Легко и незаметно пролетели полторы недели. Мы рассказали Несси о наших с Эдвардом отношениях. Она все время улыбалась и продолжала вести себя, как обычно, очень деловито. Однажды, я спросила у нее, почему она отнеслась к этому так беспечно, и ее ответ меня сильно удивил.
« Белла.» - сказала она. И это было сказано в таком тоне, будто она была родителем, тщательно объясняющим что-то своему ребенку. « Я знала, что так будет задолго до этого.»
Я хотела, чтобы она завершила свою речь каким-нибудь небрежным «пф», от которого бы захотелось треснуть себя кулаком по лбу.

Сказать, что быть рядом с Эдвардом было легко, и весело, и приятно, и что он заставлял меня все время хихикать словно школьницу, значило было соврать. Быть рядом с Эдвардом – было естественно. Я видела как он входит в комнату, и наши взгляды тут же встречались, в его глазах появлялось спокойствие и умиротворение. Он улыбался и подмигивал мне, и мое лицо сразу же становилось красным, словно как Ферарри.

Это не было похоже на эйфорию, будто ты под ЛСД или креком, это было счастье, наполненное робкими улыбками и бессловесными, многообещающими взглядами. Сидя за столом во время еды, Эдвард никогда не разрывал наш зрительный контакт, и я видела весь спектр эмоций, проходящих через его сердце.

Эдвард не стеснялся проявлять свое отношение ко мне. Он держал меня за руку и спал в моей комнате, и любезно разрешал мне делать тоже самое. Порой он ходил кругами вокруг меня, и в самый неподходящий момент выкидывал очередной фокус.

Это было удивительно – быть рядом с Эдвардом. Он всегда проверял заперта ли дверь, после того как Несси неожиданно вошла, когда мы…были «в настроении».
Она повсюду звала Эдварда, чтобы попросить его приготовить ей стейк на гриле, когда Анжела ушла домой пораньше для подготовки к свадьбе.

Мы были в очень компрометирующей позиции и отчаянно боролись с пуговицами, чтобы одеться до того, как она нас найдет. Она открыла дверь и потребовала своим сладким голосочком, чтобы Эдвард накормил своего голодающего ребенка. Он кивнул и, свесив голову, вышел из комнаты. Улыбнувшись мне, Несси закрыла за ним дверь, и я тоже улыбнулась. Я до сих пор не могу сдержать улыбку, вспоминая этот момент. Хоть я и заботилась о Несси, но она пресекала все наши с Эдвардом попытки, даже не зная о них.

Мы постоянно находились на пределе, ограничивая себя, боясь, неожиданного появления Несси. Это стало бы просто катастрофой.

И ни смотря на то, что я с трудом справлялась с огромным влечением к Эдварду, я тайно любила это время. Он был здесь, пристально смотрел на меня по утрам и засыпал вместе со мной по ночам. Он улыбался и действовал медленно, как этого хотела я, но его либидо продолжало бороться. Это показывало, что он хочет меня, но уважает мое решение. А это всегда, чертовски мило.

**** ****

Тонкая линия дружбы, которая была проведена между мной и Несси, становилась все толще. Она была совсем юной, и ей казалось, что я хороший образец для подражания. Я подыгрывала. Мы готовили различные блюда и могли говорить о чем угодно. Раньше я и не замечала, как сильно ее угнетает тишина. Несси болтала без умолку.
В один из дней она рассказала, как ее однажды временно отстранили от школьных занятий.
Одна девочка сильно раздражала Несси в школе, и вот однажды они сцепились, и Несси избила ее до полусмерти. Несси защищалась и доказывала, что это была всего лишь самозащита, а то, что она владела боевыми искусствами и имела черный пояс, просто сыграло ей на руку. Да уж… эта история тоже заставила меня улыбнуться.

Мы готовили на кухне вместе с Анжелой шоколадные печенья по знаменитому рецепту моей бабушки, пока она не сказала, что ей нужно успеть добраться домой до приезда Бена. Я прекрасно поняла тайный умысел Анжелы, учитывая наш с ней разговор о нижнем белье ранее днем, но Несси восприняла это по-своему – она решила, что Анжела просто хочет приготовить обед для своего жениха.
« Почему ты так думаешь?» - спросила Анжела.
« Ну потому что мужчины не умеют готовить. Посмотрите на Эдварда, если продукт перед ним – не мясо, то он просто не знает, что с ним делать. Он мешает соус половником!» - высказалась Несси, закатывая глаза в притворном ужасе.

