JPOV Я не помню дату. Хотя иногда думаю, что должен... Иногда я чувствую себя виноватым, что не помню точную дату дня, который изменил мой мир.
Знал ли я, что мой мир собирается измениться?
Нет, черт побери.
Ничто не могло подготовить меня к этому.
Погода все еще была теплой, но сырость чувствовалась в воздухе. Новый учебный год начался несколько дней назад, и я направлялся в кафетерий, чтобы встретиться с Эдвардом на обеде. Он шёл через двор из кабинета биологии, находящегося в научном крыле школы, поэтому я должен был прийти раньше него. Как второкурсники, мы завтракали днем и выбор так называемого "обеда" у нас был, в лучшем случае, минимальный. Захватив яблоко и бутылку воды, я направился к столу, который мы заняли с первого дня в школе. Отодвинув стул, я сел и кинул свой рюкзак рядом с собой. Пока ждал Эдварда, я вытащил свою копию "Гроздья гнева" для своего класса американской литературы и начал читать то, что задали сегодня. Я сидел, сгорбившись над книгой, подергивая ногой вверх-вниз из-за привычки. В то время как Том Форд собирался возвращаться домой, я ясно услышал это через весь кафетерий. Нельзя было перепутать этот негромкий звук полный удовольствия, который мог принадлежать только одному...
Смеху Эдварда.
Я посмотрел вверх и увидел самого Эдварда. Даже если бы он не был намного выше всех остальных его одноклассников, или его волосы не имели этого странного рыжего оттенка, я все равно бы узнал его.
Мы были друзьями, лучшими друзьями, с тех пор как я переехал в Форкс, штат Вашингтон из Абилина, штат Техас, меньше года назад. Я оставил теплое солнце Техаса для прохладного дождя Форкса в октябре, мои одноклассники были очень возбужденны новым учеником в школе.
Я никогда не жил в других городах кроме Абилина, но когда мой отец освободился от обязательств в Воздушных силах, Авиационная база Форкса предложила ему работу. Мой отец всегда был очень нетерпеливым, поэтому, как только ему исполнилось восемнадцать, он присоединился к Воздушным силам, так же, как это сделал его отец, в день своего восемнадцатилетия. Я родился и вырос на базе, не зная другого образа жизни, кроме небольшой уютной жизни внутри базы. Я учился в школе на территории базы, играл в баскетбол в их команде, и ездил на своем велосипеде по рядам базы. Это была счастливая, безопасная и удобная жизнь.
Пока родители не сообщили мне, что мы переезжаем в Форкс.
Мы собрались и уехали из моего родного дома, моих воспоминаний и моего лучшего друга Питера. Все было оставлено позади. Я помню, как наблюдал через заднее окно автомобиля, за грузовиком с нашими вещами и махал Питеру, который сидел на велосипеде рядом с моим, уже пустым, домом. Питер махал мне рукой, но я видел, как он обхватил руками свои светлые волосы, пытаясь скрыть слезы. Мне было четырнадцать, и я был уже слишком взрослым, чтобы плакать, но я видел, как Питер все уменьшался и уменьшался и... расстояние между нами увеличивалось. Я повернулся на своем месте.
И вытер слезы ладонью, отказываясь признавать свою слабость.
Мы ехали прямо в Форкс, останавливаясь только чтобы поесть и поспать ночью в мотеле. Наша поездка в Форкс не была богата приключениями. Наконец, мы остановились перед двухэтажным белым домом, и моя мама встала со своего места, радостно сообщая мне, что мы "прибыли".
Я не был взволнован.
Открывая дверь, я вышел из машины и задрожал. Тут было чертовски холодно и... сыро. Вздохнув, я следовал за своей матерью, поскольку она, как и отец пошла к крыльцу дома.
- Быстрей, Джаспер, пошли, посмотрим новый дом. Он такой большой, - позвала меня мать через плечо.
Я сомневался в ее предположениях.
"**~~**"
Я очень скучал по Питеру и начал войну негодования против моих родителей, потому что они затащили меня в эту Адскую пасть, где дождь и серое небо заменяли тепло и свет. Я катался вокруг дома на велосипеде в течение недели, перед первым днем в школе. Но практически все время я проводил в своей комнате: играл на гитаре и спал. Новый дом, в целом, был неплох, но также, в целом, он не был хорош. Он был больше моего прежнего дома. Все, о чем я мог думать, это о том, что сейчас делал Питер и вспоминая наше время: игру на гитарах и поединки в видео играх.
