Я закончил раздеваться, оставив на себе только компрессионные штаны, и начал рыться в разбросанных вещах в поиске банных принадлежностей. Специально ждал, когда остальные парни покинут раздевалку. Слишком взбешен, чтобы спокойно говорить с кем-либо.

Я не часто позволял характеру взять надо мной вверх, но товарищи знали меня достаточно хорошо, чтобы просто оставить в покое. Единственным человеком, которого я хотел сейчас видеть, была Белла. Она волновалась, и это злило меня. Мне не хотелось, чтобы она о чем-то беспокоилась, и тот факт, что моя девочка расстроена, был еще одной причиной закатать Лукарда в лед.

Кроули вышел из-за угла с сумкой на плече, уже одетый в уличную одежду. Мы последние остались в раздевалке. Увидев меня, он замер, а затем осторожно подошел. Выглядело так, словно Тайлер неожиданно увидел бешеную собаку и пытался аккуратно пробраться мимо нее, оставшись не укушенным. Было бы забавно, не будь я бешеной собакой в этом сценарии.

— Эм, привет, Каллен, — чересчур бодро поздоровался Тайлер. — Я… э-э… увидимся позже? — он начал бочком продвигаться к двери.

Я отвернулся, продолжив искать банные принадлежности.

— Позже, Кроули, — пробормотал я, а затем резко развернулся, когда в голову пришла неожиданная мысль. Тайлер замер, широко раскрыв глаза. Я покачал головой, увидев его испуганное выражение лица. — Эй, если вдруг увидишь в холле Беллу, пошли ее сюда, ладно? Она, наверное, волнуется, — я протянул руку, чтобы дотронуться до дурацких пластырей над глазом. Интересно, у меня получится вымыть голову, оставив их сухими? Хотя какая разница. Я все равно это сделаю.

— О, — Тайлер облегченно выдохнул. — Да. Хорошо, — и быстро выскочил за дверь.

— Спасибо, — пробормотал я и встал, уперев руки в бока. Перед моим шкафчиком творился полный беспорядок; и где-то в нем притаился мой несессер.

Я порылся в сумке с хоккейным снаряжением, но так и не смог его найти. Будучи уже в отчаянии, вывалил все на пол, но так ничего и не увидел. Я начал бросать вещи за спину, используя это как метод исключения. Неужели уже отнес его в душ? Вряд ли. Я был так зол, когда вернулся. Пришлось топать в душевую и заглядывать в каждую кабинку. Даже в туалете проверил, но и там безрезультатно. Я зарычал от безысходности, чувствуя, как рушатся остатки самоконтроля. Черт возьми, я просто хотел принять душ, к Белле и поесть. Пусть и не совсем в таком порядке.

Я ворчал под нос, возвращаясь к шкафчику, чтобы взять полотенце и хотя бы просто влажной тканью смыть с себя пот и гнев. Но сначала нужно было найти джинсы, рубашку и кроссовки. Черт! Завернув за угол, я резко остановился. Возле моей разбросанной одежды и хоккейной формы стояла женская фигура. Сердце радостно подпрыгнуло прежде, чем я понял, что фигура слишком высокая, слишком чужая, слишком… светловолосая. Клубничная блондинка. Господи, неужели сегодняшняя ебля никогда не закончится?

— Какого хрена ты здесь делаешь, Таня? — я стиснул зубы, продолжая идти к своему шкафчику. Это последняя гребаная соломинка. Меньше всего сейчас нужно, чтобы сюда вошла Белла и увидела это дерьмо. Таня и я… почти… голый. О, черт. Я остановился как вкопанный, нас разделяло всего несколько футов. Она ведь не станет… не станет? Нет, она станет.

Таня улыбнулась, наклонив голову, и ее взгляд скользнул по моему почти обнаженному телу.

— Я просто хотела убедиться, что с тобой все хорошо. Сегодня тебя сильно ударили.

— Я в порядке, Таня. Тебе не следует здесь находиться. Уходи.

Я настороженно наблюдал за ней, понимая, что она задумала и зачем проскользнула в раздевалку. Знала, что я здесь один. Я бесстрастно смотрел на Таню, гадая, что, черт возьми, вообще в ней нашел. Она была хорошенькой, конечно, но привлекательная внешность скрывала эгоцентричную маленькую тварь внутри.

Таня сделала шаг ко мне. Я стоял на месте, глядя на нее холодным взглядом. Нужно было выгнать ее отсюда, и побыстрее, пока Белла не пришла меня искать. После истории с Кэрол в Калифорнии она вряд ли будет мириться с тем, что еще одна девушка из моего прошлого лезет ко мне. Не то чтобы их было много… но они почему-то резко все повылезали.

