«В любви теряют рассудок, в браке же замечают эту потерю»
Сафир Мориц-Готлиб

Я оставила легкий, словно невесомое перышко, поцелуй на розовой щечке Лилиан и со вздохом сожаления встала с её кровати. Погруженная в темноту комната освещалась небольшим ночником в форме божьей коровки, а тень от разбросанных игрушек вырисовывала причудливые узоры на ковре и стенах. В комнате Лили было спокойно и уютно и казалось, что ничто не может нарушить этой атмосферы. Но все складывается не так, как желается.
- Белла? – из-за приоткрытой двери показалась голова Эдварда. Я вздрогнула всем телом, услышав голос мужа, и поспешила убедиться, что не разбудила этим движением Лили, но как оказалось мои волнения напрасны – девочка все так же была погружена в сказочный мир сновидений. Поправив край выбившегося одеяла, я, наконец, вышла из комнаты, встречаясь в коридоре лицом к лицу с Эдвардом.
- Что-то случилось? – обеспокоенно спросила я.
- Нет, - отрицательно кивнув головой, ответил Эдвард. – Я хотел сказать, что Тимоти, наконец, уснул.
- Хорошо, - слегка удрученная, что не успела пожелать сыну сладких снов, сказала я. В тесном коридорчике, соединяющем все спальни и одну ванную комнату, наступило неловкое молчание. Я стояла напротив Эдварда, упираясь спиной в закрытые двери детской спальни, и с необычайным интересом рассматривала свои домашние туфли. Эти минуты длились целую вечность. Я прокрутила миллионы возможных сценариев для развития дальнейших событий, и ни один из них не был ни на йоту радостным или привлекательным.
Девять часов вечера. Дети уложены в кровати, и дом принадлежит лишь нам двоим – мне и Эдварду. Эммет уехал сразу же после того, как я сбежала с гостиной, не дав ему объясниться. Сейчас я понимаю, как опрометчиво поступила, ведь, по сути, предала ожидания друга - вряд ли он рассчитывал на осуждение, которым наверняка уже успела наградить его Таня. И как назло, сестра, несмотря на все мои попытки дозвониться ей, не брала трубки, игнорируя меня. Она никогда не выключает телефон, поэтому вероятность того, что она не слышала тридцать семь назойливых телефонных звонков -ничтожно мала. В конце концов, отчаявшись дозвониться до сестры, я оставила ей голосовое сообщение на автоответчике, грозясь завтра же с утра приехать и навестить её, попутно устроив разбор полетов.
- Беллз? – окликнул меня Эдвард, отрывая от раздумий о сестре. Подняв голову, я встретилась с любопытным взглядом зеленых глаз. – Что произошло между тобой и Эмметом?
- О чем ты? – стараясь увильнуть от нелегкого разговора, в итоге которого мне все равно пришлось бы врать, ответила я. Чтобы не оказаться застуканной на собственной лжи, я направилась в сторону нашей с Эдвардом спальни. Тихие шаги позади меня оповестили, что Эдвард следует за мной, не поверив моему удивлению ни на минуту.
- Когда я зашел в гостиную, мне показалось, что я прервал очень занимательную беседу. Ты выглядела ошеломленной, а Эммет расстроенным. Вы поссорились? - не прекращая расспросы, и дальше вопрошал Эдвард. Меж тем я активно готовилась ко сну, совершая обыденные вечерние манипуляции.
- Мы не поссорились. И никакого ошеломляющего разговора не было, тебе показалось, - уверенно заявила я, снимая серьги и цепочку и пряча их в деревянную шкатулку. Эту незамысловатую вещицу подарила мне Эсме вместе с Лили на День Матери. Я моментально влюбилась в шкатулку, внимательно рассматривая искусно вырезанные узоры по дереву.
- И поэтому ты вылетела из комнаты со скоростью света? – голос Эдварда раздался совсем рядом и от неожиданности я вновь вздрогнула. Теплые ладони легли мне на плечи, вызывая мелкие мурашки на коже. – И Эммет поспешно ушел из нашего дома просто так?
Легкими движениями Эдвард начал массировать мои плечи, и мое тело постепенно расслаблялось, целиком отдаваясь во власть нахлынувшему наслаждению. Все разумные мысли вылетели из головы, так и не успев сформироваться в очередную оправдательную ложь. Прикрыв глаза, я откинула голову слегка назад, чтобы дать рукам Эдварда больший доступ к шее и плечам. Тихий стон наслаждения сорвался с моих губ прежде, чем я успела остановить его.
- Белла? – словно из ниоткуда раздался голос мужа.
- Мм? – невнятно промычала я.
- Ты так и не ответила, что произошло между тобой и моим братом, - напомнил Эдвард и тем самым отрезвил меня. Резко раскрыв глаза, я с минуту вглядывалась в наше отражение в зеркале, а затем со вздохом разочарования развернулась лицом к Эдварду.
- Ничего, Эдвард. Между мной и Эмметом всё по-прежнему хорошо, - четко разделяя слова, ответила я. Мое тело ныло от потери контакта с руками Эдварда, но я осознавала, что мы торопимся. Слишком многое упущено и вряд ли мы сможем вернуться к большинству обыденных вещей.
- Но… - попытался возразить Эдвард. Я остановила его, прежде чем он успел продолжить, приложив свою ладонь к его манящим губам.
- Без «но», - отрезала я. – Я в душ.
Сбегая с этого поля битвы, я с содроганием мысли представляла, сколько боёв еще нас ждет впереди.