Захихикав, Анжела помахала нам рукой и быстро юркнула за дверь. Несколько минут спустя на кухню зашел Эдвард, одетый в пижаму и почесывая свой живот. Он сказал Несси, чтобы она шла переодеваться, пока я ставила противень в духовку.
« Здравствуйте, мисс Белла.» - поприветствовал он меня, прекрасно зная, как меня бесит такое обращение.
« Здравствуйте, мистер Кален.» - ответила я, сравнивая счет. День за днем, я узнавала все больше и больше об Эдварде Каллене, который скрывался за прочными стенами; я узнала Эдварда-мальчишку, любящего играть со своей дочкой, Эдварда-защитника и Эдварда-папу.
Я заметила, что манеры Эдварды все больше и больше напоминают мне манеры Чарли. Он любил гладить свой живот после обеда, читать по утрам газету, смотреть спортивные игры на большом экране, только в отличие от Чарли, Эдвард смотрел только бейсбол, не любил обычное пиво, и у него не было пивного животика.
Несси тоже любила бейсбол и смотрела его вместе с папой. И, как и я, любила рисовать и с удовольствием готовила.
Как-то раз, зайдя в ее комнату, я обнаружила целую горы блокнотов и альбомов, полных рисунков и набросков. В ее шкафу хранилось несколько настоящих холстов с изображением дома и природы.
Любовь Несси к готовке почти избавила нас с Анжелой от обязанностей. И с тех пор, как я начала готовить в этом доме, Несси всегда хотела готовить вместе со мной.
Сейчас она не ходила в школу, у нее были зимние каникулы, и она помогала мне освоить все танцевальные движения, которым пытался научить меня Эдвард. Это было трудно и раздражало обилием балетных движений. Я была ужасно неуклюжей неумехой, я постоянно смеялась, потому что иначе как смешно, это не выглядело. Радовало лишь то, что в этом танце не надо было находиться слишком близко к партнеру, как например, в вальсе, так что мне не пришлось волноваться, что я отдавлю ему пальцы.

Я слышала еле различимые звуки шагов Эдварда, его босые ноги скользили по плитке пола. Этот мужчина двигался бесшумно словно призрак, но я чувствовала тепло от его присутствия рядом.
Именно тогда, в этот особый момент, я подумала, что что-то должно случиться, например он резко крутанет меня к себе, поцелует так, что из моих глаз посыпятся искры или просто жарко прижмет меня к себя, стиснув мои бедра. Спустя пару мгновений я ощутила легкие прикосновения его губ на моей шее.
И раздался звонок в дверь.
Тяжело вздохнув, Эдвард отступил на пару шагов от меня, разочарование отчетливо читалось на его лице. Повернувшись, он ушел открывать дверь, в то время как я, пыталась подготовить себя ко встрече с гостем, отчаянно оттирая муку и тесто с поверхности столешницы и раковины.
Услышав громкий басистый смех, принадлежавший, видимо, очень крупному мужчине, я наконец поняла, кто стоял за дверью. Эммет.

*** ***
Все сидели в гостиной, Эдвард стоял возле бара, смешивая напитки для коктейля Эммету и его жене Розали. Несси сидела в широком кресле, завернувшись в плед, с кружкой горячего шоколада. Печенье уже было вынуто из духовки и ждало своего времени, остывая на кухне. Мои руки и грудь до сих пор немного болели от чрезмерно-пылких медвежьих объятий Эммета при нашей встрече.

Я сидела на краешке дивана, разглядывая Розали или, как она предпочитала, Роуз.
Казалось, она была совершенным образцом женщины. Блондинка, с нереально длинными ногами, умная, любящая спорт и умеющая поддержать разговор об автомобилях. Роуз работала над своей кандидатской диссертацией по инженерии и разбиралась в моде, как в пяти пальцах своей совершенной руки.

« Итак, Роуз» - начала я – « Как вы познакомились с Эмметом?»
« Ну Эммет заблудился на территории кампуса и случайно оказался возле моей аудитории по математике. Я увидела его стоящего возле доски, абсолютно потерянного, прямо во время занятия. А потом он поднял руку и сказал преподавателю, что попал не в ту группу. Естественно, преподаватель попросил его уйти… ну а потом я увидела его сразу после занятия в библиотеке, он просил помощи и карту территории у администратора. Я подошла к нему, представилась, и … мы сразу стали неразлучны.»

Эдвард сел рядом со мной и положил руку на мое колено, заявляя права на свою территорию, доказывая, что мы вместе. Я положила свою руку на его, в то время как он сказал: « Эта история стала еще более скучной, чем в прошлый раз.»

Улыбнувшись, Розали перевела взгляд на меня. « Обычно мы рассказываем, что познакомились в баре, где Эммет отважно защитил мою честь от пьяных отморозков.»

