Глава 9

~Белла Блэк~

— Вставай, соня! – нежный и ласковый голос медленно и осторожно вытягивал меня из царства морфея.
— Еще пять минут, – пробурчала я и перевернулась на другую сторону.
— Ты уже говорила мне это пятью минутами ранее, и еще за пять минут до этого.

Не в состоянии сопротивляться его очарованию, я открыла глаза, но яркий свет заставил меня снова закрыть их. Видимо, спасаясь от пробуждения, я, на свою беду, повернулась к огромному окну, в которое заглядывало необычайно яркое солнце. Не успела я сформировать хоть одну здравую мысль, как сильные руки резко перевернули меня на спину. Мои глаза распахнулись, а с губ сорвался громкий вскрик. Полуголое тело нависло надо мной, а на лице его обладателя красовалась потрясающая ухмылка, которая заставляла что-то внизу живота завязываться в тугой узел.

«Ох, или это были бабочки?»

Я никогда не отличалась хорошими знаниями в этой области, поэтому слова «бабочки», «сердце пропускает удар от волнения» и все остальное в том же духе никогда не имели для меня четкого и определенного значения.

— Женщина, имей совесть! Я по собственной квартире хожу на цыпочках, лишь бы не разбудить тебя раньше положенного. А все мои попытки сыграть роль персонального будильника пресекаются твоими стонами, которые заставляют меня пойти на преступление. Бог свидетель, если ты сейчас же не вылезешь из этой кровати, то сегодня у тебя появится совсем другое занятие, не предусматривающее даже воспоминания о работе.

В подтверждение своих слов Каллен чуть согнул руки в локтях, и его напряженное естество соприкоснулось с моим пылающим центром. Его грозный, почти рычащий голос заставил дрожать все мое тело. Огромная часть моего «я» ликовала от его слов и молила выполнить все угрозы, причем неоднократно. Но в каждом из нас живет маленький противный и назойливый червяк – здравый смысл. Именно из-за него мне пришлось отказаться от этого соблазнительного предложения.

Я медленно и очень осторожно прикоснулась губами к щеке Эдварда, что заставило его расслабиться и позволило мне без препятствий скинуть его тело со своего.

— Простите, многоуважаемый хозяин квартиры, за причиненные неудобства, – произнося свою речь, я продвигалась в сторону ванной комнаты, – но сегодня вам придется обойтись своими силами…

От моего внимания не ускользнуло, как Эдвард потянулся за подушкой, поэтому глухой удар в дверь меня нисколько не удивил.

— Стерва, – совсем беззлобно крикнул он.

Успокоившись, мне удалось принять охлаждающий душ. В комнате я нашла свою сумку с вещами. Долго с этим набором я не проживу, следовательно, нужно либо срочно решать, что делать с моим браком, либо незаметно проскользнуть в собственный дом. Меня вообще удивляло, как в своем вчерашнем состоянии я смогла взять кучу одежды, подходящей для офиса. Предположив, что смогу протянуть неделю, я заставила себя забыть все мысли на этот счет. Сейчас было важнее разобраться с Эдвардом, ведь наши отношения повисли в воздухе, их надо было обдумать и обсудить, понять, чего хочет каждый, и принять решение, которое устроит нас обоих.

— Ну, и где ты бродишь? Завтрак остывает, – ох, кажется, этим утром я с каждым мгновением раздражаю Каллена все больше.

Отпустив все посторонние мысли, я быстро оделась во что-то более или менее подходящее для работы и поспешила к мужчине, который с каждой минутой становился все опасней. На просторной кухне меня встретили потрясающие ароматы свежей выпечки и черного кофе. Желудок моментально среагировал на яства, сжавшись в комочек и издав не совсем приятный звук.

— Я так и думал, – хихиканье Эдварда привлекло мое внимание, – давай быстрее, а то на работу опоздаем, и Сара нам обоим головы оторвет. Мне бы совсем не хотелось так закончить свой жизненный путь…

— Каллен, не будь трусишкой. Сара не способна на такое, уж поверь мне, – парировала я, присаживаясь за стол и обводя взглядом потрясающий завтрак.

На столе стояли фрукты, черный кофе, блины, джем, апельсиновый сок и, конечно же, та самая выпечка, при виде которой мой организм начинал усердно вырабатывать слюну. Как только Эдвард успел все это приготовить? Хотя… меня сейчас это волновало меньше всего. Завтрак проходил в комфортной обстановке, казалось, что вчерашние события не осложнили наше общение, а, напротив, сгладили большинство острых углов. Закончив трапезу, я принялась за посуду, игнорируя все мольбы хозяина и настаивая на том, чтобы он использовал это время с умом, а точнее – шел переодеваться в свой деловой костюм.

На самом деле, я это делала исключительно ради своего комфорта. Не могу сказать, что не наслаждалась видом его рельефного тела во время завтрака, но мне сегодня еще понадобится мой рассудок. Каллен не заставил себя долго ждать, таким образом, уже через сорок минут мы подъезжали к нашему офису.

— Я попрошу пригнать твою машину, – тихим голосом произнес Эдвард.
— Не стоит. Я сама могу съездить за ней, – так же тихо ответила я.

