Глава 11. Озарение

Пламя вырывалось из огромного погребального костра, на котором лежало хрупкое на вид тело. Ее платье было выцветшего пурпурного цвета, оранжево-красные волосы были немного опалены, пока пламя поглощало ее. Рядом с костром неподвижно, словно статуя, стоял мужчина. По его щеками струились слезы, впервые в жизни он шептал молитву.

Не смотря на его обещание никогда не любить, Джеймс все-таки влюбился. Он всегда был таким холодным и невозмутимым, напрасно надеясь, что она возненавидит его. В конце концов, это было бы гораздо легче пережить, чем безответные чувства. Его желание исполнилось… но гораздо болезненней, чем он мог ожидать. Почти всеми забытая, Виктория бросилась к нему, закрыв его от пули, летевшей прямо в сердце. Она пожертвовала своей жизнью, чтобы спасти его, глупая девчонка.

Падали тихие слезы. Затуманенным взглядом он видел капли зеленого и коричневого, из которых был соткан окружающий лес, яркий оранжево-красный огонь, так живо напоминавший ему волосы Виктории. Было время, когда он сидел рядом с ней, пока она спала, и рассеянно поглаживал ее мягкие, непослушные волосы, случайно касаясь пальцем ее щеки. Однажды, он осмелел настолько, что оставил нежный поцелуй на ее мягких губах.

Пока Джеймс стоял там, глядя, как огонь поглощал все, что осталось от его любви, он вспомнил, как однажды отец сказал ему: «Сын, от сожалений нет лекарств. Ты не должен воспринимать все, как само собой разумеющееся, но с другой стороны, наслаждайся каждым моментом жизни, как благословением». Как правдивы эти слова! Множество вещей он воспринимал, как должное, и теперь сожалел, что не насладился ими сполна. Все, что осталось теперь от Джеймса это плотная оболочка с темной яростью внутри – глубокой ненавистью к тем, из-за кого он потерял то, что раньше никогда не ценил.

Месть… да… он отомстит за смерть Виктории, а затем отдаст свою жизнь небесам, чтобы присоединиться к ней. Раздумья успокоили его, уменьшив сердечную боль. Когда пламя погребального костра исчезло, оставив после себя только золу, мужчина достал небольшую сумку. Подойдя к потухшему костру, он наполнил сумку прахом Виктории. Он надеялся, что скоро присоединится к ней вместе с ее убийцами, или умрет, пытаясь отомстить за нее.

Солнце понемногу поднималось над горизонтом. Эдвард прислонился к балкону, его янтарно-золотые глаза пристально вглядывались в утреннее великолепие, он был погружен в раздумья. Последние три дня были для него хуже, чем ад. Когда Белла ушла, он чувствовал, будто жизнь покинула его. Ему хотелось рыдать, кричать и броситься за ней, обнять ее и никогда не отпускать, но его решение было непреклонным. Рядом с ним Белла будет в большей опасности, чем, если он позволит ей уйти.

Это разрывало его на части.

Эдвард уединился в своей комнате, где ее запах был сильнее, вдыхая его, будто это было для него важнее пищи или воздуха. Там он оставался, бездвижный, почти без сознания, когда несчастье поглотило его. Он содрогнулся, вспомнив то время. Эдвард поднял голову. Неподалеку от него, крепко уснув, лежала его милая Белла. На ее лице все еще была заживающая царапина, оставленная Джеймсом, но девушка никогда еще не была прекраснее, чем сейчас.

Его сердце внезапно остановилось, от того что он увидел тогда. Он вспомнил, как увидел ее стоящей на помосте рядом с Джеймсом, и меч Джеймса на нежной шее Беллы. Эдвард вспомнил ярость, которую тогда ощутил. Он ни за что не смог бы прожить без Беллы. Он понял это.

