Глава 5 ( Джаспер )
Это была, вероятно, одна из самых худших идей, которую я когда-либо придумывал, но я решил пойти к Белле, не видя причин откладывать беседу. У нас был, по крайней мере, один совместный урок, и мы будем видеться. Мне потребовалось долгое время, чтобы почувствовать, что я готов вернуться в общество, и я не собирался позволить этому инциденту, помешать мне сделать это. Я должен был поговорить с Беллой, и сейчас было самое лучшее время. Она - единственный человек, который знает, кто я и как я живу, и я не собирался потратить остальную часть своей жизни, убегая от нее. Плюс, она точно видела меня, и независимо от того, хотела ли она поговорить со мной, я хотел разъяснить несколько вопросов, поскольку она, скорее всего, задавалась одним из их, была ли остальная часть семьи здесь. Если она только позволит поговорить с ней, я извинюсь, дам ей выбор послать меня, и я никогда не беспокою ее снова, если она этого захочет. По крайней мере, я был в состоянии извиниться и закрыть эту главу своей жизни. Университетский городок был достаточно большим для нас обоих. Я мог легко изменить своё расписание так, чтобы она не видела меня, но опять же это должно быть ее решением.
Я должен был извиниться много лет назад, но я стыдился. Я сбежал от нее как трус, никогда не встречая её после того, как попытался укусить. Однако, если бы я извинился раньше изменилось ли что-нибудь в моей жизни или жизни Беллы? Скорей всего нет, Эдвард хотел защитить ее от нашего вида, но это был один из тех моментов в моей жизни, который я часто вспоминал, жалея, что не мог исправить. Я должен извиниться, и сейчас был самый подходящий момент. Хотелось бы надеяться, что она даст мне шанс показать ей, что она снова может мне доверять.
Я почувствовал аромат Беллы и с лёгкостью последовал за ним через университетский городок и несколько блоков к ее дому. Возможно, я должен подождать, чтобы увидеть, уходила ли она на занятия или, если бы я перестал нервничать, возможно, я смог бы подойти к ее квартире, постучать в дверь и уйти. Мой мозг лихорадочно работал над различными сценариями, и я почти засмеялся надо самим собой. Я - вампир, опасное существо, которого боятся, а здесь я стоял, пытаясь набраться храбрости, чтобы поговорить с Беллой Свон, хрупким человеком. Длительное отсутствие товарищеских отношений, конечно, нанесло ущерб моей уверенности в себе и чувству собственного достоинства.
Ее ароматный запах закончился около здания, которое было в самом конце улицы. Соседние дома выглядели более или менее хорошо, но этот специфический дом казался неуместным, устаревшим, но хорошо используемым. У парадной двери ранее была система обеспечения безопасности, которая больше не работала. Я был удивлен, что Чарли Свон позволил своей дочери жить в таком месте. Люди, входящие и выходящие из здания, казалось, относились к неблагополучной стороне человечества, что удивительно, казалось, здесь мало студентов, учитывая непосредственную близость дома к университету. Это конечно не было зданием, в котором я представляю Беллу. Однако если Белла осталась той же, она, вероятно, была благоразумна в трате своего капитала и столь упряма в своей независимости.
Без планов относительно остальной части дня я ждал через дорогу от ее квартиры, которая давала мне ясное представление через парадные двери ее здания. Я думал о том, в чем должны состоять мои последующие действия, если она выйдет. Если бы она остановилась, чтобы выслушать меня, я смог бы предложить купить ей напиток и возможно шанс поговорить или, по крайней мере, шанс принести извинения. Я объяснил бы ей все. Хотелось бы надеяться, что она поймёт, насколько я жалею о том, что случилось на ее дне рождения, и как я сожалел об этом каждый момент моего существования, что это случилось. Я попытался бы убедить ее, что я больше не был угрозой. Тогда, я дал бы ей выбор, если бы она хотела, я оставил бы её, и она никогда не увидела бы меня снова.
Там, где я стоял, я мог услышать ее шаги, поскольку она спускалась вниз по лестнице и затем внезапно остановилась. Ее большие карие глаза уставились на меня через окно над парадной дверью. Я смог почувствовать, что ее храбрость быстро переросла в колебание, поскольку она увидела меня. Это оторвало часть моей души, поскольку она испугалась при виде меня. Не то, чтобы она не имела для этого причин. В прошлый раз, когда я видел ее, то попытался укусить. Я убил бы ее. Тот день переигрывался в моей прекрасной памяти много раз и каждый раз, результат был одним и тем же. Белла Свон была бы мертва. Белла продолжала стоять на ступенях, поскольку она боролась со своими противоречивыми эмоциями. Я заметил, что она повернулась и помчалась назад вверх по лестнице к своей квартире.
Черт возьми, это будет нелегко.
