Глава 1

Карлайл Каллен готовился умереть. Мужчина знал, что его конец совсем близок. Боялся ли он смерти? Ещё несколько лет назад он бы ответил «нет». Но вот одной ногой он стоял практически в могиле и, чёрт возьми, да, боялся! Больше всего Карлайл боялся не успеть признаться своему сыну Эдварду, что всегда любил и гордился им. Несмотря на всё, что мужчина когда-либо имел в жизни, всё сводилось к тому, что он хотел выглядеть героем в глазах своего первенца.
Как бы ему хотелось набрать номер сына и попросить провести несколько часов вместе. Но у него не было такого права. Эдвард ненавидел Карлайла. Даже смертельная болезнь не стала для Эдварда причиной простить отца. Карлайл знал, что Эдварду донесли о его состоянии, но всё осталось, как прежде.
Он надеялся перехватить своего гордого сына на утреннем заседании совета директоров, но всё, что получил в ответ, лишь холодный взгляд до боли знакомых зелёных глаз.
Деньги, власть, уважение - вот к чему всегда стремился Карлайл. Современный мир буквально требовал от него быть жёстким, циничным и не поддаваться на провокации, которые могли привести к краху. Всю свою жизнь он посвятил делу, которое сделало его настолько могущественным, что уже даже не было страшно. Весь мир был у его ног.
Очевидно, что рано или поздно Карлайлу предъявили бы счёт, но кто знал, что Вселенная решит поквитаться со своим любимчиком вот так?
В какой-то момент он настолько увлёкся этой игрой, что позволил себе забыть о том, что хотел быть героем, и превратился в злодея. Потерять человеческое обличие было так просто, когда на земле не осталось недоступных для него вещей…
- Вы заняли мою скамейку.
Красивый женский голос, не лишённый лёгкой насмешки, заставил Карлайла схватиться за сердце, настолько он погрузился в свои размышления. Но именно слова, произнесённые этим голосом, заставили его лицо вытянуться от недоумения. Если бы он вдруг завтра захотел, мог купить весь город, а на грёбаной скамейке повесить табличку «Собственность Карлайла Каллена». Вот что он мог! Он поднял голову и открыл рот, чтобы сообщить об этом молодой хамке, но слова так и не успели сорваться с его губ. Насмешливые карие глаза искрились теплотой, а на губах хамки играла нежная и добрая улыбка.
- Вы были так задумчивы, что я решила спасти вас.
- Спасти меня? - Карлайл быстро взял себя в руки и заинтересованно прищурился.
Перед ним стояла девушка. Действительно молодая, симпатичная, даже красивая. Тёмные блестящие волосы, собранные в низкий хвост, но несколько непокорных кудряшек выбились из причёски, обрамляя приветливое лицо. Простая одежда - джинсы и футболка, но под ними легко угадывалась точёная фигурка.
- Может, мне покрутиться, чтобы вы рассмотрели меня повнимательнее? - незнакомка фыркнула, но Карлайл заметил, как покраснели кончики её ушей, и как застенчиво она потянула ремешок своей сумки.
Почувствовав чужую слабость, он поспешил вцепиться в это чувство и сравнять счёт:
- Так это ваша скамейка? Ещё несколько минут назад я был уверен, что этот парк общественный, - Карлайл говорил охрипшим тихим голосом, но не расслышать его саркастическую интонацию было просто невозможно.
Но вместо того, чтобы смутиться ещё больше, девушка приподняла одну бровь, словно спрашивая Карлайла: «Ты это сейчас серьёзно?». Подобное себе в присутствии Карлайла мог позволить только Эдвард, но девушка не была его сыном и даже близко не выглядела знакомой. Она вела себя так, как будто не знала, кто он, или его статус не имел для неё никакого значения.
- Иисус, у вас такое лицо… - незнакомка тихо рассмеялась и плюхнулась на скамейку, вытягивая ноги и обращая лицо к солнцу. - Не подумайте, я не сбежала из психушки. Каждый день я прихожу пообедать в этот парк… Это моя скамейка, понимаете? - прижавшись щекой к правому плечу, девушка взглянула на Карлайла из-под длинных густых ресниц. - А вы заняли моё место и ко всему прочему выглядели так жалко в этот прекрасный день, что я решила немедленно это исправить.