Неделя слилась в один день. Между мной и Эдвардом творилось что-то непонятное, скорее похожее на фарс, нежели на брак. Мы засыпали в одной кровати, просыпались по утрам в одно и то же время, по очереди отвозили детей на учебу, занимались обыденным вещами. Но было что-то в наших движениях глупое, бессмысленное, словно мы вернулись в самое начало и шаг за шагом прожигаем наш шанс всё исправить. Я как будто жила в вакууме, не дышала, не радовалась жизни, а просто существовала ради детей, ради остатков любви, которые теплились в сердце, ради нашей семьи. Пообещав, что никуда не уйду, я просто не могла сбежать сейчас, вот так испугавшись собственного безразличия. Тупик, в который я загнала себя, изводил меня изнутри. Вернувшись домой неделю назад, у меня было что-то наподобие плана как жить дальше, но, столкнувшись с реальностью, я поняла, что все это было лишь иллюзией, хорошо сшитой маской на моих глазах, чтобы хотя бы на минуту мне стало легче. Я не торопилась срывать эту маску и корила себя за это малодушие.

Я пролистывала очередной бестолковый журнал, которым меня в своё время снабдила Элис, когда услышала звук подъезжающего к нашему дому автомобиля. Сегодня была очередь Эдварда отвозить детей в школу, поэтому первой моей мыслью было, что это Эдвард так быстро справился со своей задачей. Но поскольку машина не заехала на парковочное место перед нашим гаражом, я поспешно выкинула эту мысль. С радостью откинув глупый журнал о моде, я поднялась на ноги и подошла к окну, чтобы узнать, кто приехал, втайне надеясь, что это Таня или Эммет. Но как же я удивилась, увидев Элиота.

Немного отойдя от окна, я внимательно следила за неуверенной походкой приближающегося к моему дому мужчины и с замиранием сердца покорно ждала звонка в двери. Сквозь тонкую материю, из которой была сделана занавеска на окно, я смогла рассмотреть лицо Элиота так же сильно пострадавшего две недели назад в идиотской драке с Эдвардом. Настойчивый стук в двери отвлек меня от моих воспоминаний и я, немного замешкавшись, все же открыла двери своему другу.

- Привет, - первая поздоровалась я, прерывая напряженную тишину, в которой Элиот неотрывно смотрел мне в глаза. Я опасалась, как бы он в очередной раз не явился ко мне с угрозами или обвинениями. Быстро прокрутив в голове утренний телефонный разговор с Элис и Розали, я не вспомнила ничего значащего, поэтому насторожилась еще больше, когда Элиот, наконец, подал голос.

- Здравствуй, Белла. Эдвард дома?

- Нет. Он отвозит детей в школу. Но через двадцать минут он вернется, - быстро добавила я, побаиваясь реакции Элиота.

- Ясно. В любом случае, я ненадолго, - промямлил парень, неловко оглядываясь по сторонам, будто боясь, что его могут заметить. Затем он протянул мне небольшой желтый конверт, отводя взгляд в сторону. Безмолвно я забрала бумагу из его рук, отмечая, что отправитель письма банк, в котором работает Элиот.

- Что это? – поинтересовалась я, глядя в упор на парня.

- Извещение о полной выплате долга, - ответил Элиот.