Я должен был помочь Белле понять, что не было никаких причин бояться. То, что случилось, было ужасной ошибкой, и это никогда не повториться вновь. В тот самый момент, когда Белла поранилась, это был первый раз за десятилетия, когда я действительно почувствовал себя подобно монстру. Мое прошлое было тем, где я делал очень много ужасных вещей, больше чем так любимая мною семья. Я жил на человеческой крови в течение многих десятилетий, но я думал, что мне удалось оттолкнуть того монстра, победить его и запереть его навсегда. Я был настолько неправ, очень, очень неправ. В то время я всегда воздействовал на свой контроль, но я никогда не думал, что монстр откроет свою пасть так быстро. Я становился удовлетворенным, спокойным во время присутствия Беллы в доме, что позволяло мне жить в течение многих дней без охоты. Белла видела мою худшую сторону, которая не вырывалась из меня так долго. Я был подавлен, так как я ужасно напугал ее. Это был тот момент, который изменил всю мою жизнь, я не мог позволить своей жажде управлять моей жизнью или разрушать ее. Это было решение, которое я принял. Я никогда не думал, что увижу ее снова, но теперь, когда я её встретил, я знал, что никогда не причиню ей боль. Я убил бы сначала себя.
Я провел часы в пустыне, запертым в гостиничном номере с нею и Эллис, когда мы прятались от Джеймса. Не единожды я боролся со своей жаждой, когда она была рядом. Когда Джеймс напал на нее и укусил, комната была пропитана запахом ее крови. Я боролся со всеми подавляющими эмоциями, которые чувствовала моя семья, моя жажда была последней вещью, которая могла поразить меня. Все, что я хотел, это было убийство ублюдка, который сделал с ней это.
Ей понравился Starbucks. Я заметил чашку в ее руке, когда она мчалась из аудитории, чтобы сбежать от меня. Я занял очередь, которая начиналась за пределами магазина и начал пристально слушать каждый заказ покупателей передо мной. Я внимательно наблюдал, поскольку каждый покупатель брал свой напиток, а я желал найти тот, который выглядел и пах как тот, который был у Беллы. Это, оказалось, весьма легкой задачей, так как покупатель передо мной заказывал этот напиток снова и снова. Когда настала моя очередь, я заказал карамельный моккиато, заплатил и уехал.
Я перешёл через дорогу к дому Беллы. С каждым шагом я выбирал направление ее движения, и знал, что следующие несколько минут будут моментом, который изменит жизнь для нас обоих. Было два возможных исхода. Первый, она может отказаться поговорить со мной, говоря, чтобы я исчез, никогда не возвращался. Второй, если она все еще была той Беллой Свон, которую я знал в Форксе, ее любопытство возьмёт верх, и у нее будут сотни вопросов, для которых я приложу все усилия, чтобы ответить честно. По крайней мере, это дало бы мне возможность извиниться за то, что было одной из самых больших ошибок моей длинной, длинной жизни. Я следовал за ее ароматом до второго этажа, и остановился перед дверью. Я глубоко вздохнул, чтобы перестать нервничать, и постучал.
“Белла, это - я, Джаспер. Открой дверь, пожалуйста”. Я услышал только ее дыхание и слабый быстрый удар сердца. “Нет никакого смысла убегать от меня”. Я сделал паузу, поскольку я услышал небольшие движения с другой стороны двери. “У нас есть, по крайней мере, один совместный урок. Пожалуйста, позволь мне извиниться и объяснять в последний раз, когда я вижу тебя”. Я умолял.
Я слышал ее медленный подход к двери. Воздух был наполнен ее эмоциями, поскольку она стояла позади двери, пытаясь решить, впустить меня или нет.
Посылая волну спокойствия через дверь, я немедленно услышал громкий вздох. “Джаспер, если мы собираемся поговорить, я хочу испытать свои собственные чувства, я не нуждаюсь в твоём управление ими”. Она заявила.
“Мне жаль Белла. Я не буду делать этого. Пожалуйста, открой дверь?” Я был настолько озабочен ее реакцией на мое извинение, которое я начал просить.
Казалось, что время остановилось, но вдруг я услышал медленный щелчок замка и ручка начала медленно поворачиваться.
Как только дверь, наконец, распахнулась, я протянул руку, которая держала стакан Starbucks. “Я принес подарок для нашего примирения. Я видел, что у тебя был такой в классе, и я подумал, что ты можешь захотеть …” О, Господи, теперь я болтлив.
Белла посмотрела вниз на чашку и нахмурилась, “Ты не должен подкупать меня, Джаспер.” Однако, она медленно протянула руку и приняла напиток, как будто она не хотела оскорблять меня, отказываясь. “Спасибо”. Она должна была все же поднять свои глаза и посмотреть мне в лицо.
