На следующий день я собралась и отправилась к своему младшему сыну.

Уже месяц на нем нет лица, он забывает приезжать на работу, постоянно молчит и, судя по голосу, пьет. Любой разговор с ним заканчивался скандалом. Как же непривычно видеть его таким.

Но он должен самостоятельно осознать многие вещи, будучи самым упертым из трех, он не позволяет никому решать за него или навязывать мнение. Это и достоинство, и недостаток его характера, но он всегда был самым искренним. Если ему плохо, он не прячет это в себе, ему чужды маски, не умеет играть роли. Я так радовалась, что именно Белла стала его женой. Из всех она самая терпеливая и понимающая. Эдварда сложно понять, еще сложнее принять таким, каков он есть. Я уверенна, что Белла смогла это, только этого оказалось недостаточно для него. Пора уже пнуть его, как следует!
Я настойчиво звонила в дверь. Топот ног и на пороге появился заспанный Эдвард. Недельная щетина, красные глаза и замученный взгляд – «что же он с собой делает?»

- Тебе срочно нужен душ, и даже не смей перечить мне!

Он послушно потопал в ванну, а я решила откопать квартиру из этой помойки.

Спустя пять мешков мусора.

Я наткнулась на толстый альбом, в котором были разные рисунки: карандашом, красками, мелками. Видимо Белла забыла его в спешке. На последней странице был портрет моего сына.

Я внимательно рассматривала его. Выбор красок, плавность линий, у нее определенно есть талант. Но самое главное, каким она запечатлела своего мужа. Я всегда знала, что она видит больше, чем говорит.

- Нашла что-то интересное, мам? – Эдвард выглядел теперь по-человечески. Глаженая рубашка, чистые джинсы, даже волосы уложил. Чувствую ему что-то от меня нужно!

- Эдвард нам нужно поговорить! – он кивнул и уселся в кресло.
- Я знаю, что ты мне хочешь сказать, и я знаю, какой я дурак, - «нет, не знаешь. Иначе ты бы тут не сидел».

- Что случилось, малыш? Просто расскажи мне, а дальше мы решим, плох ли ты настолько, как думаешь, - он долго собирался с мыслями, но все же открылся мне.

- Знаешь, когда я ее впервые увидел, я подумал, что это шутка. Что мои братья решили подколоть меня.

- Но ты все равно женился, значит было в ней то, что привлекло тебя, - «говори, только не молчи!»

- Сначала нет. Я просто сделал то, что должен. И я не отступился бы от своего. Слова священника не были для меня пустым звуком, я готов был принять ее такой.

- Только это оказалось сложнее, чем ты думал, - Эдвард кивнул и замолчал.

- Поначалу я просто боялся ее, знаю, что это смешно, но я не мог смотреть на нее, находиться рядом, а потом…

- Что потом? – «открой мне свое сердце».

- А потом я поступил так ужасно, - он спрятал лицо в руках и не мог решиться, говорить мне или нет.

- Ты можешь мне рассказать, я пойму тебя, - «из-за чего ты так мучаешь себя?»

- Она пришла ко мне напомнить о втором условии брака. Я знал, что это неминуемо, но оттягивал до последнего. Сказал, что сначала надо пройти обследование и сдать анализы. Я даже и предположить не мог, что результаты будут готовы сразу.

- Ты был первым у нее, да?

- Да, я так напился, что не соображал, что делаю. Я фактически изнасиловал ее, даже если она и сопротивлялась, я никогда об этом не узнаю, я вообще не думал о ней.

- Вы говорили об этом после? – «если ты ничего не помнишь, почему решил, что все именно так?»

- Я проснулся рано утром, ее не было рядом. Тогда я и заметил кровь. Осознание просто захлестнуло меня с головой, я никогда раньше не чувствовал себя таким чудовищем. Она не заслужила такого отношения к себе. Как я мог …

- Но она не уехала, значит, все было не так страшно, как ты себе напридумывал. Тебе следовало поговорить с ней откровенно.

- Я хотел, даже пришел с цветами и извинениями. Но она так испугалась, когда я обнял ее. Что мне следовало делать? Мне было так стыдно. Я даже не уверен, что у меня тогда получилось, скорее всего, я просто уснул в самый ответственный момент. Думать страшно, каково было ей. Я старался меньше попадаться ей на глаза, но она как будто нарочно пыталась вывести меня из себя.