- Ты мог просто прислать его по почте, - предположила я. Элиот просто кивнул, и это движение еще больше разозлило меня. – Черт возьми, Элиот, ты можешь нормально сказать, что происходит? Что-то с Элис?

- Нет, с ней всё хорошо.

- Тогда что? Потому что у меня нет времени стоять на пороге дома и обмениваться ненужными фразами, - с вызовом в голосе заявила я, провоцируя хоть какую-то внятную реакцию друга.

- Ты права, Белла. Я приехал, чтобы извиниться, - с привычной самоуверенностью ответил Элиот, чем вызвал мою улыбку. – Я могу войти внутрь?

- Заходи, - я пропустила мужчину в дом и закрыла за нами двери. Когда молодой человек проходил мимо меня, я успела уловить аромат мужского парфюма, который мы с Эдвардом подарили ему на день рождения. Тогда я повнимательней присмотрелась к парню и отметила про себя, что выглядит он неважно. Такие же фиолетовые синяки «украшали» его лицо, а на скуле виднелся небольшой след от пореза. Зябко поежившись, я в который раз пожалела, что не остановила тогда ту драку, трусливо сбежав в спальню.

- Как ты себя чувствуешь? – поинтересовалась я, не скрывая беспокойства в голосе. Указав следовать за мной, мы оказались на кухне, где я включила чайник, чтобы заварить мне и Элиоту по горячему напитку.

- Уже лучше, - невесело усмехнувшись, ответил Элиот. – А ты как? Элис рассказала, насколько плохи дела у Рене.

- Она умирает, - просто ответила я, пожимая плечами. – Не хочу показаться черствой, но я рада, что уехала.

- Я прекрасно понимаю тебя, Белла. Хотел бы я, чтобы это осознала и Элис, - печально добавил друг, и я понимающе улыбнулась. Налив кипяток в заварник с чаем, я расставила на столе чашки и, наконец, присела напротив Элиота.

- Элис часто тебе звонит?

- Нет. Она все ещё обижается на меня.

- Обижается? – непонимающе спросила я. – За что?

- За то, что наорал на тебя и подрался с Эдвардом, - чуть тише ответил Элиот, отводя взгляд от моего лица, дабы скрыть смущение. – Я не должен был говорить те гадости. Я не имел на это право.

- Не имел, - согласно подтвердила слова друга я, с замиранием сердца ожидая дальнейших его реплик.

- Но попробуй понять и ты меня, - пылко заявил друг. – Белла – ты моя лучшая подруга, а он глупец, променявший тебя на какую-то молоденькую пустышку! Я до сих пор не могу понять его!

- Зато я смогла, - тихо, но уверенно заявила я. – Мы с Эдвардом – не образец самой идеальной семейной четы, но все же мы семья. Я люблю его, люблю наших детей и, несмотря ни на что, понимаю, что он – моя вторая половинка. Думаю, это то, за что стоит бороться.

- Значит, ты все же простила его? – итак зная ответ, спросил Элиот.

- Я работаю над этим.

- Зачем тебе это? Он обманул тебя и твое доверие! – теряя самообладание, Элиот встал со своего стула и подошел к окну, поворачиваясь ко мне спиной.

- Ты за этим пришел, чтобы еще раз напомнить мне, что Эдвард изменил мне? – злость, закипающая во мне, так и сочилась наружу, но я старалась сохранять спокойствие. – Можешь не переживать. Я помню об этом каждую секунду каждого мига своей жизни. Думаешь, мне не больно? Не обидно, что любовь всей моей жизни предала меня? Как бы не так!

Я вскочила на ноги вслед за Элиотом и сердито всплеснула руками. Молодой человек развернулся ко мне лицом, и я могла отчетливо прочитать боль, плескавшуюся в его глазах.

- Вот здесь, - я приложила руку к грудной клетке, как раз на то место, где бьется мое сердце, - зияет рана, которую невозможно залатать.

Я совладала со своим гневом, выравнивая голос и успокаивая нервы.

- Мне жаль, - прошептал Элиот, притягивая меня в свои объятия. Я уткнулась носом в плечо друга, обнимая его в ответ. – Мне так жаль, Беллз.

- Жалость – самое ненавистное мне чувство, - бормотала я, надеясь, что парень меня расслышит. – Я люблю его, Элиот. И он любит меня. Я точно знаю это. И пока мы все еще чувствуем что-то друг к другу, мы просто обязаны сохранить это, исправив все ошибки. Ради детей. Хотя бы ради них.