Карлайл растерянно оглянулся, чтобы вновь вернуться к хитрому женскому лицу. Он не знал, как реагировать на подобную наглость. Восхищение и возмущение так тесно переплелись в нём, заставляя вспомнить времена, когда он только встретил свою жену Эсми. Эсми была такой же крохотной и изящной, как незнакомка, но обладала таким бойким характером, что хватило на троих мужчин.
- Ваша честность… сбивает с ног, - Карлайл потёр шею и с удивлением отметил, что настолько увлёкся новой знакомой, что позабыл про ноющую боль, которая уже долгое время была его спутницей.
Густой румянец, появившийся на женских щеках, таил в себе какой-то секрет, но девушка только пожала плечами на его замечание и прикусила губу, то ли пытаясь сдержать смех, то ли очередную откровенную правду.
Затянувшаяся тишина чуть ли не впервые в жизни показалась Карлайлу гнетущей. Обычно он предпочитал одиночество шумным компаниям, потому что, оставаясь наедине с собой, он всегда придумывал свои самые выигрышные комбинации. Но в данный момент ему отчего-то хотелось дальше спорить с хамкой.
- Угощайтесь, - девушка протягивала ему пачку с печеньем. - Кстати, я Изабелла, но вы можете обращаться ко мне, как к Белле.
Карлайл не любил печенье и не заботился о чувствах незнакомых людей. Даже благотворительностью он занимался только для того, чтобы поддерживать репутацию и отмывать некоторое количество денег. Но лицо хамки Беллы было преисполнено решимостью и ненавязчивой заботой, так что он не смог её обидеть.
Откусив от предложенного угощения, Карлайл стряхнул пару крошек с дорогой ткани своих брюк и покачал головой. Он не зря так не любил печенье.
- Мой младший сын очень любит печенье. Но он всегда так странно его ел… - Карлайл усмехнулся, вспомнив, сколько надкусанных по одному разу сладостей горничные находили по особняку в самых неожиданных местах. - Всё пытался найти то самое печенье и никогда не доедал до конца.
- У вас много детей?
- Два сына.
Белла улыбнулась, и Карлайл в очередной раз отметил, что давно не встречал людей с такой открытой улыбкой.
- Уверена, что они такие же обаятельные, как и вы, - девушка открыла бутылку с водой и сделала пару глотков. Несколько капель скатились по её подбородку, и она беззаботно стёрла их тыльной стороной ладони. - Ух, эта жара сводит меня с ума… В Форксе постоянно идёт дождь, и я была уверена, что не буду вылезать из дождевика!
- Вы не местная?
- Нет, я приехала в город ради работы. В моём городке не так просто найти хорошее место, - по лицу девушки пробежала лёгкая тень раздражения и сожаления. - Но я не унываю, ведь могло быть хуже, не так ли?
Лёгкое чувство зависти настигло Карлайла. Девушка, которая, судя по всему, ничего не имела за душой и старалась всячески выжить, казалась намного счастливее его, человека, который мог позволить себе купить город и скамейку.
Но, несмотря на явный внутренний стержень, Карлайл рассмотрел в Белле природную стеснительность, с которой она, похоже, старалась бороться, но никак не могла победить.
Звонок прервал Карлайла, и он нехотя поднял трубку, не сводя пристального взгляда с Беллы, которая вежливо отвернулась к пруду, видимо, наблюдая за парой лебедей.
- Да.
- С вами пытается связаться мистер Броуди, - голос Розали, как всегда, звучал профессионально и слегка отстранённо. - Пришли результаты ваших анализов.
- Мне это неинтересно.
- Он знал, что вы так ответите. Если всё же решите ознакомиться, то воспользуйтесь почтой…
Не дослушав, Карлайл сбросил. Он продолжал смотреть на хамку, которая делала вид, что его разговор прошёл мимо неё.
Она нервно теребила мочку розового уха и качала ногой. Воспитанность и наглость превращали простую на первый взгляд девушку в очаровательное создание.
Возможно, перед смертью Карлайл мог бы разыграть свою последнюю и самую блестящую партию…