Глава 1

Когда ты говоришь: "Это как кино", ты сводишь меня с ума,
Потому что жизнь подражает искусству.
Если я стану немного красивее, могу я быть твоей малышкой?
Ты говоришь мне: «Жизнь не так сложна».

Lana Del Rey - Gods and Monsters

Я сижу спиной к углу стола и наблюдаю за ней. Ее грудь едва вздымается, а ноги дрожат. Она теряет слишком много крови, но я не могу заставить себя перенести ее.

Я наблюдал, как искра уходит из ее глаз, ее палец соскользнул со спускового крючка. Она бы сделала это, это было все, в чем я нуждался. Подтверждение, понимание того, что причиной тому был я.

Я забрал пистолет из ее руки. Ее тонкая кожа, такая бледная и холодная вопреки моей. Она была в секундах от исхода. От нашего исхода. От моего исхода.

Она истекает кровью. Ее живот покрыт и пропитан ею. Но я не могу остановить себя от путешествия моих пальцев по нему, рисуя узоры ее кровью. Надеюсь, она чувствует мои прикосновения на себе.

Джаспер на полу. Его голубые глаза широко открыты, я не могу помочь, но я улыбаюсь ему. Я знаю, что он увидел, когда открыл дверь. Не может быть, что он не узнал ее. Эта улыбка, эти темно-карие глаза.

Она наркотик. Мой наркотик. Зависимость, от которой ты не можешь отказаться.

Изабелла была его лишь однажды. Только одно мгновение, но я знаю, он никогда не забывал ее.

Это лицо, эти губы.

От нее совершенно захватывает дух, когда она улыбается. Ее глаза щурятся, а носик сморщивается. Она заставляет боль уходить. Она заставляет вещи казаться проще. Она дает мне покой, который кажется, навсегда потерян для меня.

И несмотря на то что его мертвые пальцы сжимали ее однажды, я победил. Сердце, стучащее в ее груди, биение тихого мелодичного мотива было предназначено лишь для одного человека - меня. Она моя. Она всегда была моей.

- Эдвард! - Карлайл едва не ломает дверь. В его серых глазах стоят слезы, его трясет, когда он пристально смотрит на пол, на мои колени. - Она…

- Она жива, - я пересаживаюсь, и она хнычет. - Мне нужно, чтобы ты помог ей.

Скальпель до сих пор воткнут в мою грудь, пульсирующая боль служит напоминанием, как близко она была к тому, чтобы пронзить мое сердце. Если бы она не лежала на полу в собственной крови, я бы сжал ее в объятьях, притянув к своей груди. Это было чертовски прекрасное время, когда она злилась. Раскрывая мне женщину за маской, которая, я знал, скрывалась там.

- Ее раны неглубокие, но она потеряла много крови, - я поднимаю свои руки, все в ее крови, капающей на пол.

- Боже, Эдвард, она могла умереть. - Он быстрым шагом направляется к нам и останавливается.

- Она умрет, если ты не прекратишь пялиться. - Если умрет она, умрет и он.

Он переводит взгляд на меня, и я знаю, что он видит в моих глазах. Я убью его в случае ее смерти. Я бы убил его жену, его сестру. Я бы убил каждого, кто прикасался к ней. Кто причинял ей боль. Кто смотрел на нее неподобающе. Выглядел, как она.

Он быстро направляется к столу вместе с ней, позволяя мне встать. Я пинаю Джаспера своим ботинком.

- Я должен сделать что-то с этим.

Карлайл едва ли смотрит вниз, пока я стою над телом. Он всегда был на моем пути. Если бы я знал, находясь с Изабеллой, что был хоть какой-то способ по-настоящему избавиться от него, то я спланировал бы это еще несколько лет назад. Теперь у меня есть тело, которое нужно убрать, и немного времени, чтобы сделать это.

- Ты сделал это?