Когда я лежал на своей кровати, боясь своего первого учебного дня в новой школе, я еще больше скучал по Питеру. Я каждый день говорил с ним по телефону, с тех пор как мы уехали. Но моя мама решила ограничить меня одним звонком в неделю. Она сказала, что я должен оторваться от прошлого и найти новых друзей.
К черту новых друзей. Я хотел своего старого друга. Моего единственного друга.
На следующий день я проснулся рано, принял душ и собрал школьные принадлежности, которые для меня купила мама в Техасе. Я посмотрел на небольшой брелок в виде звезды на своем рюкзаке, вспоминая Питера.
- Пожелай мне удачи, Питер, - сказал я вслух, когда накинул сумку на плечо и вышел из комнаты.
Я был очень холоден со своими родителями в течение всей недели, говоря с ними только тогда, когда меня о чем-то спрашивали, отказываясь вступать с ними в добровольные разговоры. Я даже не сказал до свидания своей матери, когда вышел из дома, сильно хлопнув дверью.
Средняя школа Форкса была не большая, и я быстро нашел дорогу к ней. Я пришел в класс геометрии намного быстрее, чем остальные ученики и занял парту в конце класса. Мой день был заполнен инструкциями от учителей, а потом еще и еще и "приветствием" с каждым классом. Я чувствовал, что краснею, когда каждый раз повторял одно и то же.
Это походило на мытье волос: полоскание мозгов, повторение, приветствие и румянец, и снова все по кругу.
Когда я опустил голову, позволяя своим светлым волосам закрыть меня от любопытных глаз, я ждал, когда смущение произойдет еще раз. Стул рядом со мной отодвинулся и высокий долговязый парень сел на него. Глядя через свои волосы, я мог увидеть странный бронзово-красно-медовый оттенок волос, который я когда-либо видел. Учитель сломал мою схему, которую я ожидал и позвал представиться.
- Класс, у нас новый ученик – Джаспер Уитлок. Мистер Уитлок, встаньте, пожалуйста, и расскажите немного о себе.
Я посмотрел на него испуганными глазами. Он желал, чтобы я встал. Я поднялся со своего стула, чувствуя, что мои ноги дрожали.
- Я … я … я - Джаспер Уитлок и я приехал из Абилина, Техас. Рад всех встретить, ребята. - Я растягивал слова. Послышалось хихиканье от девчонок и немного насмешливый смех парней…
Всех, кроме одного.
- Спасибо, мистер Уитлок. Вашим партнером по проектам на весь год будет мистер Каллен. Мистер Каллен, покажите, пожалуйста, молодому человеку, где мы работаем над проектами.
Я посмотрел на класс в поисках этого Каллена, задаваясь вопросом, какой из этих придурков будет моим партнером на весь год. Бледная рука протянула мне бумагу через парту.
- Мы находимся в лаборатории номер один, часть три, - сказал парень с бронзовыми волосами, указывая на вопросы на документе. - Ты хочешь, чтобы я делал измерения? - я кивнул. - Я - Эдвард, - быстро представился он, и встал, чтобы работать над проектом. Весь урок мы были заняты лабораторной работой. Мы продолжали работать на протяжении всего урока. Эдвард был тих, говоря только информацию, которую я должен был записать в тетрадь. Он был очень спокойным. Я уставился на него, когда он повернулся, чтобы измерить угол назначенного объекта. Время от времени он проводил рукой по своим волосам, заставляя их лежать в беспорядке.
После урока несколько смеющихся задниц решили посмеяться надо мной, идя сзади и подражая моему акценту.
- Таким образом, рады встретить Джаспера. Джаспер из Техаса.
- Вы знаете, я думал в Техасе все больше.
- Йо-Хо.
- Что значит имя Джаспер? Звучит будто у гея.
В то время я продолжал идти, моя голова была опущена вниз, глаза смотрели на плиточный пол, я чувствовал, что они приближаются все ближе и ближе. Я ждал того первого контакта, чтобы толкнуть или оттолкнуть их.
И это случилось.
Но не со мной.
Я услышал, как тело врезалось в шкафчик.
- Заткнись, Ньютон. - Я повернулся назад, и увидел Эдварда, который прижимал двумя руками Ньютона к шкафчику. Лицо Эдварда было красным, его глаза выражали угрозу, и несколько вен вздулось на лбу. Я шокировано смотрел на него, когда он фактически выплюнул слова Ньютону. - Ты оставишь его в покое. Тебе ясно?
