– Белла, твой отец в ходе операции на сердце впал в кому. Прости…

Все сразу сочувственно посмотрели на Беллу. Розали же, казалось, находилась в глубочайшем шоке. А Белла… Белла лишь всматривалась в мое лицо.

– Если это шутка, то она не смешная, – срывающимся голосом сказала она.

– Мне бы хотелось, чтобы это была шутка, – с искренним раскаянием в голосе ответил я, в тот же миг Белла подошла ко мне и крепко обняла, изо всех сил пытаясь сдержать рыдания.

– Эдвард, но как Дин мог сделать операцию без моего ведома? – Всхлипывая, спросила Белла, еще ближе ко мне прижимаясь. Теперь-то я понял, почему она себя так странно повела: она думала, что я тоже ничего не знал об операции.

Соблазн притвориться, что я тоже находился в полном неведении, был огромным, но я не мог так подставить Дина, к тому же рано или поздно все и так бы всплыло…

– Я его попросил ничего тебе не говорить, – прошептал я и почувствовал, как она напряглась.

Это конец…

– Т-ты?.. Нет, нет!.. Как ты мог?! Ты же знал, что отец для меня все! Как ты мог не дать мне провести с ним несколько последних часов?! – провопила она, и я глубоко вздохнул, пытаясь подобрать те слова, которые могли бы ее хоть немного успокоить, хотя понимал, что сейчас она меня даже слушать не захочет.

– Малыш, Белла, прости меня, пожалуйста, я надеялся, что операция пройдет успешно. Я ведь тебя знаю – скажи мы тебе, то ты бы просто извелась от беспокойства!

– Ну и что?! Это мой отец! Ты не имел никакого права принимать за меня решение! А если бы он вообще умер?! Ты об этом подумал? Подумал, каково будет мне?

– Я надеялся, что все пройдет нормально… – Слабо ответил я. Белла, разочарованно посмотрев на меня, развернулась к Розали.

– Ты поедешь со мной? – спросила она.

– Мы все с тобой поедем. Иди, соберись, мы тебя здесь подождем, – мягко сказала Элис и, как только Белла ушла на второй этаж собираться, начала сдерживать Розали, норовившую выцарапать мне глаза.

– Идиот! Ты просто идиот! Ты же говорил, что любишь Беллу! Так куда же подевалась твоя любовь?! – орала, как ни странно, Элис. Розали, практически сразу же после ухода Беллы, побрела в свою комнату, прихватив с собой моего брата.

– Элис, ну хоть ты должна меня понять! Я сделал это ради нее! Я не хотел, чтобы она волновалась…

– Ну, и? Ей от этого стало легче? Этим ты только угробил ваши и без того хрупкие отношения! – огорченно проговорила Элис.

– Ты думаешь, я не знаю об этом?.. – обессиленно опускаясь на диван, выдавил я. Через несколько секунд я услышал резкий вздох и почувствовал, как Элли села возле меня и крепко обняла за плечи.

– Не трусь братишка, хоть я и недолго знаю Беллу, но уверена, что она тебя простит, когда Чарли оправится! Вот увидишь, не пройдет и несколько недель, и вы опять будете счастливы! – попыталась приободрить меня Элис. Я надеялся, что она, как всегда, окажется права…

– Как ты думаешь, мне стоит?..

– Ни в коем случае! – прервав меня, воскликнула Элис. – Ты не можешь сейчас с нами поехать! Белле и так тяжело из-за тебя, и я сильно сомневаюсь, что она хотела бы тебя видеть там, по крайней мере, сейчас… – чуть успокоившись, сказала Элис.

Я был согласен с ней: Белла либо меня прогонит, либо наорет и наговорит много лишнего, – оба варианта меня не устраивали. Я лучше дам ей время остыть, а сам буду поблизости… на всякий случай.

