из этой тишины. Джаспер снова думает. Боже, он говорил, что боится моих ответов, могу поклясться – его ответов я боюсь еще больше, а точнее его реакций.
- Хочешь, можем на этом остановиться.
- Ну, нет, началось самое интересное. Давай свой вопрос.
Я взглянула на него поверх плеча – присел на спинку дивана, руки скрестил на груди и пристально смотрит на меня. Я отвернулась к окну, вздохнула. Дурацкая идея пришла мне в голову с этой игрой. Просто задала бы ему интересующие вопросы, а теперь он же не остановится. Самое интересное…
- Ладно. Что может вывести тебя из себя?
Я потерла ладонями лицо, понимая, что совсем не хочу слышать ответа больше ни на один вопрос.
- Наглость, человеческий идиотизм, глупость. Пффф… ну и тому подобное.
Я, молча, кивнула. Кажется, что Джаспер рассматривает меня, изучает.
- Элис, если у тебя появится возможность… остаться… со мной, начать все сначала… ты уедешь или попробуешь… со мной… Элис?
Я ненавижу эту игру. Презираю тихий, дрожащий голос Джаспера. И боюсь ответить правду. Начать сначала… что начать? Было ли что-то? С какого эпизода? Попробую ли я… Да только и делаю, что пробую. Постоянно. Он хочет, чтобы я ответила? Воспользовался игрой, чтобы просчитать варианты? Если бы без игры попросил, я бы… пожалуй, могла бы прямо сейчас уволиться с работы.
- Элис?
- Не может появиться возможность, которая и так есть. Остаться? – я усмехнулась. – Джаспер, чтобы я осталась с тобой, ты знаешь, что нужно сделать.
- А ты… ничего не будешь делать?
- Я?!
Даже смешно стало. Смеясь, я повернулась к нему лицом.
- Что ещё я должна сделать?! Сколько у тебя было девушек? М?
- Не знаю, а…
- Около двадцати? Тридцать? Сорок? Может, даже сто. А я… - замолчала. Как такое вообще можно сказать? Откуда взять сил?
- У тебя же были парни в Париже?
- Были, - я хмыкнула. – Ты думал, я тебя ждать буду? Думал?!
- Нет, - он нервно рассмеялся. – Конечно же, нет.
- Я ждала. Как ты там сказал «каждый день и каждую ночь». Хотя бы «спасибо» в ответ на мои поздравительные открытки. Так что теперь, Джаспер, я ничего не буду делать.
Молчит. Конечно. Что еще он может сказать? Я смотрю перед собой. Как бы уйти отсюда? Чертов ураган! Шаги. Встал передо мной. Я хочу отвернуться, но Джаспер не позволяет: обхватывает мое лицо ладонями, заставляя смотреть на него.
- Хотя бы ответь.
Я открыла рот, чтобы ответить, а Джаспер воспользовался этим и поцеловал. Это было похоже… да не на что это не было похоже. Ни на наш первый поцелуй, ни на предыдущие два. Испуганное касание дрожащих губ. За смелостью и уверенностью в голосе, скрывалась мольба об ответе. А я всегда была слабой. Точнее моей единственной слабостью был, есть и, наверное, будет Джаспер Рендалл Хейл. Поэтому я ответила: обняла его руками за шею, запустила пальцы в волосы, притянула ближе, позволила углубить поцелуй, сделать его страстным, сумасшедшим, скоростным. Пальцы Джаспера сжали мою талию – Боже, как больно и приятно. Кажется, я вскрикнула, потому что Джас отстранился от моих губ и выдохнул:
- Что такое?
Я покачала головой, уткнулась носом ему в шею, вдохнула… дождь, кола, лосьон после бритья и что-то такое… неуловимое. Я запустила пальцы ему в волосы, перебираю пряди и дышу, вдыхаю, пытаюсь понять, отчего схожу с ума… от него самого… целиком…
Ладони Джаспера скользят по моей спине нежно и едва ощутимо, левая – замирает между лопатками, правая – на пояснице. Медленно сжимает ткань футболки пальцами, резко прижимает к себе, я выдыхаю сквозь приоткрытые губы и целую его в шею: посасывая, покусывая, зализывая. Слышу его участившееся дыхание. Улыбаюсь, спускаюсь немного ниже и снова целую. Хочу еще ниже, но мешает ворот футболки, перемещаюсь вперед, скольжу языком по шее вверх, к подбородку, прикусываю его зубами.
