Я смотрел телевизор в гостиной, в тайне надеясь, что Белла вернется рано, и я смогу еще раз подействовать на нервы Джулиану своей полуобнаженностью. Его слишком легко вывести из себя, и у меня, похоже, развилась склонность это делать. Где-то глубоко внутри себя я знал, что поступаю неправильно. Это непременно кончится плохо, но, проклятье, я должен напоминать ему, что Белла моя… Моя? Я нахмурился, отметив собственный выбор слов. Я имел в виду, что Белла ближе ко мне. У меня возникло странное чувство, поднимающееся откуда-то изнутри. Я не мог понять, какое именно, но ощущение точно было не из приятных. Я несколько раз сменил позу, пытаясь устроиться поудобнее, но надо мной властвовало волнение, взявшееся из ниоткуда. Я услышал, как открывается дверь, поэтому поблагодарил Господа за возможность отвлечься и обернулся через плечо, чтобы узнать, пришел ли Джулиан. Мне больше не хотелось его дразнить. Я вообще не желал его видеть.

Все было забыто, когда я увидел свою лучшую подругу, входящую в квартиру абсолютно уничтоженной. Я мгновенно вскочил с дивана и, сильно взволнованный, оказался рядом с ней. Я бегло осмотрел ее на предмет физических повреждений, но на вид все было в порядке. Две ноги, две руки, никаких ужасных ран или крови, капающей на пол.
- Белла, что случилось? – Ее одежда была грязной. Вероятно, некоторое время она шла под дождем. Я заключил девушку в крепкие объятия. Она была вся мокрая и замерзшая. С насквозь промокшими волосами и красными глазами она напомнила мне Беллу-подростка, которая разбудила меня посреди ночи, чтобы поделиться тем, что ее родители разводятся. Она все еще не проронила ни слова. Я немного отстранился, надеясь, что выражение ее лица даст мне больше информации. Ее красивые карие глаза умоляли меня оставаться спокойным и быть терпеливым. Я понимал, что Белле потребуется время, чтобы рассказать мне о произошедшем. Что бы ни случилось, это, без сомнения, было что-то плохое. Во мне разрастался гнев от высокой вероятности того, что к этому был причастен Джулиан, но, несмотря на то, что моя интуиция кричала, что он и есть главный виновник, я не мог быть в этом уверенным, пока она сама мне не расскажет.

Я отнес девушку в ее спальню и переодел в сухую одежду. Ощущение соприкосновения ее холодной кожи с моим обнаженным торсом заставило меня вздрогнуть, поэтому я подумал о том, чтобы надеть футболку, но был не способен оставить Беллу одну ни на секунду. Я нашел компромисс, обернув нас обоих большим одеялом. Она по-прежнему молчала, но я не давил на нее. В моменты бесконечной грусти Белла всегда вела себя одинаково. Она не могла сразу высказать, что ее беспокоит, сначала ей требовалось сформировать свое собственное мнение о событиях, иначе она просто сломалась бы. Что бы то ни было, это сводило меня с ума. Мне необходимо было знать, что произошло, чтобы справиться с ситуацией.

Наконец, Белла заговорила, и я внимательно ее слушал. Я пытался поддержать ее и понять причину расстройства. Я узнал, что Джулиан обвинил девушку в том, что она обманывает его со мной. Мой гнев возрос в десятки раз. Она была так задета и ошеломлена, что мне захотелось убить этого подонка. Я примерно понял детали истории в течение первого получаса, когда она плакала навзрыд в моих объятиях. Становилось все яснее, что случилось, и я понял, что дело касалось не только Джулиана. Все, что он сказал ей, на самом деле было глубже, чем казалось на первый взгляд. Вся клевета, что люди говорили между собой годами, нашла отражение в глазах Джулиана. Для нее одной это было слишком много, поэтому я буду рядом и разделю с ней эту ношу. Я всегда был и буду на стороне Беллы. Так что пускай хоть все вокруг считают нас друзьями с привилегиями, любителями дружеского секса, или как там еще они это назвали. Мне все равно. Однако Белла гораздо более чувствительна к таким вещам. Я хотел бы оградить ее от окружающего мира, чтобы я мог гарантировать, что она никогда не почувствует что-либо, кроме счастья. Обычно у меня хорошо получалось защищать ее, но в этом случае, увы, я потерпел неудачу.

По мере продолжения истории я не мог отделаться от мысли, что мои глупые выходки на прошлой неделе, возможно, отразились и на Белле. Я все еще думал, что Джулиан – мерзавец, но мысль о том, что я мог быть частично причастен к тому, каким ужасным оказался ее вечер, разрывала мне сердце. Я мог бы вечность мучиться чувством, что, возможно, какая-то ее часть обвиняет меня в том, что произошло. Я должен был знать точно.
- Беллз, ты думаешь, это мое поведение повлияло на его мнение? Быть может, я был слишком… - Но она накрыла мой рот своей маленькой ручкой, заставляя замолчать. Девушка забралась ко мне на колени, внимательно вглядываясь в мои глаза.
- Эдвард, ты не сделал ничего плохого. Ты понимаешь меня? – Я кивнул в ответ на ее тон, не терпящий возражений. Это была самая длинная фраза, которую Белла произнесла, не захлебываясь в слезах. Она спрятала лицо, уткнувшись в мою шею, и вздохнула.
- Я должна остановиться – ты вот-вот утонешь в моих слезах, - сказала она, пытаясь пошутить.
- Все хорошо, ты же знаешь, у меня гены губки, - шутливо ответил я.
- Ты всегда оказываешься именно тем, кто мне нужен, - торжественно заявила она. Я осушил слезу на ее скуле поцелуем.
- Мы просто заботимся друг о друге, Беллз.
Мое сердце заколотилось в груди. Господи, я хотел, чтобы она всегда улыбалась. Я снова занервничал. Я не знал, что делать, и ко мне вернулось беспокойство.
- Мне нужен очень горячий душ, - прервала она мои мысли, и я кивнул. Ее тепло быстро покинуло меня, и мое тело охватила дрожь. Она взяла свое любимое полотенце и отправилась в ванную. Я бродил по кухне, пытаясь распознать источник своего внутреннего беспокойства, и расстроился, ничего не обнаружив.