- Чем же, позволь узнать?

- Она готовила мне по утрам завтраки, которые я не заслужил. Всегда встречала по вечерам, давая понять, что ей одиноко. Но куда я мог с ней пойти? Мне было неловко рядом с ней. Все бы косились на нас и показывали пальцем. Нормальные женщины целыми днями ходят по магазинам и общаются с подругами, а не читают книжки.

- И откуда у тебя такие познания о нормальных женщинах, ты хотя бы попробовал просто пообщаться с ней, как человек с человеком, а не как мужчина с женщиной. Ведь брак это не только выполнение обязательств, но и общение? – «какой же ты еще глупый!»

- Мам, конечно пытался. И это привело к скандалу. Она пыталась доказать, что я не подхожу на роль президента компании. Как она могла мне такое сказать?

- Я думаю, она честно тебе высказала свое мнение, а ты воспринял все слишком близко к сердцу.

- Я так наорал на нее, даже подготовил документы на развод, но потом решил доказать, что я могу. И начал работать, даже поехал в Форкс помогать отцу, чтобы показать каков я.

- Доказал?

- Она была права. Это не мое. Я понял, что Джаспер должен занять место, несмотря на то, у кого появиться ребенок первым. И сейчас я осознаю, что она была права во всем, а я нет.

- Ты любишь ее?

- Нет, я просто привык к ее присутствию, - он замолчал, затем, улыбаясь, добавил, - она поет в душе, и когда готовит тоже. Никогда не понимал, что в этом приятного. Но, после того как она уехала, попробовал. И знаешь, это так поднимает настроение и бодрит лучше кофе.

Я промолчала, как он может не замечать своего чувства к ней. Пусть сам дойдет до этого.

- Ты еще можешь вернуть ее.

- Она уехала, потому что ненавидит меня. Я сам себя ненавижу.

- Не решай за нее…

- Мам, она подписала документы на развод и оставила их на столе. Ни записки, ни слез, ни последнее прощай. Просто папка с документами. Я вздохнул с облегчением и рад, что теперь она сможет найти кого-то лучше меня. Кто не будете орать на нее, и злиться без причины.

- Тогда почему ты не подписал документы? Чего ты ждешь?

- Не знаю, некогда было! – «какой же ты упертый!»

- Я хочу тебе кое-что показать. Я нашла этот альбом сегодня.

Эдвард внимательно рассматривал все рисунки, на его лице быстро менялись эмоции. Он остановился на последнем портрете и рассматривал его так же долго, как и я.

- Она красиво рисует, - «и это все, что ты понял?»

- Разве ты не видишь, как она к тебе относится. Вы не были достаточно близки, чтобы сказать о своих чувствах вслух, но ее рисунки говорят гораздо больше.

- Ты о чем, мам?

- Посмотри, ты думаешь твой портрет – это злой, вечно орущий монстр?

- Нет.

- Она видит тебя насквозь, и понимает гораздо лучше тебя самого. Ты светлый, улыбающийся. А твои глаза такие реалистичные.

- Это не настоящий я. Это ее фантазия, мечта о том, каким я должен быть.

- Уверен? Судя по ее рисункам, ей не свойственно приукрашивание. Она реалист. И в ее глазах ты такой, - я повернула рисунок к нему.

- Почему?

- Спроси у нее сам.

- Я не знаю, она не захочет видеть меня, - «Господи, да выкинь же всю дурь из этой башки!»

- Ты говорил, что не чувствуешь к ней ничего. Но для того, кто равнодушен к девушке, ты чересчур переживаешь ее уход. И не смей мне перечить. Просто поверь на слово. За свое счастье, сынок, нужно бороться, а ты опустил руки, как только встретил маленькое препятствие. Просто поговори с ней. Я не прошу тебя любить и придумывать пламенные речи, когда ты ее увидишь, все само встанет на место.

- Ты права. Я поеду к ней сейчас.

- Будь осторожен на дорогах. И не слушая свой разум, пусть говорит твое сердце.

Эдвард схватил ключи от машины и уехал навстречу своей судьбе.