Его мир

Готем охватила паника. Казалось, что может напугать жителей Готема в очередной дождливый день? Что может заставить город, не обходящийся день без убийства, неделю без взрывов, месяц без Джокера, забегать в панике? Но в этот раз удар был слишком жесток, чтобы его игнорировать.
Удар был нанесен по детям. Нет, школа здесь ни причем. Какая школа в воскресение? Пострадал парк аттракционов, а точнее - колесо обозрения.
Брюс сразу же догадался, чьих это рук дело. Он плавно приземлился на крышу дома. И сразу ему бросилась в глаза фигура в фиолетовом костюме, стоящая на крыше напротив. Но горящее колесо перетянуло внимание на себя.
Дождь, уже перешедший в ливень, нисколько не мешал горению. От этого создавалось жуткое впечатление. Как будто колесо объято адским пламенем, которое никто и ничто не может потушить. Впечатление усиливалось, стоило только прислушаться и уловить снизу крики и плач.
Отвлеченный этой зловещей картиной, Брюс только сейчас заменил, что на крыше, помимо Джокера, есть еще один человек. На его лице был такой же грим, как и у клоуна. Ростом незнакомец был на полголовы ниже Джокера. Клоун что-то рассказывал незнакомцу, глядя на пылающее колесо.
Брюс решил подобраться поближе. Облетев вокруг дома, на крыше которого стояли наблюдатели, он приземлился на какое- то строение на крыше. Возможно это была шахта лифта. Брюс аккуратно прилег на крышу, благо та была под наклоном. Таким образом он мог видеть и слышать Джокера и незнакомца, а его заметить было довольно сложно.
Джокер видимо заканчивал свою речь.
- Смотри, вот что есть истинная красота! Люди не видят этого, они слишком глупы и напуганы, чтобы ее заметить. Это и есть моя жизнь. Показать людям то, что я вижу. А видишь ли ты? Понимаешь ли ты меня?
Внезапно Брюс осознал, что он уже слышал это много раз. Но только в другом месте, в другое время, другим словами. Каждый раз Джокер говорил ему это, пытаясь скинуть Брюса в бездну безумия, в которой обитал сам. Поэтому он ждал ответа так же как и клоун.
- Понимаю.
Джокер зашелся своим обычным, полным радости и веселья смехом. А вот Брюс был слишком шокирован, что бы адекватно реагировать. Нет, смутил его вовсе не ответ, а голос. Судя по нему, рядом с Джокером стояла во-первых девушка, во-вторых... Подросток!
- Тогда станешь ли ты моей правой рукой, хочешь ли ты наслаждаться таким красивым, - клоун картинно махнул рукой в сторону колеса- зрелищем когда пожелаешь? - Джокер картинно обернулся к собеседнице.
А Брюс между тем составил план захвата. Когда девушка ответит, клоун скорее всего подойдет к ней. Нужно будет сбить клоуна с ног первым ударом, а затем следить за поведением девушки. Но остановило его всего одно слово.
- Нет.
С лица Джокера медленно сползла улыбка. Затем на его лице выступило выражение крайней озадаченности. Настолько искреннего, что Брюсу пришло сравнение с маленьким ребёнком, который никак не мог понять, за что же его наказали. Казалось бы, противник в замешательстве, лучшего момента для атаки не будет, но... У Брюса в голове назойливо вертелся один вопрос.
- Почему?
Вместо ответа девушка подняла лицо к небу. Капюшон опал, и из-под него показались длинные русые волосы. Постепенно начало поступать настоящее лицо. А через несколько минут о гриме напоминали только белые следы на шее и майке. Брюс ничего не мог сказать о сходстве лиц, но глаза были очень похожи. Только в глазах девушки недоставало легкого огонька безумия, не исчезающего у Джокера. Она опустила лицо.
- Я тебя понимаю, но я так не могу. Наверно я слишком правильная для этого.
Девушка подошла к Джокеру, обняла его за шею и сказала очень тихо, но но Брюс всё равно услышал:
- Прости, папа.
Девушка пошла в сторону пожарной лестницы. Все это время Джокер стоял неподвижно. И только когда скрип лестницы стих, он медленно подошел к краю крыши и присел на него, свесив ноги.
Брюс спланировал к колесу. Возможно он мог кому-то помочь. А Джокер еще долго сидел на крыше.



