Глава 21

Белла

Выражение лица Элис было просто бесценным, когда мы сообщили ей новости. – О, Боже мой! Белла, Эдвард, это просто восхитительно! Я так счастлива за вас! – запищала она, обнимая нас и сильно сжав. – Можно я буду крестной? И мы должны вместе сходить за одеждой для беременных! Не могу поверить, что вы скрывали это целых двенадцать недель, но я так рада!
– Стоп, Элис, дыши, – поддразнила я, а она отпустила нас и положила руки на бедра. – Прежде всего, спасибо. И да, мы, конечно же, хотим, чтобы ты была крестной. Что касается одежды для беременных… я даже не хочу об этом думать в данный момент. А что касается двенадцати недель… мы просто хотели быть уверенными, – последнее я сказала тихо, и лицо Элис немного погрустнело.
Эдвард сжал мою руку, улыбаясь так же широко, как и мы с Элис. Мое сердце колотилось, и я не могла сдержать своего счастья. Потому что это, наконец, происходит.

Срок: семнадцать недель

– Эдвард! – вскочила я посреди ночи, схватившись за живот в неверии.
– Что? – Эдвард мгновенно сел и положил ладонь мне на поясницу. – Ты в порядке? Что происходит? Что с малышом? – он так быстро задавал вопросы, что я не могла ему ответить. Поэтому я сладко поцеловала его в губы, схватила его руку и положила себе на живот, слегка прижимая. Эдвард замер, а потом посмотрел на меня с удивлением. – Ребенок пихается? – спросил он приглушенным голосом, и я кивнула, будучи не в состоянии сдержать смех.
Несколько минут мы молчали, прижимая наши руки к животу и впервые ощущая движения нашего малыша. Мы все еще немного сомневались, но теперь сомнения отпали. – Я думал, многие матери не чувствуют ребенка вплоть до двадцать второй недели, – задумчиво произнес Эдвард.
– Некоторые чувствуют ребенка уже в шестнадцать недель, – проинформировала я его. За последние недели мы прочитали много книг, благоговея перед тем, что происходит внутри моего тела.
– Тебе ведь не больно? В смысле, что ты чувствуешь? – спросил Эдвард, выгибая шею и смотря на меня этими поразительными зелеными глазами.
Я обдумала это некоторое время, не зная, как точно описать чувства, испытанные мною при движении нашего замечательного ребенка, которого я не могла дождаться. – Нет, мне не больно. Просто странно. И это так необыкновенно… я так долго боялась, а сейчас больше не боюсь, – решительно сказала я. – Я люблю тебя, – прошептала я и поцеловала его в макушку.
Эдвард улыбнулся мне. – Я тоже люблю тебя, – прошептал он, а потом повернул голову и поцеловал мой живот. – И тебя, малыш, я люблю. Так сильно.

Срок: двадцать недель

Да, теперь это уже официально. Я была уже на половине срока и нуждалась в одежде для беременных. До этого времени я была упрямой, постоянно таская лосины и майки Эдварда, но мне пришлось встретиться лицом к лицу со своими страхами и пойти за покупками с Элис. К счастью, Эдвард шел с нами в попытке сдерживать и контролировать Элис.
– Я толстая! – расплакалась я уже в третий раз за день, и Эдвард с Элис подбежали ко мне.
– Ой, дорогая, это неправда! – Элис успокаивающе потерла мне спину, но я отвернулась к Эдварду и прижала лицо к его груди.
Он сразу же обнял меня. – Малышка, ты совсем не толстая. Ты беременна, ты должна набрать вес, чтобы ребенок родился сильным, здоровым и красивым. Мы же уже говорили об этом вчера ночью, помнишь?
Я кивнула, но не перестала плакать. – Я знаю… но я не хочу становиться толстой!

Срок: двадцать четыре недели

– Вы хотите знать пол ребенка, правильно? – спросила доктор Клируотер, и мы с Эдвардом быстро кивнули. Она рассмеялась и выдавила немного геля, размазывая его по моему животику. – Так, просто обязательная процедура… убедитесь, что вы делаете упражнения Кегля… и если ваши лодыжки опухнут, просто попытайтесь некоторое время никуда не ходить. И обязательно позвоните, если ваше лицо или пальцы опухнут, потому что это могут быть первые признаки преэклампсии.
Я кивнула, Эдвард положил подбородок на свои сложенные руки, и мы оба наклонились к экрану, но доктор продолжала говорить: – У вашего ребенка сейчас немного другое расписание сна и бодрствования, что можно объяснить, как танцы у вас в животе в два часа утра. О, и плод теперь уже отвечает на музыку, поэтому вы можете слушать разные жанры и понять, что ему нравится.
Мы снова кивнули, и доктор Клируотер рассмеялась. – Понимаю, что вам не терпится, так что давайте начнем, – мы с Эдвардом рассмеялись, и я покраснела, но была рада, когда доктор взяла датчик и приложила его к моему животу.
Как всегда я задержала дыхание, пока наш ребенок не появился на экране и четкий ритм его сердцебиения не раздался в комнате. Каждый раз я испытывала ужас, а потом несказанное облегчение, когда понимала, что этот ребенок будет.
– Все выглядит прекрасно, – пробормотала доктор. – Все еще немного маловат, но совершенно здоров. А сейчас… пол, – мы с Эдвардом улыбнулись друг другу, а потом доктор Клируотер показала на монитор. – Смотрите вот сюда, очень хорошо видно.
– Это… – Эдвард наклонился вперед и замолчал, улыбаясь мне.
– Мистер и миссис Каллен, мои поздравления. Через несколько месяцев в вашем доме появится красивый маленький мальчик.
Мы оба молчали, а потом Эдвард страстно поцеловал меня в губы. – Мальчик, – прошептал он в мои губы, улыбаясь так же широко, как и я. – У нас будет мальчик… – он в восхищении повернул голову к монитору и вытер слезу в уголке глаза. – Спасибо.