Я громко рассмеялась. Розали была удивительно легким человеком. И эта легкость заключалась в том, что вы могли быть очарованы ее улыбкой и смехом в любой час, в любой день недели. В такие моменты, люди забываются и охотно начинают доверять. Вот только я знала, что внешность обманчива, и оставалась бдительной.

Я знала Эммета столько же, сколько и Элис. И я знала, что Эммет всегда носил свое сердце в рукаве, и порой этот рукав было очень легко оторвать.

« А что на счет тебя, Белла?» - спросила Роуз, возобновляя разговор –« Чем ты занимаешься?»
« Я путешествовала по миру некоторое время, а потом вернулась домой, чтобы начать свою жизнь с новыми знаниями, которые я получила.»
Господи! Вся история моей жизни уместилась в одно предложение.

Розалии выглядела действительно заинтересованной. Она начала расспрашивать меня.
« Ты путешествовала по всему миру – это так захватывающе! Почему же ты остановилась?»
« Я просто подумала, что какие-то загадки и тайны планеты должны оставаться не разгаданными.» - солгала я.
Мне совершенно не хотелось говорить про мою неуверенность в первый же час разговора. То, что я не могла найти себя, и что ни одно место в мире не подходило мне, казалось мне не особо удачной темой для разговора в первый день знакомства.

Разочарование, волна за волной, накатывало на меня. Я ничего не могла понять. Как я могла надеяться вести себя будто у меня все под контролем, если я даже свою жизнь не могу направить в нужное русло?

У меня не было денег, и их не будет, пока все это не закончится, у меня не было дома, куда бы я могла придти, не было работы, куда бы я могла вернуться.

Роуз посмотрела мне прямо в глаза, и в этот момент я почувствовала себя абсолютно голой перед ней. Вся моя неуверенность была прямо в моих руках перед ее пристальным взглядом. Выражение ее лица резко изменилось. Как будто она знала, что я ей соврала, и она хотела свести все это к шутке до тех пор, пока в комнате находились мужчины, которые побаивались разговоров о чувствах и переживаниях.

Подобный ответ всегда успокаивал интерес окружающий и переводил разговор на другую тему.

После часа разговоров и взаимодействий, Эммет сказал, что уже ночь и направился в свою комнату для гостей. Несси уснула прямо в кресле, и он вызвался отнести ее в детскую. Эм был прекрасным отцом. Его немного детский юмор и манера поведения создавало атмосферу дружеского подшучивания и непринужденного смеха, но он знал, когда стоит вести себя серьезно и обойтись без шуток. Эта серьезная сторона всегда была надежно спрятана, особенно от близких.
Я уже направилась в кровать, когда Эдвард сказал, что ему нужно пару минут, чтобы закончить кое-какие дела, но я видела, как он прокрался на кухню. Видимо запах печенья был его слабостью. Я улыбнулась и стала подниматься по лестнице.

Я прошла в свою изумительную комнату и приготовилась ко сну. Переоделась в пижаму. Готово.
Сделала короткую запись в своем дневнике. Готово.
Завернулась в простыни и свернулась комочком. Готово.

Наконец, я услышала, как открылась дверь и кто-то вошел. Эдвард покончил со своей «сладкой одержимостью » и прошел к кровати.

Он сел на пастель, спиной ко мне. Я почувствовала себя другим человеком, не той, что впервые пришла в этот дом на собеседование. Мужчина, которого я считала ублюдком и идиотом, вошел в мою комнату, и я не выцарапала ему глаза. И это было не из-за денег, не из-за перспективы наживиться на нем, ведь, по сути, он не предлагал мне запредельную сумму. Это было из-за легкости, которую он принес с собой в мою жизнь.

Эдвард своей естественной и такой не навящевой заботой сбил всю мою оборону и оставил без всякой возможности защитить саму себя. Каким образом я наделась защитить себя? Без всяких шуток и остроумных фраз. Без вранья, без манеры поведения в стиле «я сука» и лицемерия. Он и под всем этим, смог бы увидеть меня. Я по глупости разоблачила себя, настоящую меня, я показала ему всю себя. Теперь он легко сможет понять и отличить разницу между фальшивым поведением и мной. А я не оставлю их с чувством поражения, убивая что-то внутри Несси и Эдварда.

Эдвард сидел, не меняя своего положения целую минуту. Наконец он произнес: « Как на счет того, чтобы мы поговорили сейчас о тебе?»
Тяжелый вздох вырвался из моего горла.
Розали.
Розали нашла мое слабое место – момент, когда я размышляю над прошедшим днем. И что мне теперь делать? Банальный вопрос сегодня казался невероятно сложным.

Длительное путешествие не научило меня ни одному духовному уроку, и теперь я должна признать это перед человеком, признаться которому я хотела бы в последнюю очередь.

И только через мой труп.