- Ты бы поверил, если бы я сказал, что это была она? Все, что понадобилось, это Джаспер, не желающий помочь мне, - я смеюсь, ощущая переполнявшую меня гордость за действия своей девочки, когда перешагиваю через тело Джаспера.

- Здесь мой набор инструментов под столом, - я машу рукой, в то время как Карлайл начинает очищать ее рану. Чем больше он прикасается к ней, тем сильнее начинают сжиматься мои кулаки, и я отвожу взгляд.

Я знаю, ему необходимо делать это. Чтобы он мог спасти ее. Но это не останавливает мою жажду сломать ему шею.

- Тебе нужно вытащить его, - Карлайл смотрит на скальпель, торчащий из моей груди, пока он ищет что-то в моей сумке с инструментами.

- Не сейчас, - я запускаю руку в карман своих брюк и вытаскиваю сигарету. - Мне просто нужен кофе.

- Нет, мне нужна твоя помощь. У тебя нет анестезии, и это разбудит ее. Ты будешь держать ее руки, чтобы я мог работать.

Ебать. Я зажег сигарету, покрытую ее кровью, и уставился на дым, тянущийся над ее телом.

- Подготовь ее, пока я курю. - Я знаю, он недоволен, но он понимает, что будет неправдой подумать, что я не забочусь о ней. Мне просто нужна минута.

- Поговори со мной, Эдвард.

- Она пришла увидеться со мной, - я ворчу, качая головой. - Зачем, мать твою, она бы стала делать это?

- Черт возьми. - Он трясет головой, пока тянет лампу ближе к ее животу.

- Да, - я затягиваюсь, наслаждаясь жжением, пока дым стремительно проходит в мое горло. - Она приходила в тюрьму много раз, но она никогда бы не сказала мне.

Она бы пришла увидеться со мной, только для того, чтобы Чарли или один из его тоскующих лакеев отговорили ее от этого. Я всегда задавался вопросом, что происходило в ее голове, когда она поставила свою подпись в журнале с моим именем. (п.п: скорее всего здесь имеется в виду, что Белла заполняла какие-то документы для того, чтобы навестить Эдварда в тюрьме.)

- Предполагалось, что ты оставишь ее в покое, Эдвард.

Он поворачивается ко мне, и я могу видеть в нем доктора и отца, борющихся друг с другом.

С одной стороны, он хочет защитить меня. Защитить ее. Защитить нас друг от друга.

С другой стороны, он хочет, чтобы я был счастлив.

Я хочу сказать ему и как доктору, и как отцу отвалить, чтобы он не вмешивался в мои дела, как и обещал.

- Я СДЕЛАЛ ЭТО!

Пила со стуком бьется о стену напротив нас.

- Я знаю, ты любишь ее. Но это неправильная любовь, это не то, как ты должен любить ее. Ты ушел, чтобы защитить ее, Эдвард. Тогда какого черта ты вернулся туда?

- Я не могу держаться на расстоянии от нее. Я как какой-то озабоченный наркоман рядом с ней. Она имеет какую-то гребаную силу надо мной, Карлайл, - я смеюсь, моя сигарета свисает из моего рта. – И самое худшее? Она даже не догадывается об этом.

Если бы она догадывалась, я был бы в беде.

- Ты должен отпустить ее на этот раз. Я могу забрать ее с собой в больницу и дать ей надлежащее лечение. Но ты должен уйти, оставить это место.

Я понимаю, он думает, что знает, как лучше для нее, как помочь ей, но он ошибается.

- Нет. Я не могу сделать это, – я сжимаю пальцы вокруг раны, которую она оставила на мне, наблюдая, как кровь оставляет следы на моей груди и на моей татуировке. Ее татуировке.

- Ты можешь. Ты просто не хочешь.

Точно.

- Ты не мог бы принести мне немного кофе, ладно? – я тру своими ладонями глаза, мечтая, чтобы он поторопился, мать твою.

- Твоя жена умирает на этом столе, и это все, о чем ты можешь думать? – он зол, и я не виню его.