Когда я услышал стук в дверь, я и представить себе не мог, что, открыв ее, обнаружу там его. «Похоже, он решил умереть», - подумал я, когда впился взглядом в Джулиана, как ни в чем не бывало стоящего в коридоре. Я резко перегородил вход рукой, не позволяя ему войти.
- Что ты здесь делаешь? – Мой голос был тихим, но угрожающим. Я был готов его ударить. В этот момент я был как никогда близок к этому. С другой стороны, я не хотел, чтобы Белла знала, что он здесь.
- Я хочу с ней поговорить, - сказал он, делая попытку попасть внутрь.
- Только через мой труп, - прошипел я. Я вышел в коридор, закрывая за собой дверь.
- Это можно устроить, - дерзко ответил он. Я захихикал.
- Не льсти себе. Единственная причина, по которой ты до сих пор стоишь, состоит в том, что вид твоей крови на ковре может расстроить ее.
- Дай мне с ней поговорить.
Окей, он действительно не понимает. Я мог либо затеять ссору и выбить из него всю дурь, либо быстро избавиться от него, надеясь, что Белла еще в душе. Со вздохом я решил остановиться на втором варианте, хоть и менее привлекательном, но все же более благоприятном для нее. Она не выносила физическое насилие. Я всегда мог поймать Джулиана позже.
- Сейчас не время. Если она тебе по-настоящему дорога, ты дашь ей то пространство, в котором она нуждается. – Я надеялся, что он чувствует себя достаточно виноватым, чтобы последовать моему вполне логичному совету. Он съежился, но развернулся к выходу.
- Быть может, сегодня вечером я повел себя как идиот, Каллен, но ты для нее ничем не лучше меня. Черт, ты даже не понимаешь, что имеешь, - презрительно усмехнулся он, скрываясь за углом. Я выждал немного, чтобы успокоиться, и вернулся в квартиру. Я с облегчением услышал звук все еще льющейся воды и вздохнул, до этого не осознавая, что задержал дыхание. Я решил приготовить что-нибудь поесть, но быстро отмел эту идею. Белла сейчас слишком возбуждена, чтобы принимать пищу. Вероятно, она захочет пойти спать. Мне действительно потребовалась минута, чтобы собраться с мыслями и понять, почему мое сердце так сильно болит.
Моя подруга вышла из ванной и выглядела красивее, чем когда-либо прежде. И настолько ранимой, что это просто убивало меня. Мы устроились на кровати, но она не могла заснуть.
- К черту любовь. – Она вздохнула.
- Да, к черту, красавица. – Я нежно поцеловал ее в макушку. Сегодня вечером она выглядела особенно хрупкой в моих объятиях.
Мы смотрела друг другу в глаза, безмолвно поддерживая друг друга, и я позволил воспоминаниям окутать меня.
---------------
- К черту любовь, – заявила девочка-подросток с темными волосами и скобками на зубах худому, но при этом красивому мальчику с волосами цвета меди. Они лежали лицом друг к другу на его кровати. Она плакала, но ничто не могло утешить ее так, как присутствие Эдварда. Белла ненавидела своих родителей. Особенно, свою мать. Так бросить ее и ее отца было ужасно.
- Да, к черту, - порывисто согласился мальчик. Девочка кивнула. Он прошел через нечто подобное. В конце концов, его мать тоже сбежала, и это убило его отца. Она задрожала от мысли, что это может произойти и с Чарли. Мальчик почувствовал ее опасения и крепко обнял.
- Я хочу никогда не влюбляться, - заявила девочка так, будто давала клятву.
- Я не думаю, что когда-нибудь смогу, - серьезно отозвался мальчик, взяв девочку за руку.
- Так или иначе, все это чепуха. Любовь причиняет боль. Мы никогда не сделаем больно друг другу, - добавила она.
- Мы лучшие друзья, это гораздо лучше, - с уверенностью ответил тот.
- Надеюсь, это никогда не изменится. – Белла вздохнула.
- Конечно, Беллз. Лучшие друзья навсегда, - пообещал Эдвард, глядя ей в глаза. Она верила ему. Он всегда был бы рядом, а любовь… что ж, любви придают чрезмерно большое значение.
- Лучшие друзья навсегда. – Она перевела дыхание и просто наслаждалась моментом, жизнь снова стала прекраснее.

Эту главу перевела для вас Заяц_90 при помощи и поддержке Минипуты

Будем рады, если нам составят компанию на ФОРУМЕ