Весь путь к Вольтерре картинки с Беллой продолжали владеть моим разумом. Она смеялась, плакала и краснела, её глаза мерцали, сияли, пристально глядели и уклонялись, когда я смотрел в них. Были картинки, изображающие её, когда она в первый раз увидела меня на солнце, как она прикусывала губу, как смотрела на меня взглядом, полным любви, как спала ночью, как спотыкалась на школьной парковке, как спускалась по лестнице в платье для выпускного бала, как произносила моё имя и как тянулась ко мне для поцелуя.

Я с радостью принимал все образы, что всплывали у меня в памяти. Они проигрывались в моей голове, проникали в моё сердце и пробивали в моей груди зияющую дыру. Лишь одному вновь пришедшему изображению я был не рад. Я не был свидетелем этих событий. Это было порождением темных уголков моего ума. Я пытался оттеснить его, но время от времени оно выскакивало и вклинивалось между счастьем, заботой и любовью на картинках, бережно хранимых в моей памяти.

Этим нежелательным изображением была Белла, прыгающая со скалы. Каждый раз, когда я видел ее, я чувствовал новую боль, которая рвала на части моё мертвое сердце, знающее, что она никогда не вернётся в мою жизнь из-за этого рокового поступка. Иногда я тоже был на той картинке, протягивающий руку, чтобы остановить её, чтобы спасти её, поскольку я обещал сделать это, но каждый раз терпел неудачу. Мой ум и сердце знали, что я подвёл её. Когда она так нуждалась во мне, меня не было рядом. Когда нужно было спасти её, я не смог. И теперь нельзя исправить эту ошибку. Я должен понимать, что потерял самого дорогого, самого важного человека в своей жизни. Единственный человек, которого я когда-либо любил, ушёл и я никогда не смогу вернуть её.

Но одна крошечная надежда всё ещё была в моём уме. Я старался не слишком надеяться на это, но она во мне тлела. Слабая надежда на то, что Карлайл был прав, и я снова увижу Беллу после того, как Вольтури уничтожат меня. Все, что мне оставалось делать, это уповать на то, что они сделают то, о чём я их попрошу. Но я не особо надеялся, потому, что вероятнее всего, что прав был я, а не Карлайл.

Я скрывался от всех в этой стране, так не похожей на Форкс. Доверяясь инстинкту и избегая солнца, я путешествовал ночью. Никто не будет знать, что я здесь, пока не доберусь до Вольтерры и не поговорю с Вольтури.

А если Вольтури откажут, что же мне делать? Скорее всего, придётся сделать что-нибудь, что раскроет их секрет. Я смогу их заставить. Они должны будут воспринять мое желание серьезно. Сначала у меня был план массового убийства, но я знал, что это огорчит Карлайла. Ещё была идея о том, как я покажу свою силу, подняв автомобиль и бросив его на глазах у толпы, но это было сильной стороной Эмметта. Затем, мне пришла в голову мысль о нападении на одного из охранников. Я думал, так будет проще. Довести его до безумия так, чтобы он захотел разделаться со мной. Так и прошло мое время по пути в Вольтерру. Маленькая часть моего разума строила планы и альтернативы к ним, а большая часть моих мыслей опять сосредоточилась на Белле.

Я смутно помнил, как я прятался в чаще леса, избегая всех после событий того рокового дня. Воспоминания снова атаковали мой разум. Я мог чётко слышать, как она сказала:

- Я… больше… не нужна тебе?

Это не было вопросом, это была констатация факта, и её слова рвали меня на части. Чувства бушевали во мне, но внешне я оставался хладнокровным и ответил:

- Нет.

Её принятие этого простого слова разорвало моё сердце пополам. Как она могла поверить в это, как я позволил ей поверить этому!

Я помнил, как удивился её спокойному ответу:

- Что ж, это всё меняет.

Я немедленно хотел узнать, что именно это меняет, что, по её мнению, изменится. Я не был уверен в том, что она имела в виду.

Чтобы заверить её в том, что я её люблю, я сказал:

- Конечно, я всегда буду любить тебя… в любом случае.

Я особо выделил это, поскольку действительно не смогу перестать любить её, даже если бы оставил. Я так пытался облегчить это для неё. Я правда хотел сделать как можно лучше. Я повторял себе, что не дам слабину и не допущу вырваться правде наружу. Когда я сказал ей:

- Ты недостаточно хороша для меня.

Она не ответила и я больше, чем когда-либо хотел знать, о чём она думает. Я думал, что она будет спорить со мной, но она была тиха и только несметное количество эмоций сменялись на её лице. Я знал, о чём она думает, но не мог услышать. И когда она наконец ответила, то это потрясло меня.

- Если...ты этого хочешь.

Она казалась настолько потерянной и сломанной, что я собрал все силы, чтобы не отступить и мой кивок служил ответом.

Стало хуже, когда она поняла, что Элис тоже не вернётся. Она вздохнула:

- Элис не вернётся, - и это было так красноречиво! В её голосе была потеря и недоверие, когда она спросила:

- Элис ушла?

С каждым словом, произнесённым ею, мне было всё тяжелее покинуть её, но я знал, что отъезд был наименьшей жертвой, которую я мог принести для неё. Я искренне верил, что её жизнь будет полнее и богаче без моего присутствия в ней. Я в последний раз поцеловал её, перед тем как сказать:

- Береги себя, - и был счастлив, что я не человек, иначе бы заплакал. Подобное расставание разрывало меня на части, но я не должен был показать, как это действовало на меня. Правда была в том, что я был недостоин её, а не наоборот. Я говорил это ей много раз, но она всё время отвечала, что это её не волнует, но её мнение не меняло правды. Её жизнь была бы гораздо лучше без меня.

Я понимал, что не смогу обернуться, ведь она увидит, как дыра в моей груди рвёт меня на части. И эта дыра, с тех пор как я ушел от нее, разрослась до невероятных размеров. Оставляя её одну на краю леса, я утешался лишь тем, что знал - она могла видеть свой дом и не заблудится в лесу.

Как бы в это ни трудно было поверить, Белла полагала, что я её не любил и она не нужна мне. Как она быстро поверила в невероятное! Разве я неоднократно не говорил ей, как сильно её люблю? Всё же убедить её в том, что я не любил её, почти не заняло времени. Я никогда не забуду тот взгляд, каким она посмотрела на меня, когда я сказал, что она «не нужна мне». Её выражение лица и поведение полностью изменилось. Я никогда не избавлюсь от этого воспоминания. Именно с ним я встречу свою смерть.