Так почему он не сказал ей о своих чувствах? Эдвард думал над этим вопросом дольше, чем мог посчитать. Он был почти уверен, что она отвергнет его чувства, так или иначе, или полностью, а пока он будет молчать. Может она не хочет любить? Может, она все еще напугана, думая о нем как о монстре, каким он и был? Эдвард покачал головой. У нее были все причины для этого. Он запер Беллу в своем замке против ее воли, планируя вначале оставить ее на съедение, несмотря на свое обещание, а потом, каким-то образом, все закончилось влюбленностью. Эдвард пытался исправиться в ее глазах, пробуя все, что было в его силах, но было не так просто забыть это. Никто не мог поверить в подобное.

Он вспомнил, что сказал ему Эмметт: «Признаться ей и покончить с этим». Одна его часть, более эгоистичная, не хотела это прекращать. Эдвард не хотел отпускать ее в мир, наоборот, ему хотелось связать себя с ней навечно. И он был достаточно эгоистичен, чтобы желать все сразу. Она с готовностью откажется от всего, и он ничего не получит.

Он все еще чудовище. Эдвард знал, к чему может привести его признание в любви. Он может разрушить свое проклятье, их семейное проклятье, если ее чувства будут взаимны. Проклятье распознает правду; если оно не спадет, значит, она подразумевала что-то иное. Глубоко внутри Эдвард все еще трусил. Конечно, он боялся! Он должен знать, если она скажет, что он милый и добрый. Эдвард не думал, что выдержит такой вариант отказа. Он даже не был готов к такому развитию событий.

Вдруг, теплые руки обвились вокруг его талии, горячее тело прижалось к нему, вырвав у него несдержанный вздох. Ему хотелось этого, Боже, он полюбил эту женщину; его сердце переполняла радость.

Эдвард быстро развернулся к своей красавице, к своей Белле, целуя ее, где только мог. Ее дыхание стало прерывистым, сердце неровно билось. Он усмехнулся исключительно от мужского самодовольства.
- Дыши, Белла, - прошептал он. Она нервно вздохнула.

Эдвард остановился, его глаза были полны страсти и блеска; ее глаза, широко распахнутые и затуманенные, смотрели на него со смесью смущения, любопытства и желания. Сердце Эдварда таяло и трепетало под пристальным взглядом Беллы – он тонул в нем, но ему было все равно. Не осознавая, что делает, Эдвард наклонился ближе к ней, наблюдая, как она в ожидании прикрыла глаза. Как же сильно он любит ее! Эдвард думал, как с легким прикосновением его холодные губы коснуться ее полных губ. Ее пьянящий цветочный аромат окутывал его, заставляя понимать и одновременно теряться. Аромат вызывал у него желание… страсть… потребность…

Внезапный пронзительный визг разнесся по замку. Белла испуганно отпрыгнула назад, вдруг понимая, что некуда было бежать, так как Эдвард каким-то образом прижал ее к стене. Его взгляд был рассеян, тело напряжено.

- Эдвард, - неуверенно позвала Белла,

Медленно его взгляд прояснился. Ругательство чуть не вырвалось у него на двадцати с лишним языках, которые он знал. Его руки обнимали Беллу. Откуда-то доносились звуки борьбы и ломающейся мебели.

- Джеймс привел сюда горожан. Не из Форкса, других доверчивых горожан. Карлайл, Эсме, Элис, Джаспер, Эмметт и Розали удержат их, чтобы дать нам время спрятаться, - голос Эдварда был мягким, хорошо скрывая его эмоции. Хотя его глаза выдавали страх и беспокойство.
- Джемс хочет, чтобы один из нас поплатился за Викторию, - последнее было произнесено едва слышно.

Он попытался увести ее, спрятать в тайной части замка; спасти, чтобы она могла жить. Белла даже не пошевелилась. Она знала, что он делает; она ненавидела это. Вполголоса она произнесла: «Эдвард Каллен. Если ты хоть на секунду подумал, что я позволю вам отдать свои жизни Джеймсу, чтобы я могла спастись, то подумай о другом». Она почти улыбнулась. Во второй раз она скажет это. Время остановилось. Когда Белла заговорила, в ее глазах появились слезы.
- В первый раз я не смогла сказать это. Произошедшее помогло мне понять кое-что: я не могу жить без тебя. Ты не можешь оставить меня… это убьет меня… - ей хотелось удариться головой из-за своего эгоизма. Его семье нужна его помощь, а пока… пока…