– Элис, Джаспер, – прохрипела Белла, стоя у порога гостиной. Я посмотрел на нее и удивился стойкости моей девочки. В ее глазах стояли не пролитые слезы, губы распухли, вся она была бледна, как фарфоровая кукла, и тряслась, словно осиновый лист на ветру. Но все же она не давала волю слезам, не позволяла себе впасть в панику. Она была сильной, сильной для своего отца. И я гордился ею.

– Мы можем идти? – опять еле слышно пробормотала она, пытаясь не смотреть на меня. Да… я ее понимал. Сейчас я сам чувствовал отвращение к себе, но все же считал, что поступил правильно. Знай Белла о предстоящем риске, и сообщи ей потом Дин такие новости, – она бы с ума сошла! Надеюсь, что скоро это поймет и сама Белла.

– Да, мы можем идти, – сказала Элис и, взяв Джаспера за руку, повела его к двери.

Они вышли из комнаты, но Белла, почему-то медлила. Я чувствовал, что она хочет что-то сказать, чувствовал, что она ищет поддержки – моей, – а я ее так подвел…

– Я не хотел, чтобы все так вышло, я хотел как лучше, – прошептал я, поднимаясь с дивана.
Белла подняла на меня свои огромные карие глаза и, иронически усмехнувшись, ответила:

– Сделанного не воротишь, – затем развернулась и вышла из дома. Услышав шум отъезжавшей машины, я вздрогнул и поплелся наверх, в свою комнату.

Она уйдет. Она сильная, и уйдет от меня; начнет новую жизнь, найдет нового парня – как бы ни прискорбно это не звучало, – и тогда уже он будет с ней засыпать и ласкать, проснувшись. Уже другой будет ее баловать завтраками в постель, дарить цветы, заставлять улыбаться…

От этих мыслей у меня мучительно сжалось сердце. Если мне сейчас от одной мысли так больно, что же будет, если она уйдет?..

Я просто не смогу жить без нее, не смогу дышать…

И я не буду! Я сделаю все, чтобы вымолить у нее прощение! Чтобы она разрешила мне вернуться к ней! Я готов ради нее горы свернуть, если только она останется со мной!

А вдруг она этого не захочет?.. Я ведь не буду ее заставлять! Никогда! А если она окажется настолько упрямой, что не сможет мне простить этого проступка?..

А если Чарли не оправится? Если умрет? Ведь в том, что они не успели попрощаться, будет только моя вина и ничья больше… А этого Белла мне точно не простит.

– Эдвард? – послышался голос моего брата.

Быстро подняв голову, я посмотрел на Эммета, переминавшегося с ноги на ногу на пороге моей комнаты.

– Как она? – первым делом спросил я.

Эммет устало потер шею и, войдя в комнату, присел на край кровати.

– Не очень, ей тяжело, и никого, кроме Розали, она к себе и Чарли не подпускает, даже Дина… Ты сделал ей очень больно, понимаешь? – спросил он, и я кивнул. – Однако Элис попросила передать тебе, чтобы ты «поднимал свою тощую задницу и ехал в больницу», – ухмыльнувшись, добавил он, и я ухмыльнулся в ответ.

– Она так и сказала? – переспросил я, спрыгивая с кровати.

– Ну, почти, – улыбнулся Эмм. – Эдвард, будь с ней поделикатнее, не дави, сам понимаешь – от этого лучше не станет… – Немного погодя пробормотал Эмм. Я поднял на него глаза и просто кивнул. Я и сам это прекрасно понимал и был благодарен Эмму, что он так о ней заботится.

– Я скоро вернусь, – ответил я брату и, схватив ключи от машины, быстро спустился вниз.

Дорога к больнице оказалась очень короткой, к сожалению. Подсознательно, я хотел отдалить этот миг, даже скорость сбавил – до шестидесяти км в час. Но это не помогло, не остановило время, не отсрочило неминуемой встречи с Беллой…

Войдя в большое белоснежное здание, я сразу же направился к палате Чарли. Взявшись за ручку двери, я помедлил… А стоит ли мне вообще входить? Ведь Эмм говорил, что она даже Дина к себе не подпускает, а что уже обо мне говорить?