Ньютон кивнул, и Эдвард отпустил его, отстраняясь. Они смотрели друг на друга, ожидая пока другой сделает движение. Когда стало ясно, что стычка окончена, Эдвард поднял свой рюкзак и, приближаясь ко мне, кивнул в сторону кафетерия перед тем как пройти мимо меня. Я стоял потрясенный в течение нескольких секунд, прежде чем последовать за ним, но как только я зашел в переполненный кафетерий, то потерял его.
Я сидел один за столом, и печатал случайный набор слов для песни на своем персональном компьютере, когда книгу швырнули на стол. Она громко хлопнула по столешнице, и я подскочил на месте.
- Что за че...
- Извини, не хотел напугать тебя, - Эдвард стоял передо мной, улыбаясь и снова полностью расслабившись, так же как и на уроке. У него явно были проблемы, как у Джекилла и Хайда. Парень отодвинул стул и сев на него, откинулся назад. После минуты рытья в рюкзаке он вытащил что-то. Эдвард протянул мне половину бутерброда, кивая на него. Я взял и немного откусил.
Я улыбнулся в благодарность.
- Так... расскажи мне о Техасе, Джаспер, - пробормотал Эдвард, откусывая свой бутерброд.
И после этого я начал рассказывать о Техасе и Питере.
Возможно, Форкс не был настолько плох.
Мы с Эдвардом стали неразлучны с того дня, одиннадцать месяцев тому назад. Это звучит банально, но я знал, что так и было. Эдвард спас мою жизнь в тот день. Он дал мне что-то вроде своей защиты. Для меня никто раньше такого не делал. Я был уверен, что Питер сделал бы то же самое, но Эдвард сделал это для того, кого совсем не знал.
Мы никогда не говорили о том дне, также как и Ньютон больше не трогал меня.
Однажды, я знал, что должен был отплатить Эдварду. Возможно не избивая кого-то, но я знал, что это должно было когда-то случиться, и я знал, что смог бы показать великодушие, также как и Эдвард в первый день.
Я был должен ему.
Мои родители были в восторге от моей дружбы с Эдвардом, поскольку он постепенно возвращал им их сына. Я все еще звонил Питеру еженедельно, но теперь наши разговоры сфокусировались на более счастливые темы.
Родители Эдварда были одинаково рады мне, как и мои ему. Казалось, что Эдвард всегда был одиночкой, и никогда не имел близкого друга. Выходные проходили в наших домах, а ужины включали еще одно лицо. К концу ноября миссис Каллен знала, как приготовить мою любимую еду, также как и моя собственная мама. Доктор Каллен (я называл его Доктором К) был высоким и худым, со светлыми волосами. Его глаза были очень яркого синего цвета, который я когда-либо видел. Эдвард определенно получил свои изумрудные глаза в наследство от матери, у которой были каштановые волосы. Она была почти такая же высокая, как доктор Каллен. Их дом был в два раза больше моего, в то время как мои родители не страдали отсутствием денег, но мы не жили так комфортно как Каллены. У Эдварда было все самое лучшее, как только он что-то хотел, на следующий день это появлялось на его кровати. Эдвард никогда не использовал щедрость родителей в своих собственных интересах, хотя он просто с радостью принимал все подарки от своих родителей и обеспечивал их взамен всем нужным: уважением, отличными оценками и нетипичным для подростка спокойным поведением.
Даже Элис, его младшей сестре, казалось, нравилась моя дружба с Эдвардом. Всего на тринадцать месяцев младше брата, она была очень маленького роста, с черными, как уголь короткими волосами, и такими же зелеными глазами, как у Эдварда. Казалось, что она все время улыбалась и заражала хорошим настроением всех окружающих. Люди тянулись к ней, поражаясь ее энергией и настроением. Она привлекала их, даже сама не подозревая об этом. Я также не мог противостоять ее обаянию. Я наслаждался вниманием, которое она уделяла мне: застенчивые улыбки, быстрые взгляды через столовую, румянец, когда я говорил что-то ей лично. Даже если я не знал, как справиться с чувствами, я упирался им.
(Элис, наверно от соседа, совсем не похожа ни на одного родителя =)
(я упирался им.)
Хотя я чувствовал себя довольно комфортно с девушками.
Но чем больше я смущался рядом с Элис, тем удобнее чувствовал себя с другими девушками. Элис учила меня, как флиртовать с девчонками, используя своё южное очарование и даже говорить: "дорогая". Она учила меня наслаждаться вниманием, которое собирала моя внешность. Возможно, это будет год, когда я смогу заполучить девчонку.