Глаза Эдварда потемнели после ее слов. Он неподвижно стоял… так тихо; едва дыша. А затем он вздохнул. «Я провел нас через ад, заставив тебя уйти. Я не могу снова так поступить», - он пристально смотрел в ее глаза; его глаза были полны нежности и любви. Эдвард наклонил голову, сокращая расстояние между ними. Без предупреждения он подхватил Беллу на руки и помчался по замку с невообразимой скоростью. Двери тихо распахивались, словно открывались невидимой рукой; мелькали стены. Роспись на стенах выглядела привычной и знакомой.

Он распространял шлейф их запаха, чтобы их сложнее было найти. Эдвард внезапно остановился у глухой стены. Это позволило Белле понять, что картина, висевшая там, сдвинута. Эдвард трижды нажал на кирпич, и в стене появилась узкая щель. Он расширил ее, показавшаяся скрытая дверь быстро захлопнулась за ними. Узкий проход продолжался несколькими полутемными проходами, затянутыми паутиной.

Молча, он повел ее по одному из проходов, петляя по лабиринту, пока Белле не показалось, что они прошли мимо одного и того же места раз семь. Как только она собиралась сказать об этом, Эдвард остановился. Он толкнул еще одну стену, и открылась дверь, ведущая в светлую, уютную комнату. Дверь захлопнулась, показывая сплошную стену. Белла никогда бы не догадалась, что там была дверь, если бы не вошла через нее.

- Здесь мы в безопасности… Джеймс ни за что не найдет нас. Только моя семья и я сможем узнать, какая комната занята, - он глубоко вздохнул. – Теперь мы подождем.

Он не издал больше ни звука. Наоборот, Эдвард погрузился в глубокую тишину. Белла крепко обняла его сбоку, ощущая временами, как он напрягался и расслаблялся, и, испытывая невероятное чувство вины, за то, что он подхватил ее.

А затем Эдвард упал, хватаясь за голову и съеживаясь на роскошном полу, словно от невыносимой боли. Его глаза были зажмурены, а руки бесцельно тянули за волосы, как будто действительно пытались уменьшить боль. Потрясенная, Белла бросилась на колени возле него, ее руки беспомощно порхали по его телу, стараясь найти причину его страдания.

- Эдвард? Эдвард, что случилось? Говори, - плакала она.

Он что-то несвязанно зашипел… что-то звучавшее как «Джаспер». А затем он исчез. Ни с того, ни с сего, он пропал. Дверь в комнату была приоткрыта, была видна щель в стене. Белла не выдержала. Она надеялась, что он позаботится о ней, ответит ей взаимностью. Пока же его семья была более ценной, чем она. Белла знала, что это будет безрассудством, но она не может не помочь. Она мечтала, что, возможно, присоединится к его семье. Она хотела быть с ним и ничего другого. А пока…

Решившись, она вытерла слезы. Ей недолго испытывать чувство вины. Она пожертвует собой ради Эдварда. Лучше пусть умрет она, чем Эдвард! Если такое возможно, то ей не хочется сталкиваться с этим.

Спотыкаясь, Белла пошла из комнаты длинной дорогой Эдварда по темному лабиринту коридоров. Случайно или благодаря удаче, она нашла другую дверь и открыла ее. Внешний коридор был ярким, освещенным солнечным светом. Она нашла дорогу на крепостной вал. В отдалении была схватка, в воздухе разносилось звучание похожее на перезвон колокольчиков, только не такое очаровательное.

Белла бродила вдоль башен замка, ее ум был удивительно чист. Она чувствовала, словно ходит во сне – во сне, в котором опасность кажется такой нереальной. А потом она увидела это. Она увидела их, сражающихся на мечах на вершине остроконечной башенки. Джеймс достал свой черный обсидиановый меч. Эдвард уклонялся, будто танцуя, с поразительной грацией блокируя каждое движение. У одного было оружие, у другого ни с чем несравнимая скорость. Опасный танец – малейшая ошибка могла стать фатальной. Разум Беллы еще не прояснился. Солнце исчезло за облаками. Кожа Эдварда слабо сверкала. Джеймс и его черный меч поглощали весь окружающий свет.