- Элис-с-с-с, - интонации шелеста ветра.
Думала, никогда не услышу их снова или что тогда мне только показалось.
- Что? – шепчу в ответ и целую в уголок губ.
- Я правильно понял, что ты…
- Да.
- Никогда?
- Да. Пойдем в спальню?
- Я отнесу тебя, - Джаспер обнял меня одной рукой за бедра и приподнял, я обхватила его ногами за талию, скрестив лодыжки. Так близко. Так хорошо. Я обняла его за шею, прижалась щекой к его виску. – Как хорошо не отпускать тебя, - прошептал Джаспер мне на ухо и поцеловал чуть ниже мочки уха.
Крепко держа меня в руках, он поднимается по ступенькам. Мне хочется прижаться еще ближе, зацеловать его всего, заласкать. Любить. Сильно. Страстно. Нежно. Вечно. Ощущение, что если разомкну объятия, то потеряю Джаспера. А я не хочу этого снова, потому что с ним неимоверно хорошо, а без него – никак. Хочу шептать ему о своей любви. Кричать. Но молчу. Боюсь. Но я покажу по-другому. Смогу. Хоть и страшно. И дрожь внутри на пару с волнением поднимается. Чтобы унять их, пытаюсь отвлечься и рассмотреть в темноте его волосы, затылок, пальцами нащупываю небольшую ямочку, скрытую волосами и нежно поглаживаю, желая прикоснуться к ней губами. Может быть потом, а пока – в висок, чувствуя пульс, млея от его ласковых поглаживаний кончиками пальцев моей обнаженной поясницы, позвонков… вверх, поднимая футболку… и одним пальцем под застежку бюстгальтера всего на миг, чтобы пуститься в обратный путь, скользнуть вдоль резинки штанов…
- Пришли, - выдох куда-то мне в волосы.
Сейчас надо будет отцепиться от Джаспера. Ненадолго, я знаю, но надо разжать объятия. Не хочу. Начинаю целовать его в губы, лишь бы сейчас не принимать решения, не отпускать. А он целует в ответ и улыбается, потом подбородок, шея, и Джаспер прижимается губами туда, где шея переходит в плечо, нежно посасывает, заливает, а потом прикусывает и смеется.
- Я сейчас уроню тебя, или упаду вместе с тобой и придавлю тебя, - его голос звучит хрипло, тихо и волнующе.
Нужно расцепить лодыжки. Сложно. Особенно под сопровождение поцелуев все в том же месте: на стыке плеча и шеи. Я опустила левую ногу. Вниз, пытаясь понять, что там – пол или кровать. Кончиками пальцев ног касаюсь чего-то мягкого. Матрас. Теперь правую ногу. Хочется сразу же запрыгнуть обратно, потому что даже так – слишком далеко. А со стороны Джаспера странное сочетание действия и бездействия. Ласкает губами шею – действие. Ладони замерли на талии – бездействие. Что теперь? Лечь? Снять одежду? Поцеловать? Что? Паника, превращающаяся в неконтролируемую дрожь. Сомнение, заставляющее быстро опустить руки, схватить край его футболки и потянуть вверх. Джас отрывается от моей шеи, поднимает руки, позволяя мне снять футболку, бросить ее куда-то… и будто в медленной симфонической мелодии на смену струнным приходят ударные: литавры, барабаны – быстро, ритмично, почти мгновенно, завораживая, заставляя ожить – он снимает с меня футболку, штаны, нижнее белье, а потом почти одним движением скидывает свои брюки, хватает меня за талию, кладет на кровать, и ложится сверху, целует в губы – всё в едином ритме, который постепенно становится медленнее, тягучее. Снова вступили струнные: скрипки, арфа… Я и Джаспер. Кожа к коже – ошеломляюще приятно. Горячо. Можно вновь обнять ногами, чтобы еще