"**~~**"
Таким образом, я сидел в кафетерии, слушая смех Эдварда, когда он шел ко мне.
Он не был один. Она была с ним.
Ее волосы были коричневого оттенка, длинные и немного волнистые. Ее глаза были карие. Ее тело было средней комплекции. Ее лицо тоже было среднее, с веснушками на щеках.
Но она была совсем не средней, как бы там ни было.
Мое сердце ёкнуло, когда она приблизилась к моему столу вместе с Эдвардом, ее смех был таким мелодичным.
- Джаспер, это - Белла, дочь шерифа полиции. Она только что переехала из Финикса, - быстро проинформировал меня он. Как будто боясь забыть это или что-то в этом роде.
- Привет, Джаспер, рада познакомиться с тобой, - поставив книги на стол, она села напротив меня.
На место Эдварда.
Я посмотрел на него, ожидая, что он попросит ее пересесть. Но Эдвард не сделал этого. Вместо этого он посадил свою задницу рядом с ней, усмехаясь мне все время. Я недоверчиво покачал головой, и посмотрел на Беллу.
- Привет, Белла. Добро пожаловать в Форкс, - я старался, чтобы мой голос звучал мягко, пытаясь скрыть свое протяжное произношение и ускоренное сердцебиение.
- Спасибо, - ответила она. - Все были очень дружелюбные, - она оглядела кафетерий, и несколько людей улыбнулись ей.
- Действительно? Это - удивительно, - тихо сказал я. Ее карие глаза уставились на меня, пытаясь расшифровать значение моих слов.
- Ты не отсюда, Джаспер. Твой акцент такой удивительный, она наклонилась ко мне. Я рефлекторно откинулся от нее.
Я предполагал, что мне не скрыть свой акцент
- Техас … Абилин.
- Серьезно? - ее голос повысился. - Ты очень изменил обстановку, - предположила она.
- Я пригласил Беллу пойти с нами на эти выходные на поляну, - объявил Эдвард, переводя взгляд то на Беллу, то на меня. Я в поддельном безразличии пожал плечами.
Я не хотел себе другого друга.
У меня был Эдвард. Мне не нужна была Белла.
Тогда я не знал, как сильно ошибался.
Только она и была нужна.
"**~~**"
Учебный год продолжался, и мы втроем стали неразлучны. У Беллы было два урока с Эдвардом, один со мной, и все вместе мы были на обеде. В любом случае, двое из нас всегда были вместе. В то время как мы с Эдвардом создали место для Беллы в наших жизнях, Каллены и Уитлоки в своих домах создали место для неё. Чувство обиды, которое я ощущал в первый день с Беллой, исчезло, уступая место улыбки, когда я каждый раз видел ее. Было что-то в ее глазах, что заставляло мое сердце ускоренно биться. Это был тот взгляд, в котором я узнавал отражение себя в первые месяцы жизни в Форксе. Та тоска по прошлому, когда ты отчаянно цепляешься за воспоминания. С каждым днем с нами, её печаль понемногу уходила, но никогда не исчезала полностью. Темно-карие глаза Беллы все время говорили о недовольстве, но я никогда не спрашивал ее об этом. Мы не знали о прошлом Беллы, она не светилась стремлением поделиться, поэтому мы не интересовались этим. Она должна была рассказать нам это по собственному желанию.
(повтор, в оригинале: Ее темно-карие глаза)
Вся семья Эдварда показывала любовь в семье, в то время как моя семья никогда этого не делала. Мои родители были замечательными, но мой отец был военным и привык не показывать свою слабость. Ты никогда не должен показывать чувства, и точка.
Для Эдварда, Беллы и меня физический контакт всегда был обычным. Эдвард хорошо разбирался в объятиях и раздавал их нам с Беллой по случаю хороших оценок по тестам, чтобы утешить или порадоваться вместе. Он был тем, кто "обнимал человека без повода и с поводом".
Белла никогда не смущалась проводить своими руками по моим волосам; она постоянно трогала мои кудри и заправляла их за уши, говоря какое-то дерьмо о том, что хочет видеть мои красивые глаза. Я всегда пытался не краснеть, когда ее рука была рядом со мной. Она часто сидела между нами на диване, иногда положив голову мне на колени, в то время как ее ноги были на Эдварде. Не было ничего сексуального в этом; это были лишь три друга.
Мы не были типичными неконтролируемыми подростками.
