Глава вторая. Украденное наследство.

На улицы Лондона падал снег. Волшебные, точеные снежинки, как будто созданные в единственном экземпляре украшения, опускались на землю, закружившись в вихре вальса, который танцевал ветер. Они мгновенно испарялись, умирая на никогда не высыхающих от дождя мостовых столицы Великобритании.
Гонимая по улицам неизвестного города, Элис Брендон оказалась у внушительных дверей, которые, казалось, давили, на хрупкую девушку, кротко, но упорно стоявшую перед ними. Постучав, она уже через минуту оказалась лицом к лицу с дворецким. На холеном лице молодого человека легко можно было прочесть пренебрежение к нищенке.
- Не подаем!
- Я Элис Брендон, по поводу наследства.
Уже через секунду на лице этого субъекта полностью поменялось выражение, превращаясь из неприятно-презрительного в неприятно-льстивое.
«Настоящий хамелеон», - думает Элис, слегка морща носик.
- Вас ожидают в кабинете покойного. Я вас провожу. – Подобострастный вид, от которого аж передергивает.
- Проводите, - этому насмешливому тону и внешнему спокойствию можно позавидовать. Мисс Брендон не из тех, кто понапрасну волнуется.
Она никогда не видела таких комнат. Вся её душа трепетала от непонятного возбуждения, вызванного этими интерьерами. Ей хотелось, чтобы всё такое же было у неё, хотя она понимала, что лучшее, что муж её двоюродной бабушки отписал ей, так это сто долларов.
Мельком взглянув в зеркало, она поправила невероятно короткие волосы, топорщившиеся непонятными клочками на голове. Их тоже пришлось продать, ведь за густые и длинные волосы, оттенка безлунной ночи, страшно, жутко черные, заплатили много денег. Она смогла купить себе маленькие кожаные ботиночки, в которых её нога смотрелась гораздо миниатюрнее, чем в грубых ботинках из жесткой кожи, режущих стопы.
Перед ней открылась тяжелая дверь, и первого она увидела маленького старичка, сидевшего в глубоком кожаном кресле, которое зрительно придавало его облику власть.
- Так это вас мы ждали так долго, американка! – сквозь зубы проговорил…да-да, тот самый молодой человек с лайнера, который уже встречался мисс Брендон. «Американка» в его устах прозвучало, как самое отъявленное ругательство.
Он сидел, закинув ногу на ногу, в вальяжной позе, покуривая сигарету.
- У меня не было денег, чтобы доехать от вокзала, поэтому пришлось идти пешком, - честно призналась Элис, но всё же нотка негодования прозвучала в её голосе. – И у меня аллергия на табачный дым.
- Действительно? Что ж, весьма огорчен, - продолжил, как ни в чем не бывало, этот наглец, медленно вытащив сигарету изо рта.
- Молодая леди вас попросила! – раздался жесткий низкий голос старика, никак не вязавшийся с его добродушным лицом.
С недовольным видом придвинув пепельницу, мужчина всё же затушил окурок.
- Мы можем теперь начать? – зло осведомился он, хищно улыбнувшись Элис Брендон, на что она не ответила никак, сохранив на лице маску безразличия.
- Да, начнем, - заговорил нотариус, - я – доверенное лицо мистера Каллена, моё имя мистер Бенджамин Гаскелл. Завещание очень кратко, то я могу не терять времени на формальности и сразу сказать о том, что Элис Брендон будут принадлежать две трети всех сбережений сэра Каллена, которые будут приходить ей в качестве ежегодного дохода в размере шесть тысяч фунтов стерлингов. Также в её владение поступает один дом в Шеффилде, и один в Бате.
Не глядя на ошарашенные лица обоих собеседников, он невозмутимо продолжил:
- Джасперу Уитлоку же отписано три тысячи фунтов стерлингов ежегодного дохода и поместье в Шотландии.
Лицо Уитлока было непередаваемо, впрочем, как и лицо Элис. Он пристально посмотрел на неё, его лицо исказила гримаса бессильной злобы. Мисс Брендон же сидела, нервно теребя сумочку в руках, а затем решительно встала и произнесла:
- Мне пора идти, извините.
- Сядьте. – Мистер Гаскелл указал ей рукой на кресло, в то время как Джаспер Уитлок испепелял её негодующим взглядом.
- Я не буду садиться, - уже более спокойно сказала Элис, - я не нуждаюсь в этих деньгах.
- Хватит корчить из себя простушку, - процедил Уитлок, - быстро сядьте и мы покончим с этим делом.
- Вообще-то это не конец завещания, - ледяной тон нотариуса заставил Элис непроизвольно присесть.
- В течение трех месяцев и Джаспер Уитлок и Элис Брендон обязаны найти себе спутников жизни. Законных! – саркастично обратился он к Джасперу. – И с этого дня Элис Брендон обязана жить в этом доме.