ближе стал. Чтобы крепкий торс ощутить грудью, вжаться, ощущая жар чужого тела, твердость эрекции и кончиками по напряженной спине, вдоль позвонков вниз, замерев в небольшой ямке, и очерчивать ее контур, по кругу. В то время, как Джаспер скользит поцелуями по моей ключице, языком обводит ямочку по центру и спускает вниз к груди, оставляя влажный след, и уже язык и губы ласкают левый сосок, а моя голова откидывается назад, нижняя губа прикусывается… тихий стон с губ… а его пальцы нежно гладят мое бедро… И где-то в этот момент понимаешь, что дрожишь, задыхаешься, стонешь, выгибаешься, стремишься, стать еще ближе не только ты, и хочешь сказать, закричать, а получается лишь вцепиться в плечи и притянуть к себе, целуя губы, все-таки обхватывая ногами за талию, не давая отстраниться, прервать. А потом вздрагиваешь, почувствовав его пальцы там… В голову приходит абсолютно не уместная, дурацкая мысль о том, что, «как хорошо, что сделала эпиляцию», тут же исчезает, сменяясь страхом. Неуверенностью. Желанием прервать, хотя понимаю, что уже поздно нажимать на тормоз. А Джаспер, будто чувствуя сомнения, что-то шепчет… на ухо, обжигая дыханием и затуманивания сознание.
- …долго… как же долго… хотел… Господи… не могу, не могу, не могу больше… Элис-с-с-с…
Литавры. Внезапно, заставляя подпрыгнуть и замереть. Боль. Сильная, пронзающая насквозь, вынуждающая прикусить губу до крови, зажмуриться, вцепиться в плечи Джаспера и замереть. Тишина. Боль. И спустя минуту, пять, час, а может быть всего секунду, уже можно открыть глаза и увидеть перед собой его лицо. Сжатые губы, сведенные на переносице брови, зажмуренные глаза и подрагивающие ресницы, мокрая чёлка, упавшая на глаза. Еще секунда и обращаешь внимание, что он весь дрожит, а сильнее всего – руки, на которые опирается, удерживая себя. Приходит понимание, что ему тоже тяжело, а может даже он как-то чувствует мою боль. И где-то вдалеке начинает тихо играть скрипка. Появляются силы разжать пальцы и ласково погладить плечи Джаспера, расслабиться и бедрами податься навстречу. Он открывает глаза, изучает взглядом, а я могу лишь вздохнуть и едва слышно вскрикнуть скорее от радости, потому что вижу в затемненной зелени нежность, страх, благодарность, любовь… Целую, двигаясь навстречу. Целую, забывая боль. Целую, пьянея от ощущения его в себе. Целую, целую, целую…
Теперь уже весь оркестр, кульминация, последние аккорды. Самый жар. Опьяняющий и возвышающий. Практически бессвязное:
- Джасперджасссджасджасджа-а-а-с-с-с-с…
И слившееся в любимый шелест:
- Элисэлисэлисэлисэлисэлисэлисэлисэлис…
Литавры. Барабаны. Тишина. Она принесла облегчение. Тяжелое дыхание: моё – ему в волосы, его – мне в ключицу. Ноги разжались сами – сил нет. Хорошо. Просто хорошо. И скорее чувствую, чем слышу:
- Спасибо.
В ответ могу лишь лениво перебирать его влажные волосы и глупо улыбаться. Джаспер приподнимается на руках ровно настолько, чтобы видеть мое лицо. Увидев, что я улыбаюсь, вздохнул с облегчением. Настороженность ушла из взгляда, и могу поклясться, что его глаза сияют. Губы растягиваются в улыбке, наклоняется и нежно целует меня, а потом ложится набок и обнимает меня, прижимая так сильно, что мне трудно дышать.
- Спасибо, - шепот на ухо, поцелуй в висок, - хорошо, правда?
- Да.