Мы были просто Беллой, Джаспером и Эдвардом.
Наши отношения не оставались незамеченными для наших родителей, особенно родителей Эдварда. Эти отношения привели к одному из самых смущающих дней в моей жизни. Мы с Эдвардом возвращались к нему домой, и обнаружили , что Доктор К вернулся домой раньше. Как только мы зашли в дом, он позвал нас в свой кабинет, его добрый тон, в этот раз был требовательный. Глядя друг на друга, Эдвард и я спустились в его кабинет
Доктор К сидел за своим столом, руки вытянуты перед собой. Его взгляд был строг, мы редко видели его таким.
- Мальчики, сядьте, пожалуйста. - Он указал на два кожаных кресла перед его столом. Мы с Эдвардом сели. Мое колено сразу же начало нервно подергиваться. Я посмотрел на Эдварда, он сидел в кресле расслаблено, вытянув ноги вперед.
Я посмотрел на Доктора К, кусая губу и.... ждал, что он скажет.
Журналы, которые хранились под кроватью Эдварда, теперь лежали на столе Доктора.
Дерьмо.
Я нервно посмотрел на Эдварда, который нагло ухмылялся. Тогда и начались разговоры о том, чего мы касались, а чего нет, о порнографии, о потребности мастурбировать, или как назвал это Доктор К, менструации, от чего мой живот скрутился, и о сексе непосредственно. Он говорил о пестиках, тычинках и о Белле. Он говорил о том, что счастлив, что мы так близки, но его также беспокоила наша близость.
Ну, решитесь, доктор Каллен.
- Держите свои руки подальше от частей Беллы... Я имею в виду... частей тела.
Ох.
Все это время я сидел с опущенной головой, будто моя рубашка была намного интересней, чем весь этот разговор. Мое колено не прекращало дергаться, мои пальцы все время теребили рубашку. Эдвард так и не изменил свою расслабленную позицию за время всего разговора. Ему всегда удавалось оставаться совершенно спокойным, даже в самых смущающих ситуациях. Это была еще одна вещь, из-за которой я восхищался им.
Как только доктор К сказал, что мы можем быть свободными, мои ноги сами унесли меня из этой комнаты очень быстро. Мы с Эдвардом пошли в его комнату, и когда оказались на безопасном расстоянии от кабинета, я наклонился и зашептал ему с большим беспокойством.
- У него осталось все наше порно.
Эдвард повернулся ко мне и подмигнул.
- Мама, возможно, убиралась под моей кроватью, но я гарантирую, что она не заглядывала под комод.
Ха.
Эдвард был находчив. Мое восхищение Эдвардом увеличилось в десять раз в тот день.
Мы не прекращали смотреть журналы, просто прятали их лучше. Мы открывали их на кровати Эдварда, закрыв дверь, и рассматривали фотографии на развороте; мы обоюдно восхищались формами модели. Я признаю, что чувствовал себя немного виноватым, что смотрел на всех этих женщин после разговора с Доктором К.
Я, возможно, и чувствовал себя виноватым. Но был уверен, что, черт побери, не смогу прекратить делать это.
Прежде, чем мы узнали это, зимний дождь уступил место весеннему дождю, и учебный год начал сходить на нет. Мы планировали летом поездку на поляну, день в Сиэтле с мистером и миссис Каллен и кемпинг на выходных с моими родителями.
Мой отец любил ставить лагеря, и мы делали это несколько раз летом. Палатки и спальные мешки единственные удобства, которые он разрешал нам брать, он даже требовал, чтобы мы сами разводили костер для приготовления еды. Я с нетерпением ждал того, что Белла поедет с нами в этом году; Белла отказалась от солнца Финикса, также как и я от сухой жаркой погоды Техаса. Это было то, что объединяло нас, и только мы могли это понять, ведь уехали из родных освещенных солнцем домов. Я не мог убить ту часть в Белле, но я мог ее уменьшить, когда обнимал ее, водя своими руками вверх-вниз по ее спине, опираясь подбородком о ее плечо. Я держал ее и говорил, что все будет хорошо, когда она тихо посапывала в моих руках, ее маленькие ручки сжимали мою рубашку. Она, в конечном счете, разорвала наши объятья, вытирая нос задней частью ладошки, ища на моей рубашке мокрые следы и шепча "спасибо". Эдвард знал, что в этом смысле я могу ее поддержать, и никогда не выказывал свое недовольство по этому поводу. Фактически, он всегда благодарно улыбался тому, что я беспокоюсь о Белле, и обеспечивал ей поддержку, в которой она нуждалась.