– Не советую этого делать, – устало пробормотал сзади знакомый голос. Дин. Я сразу же отпустил ручку и развернулся.

Передо мной и вправду стоял Дин, только выглядел он изнуренным. Синие круги под глазами, замученный взгляд, а поникшие плечи прибавили ему пару лет.

– Все так плохо? – спросил я, зная ответ наперед.

– Хуже некуда… – Ответил парень, устало опустившись на синий пластмассовый стул напротив двери в палату. Я медленно подошел к нему и, сев рядом, положил руку ему на плечо. – Это моя вина, что Чарли впал в кому… Он был мертв приблизительно пять минут, я еле вытащил его обратно, пусть кома – далеко не самый лучший вариант, но он хотя бы жив… Не знаю, очнется ли он, ведь если остановка сердца больше пяти минут…

– Кислород перестает поступать в мозг… да я знаю, – закончил я за Дина, и тот глубоко вздохнул. – Дин, в этом нет твоей вины, ты сделал все что мог… Вообще-то, без твоей помощи Чарли бы не выкарабкался, а так еще есть шанс, что он проснется.

– Так и Белла сказала, – печально ухмыльнулся он. Мое сердце невольно сжалось. Если Белла так быстро простила Дина, то, может, и у меня есть шанс?..

– Ты уже с ней разговаривал? – спросил я, и молодой врач кивнул.

– Да. Не знаю, как она смогла меня простить, но она простила. Ты не представляешь, какой камень у меня с души упал… – осторожно посмотрев на меня, ответил Дин.

– А как она? – опять спросил я, надеясь, что хоть Дин сможет нормально мне рассказать о состоянии моей девочки, хотя я и сам догадываюсь.

– Она… держится, – кратко отрезал Дин. Я потупил взгляд и начал водить по волосам руками. Что же я наделал?.. – Ты и вправду ее любишь? – через несколько секунд спросил Дин, и я, посмотрев на него, хмыкнул.

– А ты как думаешь?.. Я жить без нее не могу, – честно ответил я, снова уткнувшись взглядом в пол.

Услышав, как с ужасным скрипом отодвинулся соседний стул и начал раздаваться шум шагов, я посмотрел на своего собеседника, который уверенным шагом направился к палате.

– Ты куда? – быстро спросил я.

– Попытаюсь замолвить за тебя словечко, – бросил Дин и вошел в палату.

Бурлившее во мне любопытство взяло вверх, и я быстро, стараясь не издавать ни звука, подошел к двери и прислушался.

– Эдвард пришел, – шепотом произнес Дин.

Послышался тихий всхлип, и я зажмурился. Мне было так больно из-за того, что одно упоминание обо мне причиняло Белле страдания.

– Неужели?! Так быстро? – послышался ледяной, полный желчи голос моей любимой. – Я-то думала, что он вообще не придет, – вздохнув, добавила она все тем же враждебным тоном. Она… она меня ждала?.. – И, тем не менее, зачем он пришел?

– Думаю, он хочет поговорить с тобой, извиниться за содеянное… нами обоими, – как можно мягче ответил Дин.

– Я не хочу его видеть! Где он был раньше? Когда я так нуждалась в его поддержке?! – вспылила Белла, а я треснул кулаком о стену. Идиот!

– Я не знаю, малыш, но сейчас он здесь и хочет быть рядом, помочь тебе справиться.

– Поздно, скажи ему, что я и без него отлично справлюсь!

– Белла, но…

– Уходи!

Через несколько секунд дверь открылась, и расстроенный Дин вышел мне навстречу.

– Ты все слышал? – я кивнул. – Тогда мне не придется пересказывать тебе весь наш разговор. Мне жаль Эдвард, я сделал все что мог, но ты ведь слышал… – И снова кивок.

– Доктор Дин Винчестер. Повторяю: доктор Дин Винчестер, срочно пройдите в четвертую операционную, – зазвучал спикер, и Дин вздохнул.

– Я должен идти, – очередной кивок, и Дин быстрым шагом удалился в направлении указанной операционной.

