Утро следующего дня не принесло ожидаемого успокоения. К тяжелым мыслям прибавилось сомнение в правильности своих, казалось, четко выстроенных действий, сомнение в логичности своего мышления и страх… страх перед пугающим, теперь неизвестным для меня миром, который, без сомнения, изменился за прошедшие два года. Во всяком случае, для меня точно – я осталась одна: больше нет отца, нет любимого человека, даже мои родственники, физически существующие за забором этого небытия, для меня мертвы… почти мертвы.
Все сначала, все с нуля, и положиться можно только на себя.

«Я даже не знаю, к кому обратиться за помощью. К Богу? К дьяволу? Может, сейчас мне нужно и то, и другое? Я запуталась, а времени остается все меньше и меньше».

Серое небо хмурилось и печалилось вместе со мной. В открытое еще ночью окно стали врываться ледяные капли дождя. Я не шевелилась, сидя в кресле, лишь молча наблюдала за переменой настроения природы.
Хлопнула дверь. Лиз молча закрыла окно и, вглядываясь в мое лицо, поставила передо мной завтрак. Вопрос повис в воздухе. Вопрос, на который я предпочла не отвечать. Так же молча Лиз вышла, оставив наедине с терзающими душу воспоминаниями…

«…Спустя почти месяц после случая в лифте я направлялась в кабинет отца на встречу, которая должна была в дальнейшем определить перспективы развития компании и вопросы слияния с фирмой, до недавнего времени бывшей для нас серьезным конкурентом.
- Заходи, Вероника, – голос отца прозвучал мягко: обычно так он беседовал в домашней обстановке. Первый раз за все время работы он позволил себе назвать меня по имени.
«По-видимому, глава компании в отличном настроении. Так, он не один, наверное, это и есть последняя персона, необходимая для проведения нашего закрытого совещания».
- Познакомься, это Росситер Харт, глава фирмы, которая вскоре станет одним из наших главных подразделений. Мистер Харт будет возглавлять это подразделение, а также займет место в совете директоров.
Я нахмурилась. «В совете директоров? Не самая удачная идея».
Кресло с высокой спинкой развернулось в мою сторону, и я побоялась, что не смогу подобрать свою отвисшую челюсть.
Нахал из лифта. Только сейчас, в более спокойной обстановке, я могла рассмотреть его внимательно. Что ж, нахал оказался довольно симпатичным: высокий, худощавый, но спортивно подтянутый, правильные черты лица, темные, чуть длиннее положенного, кудрявые волосы, темно-зеленые глаза.
«Хм, если бы не работа и не его насмешки, я не отказалась бы с ним встречаться».
- Рад снова видеть вас, мисс Картер, - проникновенно произнес он, хотя в глазах плескался смех.
- Взаимно, - сухо ответила я.
- Постойте, так вы уже знакомы? – Удивлению отца не было предела.
- К сожалению, да, - сказала я и тут же прикусила язык.
«Невозможно, он одним своим присутствием провоцирует меня».
Нахал усмехнулся.
- Мне довелось испытать удовольствие от общения с мисс Картер около месяца назад.
Нахмуренное лицо отца разгладилось.
- Теперь понятно. Вы столкнулись после того совещания.
- Да, именно тогда. Только… - В моей голове будто лампочка зажглась. – Только мне крайне любопытно, каким образом мистер Харт узнал о моем опоздании, если его там не было?!
- Фактически он присутствовал на совещании.
- Что?
- Росс наблюдал за происходящим из моего кабинета с помощью камеры.
Я мысленно чертыхнулась.
«Интересно, я когда-нибудь пойму, что творится в голове отца?»
- Вероника, совет не хотел, чтобы Росс присутствовал, но я не мог так поступить, ведь это его фирма.
- Замечательно. Есть еще что-то, чего я не знаю?
- Есть вещи, о которых ты и не должна знать, - отрезал отец.
- Прошу прощения, но, может, мы начнем? – Мистер Харт понял, что необходимо вмешаться.
«Кажется, этот болван спас меня от очередной перепалки с отцом – хуже ситуации не придумаешь».
По крайней мере, я так думала. Как же я ошибалась. Следующие три часа стали для меня настоящим испытанием: мистеру Всезнайке не нравилось ничего из того, что я предлагала…»

«Опять эта проклятая дверь».