Белла и не должна с этим мириться. Она просто разорвет Таню и меня на куски, если войдет сейчас. И я не стану ее винить. Мне и самому хотелось, чтобы эта светловолосая тварь поскорее убралась отсюда, но мысль о ревнивой Белле вдруг вызвала горячий трепет, пронзивший меня. Таня была достаточно близко, чтоб увидеть реакцию, но неправильно поняла причину.

— Эдвард, — промурлыкала она, делая еще один шаг. Теперь Таня стояла почти вплотную к моей груди. Я поморщился при мысли, что она может до меня дотронуться, не говоря уж о том, что сейчас я почти обнажен. Голова закружилась в ужасающе замедленной съемке, когда я увидел открывающуюся дверь раздевалки и услышал мягкую поступь шагов. Я узнаю ее где угодно. Белла.

Выражение боли и потрясения промелькнуло на ее лице за мгновение до того, как гнев взял верх. Это разбило мое проклятое сердце. Я никогда не хотел быть причиной этого выражения на лице Беллы. Никогда не хотел причинить ей боль… но причинил.

— Простите, — голос Беллы звучал холодно и ровно, когда она встретила мой взгляд, а затем сосредоточилась на Тане. Я оттолкнул ту от себя, но было поздно. Я причинил своей девочке боль. Недопустимо.

Белла сделала намек на вынос мусора. В точку. А затем просто развернулась на каблуках и вышла из комнаты. Я надрывно закричал ей вслед, будучи испуганным и злым до чертиков. Родные шаги быстро удалялись. Она даже не осталась, чтобы поругаться, как было обычно. Вот дерьмо.

Таня положила руку мне на спину, и контроль, который я так тщательно выстраивал, сломался.

— Убери от меня свои блядские руки, Таня, и даже не думай, чтобы прикоснуться ко мне снова, — я развернулся и сделал шаг вперед, заставляя ее шагнуть назад. — Ты не имеешь права прикасаться ко мне. Ты даже не смеешь говорить со мной.

— Но…

— Нет, — мой голос был тихим и спокойным, но он становился таким, когда я зол. Очень зол.

Таня сделала еще один шаг назад, пока я пытался обуздать кипевшую во мне ярость, оставшуюся еще после стычки с Лукардом на льду.

— Ты даже не заслуживаешь находиться в одном пространстве с этой девушкой. Белла — весь мой мир. Вбей уже себе это в голову. Она — та, кого я хочу. Она — та, о ком я всегда мечтал. Я люблю ее. С Беллой я чувствую, что могу делать что угодно, быть кем угодно, и она будет меня любить. А ты лишь заставляешь меня стыдиться, что я когда-либо общался с тобой.

Глаза Тани широко распахнулись от ошеломления.

— Эдвард…

— У меня нет времени на твое дерьмо, Таня, так что позволь мне прояснить все в последний раз. Если ты еще хоть раз подойдешь ко мне или к Белле, я прикончу тебя прямо в школе. Я могу это сделать, сама знаешь. Ты оставишь нас в покое — никаких случайных встреч, никаких разговоров и даже никаких взглядов в нашу сторону. Мы просто расходимся. Навсегда. Ты меня поняла?

Таня быстро кивнула, и я отвернулся. Плевать. Самое главное сейчас — Белла. Все, что я сказал Тане, было правдой. Белла — мой мир. Осталось только сказать об этом ей. Моя девочка имеет полное право злиться, но я не отпущу ее, пока она не выслушает. Я буду умолять и унижаться… сделаю все, что в моих силах, чтобы она поверила, чтобы поняла, как много значит для меня.

Я выбежал из раздевалки. Белла не могла далеко уйти. Она не очень хорошо ориентировалась на арене. И конечно она не уйдет, пока не вызовет мою задницу на ковер. Я заслужил это. Каждую секунду, каждое слово. Это полностью моя вина. Остается надеяться, что Белла простит меня. Надеяться, что она не настолько разозлилась, чтобы даже не выслушать.

Ужасное чувство — знать, что причинил боль и не можешь это исправить. Я не могу изменить ошибку прошлого. Это пугало и приводило в бешенство. Хотелось взять ситуацию под контроль, все исправить… но на этот раз я не был уверен, что смогу. Неуверенность — мой криптонит. Я ненавидел ее, она заставляла меня чувствовать себя слабым. Только Белла спасала меня, видя во мне своего супергероя.