Не сознавая, что она делает, Белла подошла ближе. Дорожка свернула в проход, ведущий к высокому шпилю. Белла повернула, не отводя взгляда от схватки. Все мысли разбежались, осталась только одна: если все проиграют – ей суждено умереть, если нет – она раскроет свою самую заветную тайну и будет надеяться на лучшее.

Она вошла в безмолвную башню, бесшумно поднимаясь по винтовой лестнице. Башня была гораздо выше и больше, чем думала Белла – один человек мог бы станцевать на ее вершине и не упасть. Лестница заканчивалась по другую сторону от шпиля, и была почти скрыта из вида. Эдвард выругался, едва она поднялась наверх. Он знал, что она была здесь; и знал, что она собирается сделать. Джеймс не заметил ее... по крайней мере, пока. Разум Беллы все еще пребывал во сне.

Белла внимательно следила за их фехтованием. Джеймс был хорош, но Эдвард был лучше. Их танец был удивительно тихим, но, несмотря на это, напряжение между ними было весьма осязаемым. Меч вертелся и кружился, Эдвард уклонялся и блокировал, изредка заставляя Джеймса спотыкаться. Бой ускорялся, словно каждый знал, что конец схватки уже близок. Тишина была недолгой. Послышались мужские хрипы, но они оба двигались слишком быстро, чтобы Белла могла за ними уследить. А затем все закончилось. Вспышка черного света, и Эдвард держит меч Джеймса у его шеи. Джеймс затих, его глаза сузились от ярости и агонии, он пристально смотрел туда, где пряталась Белла. Джеймс тяжело засмеялся.

Твоя ловкость значительно превосходит мою, но у всех есть слабости, - громко объявил он. Глаза Эдварда сузились, но он не ответил.
- Вон там твоя возлюбленная сомневается в себе и в твоем мастерстве, - продолжил Джеймс. – Ты уже должен был убить меня, но пока не сделал этого. К чему в пустую тратить время?

Взгляд Эдварда ожесточился, но он все еще не отвечал. Джеймс снова рассмеялся: «Ты тоже в себе сомневаешься, не так ли?» Из своего укрытия Белла видела небольшие перемещения Джеймса. Эдвард был неподвижен – застывший и напряженный. Внезапно Джеймс ударил снизу, так что сабля взлетела в воздух. А затем он вытащил кинжал из своего сапога и, изящно повернувшись, ранил Эдварда. Белла задохнулась, окаменев, но Эдвард не закончил… он легким движением подпрыгнул вверх, поймав вращающийся меч за рукоять, и перерезал Джеймсу горло. Эдвард ударил мечом по земле и тяжело оперся на него, пока Джеймс медленно падал со слабой улыбкой триумфа на губах.

Как будто оттаяв, Белла бросилась к Эдварду, который упал на пол.
- Эдвард! – рыдая, звала она. – Не умирай… пожалуйста, не умирай! С тобой все будет в порядке, с тобой все будет хорошо…
Эдвард улыбнулся.

- Я сказал тебе спрятаться, - упрекнул он Беллу. Эдвард слабо провел ладонью по ее мокрым щекам. – Но я рад, что ты пришла. Знаешь, я люблю тебя? Ты давно заполучила мое сердце. И будешь владеть им.

- Я тоже люблю тебя, - запинаясь, ответила она. – Ты украл мое сердце, а я даже не заметила! Какая беспечность с моей стороны.
Белла рассмеялась, хотя ее смех звучал притворно. – Но я не хочу возвращать мое сердце обратно. Никогда не захочу.

Эдвард счастливо улыбался, когда темнота поглотила его.

__________________________
Перевод и редактура: Tatka
Мы почти дошли до финала. Осталось совсем немного. Спасибо, что так терпеливо ждали новую главу!
Ждем Вас на форуме.