- Но это неправильно, Белла, - я попыталась возразить, но Элиот не дал мне этого сделать, останавливая взглядом. – Просто выслушай меня.

- Ладно, - нехотя пробормотала я. Мы вновь присели за стол на свои привычные места.

- Я не хочу больше ссориться. Ты – моя лучшая подруга, когда плохо тебе – я разделяю твою грусть и тоже страдаю от этого. Но больнее всего наблюдать за тем, как ты собственноручно хоронишь себя, пытаясь склеить осколки разбившихся иллюзий. Разберись с тем, чего хочешь ТЫ. Не думай об Эдварде, не думай о детях, не думай о том, что скажут люди. Просто разберись в своих чувствах. Если ты действительно любишь Каллена и готова его простить– хорошо, но если ты не можешь этого сделать – не насилуй себя, ведь сделаешь этим только хуже.

- Тебе легко говорить, – горько прошептала я.

- Я просто хочу, чтобы ты знала – я рядом и я приму любое твоё решение, как бы сильно оно не отличалось от моего, - сжав легонько мою ладонь, лежавшую на столе, сказал Элиот.

- Спасибо, я ценю это, но мой ответ ты уже знаешь, - настаивая на своем, ответила я. Элиот тяжело вздохнул и, еще раз сжав мою ладонь, согласно кивнул головой.

- Хорошо. Как ты пожелаешь, - он поднялся на ноги, и я последовала его примеру. – В случае чего, ты знаешь, где меня найти.

- Конечно.

Затем мы постепенно сменили тему нашего разговора, безмолвно зарыв негласный топор войны. Спустя десять минут Элиоту позвонили и, извинившись передо мной, друг заявил, что ему пора на работу. Я провела его до самой машины и, уже прощаясь, вспомнила самое важное.

- Элис очень скучает по тебе, - заговорила я, опираясь руками о дверцу серебристого Вольво. – Я уверена, что она уже не обижается.

- Да? – неуверенно спросил Элиот.

- Клянусь. Пока я была там, она часто вспоминала о тебе. Ей тоскливо без тебя, - честно ответила я, вспоминая, как светились счастьем и тоской глаза сестры, стоило лишь упомянуть имя её мужа. – Как думаешь, ты сможешь взять пару отгулов на работе?

- Я что-нибудь придумаю, - с широкой улыбкой на лице уверил меня Элиот, поворачивая ключ зажигания. – Спасибо, Беллз.

- Не за что. Лети уже, принц! – подбадривая, воскликнула я.

Я успела вымыть чашки и вылить неиспользованную заварку в умывальник, прежде чем Эдвард вернулся домой. Голос, которым он оповестил меня о своем приходе, звучал крайне смущенно. Беспокойно швырнув чуть влажное полотенце на стол, я тут же направилась в гостиную к мужу.

-Что произошло?

- Мне звонил Элиот, - с сомнением в голосе ответил Эдвард, словно сам не верил своим словам. Шокированная, я замерла на месте, не в состоянии найти подходящих слов. Я не хотела верить, что Элиот, несмотря на все мои просьбы, вновь обманул мои ожидания.

- Что он хотел?

- Сказал, что если я опять напортачу, то буду самым тупым придурком в мире. Это если дословно, - с невеселой ухмылкой добавил Эдвард. Я шумно выдохнула, чувствуя смесь облегчения и удивления. – И знаешь, что?

- Что? – спросила я, наблюдая за тем, как Эдвард приближается ко мне. Наконец, нежно обхватив мое лицо ладонями, он прислонил свой лоб к моему и неотрывно посмотрел мне в глаза.

- Я целиком и полностью согласен с ним, - на одном дыхании выпалил Эдвард и обрушил поцелуй на мои губы. Я стояла, изумленная из-за всего происходящего, и не двигалась, глупо опустив руки по бокам. Сила этого поцелуя удивила меня и, давно позабытое желание накрыло меня с головой.

Элиот был прав. Я должна разобраться сама в себе, прежде чем начинать все заново; мне нужно понять, чего хочу именно я. И сейчас, чувствуя, как губы Эдварда оставляют влажную дорожку на моей шее, я осознала, как долго сдерживала в себе эмоции. Всё моё естество готово было отдаться во власть Эдварду и, впервые за последнее время, я откинула доводы разума в сторону, освобождая запертые на замок чувства.