- Я поняла вас. – Тихо произнесла девушка, медленно оглядывая взглядом пространство, как будто не веря происходящему.
- Прошу поставить вас подписи здесь, здесь и здесь. – Старик протянул им несколько листов. Элис расписалась и открыла дверь, желая скорее покинуть эту комнату, собраться с мыслями и не видеть пронизывающего унижающего взгляда мужчины, с которым она мечтала бы больше не увидеться никогда.
Но все её желания разрушились от одного его вопроса, заданного наглым и нарочито громким голосом:
- Это и мой дом тоже. Я имею право оставаться в нем?
- Конечно, мистер Уитлок, - старик насмешливо прищурился. – Вы как раз сможете вывести мисс Брендон в свет, как законную наследницу состояния вашего покойного деда.
Негодование, смешанное с толикой презрения, можно было ясно прочесть на лице джентельмена.
И Элис не выдержала.
- Вы что всё лицо делаете, как кисейная барышня, не хотите жить со мной, так прямо и скажите, а то своими увертками вы теряете всё ваше мужское достоинство! – она рассерженно сверкнула своими ясными глазами на мистера Уитлока, заставив того поежиться.
- Браво, мисс Брендон, я думаю, вы можете за себя постоять, - мистер Гаскелл с довольным лицом хлопнул в ладоши. – Теперь, полагаю, я могу отпустить вас и сам быть свободен.
Элис стремительно покинула комнату, чуть не ударив дверью служанку, которая стояла рядом, видимо подслушивая. Та же, не растерявшись, присела перед девушкой в книксене и осведомилась:
- Мисс Брендон, я могу распаковать ваши вещи?
- Вещи? – к девушке с трудом возвращалось самообладание. – А, да, конечно. Только проводите меня сначала к человеку, который заведует этим домом.
- Конечно, миледи. Меня зовут Джессика Стэнли, и я с радостью буду вашей горничной.
- Кто будет чьей горничной, в этом доме решаю я! – властный голос раздался совсем рядом с Элис, отчего она даже вздрогнула.
- Моё имя миссис Спаркс, и я покажу вам вашу комнату. – Эта женщина упорно сжатыми губами и холодными глазами была воплощением чисто английской сдержанности и надменности. – А ты, Джессика, можешь быть свободна! – её тон не оставлял возможности для того, чтобы прекословить.
- Итак, мисс, так как вы теперь законная хозяйка этого дома, я должна сказать вам, что никогда и ни с кем из господ не советовалась по тому, кого я нанимаю или прогоняю, как я веду хозяйство в этом доме. Мистеру Каллену всегда нравилось то, что он ничего не должен был решать.
- Я поняла вас, - произнесла девушка, глядя экономке прямо в глаза, отчего та даже несколько стушевалась. – Давайте мы позже поговорим о порядках этого дома, потому что сейчас моё единственное желание – отдохнуть.
- Хорошо, мисс Брендон. – Глаза женщины изучающе прошлись по наряду Элис, не упуская ни одной детали, начиная с черной сиротской шляпки и заканчивая маленькой заплаткой на подоле платья. Она, по-видимому, осталась удовлетворена своими наблюдениями.
Распахнув дверь в комнату, она жестом попросила Элис войти.
- Это комната, в которой вы временно будете жить. Потом, если захотите, вы сможете переехать в комнату покойной миссис Каллен.
- Спасибо, миссис Спаркс, - тепло произнесла девушка, не желая соблюдать этот ледяной официальный тон. – Сейчас бы мне хотелось остаться одной, но позже я смогу поговорить с вами?
- Да, мисс Брендон. Обед будет подан в семь, в большой гостиной на первом этаже. – На прощание сказала экономка и закрыла за собой дверь.
Элис начала осматривать комнату, которую ей выделили. Никогда в жизни ей не приходилось жить в таких хоромах. Это было похоже на какой-то сон. Быть без гроша в кармане – и оказаться с огромным наследством и домом в престижном районе Лондона. И полное ощущение того, что она сейчас проснется, и вновь окажется перед Китти, которая будет дергать её за волосы и злобно вопить, перед Джорджи, с его грязными лапами, которыми он всегда пытался забраться к ней под одежду, и перед мамой Мэгги, которая была единственным добрым человеком в этом осином улье, где нашей героине приходилось существовать.
И теперь, Элис Брендон надеялась, что всё позади, ещё не зная, что общество высшего света – это гораздо более страшный улей, и если она разворошит его, ей будет совсем не сладко.

---

Наконец-то новая глава. Читатели, если вы есть - отзовитесь Жду вас на ФОРУМЕ с впечатлениями и ожиданиями.