Пытаясь отнестись несерьезно к ситуации, я засмеялся, несколько неловко. “Ну, я вижу, что тебе все еще не нравятся люди, тратящие деньги на тебя, даже в таком незначительном количестве”.
Белла неуверенно мне улыбнулась, но все еще не соглашалась на зрительный контакт. “Хорошо, не стой там, входи, входи”. Она отошла в сторону, чтобы я смог зайти. Я переступил через порог и был озадачен пространством ее крошечной квартиры. В то время она держала её очень опрятной. Кухня состояла из маленькой раковины, микроволновой печи и барного холодильника. Я смог увидеть, что любая пища, которую она готовила, была сделана на гриле Джорджа Форемэна (очевидно главный предмет всех студентов университета). Был очень старый телевизор в углу рядом с кушеткой, стоящей перед ним. Большой журнальный столик, у которого было больше зарубок и вмятин чем гладкой поверхности, стоял перед изодранной кушеткой. Платяной шкафа был напротив стены, и ванная направо от него.
“Гм, неплохо”. Я запинался. Так как квартира была настолько маленькой, что я немедленно отметил отсутствие кровати. “Где ты спишь?”
“У кушетки есть матрац королевского размера. Я знаю, что это не очень для того, кто привык жить в особняках, но это – мой дом и я счастлива, что не должна делить его с кем - либо еще”. Подбородок Беллы задрался в защиту ее квартиры, тем временем, воздух между нами стал напряжённым.
Это возникло, когда я посмотрел на нее.
Она, конечно, изменилась за последние несколько лет. Внезапно, меня осенило, как хороша она была. Как она превратилась из подростка в красавицу.
У нее больше не было румянца на щеках. Ее сформированное лицо заставило ее губы выглядеть еще более полным чем, что я помнил. Ее большие карие глаза были столь же темными и полными глубины, но они испытывали недостаток в искре, которая когда-то танцевала в них. Прежде, они были теплы и доброжелательны, но теперь на меня смотрели два глубоких отверстия боли и страдания. Они были унылыми и безжизненными. Внизу были постоянные синие круги, которые были скрыты косметикой. Однако, я смог заметить, что она страдала от недостатка сна. То, через что она прошла, заставило ее казаться почти пустой? Мои глаза бродили по ее телу и заметили, что она стала более худощавой. Ее джинсы обтягивали красивые ноги. Плотно прилегающая синяя футболка, открывала руки, которые казались очень слабыми.
Поскольку мы стояли в тишине, я мог почувствовать ее боль. Она была постоянна, как-будто никогда не заканчивалась и никогда не заживала.
“Так, где ты был?” Она спросила неловко.
“Белла, позволь мне начать первым, как абсолютно и полностью стыдящийся я имею в виду свое поведение в прошлый раз, когда я видел тебя. Я никоим образом не хотел причинить тебе вред. Пожалуйста, пожалуйста, пойми, что я был полностью вне себя, и я сожалею о том дне больше чем о любом другом во всей своей жизни. Я не хотел пугать тебя в классе. Если то, что я здесь создаёт тебе неудобства, то я уеду, я клянусь. Я только хотел, чтобы ты выслушала меня и позволила мне извиниться”. Я умолял ее, я смотрел ей прямо в глаза, прося о понимании.
Плечи Беллы немного расслабились. Я почувствовал, что ее беспокойство начало медленно рассеиваться. “Джаспер, пожалуйста, ты не должен извиняться. Я никогда не обвиняла тебя …, Это была не твоя вина. Я не винила тебя, никогда”. Я наблюдал, как ее тонкие пальцы рассеянно поглаживали исчезающий шрам, который бежал от ее запястья до локтя. Это было явное напоминание, что она пережила второе нападение за свою драгоценную жизнь. Я не был уверен, что она даже поняла, делая это. “Я знала …, я знаю, что ты никогда не причинил бы мне боль преднамеренно. И Эдвард и Эллис говорили мне, что это была твоя ежедневная борьба с жаждой …, я знала, что тебе было трудно придерживаться животных или … вообще. Я понимаю, почему ты держал свое расстояние, даже когда все остальные, казалось, приняли меня так легко. Ну, конечно за исключением Розали, но это было по другой причине, о которой я, вероятно, не знаю”. Белла неловко засмеялась и осторожно взглянула на меня.
Мы стояли там как-будто целую вечность. Я, стеснённый в своём извинении, и ее неуклюжем принятии этого, она из-за своей застенчивости. Я так много хотел сказать, но слова были потеряны, поскольку я стоял в тишине с Беллой, и казалось, что она была столь же безмолвна и косноязычна, как я. Непрерывная боль, которую она выделяла, заставила меня захотеть схватить ее и обнять, но я знал, что касаться её будет неблагоразумно. Я не знал, как заставить ее открыться мне, чтобы начать эту дружбу и заслужить её доверие.
Тишина была оглушительной.

ФОРУМ