- Эдвард, - застонала я, обнимая мужа за плечи и ближе притягивая к себе. Мне нужно было чувствовать его тело, знать, что он только мой, что его мысли принадлежат одной мне. И я готова отдать все, лишь бы это стало правдой.

- Скажи мне остановиться, - прохрипел Эдвард, на минуту оторвавшись от моей шеи и заглядывая в мои глаза. Я попыталась вложить в свой взгляд желание, растекавшееся по моим венам словно лава, разжигающее меня изнутри, тем самым навсегда стирая мольбу, скользившую в просьбе Эдварда.

- Не останавливайся, - я оставила короткий поцелуй на его губах и тихо добавила, - Никогда не переставай меня любить.

- Никогда, слышишь, я никогда не обману тебя больше. Ничто не помешает нам все начать заново, - страстно прошептал Эдвард, вселяя в меня уверенность. Не желая терять время, я вновь притянула его для очередного поцелуя, который растопил остатки нашего самообладания, и мы поддались страсти, которая так долго томилась в наших телах.


Мы лежали обнаженные и слегка уставшие, в нашей кровати, наслаждаясь умиротворяющей тишиной. Эдвард лениво играл с прядью моих волос, иногда оставляя легкий поцелуй на моем затылке, а я, удобно расположив голову на его плече, слушала размеренное биение его сердца.

Я даже не предполагала, как сильно соскучилась по прикосновениям Эдварда, по его нежным поцелуям и сладким словам любви. Он неустанно повторял, как сильно любит, и я, улавливая нотки горечи и мольбы в каждом его слове, верила ему, ибо любила не меньше. Застигнутая врасплох собственным желанием, я больше не хотела сопротивляться, ослабляя контроль над происходящим. Еще утром я проснулась с мыслью, что ничего не получается, и я поторопилась, решив, что смогу жить дальше, как и раньше. Но слова Элиота отрезвили меня, заставили взглянуть на все с иной стороны – возможно, нам не стоит возвращать прежнюю жизнь, возможно, мы наоборот должны начать новую главу, вобрав в себя горький опыт прошлых ошибок, дабы не допустить их вновь и просто,… просто жить дальше.

Я слегка приподнялась на локте, чтобы посмотреть в глаза мужу.

- Я люблю тебя, - признание, слетевшее с моих уст, яснее всего выражало мои нынешние чувства. Ожидая реакцию Эдварда, я сходила с ума, так как ни один мускул на лице мужа не дрогнул. Он лишь смотрел на меня с недоумением.

Тысячи эмоций сменили одна другую, а щеки залились ярким румянцем от смущения, которое было вызвано молчанием Эдварда. Мне отчаянно захотелось забрать свои слова обратно, когда внезапно на лице Эдварда, буквально за секунду, появилась широченная улыбка.

- Повтори, - тихо потребовал муж. Я неуверенно закусила губу, борясь с желанием сбежать в ванную и остудить пыл, прильнувший к щекам, холодной водой.

- Я тебя люблю, - все же найдя в себе остатки мужества, выполнила требование Эдварда я.

- Малыш, если бы только знала, как долго я ждал этих слов. В какой-то момент я отчаялся, решив, что моя глупая измена все разрушила. Никогда в жизни я еще не ненавидел и не презирал себя. Я люблю тебя. Люблю всем сердцем и сделаю все, что от меня зависит, лишь бы и твоя любовь никогда не угасла.

- Ох, Эдвард, - нежно произнесла я, переворачиваясь на живот и поднимаясь немного выше, чтобы запечатлеть легкий поцелуй на щеке мужа. – Мы справимся, я уверенна.

- Но если бы не я… - упрямо начал Эдвард, но я вновь перебила его.

- Не надо «если бы», - возразила я, заглушая его доводы очередным поцелуем. Оторвавшись от сладких губ Эдварда, я с печальной улыбкой добавила, - Я виновата в том, что случилось не меньше твоего. Я изменила нашей любви, но по-своему. Мы оба заслужили прощения, в том числе и от самих себя.

- Малыш, я так люблю тебя, - очередной пылкий поцелуй обрушился на мои губы. – Спасибо, любимая.

- И тебе спасибо, любимый, - ласково прошептала я, вновь растворяясь в ощущениях, которые дарили мне губы Эдварда. Наконец, я почувствовала уверенность, которой так жаждала.

---------------------

Очень жду ваш отзывы на ФОРУМЕ!
За отредактированную главу скажем "спасибо" Gretchen_Ross !