Мужчина тяжело выдохнул, показывая всем своим видом, что спорить не намерен. Наверное, оно и к лучшему. До кабинетов мы дошли молча. Каждый из нас погрузился в свои мысли. Но стоило лифту звякнуть на нужном этаже, как на наших лицах появились одинаковые маски, скрывающие все не только от посторонних, но и друг от друга. Неподходящее время и место для обсуждения. А будет ли оно – подходящее время?

Жизнь – штука непредсказуемая. Никогда не знаешь, что она приготовила для тебя на завтра или послезавтра. Все может измениться в последнюю секунду. Неизвестность, которую я раньше так любила, в последнее время не казалась мне такой привлекательной и заманчивой, как несколько лет назад. Я совсем разучилась действовать спонтанно. Мне необходим был план, уверенность, что сегодня будет немногим отличаться от следующего дня. Но это время прошло. На данный момент передо мной стояла задача выстроить новый мост к своим целям и желаниям. Вот только хватит ли у меня сил? В этом я была абсолютно не уверена.

Рабочий день – единственная постоянность, которая могла меня отвлечь и успокоить. Я прекрасно знаю, что никакие вещи, люди или события не могут изменить такую любимую рутину. Ничто не помешает Минди забегать ко мне каждый час за очередным советом, или Саре приходить за бокалом мартини, хотя, скорее всего, уже к вечеру она перейдет на виски.

Очередная кипа бумаг, которые требовали моего внимания, куча просьб перезвонить от важных людей, с которыми непременно необходимо встретиться Каллену, причем, чем быстрее, тем лучше… Но вот только в сутках всего двадцать четыре часа, и не так много из них можно посвятить работе. Ох, видимо мои семейные проблемы уже начали сказываться на делах, а это не очень хорошо. Так, хватит! Я в офисе, следовательно, пора начать работать.

Как только я максимально очистила свою голову от мыслей, которые должны оставаться за пределами этого самого офиса, зазвонил телефон.

— Белла Блэк слушает, – фраза уже вылетала на автомате, когда я снимала трубку у моего стационарного аппарата.
— Зачем так официально, дочка? – ох, как мне не хватало этого голоса!
— Прости, мам. Совсем заработалась. Как у вас дела? Как папа? – я откинулась в своем кресле, полностью отдаваясь приятным эмоциям, которые заполняли меня при одной мысли о родителях.

Я их безумно люблю. Моя мама, Рене Свон, никогда не унывала, всегда находилась в движении, иногда ее энергичность просто поражала, но не могла не радовать. С ней у меня были замечательные отношения. Нет, мы, конечно, ругались временами, но быстро объявляли перемирие. Если маме не удавалось меня переубедить, то она тяжело вздыхала, а потом соглашалась со всеми моими решениями. Если же эти самые решения не оправдывали себя, мама была первой, кто произносил слова поддержки и ободрения. Она была моей опорой, как и положено настоящей матери, и я знала, что это именно тот человек, который никогда не оставит в беде.

Папа, Чарли Свон, совсем другая история. Лет до четырнадцати он относился ко мне, как к его маленькой принцессе, а потом, когда принцесса начала взрослеть, он сильно испугался и стал слегка перегибать палку в контроле. Его упрямство передалось мне, поэтому, если наши мнения не совпадали, в доме разгоралась война титанов. Мы кричали, хлопали дверьми, даже несколько раз били посуду. Но все это заканчивалось одинаково: стоило нам успокоиться, мы оба приносили извинения за неподобающее поведение и пытались найти компромисс. Мама старалась не вмешиваться, заранее зная, что может только усугубить происходящее.

Вот такие вот у меня родители, и какими бы неидеальными они ни были, они навсегда останутся для меня эталоном семьи.

— Все хорошо, детка. Правда, папа в очередной раз забыл о возрасте и слегка повредил спину, когда помогал соседу с ремонтом. В общем, сейчас он в небольшой депрессии, но, ты же знаешь, что это скоро закончится, – я не могла не улыбнуться тому теплу, которое пронизывало ее слова. Прикрыв глаза, я сразу же увидела, как она любяще смотри на папу, а ее губы принимают форму самой прекрасной улыбки.
— Скажи ему, чтобы был осторожней, а то сил на внуков не останется, – я не боялась затрагивать такие темы с мамой. Она никогда не требовала, зная, что всему придет свое время.
— Милая, я поэтому и звоню тебе… – ее голос в мгновение стал серьезней, что заставило меня слегка напрячься. - Я звонила тебе вчера домой…
— Ох...

Это все, что я могла сказать. Конечно, она звонила, когда я уже пришла, значит, она говорила со свекровью, что не могло закончиться хорошо. Джоан и мама сразу не поладили. Не знаю уж, по какой причине, но если я со свекровью старалась хотя бы не вступать в открытый конфликт, то мама, не стесняясь, высказала все, что было у нее на уме.