Я пожимаю плечами. Конечно, она всегда занимает все мои гребаные мысли, но это кофе.

Я просыпаюсь ради Изабеллы. Я чувствую ее вкус на своем языке, когда ее нет рядом, и я слышу ее, когда она не говорит. Она всегда … всегда, блядь, со мной. Она голос в моей голове, говорящий мне, что я лучше этого.

Та, которая сопротивляется каждому моему решению.

Она целует меня. Любит меня. Ненавидит меня.

Она всегда со мной. Всегда.

Я хватаю бутылку спиртного, которую я спрятал здесь, и выливаю ее на мою грудь, надеясь, что это убьет любую инфекцию и отвлечет меня.

- Ублюдок! - с большим трудом я вытаскиваю скальпель, наблюдая, как металл приземляется на пол у моих ног.

- Ты просто наслаждаешься болью?

Я смотрю в его глаза и вижу горящую в них злость, но он успокаивается, когда поворачивается обратно к Изабелле.

- Выкинь сигарету и помоги мне, прежде чем она умрет.

- Убьешь ее, и я убью тебя. – Я шагаю по бетону в освещенный конец комнаты. Сделав большой глоток из бутылки, я приближаюсь, чтобы помочь.

- Хорошо. Мне нужно, чтобы ты просто следил за ней. Не отводи от нее своих глаз, потому что она будет кричать, и ей будет больно. – Я задерживаю свой взгляд на нем, напоминая себе, что он помогает, что если я убью его, она не выживет.

Я прикасаюсь своими пальцами к Изабелле, притягиваю ее голову и целую холодные губы.

- Я должен сделать это.

- Мне только нужно, чтобы ты сконцентрировался на ней, не на мне. Помни, я помогаю ей, хорошо?

Я знаю, он беспокоится, что я убью его. Возможно, я сделаю это.

- В любой другой день, но не сегодня.

Он делает глубокий вдох и кивает мне, прежде чем поднять иглу. Я смотрю в ее распахнувшиеся глаза, из которых льются слезы, пока она бродит взглядом по комнате. Она напугана и кричит, голос надрывается, в то время как ее пальцы сжаты моими.

- Я держу тебя, малышка. – Я прижимаюсь своей щекой к ее щеке, целуя ее, нашептывая ей в ухо обещания, что я буду заботиться о ней, и позволяя ее крикам пронзать мою душу.

- Только не прекращай ее держать.

Я хочу оттолкнуть его от нее, по мере того как ее слезы оставляют разводы на моих щеках. Но я продолжаю держать ее, зная, что она может причинить себе боль.

- Просто слушай мой голос. Мы будем вместе, ты и я, - говорю я, слыша, как ее крики переходят в молчаливые всхлипывания. – Карлайл все исправит. Потом это будем только мы. Как мы и планировали.

Карлайл где-то на заднем плане, изо всех сил пытается успокоить ее. Я знаю, что он сделает все возможное, чтобы помочь ей, чтобы она была в безопасности.
Он больше беспокоится о ней, чем о ребенке, которого вырастил. Я не могу ненавидеть его за это.

Особенно сейчас.

- Ты почти готова, - говорю я, надеясь, что это, черт возьми, помогает. С каждой слезой я могу чувствовать, как на одну трещину в моем ледяном сердце становится больше. Это заставляет мой инстинкт убийцы расти.

К тому времени, как Карлайл заканчивает сшивать ее внутренности, мои пальцы, которые так крепко обернуты вокруг ее пальчиков, начинают гореть.
Я даже не уверен, кто из нас, она или я, желает причинить боль другому, а может быть, и мы оба этого хотим.

Добро пожаловать в продолжение истории, которая запала вам в душу:) Вы не ожидали? А мы все-таки решились на перевод и надеемся, что вы составите нам компанию в этом безумном/страшном/увлекательном путешествии:)
Благодарю замечательную Аню за редактуру, без нее я бы сошла с ума:)

Жду все ваши впечатления и эмоции здесь Форум