Черт! Я не должен был слушать Элис! Надо было действовать самому! Надо было быть решительнее, еще тогда, когда Белла была в гостиной! Она ведь давала мне шанс, предоставляла мне возможность помочь ей, а я, кретин, не понял!

Опять опустившись на кресло, я тяжело втянул прохладный, пропитанный медикаментами, воздух и стал дожидаться момента, когда Белла выйдет из палаты.

Я хотел войти туда, обнять ее, успокоить, но она же меня прогонит! Даже Дина прогнала. Надеюсь, что через некоторое время Белла остынет, и тогда можно будет попробовать попросить у нее прощения.

– О, смотрите, кто наконец-то пришел! Его Величество, мистер Каллен, собственной персоной! – послушался язвительный голос Розали. Подняв на нее глаза, я увидел блондинку с двумя чашками кофе в руках, испепелявшую меня взглядом.

– Ты зачем приперся? Мало дров наломал, что ли? Хочешь заставить ее страдать еще больше? Так вот знай, дружок, ничегошеньки у тебя не получится! С этого момента я запрещаю тебе к ней подходить! Она достойна большего, чем ты! А еще говорил, что любишь… Да разве это любовь, когда скрываешь от любимого человека такое?! Да ты изверг! Не могу поверить, что она на тебя клюнула! Ума не приложу, и чем ты ее привлек?! Явно не деньгами – она не такая; наверное, своим характером и сказками о любви. А ты отличный актер, Каллен, если даже Белла, самый проницательный человек в мире, повелась на такого, как ты! Только объясни мне, к чему все это? Зачем надо было ее привозить сюда? Или это у тебя такая игра: влюблять в себя девушек, а потом причинять им боль? Это доставляет тебе удовольствие? Зачем ты играл в любовь? Неужели тебе ни капельки не жалко Беллу?! Ты…

– Так, все, хватит! Мне надоело выслушивать твои бредни! Я люблю Беллу больше собственной жизни! Ради нее я пойду на что угодно! И в больницу я ее привез, чтобы она смогла видеться с отцом, а об операции я ничего не сказал, потому что знал: она с ума сойдет! Ты об этом не подумала, верно? – увидев некую растерянность во взгляде Розали, рыкнул я. – Ты же не подумала, что с ней станет, когда она сначала будет нервно метаться по комнате ожидания, а потом узнает от Дина, что ее отец впал в кому?! Да они бы на соседних койках лежали бы! Я хотел как лучше! Прежде всего, я думал о Белле, потому что, люблю ее, и ничто в этой жизни не изменит моих чувств к ней!

– Но ты ведь понимал, что даже если операция пройдет успешно, Белла не смогла бы тебе и дальше доверять и, скорее всего, все равно бы тебя бросила?

– Понимал, и сейчас понимаю, но все же ни о чем не жалею! Я поступил правильно, и сложись аналогичная ситуация, то поступил бы также, даже не задумываясь! К тому же, у тебя нет никакого права меня осуждать! – в сердцах бросил я и, увидев ее холодный взгляд, быстро об этом пожалел.

Господи! Нашел, кому хамить! Она же сейчас пойдет к Белле и настроит ее против меня! Чертов придурок!

Розали еще раз окинула меня своим холодным презрительным взглядом синих глаз и быстро вошла в палату.

Вот и все. Моя последняя надежда на прощение только что упорхнула от меня…

Розали

Быстро прошмыгнув в палату, я подошла к сидящей у кровати Чарли Белле.

– Милая, ты как?

– Нормально, – еле слышно ответила она.

– Врунишка, вот, возьми, – отдав ей кофе, я села на другой стул, стоявший слева от кровати.

– Спасибо, – отхлебнув немного горячей темной жидкости, прохрипела она.

– Ты знаешь… Эдвард пришел, – осторожно проинформировала я подругу, а та лишь пожала плечами.

– Знаю.

– И?..

– Что «и»?

– Ты с ним разговаривала? – приободрившись, спросила я.

– Нет, – последовал краткий и резкий ответ.

– Почему?