Мы втроем праздновали конец второго курса в походах на поляну и купанием голышом в небольших прудах и озерах. Хотя, всякий раз я делал вид, что не вижу голую Беллу, мое сердце ускоряло темп, стоило мне подумать о ее маленькой груди с розовыми сосками, бледной кожей, аппетитной задницей и волосах на ее киске. Видя в первый раз обнаженную девушку, было достаточно, чтобы я возбудился и получил разряды по своему пятнадцатилетнему телу, и прямо на свой член. Я не забывал прятаться за валуном, в то время как Белла звала меня.
Эдвард только смеялся, сволочь.
Когда я стоял, голый и сгорбленный в чашевидную форму непосредственно на краю воды, я смотрел на Беллу. Ее длинные гладко зачесанные назад волосы, ее ресницы, сверкающие от капель воды, ее грудь, скрывающаяся за прозрачно-чистой водой, когда она плыла в нескольких футах от Эдварда. Они несколько минут резвились, прежде чем Белла снова позвала меня и протянула руку ко мне.
- Заходи, Хейл, - позвала она меня, дико улыбаясь. Я не мог не улыбнуться прозвищу, которое она придумала мне. Мы выполняли одно из заданий, и копались в семейных документах, Белла захватила их прежде, чем я увидел. Она долго смеялась над моим полным именем Джаспер Хейл Уитлок. С тех пор она называла меня Хейл каждый раз, когда пыталась получить от меня то, что она хотела.
Я медленно шел в холодную воду, медленно погружался в неё и, в конце концов, нырнул под воду, плывя туда, где были Белла и Эдвард.
Тем летом, Эдвард, Белла и я провели почти каждый бодрствующий момент вместе. Я заметил Элис, которая бродила рядом с нами, что было хорошо для Беллы. Это дало ей женскую дружбу, которую не могли дать ей ни Эдвард, ни я. Они могли поговорить о... ладно, о женских вещах, например о бюстгальтерах, месячных и прочем дерьме. Элис даже была на некоторых наших пикниках. Она пошла на нашу поляну, хотя Эдвард и не позволял нам купание голышом, когда присутствовала Элис. От моего внимания не скрылась, что она всегда сидела рядом со мной и ходила поблизости, куда бы мы не пошли. Я не возражал, фактически мне это нравилось, но она была младшей сестрой Эдварда.
Начальник города много работал, и поэтому Чарли часто не было дома, что было удобно для Беллы. Доктор и миссис Каллен настаивали, чтобы Белла ужинала с нами и присоединилась к походу по магазинам на недельных каникулах. Белла стала довольно комфортно чувствовать себя на кухне Калленов, потому что миссис Каллен иногда просила Беллу приготовить обед.
Она готовила в течение нескольких часов, ее небольшие бедра двигались под музыку, в то время как она резала, жарила, чистила. Эдвард и я сидели на диване, наблюдая за ней. Иногда Белла полностью забывала о нашем с Эдвардом присутствии и начинала петь девичью песню. Я посмотрел на Эдварда, закатывая глаза от ее песни, но в этот момент я почувствовал запах еды, что напомнило мне о женской власти. Потирая лоб, я посмотрел на Эдварда, ожидая его мужской поддержки, но получил лишь пожатие плечами.
Мы помогли накрыть стол к обеду, неся посуду к маленькому обеденному столу. Раньше тут стояло четыре постоянных стула, но теперь их было шесть, поскольку мы с Беллой были постоянными гостями в доме Калленов.
Нашей традицией стали эти обеды, на которых мы обсуждали наши будние дни, наши победы и падения, а также смеялись над веселыми историями Элис. Ее драматические жесты никого не оставляли равнодушными. Эдвард только качал головой над выходками своей сестры. Я не пропустил его беспокойство, которое отразилось на его лице, когда внимание Элис сосредоточилось на мне, и она пристально посмотрела на меня. Я был тем, кто всегда отводил взгляд с не большим румянцем на щеках. Я чувствовал себя плохо, наслаждаясь ее вниманием.
Я также чувствовал себя виновным как черт, но понятия не имел почему.
Перевод: Владка
Редактура: len4ikchi
От переводчика: Надеюсь ,что эта история вам понравиться так же как и мне! Это только предыстория, которая будет длиться еще несколько глав, а потмо уже будут основные события.
Буду ждать ваши отзывы на Форуме