Обычный ужин

Двое шли по заброшенной улице. Лиц их было не разглядеть, так как на улице было уже темно. И, хотя улица была заставлена многоквартирными невысокими домами, не горело не одно окно.
- Мистер Джей, скоро мы придем?
- Потерпи чуть-чуть, дорогая. Мы почти пришли.
Из-за поворота выглянуло очередное здание. Но оно отличалось от других единственным светлым окном на втором этаже. В окне на мгновенье появилось чье-то лицо.
Пара вошла в подъезд. Несмотря на непроглядную тьму, Джокер вместе с Харли (а это естественно были они) уже скоро стояли пред нужной дверью. Джокер распахнул ее и, пропустив вперед Харли, крикнул:
- Алекс, я дома!
Они стояли в небольшом коридоре, справа были две двери, а прямо еще одна, с рельефным стеклом. Харли практически сразу заметила, что силуэт принадлежит девушке. Сердце Харли екнуло и подскочило куда-то в район горла. Ее мистер Джей жил с какой-то женщиной! Она уже хотела развернуться и уйти, но тут дверь распахнулась, и она увидела девочку-подростка в майке с капюшоном и потрепанных джинсах.
- Проходите, ужин на столе.
По голосу девушки явно было понятно: гостям она по-настоящему рада. Харли застыла в нерешительности. Джокер слегка подтолкнул ее к двери.
- Иди, не бойся, она не кусается. Наверное...
Джокер залился своим фирменным смехом. Харли вошла и увидела небольшую кухню. Только сейчас Харли почувствовала приятный аромат, наполнивший кухню, стоило только девушке открыть крышку кастрюли, стоящей на плите. На столе уже стояли тарелки, почему-то четыре штуки.
- Дорогая, это Харли Квин, моя помощница и правая рука, - при этих словах Харли поняла, что начинает краснеть. Похвалы не часто выпадали на ее долю, - а это Алекс, моя дочурка.
До Харли не сразу дошел смысл сказанного. Она спокойно села на один из стульев, но затем она словно впала в ступор и уставилась в одну точку. Дочь?! У него есть дочь?! А Джокер словно и не заметил ее реакции.
- Алекс, ты кого-то еще ждешь?
- Да, я думаю тебе понравится.
Алекс поставила на стол тарелку. Это оказались макароны с соусом из сыра с беконом. Харли только сейчас поняла, насколько она голодна.
- Мисс Квин, скажите когда будет достаточно.
Харли подняла глаза и увидела, что девушка уже закончила с приготовлениями и накладывала еду. Это было странно. Никогда ее никто не называл ее так. Это было словно сочетание двух ее жизней. Мисс - это от Харлин Квинзель, а Квин от новой жизни. Она слегка улыбнулась.
- Харли. Зови меня так.
- Хорошо, Харли.
И вот, когда уже все уселись, еда была готова, а Джокер уже успел начать трапезу, они услышали знакомый, но совершенно не подходящий голос Бэтмена:
- Что здесь происходит?!
Харли с клоуном одновременно подняли глаза. Брюс стоял в дверном проеме.
- О, Бэтс! Заглянул на огонек? - казалось, Джокер совершенно не удивлен. Бэтмэн молчал, поэтому ответила Алекс:
- Это я его пригласила. Садись Бэт, поужинай с нами.
Теперь все трое смотрели на нее.
- А кто-то против?
Брюс осмотрел каждого, сидящего за столом, шумно втянул воздух и сел на пустой стул.
И почти всю ночь из открытого окна слышались разговоры, иногда прерываемые заливистым смехом.
Сегодня они друзья, но завтра один опять будет убивать, а другой спасать.



Нож и отъезд

Алекс сидела за письменным столом и о чем-то напряженно думала. Перед ней лежала раскрытая тетрадь. Стук в дверь отвлек ее.
- Кого там принесло? - Алекс встала и хотела пойти и выругаться на незваного гостя, но тут в комнату зашел Джокер.
- Привет. Я смотрю ты очень рада меня видеть, - Джокер улыбнулся.
- Не ожидала. Ты обычно ночью приходишь. Из-за чего же такая перемена?
- Да так... Потом скажу. Ты занимайся своими делами, не обращай на меня внимания.
Алекс пожала плечами и села за стол. Посидев над тетрадью минут пять, она откинулась на спинку и достала из кармана раскладной нож.
- Что за тетрадь и зачем ты достала нож?
- Тетрадь с парой идей, тебе не интересно будет. А с ножом проще думается, - с этими она раскрыла нож и провела пальцем по лезвию.
- В смысле лучше думается? Что такого в этом ноже?
Алекс посмотрела на Джокера. Затем ухмыльнулась.
- Тебе не понять. Ты не так хорошо знаешь ножи как я, - Алекс неотрывно смотрела на лезвие.
Джокер собирался что-то возразить, но тут Алекс резко закрыла нож и начала что-то очень быстро писать. Джокер решил, что пока лучше промолчать. Она писала где-то минуту, после чего захлопнула тетрадь.
- Так что ты хотел сказать?
- Ах да.. Я собираюсь в Аркхем.
- А пожар в Блэкгейт не связан с этим? - Алекс слегка ухмыльнулась.
- Конечно связан! Я не знаю, на сколько я туда, так что пришел попрощаться.
- Пап, оставь мне пару твоих прихвостней.
- Каких именно?
- Давай Джеймса, Стива, Майкла.
- Ээээ... А это кто такие?
- Которые меня первые два дня охраняли.
- Ааа. Ну в общем завтра они будут у тебя. Пока.
Алекс подошла к Джокеру и обняла его за шею.
- Пока пап.
Когда Джокер ушел, Алекс вернулась к столу и достала из одного из ящиков свернутую в трубу бумагу. Затем она отодвинула тетрадь и ручку и развернула лист. Это оказался план центральной части Готема, почему-то с подписью "Аркхем Сити" наверху.
Джокер еще не знал, что произойдет очень скоро и как сильно ему понадобится его дочь.