– Разве ты не понимаешь?

– Понимаю, но все же, ты должна с ним поговорить, должна дать возможность объясниться, – мягко коснувшись ее руки, сказала я.

– От кого-кого, а от тебя-то уж точно я не ожидала таких слов, – криво усмехнувшись, сказала подруга.

– Я и сама от себя такого не ожидала, но… Но мне кажется, я понимаю его мотивы: Эдвард просто хотел защитить тебя от той боли, которую могло принести ожидание. Это поступок действительно любящего человека… – Как можно мягче, стараясь не давить, попыталась я переубедить свою подругу.

– Ты бы сделала так, будь на моем месте Эммет? – спросила Белла и подняла на меня взгляд. В карих глазах читалась надежда.

– Не знаю… скорее всего, да, – немного подумав, ответила я, и Белла опять кивнула.
Допив свой кофе до половины, Белла поставила кружку на кофейный столик и медленно подошла к двери.

– Ты куда? – спросила я, когда Белла уже схватилась за ручку двери.

– К Эдварду, – ответила она и открыла дверь, а я удовлетворенно улыбнулась. Только он сможет помочь ей все это преодолеть; надеюсь, они помирятся.

Эдвард

Через несколько минут после ухода Розали, я услышал, как дверь в палату открылась. Несомненно, это глубокоуважаемая Розали вышла поглумиться надо мной, похвастаться тем, что все-таки смогла уговорить свою подругу бросить дерьмо, вроде меня.

Но почувствовав, как кто–то сел возле меня и уловив тонкий запах земляники, я сразу же повернул голову налево… Там сидела моя девочка, смысл моей жизни, моего существования.

– Белла, – выдохнул я так тихо, что и сам едва распознал свой голос.

Поддавшись эмоциям, нахлынувшим на меня, стоило мне ощутить ее присутствие, я быстро наклонился к моей девочке и крепко обнял.

– Господи, милая, мне так жаль! – прохрипел я, все крепче прижимая ее к себе, боясь отпустить, боясь потерять…

Услышав ее глубокий вдох, я зажмурился. Она сейчас, наверняка, оттолкнет меня…

Но нет, она просто обняла меня в ответ и уткнулась лицом мне в плечо.

Кроме сказанного мною ранее, никто из нас не проронил больше ни слова. Нам было хорошо и без них, мы прекрасно понимали друг друга с полувзгляда. И мне казалось, что идиллия момента нарушится, произнеси кто-нибудь из нас хоть звук. Так оно и случилось.

Несколько минут спустя, отодвинувшись от меня, Белла вытерла выступившие на щеках слезинки и промолвила:

– Зачем ты пришел, Эдвард?

– Я хотел увидеть тебя, посмотреть, как ты, – нерешительно ответил я. Мое тело до сих пор покалывало от ощущения ее теплого тела, сжимаемого мной в своих объятиях еще несколько секунд назад.

– Увидел? – я утвердительно кивнул. – А теперь можешь уходить, – бросила она и, встав, и устремилась в свое укрытие.

Но не тут-то было.

Последовав ее примеру, я встал со стула и мигом настиг ее, схватил за талию и притянул к себе.

– Прости, милая, пожалуйста, не отталкивай меня! – Взмолился я, но она, громко всхлипнув, начала вырываться из моих цепких объятий.

– Пусти… Пусти! Прошу! – прохрипела она, и я сделал именно то, что она просила. – Уйди, пожалуйста, мне сейчас очень плохо, и я не хочу тебя видеть, пожалуйста, уйди, – рыдая, пробормотала Белла.

Услышав громкие всхлипы, из палаты вышла Розали и, посмотрев на Беллу, быстро кинула на меня взгляд полный сочувствия. А она не так уж и плоха, как я думал…

– Тебе пора, Эдвард, – с сожалением в голосе произнесла Розали и утащила Беллу обратно в палату.

Мне ничего не оставалось, как уйти.

Но ничего, я буду недалеко, я буду всегда рядом, чтобы в случае необходимости, всегда мог ей помочь…