- Доброе утро! – поздоровалась я, спустившись к завтраку, с любимым человеком. Да, именно с любимым. Вчерашний вечер, хоть он и не был похож на настоящий веселый день рождения, значил для меня очень многое. Я поняла, что не зря когда-то встретились наши родители, не зря в голову Карлайлу пришла новая идея о филиале их компании в Нью-Йорке, не зря меня оставили наедине с Эдвардом. Мне кажется, именно я должна его вытащить из этой душевной ямы, из этого состояния. И теперь мне плевать, что я получу взамен. Я люблю этого человека и сделаю все, чтобы он, наконец, обрел себя. Да, и я верю в судьбу, черт бы ее побрал!
- Доброе утро! Голова не болит, надеюсь? – спросил меня Эдвард, привычно отрываясь от газеты и сосредотачивая свой взгляд на мне.
- Нет.
- Прости, что вчера навешал на тебя столько своих проблем. Я не хотел, чтобы ты беспокоилась обо мне.
- А я побеспокоюсь.
- Не нужно.
- Нужно.
- Тебе нечем заняться? И вообще, зачем тебе это?
- Мне есть чем заняться, это во-первых. А во-вторых, мне надоело каждый день видеть одну и ту же картину за завтраком, да и вообще. У тебя все по плану, а это ненормально.
- Это нормально.
- Нет. Я лучше знаю.
- Это – юношеский максимализм.
- Нет. Это – старческий маразм.
- Почему ты такая злая? – если раньше его голос был полон негодования или недоумения, то теперь по интонации я поняла, что он почти согласен, просто тянет резину, надеясь, что я сама передумаю.
- Я добрая и пытаюсь вернуть тебя к жизни.
- Как ты это собираешься делать? – еще теплее.
- О, у меня уже есть целый план.
- Какой?
- Все тебе расскажи. Просто соглашайся на все, что я тебе предлагаю, не спрашивая, зачем это нужно.
- А если ты придумаешь какой-то бред?
- Ты мне не доверяешь? – возмутилась я.
- Доверяю… Просто… - а теперь он был похож скорее на котенка, который попал в неизвестную ему ранее среду.
- Что просто?
- Просто я не представляю, как можно жить по-другому, не по плану.
- Зато я представляю. Так, мы договорились?
- Договорились.
- Отлично.

Школьный день тянулся очень долго. Знания в голову не лезли совсем, поэтому я кое-как, через силу, дождалась конца всех уроков, чтобы позвонить Эдварду.
- Привет! Слушай, а где находится твой офис? – решила начать я сразу, без прелюдий, чтобы он не успел спросить: «Зачем тебе все это нужно?»
- Уиллис-тауэр, – отлично, план сработал.
- Ясно. Жду тебя через полчаса у его подножия.
- Зачем? – о нет.
- Не понял формулировки вопроса? Я думала, мы договорились.
- Хорошо. Я спущусь.
Как же мне нравится им руководить! Не представляю, чтобы было, если бы об этом узнали его подчиненные, но, уверена, я бы долго смеялась.

Когда я подошла к главному входу, Эдвард меня уже поджидал.
- Ну и высоко же ты забрался! – сказала я, очередной раз окинув взглядом это чудо архитектурных умов.
- Самое престижное и высокое здание в Чикаго. Это естественно.
- Так предписывают правила?
- Ну да, – я даже и не сомневалась, в принципе.
- Ясно.
- А куда мы идем? – спросил он.
- В парк.
- И что мы там будем делать? – зануда!
- Гулять.
- Гулять? Ради этого ты меня оторвала от дел? – точно зануда!
- Именно.
- Сумасшедшая!
- Это только начало, – сказала я и пошла по направлению к центральному парку.

Добравшись до зеленой травы, я сняла свои балетки и предложила сделать тоже самое Эдварду. Ну, как сказать предложила?
- Разувайся! – сказала я, от чего глаза моего старшего «братца» поползли на лоб.
- Зачем? – ну все, он меня достал! Вопрос, конечно же, не Эдвард.
- Этот вопрос должен исчезнуть из твоего словарного запаса.
- А серьезно?
- Ты когда-нибудь гулял босиком по траве в парке?
- Нет, – и надо ли было спрашивать? Ответ, по-моему, очевиден был.
- Тогда самое время начинать.
Было так смешно смотреть, как почти тридцатилетний мужик послушно выполнял команды маленькой семнадцатилетней девчонки. Эдвард, больше не споря, снял свои туфли и так несмело, осторожно ступил на траву.
- Ну, как? – не выдержала я.
- Зашибись, – с искренним детским восторгом воскликнул он. – И часто ты так ходишь?
- Когда получается. В последнее время нечасто. Кстати, это очень помогает расслабиться и сосредоточиться на своих проблемах.
- Правда? Надо ходить так чаще.