— Да, именно такая реакция была у меня, когда вместо тебя я услышала эту Джоан, – яд так и сочился из мамы.
— Что она тебе сказала?
— Что ты ушла из дома к своему любовнику и что твои вещи дожидаются тебя на крыльце, – я слышала, что мама что-то не договаривает.
— Маам … – протянула я.
— Ну, еще она совсем нелестно отозвалось о твоем воспитании, и кинула пару фраз о моем плохом влиянии на тебя, – чуть тише сказала мама, видимо, папа был рядом или она пыталась сгладить мою реакцию, – проще говоря, между нами завязалась очередная ссора. Потом трубку вырвал твой муж и попросил меня больше не звонить.

Какого…?! Я, конечно, знаю, что мама никогда не была довольна моим выбором жениха, но палок в колеса она тоже нам не вставляла. Даже проронила несколько искренних слез на свадьбе. Я ни разу не слышала из ее уст упрека в сторону Джейка. Да она даже старалась изо всех сил поддерживать нормальные отношения с ним!

— Детка, что у вас там произошло, и почему ты ушла? – ну, и что мне прикажете делать? Не могу же я прямо сейчас рассказать ей, что мой брак трещит по швам. Ей лишние волнения совсем ни к чему, тем более, если узнает мама, значит, и папа недолго пробудет в неведении, а вот его приезд мне точно сейчас не нужен.
— Мам, давай поступим так. Я сейчас на работе и мне не очень хочется обсуждать такие темы здесь. Вечером я тебе перезвоню, ладно? – умоляюще простонала я.
— Белла, мне не все равно, как ты там, в этом логове голодных львов. Расскажи хотя бы краткую версию, чтобы я могла успокоиться хоть на неделю. Да и папа стал случайным свидетелем того разговора… а без информации я не смогу долго удерживать его дома.
— Ладно, слушай и не задавай вопросов… – сдалась я.

Через двадцать минут я распрощалась с мамой, пообещав держать ее в курсе событий. Как только разговор закончился, меня одолел гнев на эту скотину и его мать. Да как он посмел?! Кто он такой, чтобы позволять себе повышать голос на мою мать?!
Недолго думая, я набрала его мобильный. Через три гудка я услышала его голос.

— Белла, слава Богу, ты в порядке, – мне было абсолютно все равно, что он говорит.
— Блэк, слушай меня внимательно и заруби себе на носу. Ни ты, ни твоя мать-мегера никогда в жизни больше не посмеете повысить голос на моих родителей, тем более усомниться в их родительских способностях.
— Белла…
— Я еще не все сказала!
— Белла, успокойся… Я не знаю, что тебе сказала Рене, но она первая начала кри…
— Мне плевать кто первый, а кто десятый!!! Ты не имел никакого права грубить ей, тем более этого права не было у Джоан!
— Прости, – тихо ответил Блэк.
— О, нет, дорогой! Тебе так это с рук не сойдет. Если у моей мамы на почве нервов хотя в пятке зачешется, я тебе голову оторву, ты понял меня?!
— Да… Белла, когда ты вернешься? – я услышала долю раскаяния в его голосе. Хотя нет, показалось.
— Не знаю. Сначала мне надо успокоиться, – уже тише сказала я. В горле противно запершило.
— Если это из-за мамы, то она завтра же уедет.
— Джейкоб, вот ты опять начинаешь обвинять всех вокруг себя! Вырасти, и научись отвечать за свои поступки. Не за такого мужчину я вышла замуж.
— А я женился не на такой женщине! – теперь он начинал кричать. – А ты не думала, что во всем этом и твоя доля вины есть, причем не самая малая!
— Не ори на меня! Я не строю из себя ангела, и нимб над головой не ношу! А вот ты, кажется, совсем обнаглел. Тебе кроме себя на всех плевать. Какая разница, чего хочет жена?!
— А разве это не так в какой-то степени? Как же клятва, которую ты дала у алтаря? – наверное, уже не только мой офис услышал серию бразильского сериала, но и его.
— Не тыкай в меня этой клятвой! Я, в отличие от тебя, отвечаю за свои слова, произнесенные в тот день. Я никогда и слово поперек твоим желаниям не сказала, а ты шикарно устроился! Мать, которая сопельки вытирает, жена, выполняющая все прихоти. Но, прости, милый, так не бывает!..
— Это конец? – его злость так и рвалась наружу.
— Я не знаю. Мне надо подумать. Завтра заеду за вещами, так что постарайся, чтобы ни с тобой, ни с твоей матерью я не пересеклась.

Мне было все равно, что он хотел сказать дальше, поэтому я быстро повесила трубку. Негодование распирало изнутри. Хотелось на стену лезть от злости. Первое, что попалось мне под руку – дырокол – тут же полетело в стену. После того, как он рассыпался на несколько частей, прямо как моя семейная жизнь, я уронила голову на руки и заплакала. Слезы так и катились по моим щекам, а грудь разрывали ужасные всхлипы. Боже, как же я устала…

Понятия не имею, сколько так просидела, но через какое-то время почувствовала, как пара сильных рук отрывает меня от стула и уносит в сторону дивана. Я оказалась на коленях у Эдварда. Одна его рука прижимала мою голову к груди, а вторая медленно поглаживала плечо. С его уст слетали просьбы перестать плакать и ласковые слова утешения, но все это проходило словно мимо меня…