- Лиз, Бога ради, оставьте меня в покое хоть на несколько часов. - Я понимала, что мой голос прозвучал слишком резко и сиделке это могло не понравится, но сейчас мне было наплевать на нее.
- Простите, Розали, заходил детектив Хейл. Он хотел поговорить с вами, но я сказала, что вы отдыхаете.
- Спасибо. Если это все, то я действительно не отказалась бы отдохнуть.
- Конечно. Но…
- Но что, Лиз? Говорите быстрее, я хочу остаться одна!
- Детектив просил передать, что отправил образец вашей крови на анализ ДНК.
Ее слова возымели должный эффект – я резко развернулась в сторону сиделки.
- Что вы сказали?
- Детектив Хейл отправил образец вашей крови на анализ ДНК.
- А он не сказал, когда будут готовы результаты? – Я сглотнула ком в горле, чтобы выдавить эту фразу.
- Сказал, что ответ он получит дня через четыре.
- Отлично. Значит, тайна моей личности скоро будет раскрыта.
- Это будет замечательно. Ваше неведение наконец закончится. Кто знает, может, у вас есть родственники. – Улыбка озарила лицо Лиз.

«Кто бы знал, как мне надоела эта фальшь».

- В самом деле… кто знает.
- Отдыхайте, Розали. Я загляну к вам через пару часов.
Продолжать разговор не хотелось – в ответ я только кивнула.

«Четыре дня, и он узнает мое настоящее имя. Четыре дня, и моя и без того сложная жизнь осложнится еще больше. Четыре дня, и у Лиз будут все основания, чтобы убить меня. – Я спрятала лицо в ладонях. – Думай. Думай. Через три дня тебе нужно исчезнуть отсюда. Исчезнуть тихо, незаметно и главное быстро».

Стон бессилия вырвался из груди. Я подняла голову и бессознательно осмотрела комнату. Неожиданно взгляд упал на поднос с нетронутым завтраком, и решение задачи стало очевидным.

«Таблетки! Две таблетки снотворного, которые Лиз приносит мне каждый вечер. Три вечера равно шесть таблеток. Хватит и для нее, и для охранника. Ну что же, пора этой сволочи попробовать то, чем она меня регулярно потчует».

Второй раз за последнюю неделю я закрыла дверь на ключ. Достав из-под одежды в шкафу сотовый телефон, я вновь набрала единственный номер. Один гудок, второй гудок… на четвертом я стала терять терпение.

«Возьми трубку, Генри, возьми трубку, или, клянусь, я тебе устрою сладкую жизнь».

Наконец после восьмого гудка раздался голос:
- Слушаю, Вер… прости, Розали.
- Здравствуй, Генри. Ты сделал то, о чем я просила?
- Да, новые документы готовы. Место в клинике обеспечено. По поводу пластических операций я тоже договорился.
- Замечательно. – Я усмехнулась. - Кажется, ты усвоил урок. Слушай внимательно: через три дня, ровно в двадцать два часа ты должен ждать меня в машине темного цвета через дорогу от пансионата. Продумай сразу, как мы доберемся до Лондона, оттуда сразу ты доставишь меня в клинику. Только не пользуйся транспортом компании.
- Хорошо. Я постараюсь все сделать.
- Что с голосом, Генри?
- Может, я ошибаюсь, но, по-моему, за мной следят.
- Будь осторожнее. И помни, ты ничем не должен выдать себя, а тем более меня.
- Я знаю, Розали. Извини, больше я не могу разговаривать.
- До встречи. Увидимся через три дня.
Я отключила сотовый и убрала его обратно в шкаф. Тихонько приоткрыв дверь, я высунула голову и осторожно посмотрела по сторонам - никого.
Буквально на цыпочках выйдя в коридор, я подошла к плану эвакуации, висевшему на противоположной стене, и стала внимательно его изучать.

«Так. Здание двухэтажное, но моя палата находится на первом этаже. Потрясающе, пульт охраны тоже на первом этаже. Значит, я должна вырубить Лиз, охранника и дежурного в комнате охраны…»

Пробежав глазами еще раз по схеме этажа, я быстро вернулась обратно в комнату и прилегла на кровать. Уставившись в потолок, я стала прокручивать в голове последовательность действий в день побега, предвкушая то мгновение, когда окажусь за стенами пансионата. Почти бессонная ночь и эмоциональное напряжение дали о себе знать, и я не заметила, как глаза закрылись сами собой…