… Через несколько минут… (Признаться, я не засекала время, а оно очень быстро летит, когда я рядом с Эдвардом)
- Пойдем, присядем, – сказал он.
- Пошли.
Мы присели на скамейку, которая находилась прямо под деревом в теньке и прямо на лужайке, по которой мы топали.
- Хочешь есть? – заботливо спросил он.
- Честно, да. Я же сразу после школы сюда приехала.
- Может, в ресторан?
Я оглянулась вокруг. Взгляд упал на палатку с хот-догами.
- Какой ресторан? Вон, видишь, продают хот-доги. И если ты мне сейчас скажешь, что ты и их ни разу не ел, то…
- Я ел хот-доги.
- О, шикарно, тогда я сбегаю за парочкой, – я спохватилась встать со скамейки, но Эдвард меня остановил:
- Ты куда? Сиди. Я сам умею передвигаться.
Эдвард поднялся со скамьи и босиком пошел к палатке. Внутри мое тело угорало со смеху, но внешне я старалась не подавать виду, ведь он мог обернуться в любой момент.

- Держи, – протянул он мне горячий и вкусно пахнущий, аппетитный хот-дог, который так и норовил попасть в мой голодный желудок.
- Спасибо. Кстати, с тебя подробный рассказ о том, где ты ел хот-доги.
- Я уже и не помню. Чего только ни бывало в годы моего студенчества! – о, а это мне уже нравится.
- Расскажи что-нибудь.
- Нет.
- Ну, расскажи, пожалуйста.
- Лучше не надо, потому что моя студенческая жизнь – это энциклопедия про то, как не надо делать, – это Эдвард сказал? Ну все, я с него не слезу! В переносном смысле, конечно. Хотя, в прямом я бы тоже не отказалась. Что я несу?
- Так расскажи, и я буду знать, как не надо делать, – продолжала канючить я.
- Мне надо на работу, – опять это занудство!
- Возьми отгул на полдня.
- Не могу.
- Ты все можешь, просто не хочешь. Бери!
- Ладно, – все-таки мне нравится то, что он мне подчиняется.
Он достал телефон и сказал, что уехал по делам. Вот, молодец, учиться врать подчиненным. Моя школа! Правда, я вру начальству, точнее учителям и директору, но это не играет особой роли.

Мы доели свои хот-доги, еще немного погуляли босиком, а потом решили все-таки перейти к традиционным прогулкам по дорожкам. За это время я наслушалась таких историй про студенческую жизнь Эдварда, шалости моих одноклассником казались просто крохотными.

Когда мы переступили порог нашего дома, я спросила:
- А в то время у тебя были друзья?
- Были. Самые настоящие бескорыстные друзья.
- И куда же они делись?
- Я сам виноват. Сразу после школы погрузился в работу так, что не хватало времени на друзей. Вот и потерял их всех со временем.
- Не пытался вернуть?
- Нет, – он выглядел очень поникшим, поэтому я решила, что сейчас самое время завершить наш сегодняшний день и оставить его наедине с собой.
- Ладно, спасибо за отлично проведенную половину дня. Я, пожалуй, поднимусь к себе.
- Постой. Я хотел с тобой поговорить, точнее обсудить, точнее объяснить свое поведение, а точнее…
- Когда? В каком случае?
- Тогда, когда я тебя поцеловал, – что? Он помнит его? Он о нем думал?
Сердце стало биться чаще, кровь потекла по венам с большей скоростью.
- И? –я пыталась сделать вид будто мне все равно.
- Я не знаю, что…
Но Эдвард не успел закончить свою мысль. Нас перебил, как всегда это бывает, не вовремя телефон.
- Я подойду, – бросила я Эдварду, стараясь избежать разговора, которого я очень боялась. Зачем это вспоминать, когда только все стало налаживаться?
- Алло, – я подняла трубку.
- Здравствуйте. Могу я поговорить с Изабеллой Свон? – голос был незнакомым и каким-то безразличным.
- Да, это я.
- Изабелла, у меня для вас плохие новости…