Глава 25.

Эдвард.

А через неделю после объявления помолвки Элис и Джаспера я узнал, что Белла окончательно забрала документы из колледжа. Я услышал об этом случайно и сначала не поверил своим ушам. Белла не могла так со мной поступить! Но выяснение подробностей в администрации колледжа подтвердило эту нелепую информацию: несколько дней назад студентка Свон попросила выдать её документы на руки отцу в связи с переводом в другое учебное заведение по причинам семейного характера. Помня недавний «несчастный случай», дирекция решила не чинить препятствий и выполнила её просьбу.

Моей ярости не было границ. Влетев в дом, я набросился на сидевших в гостиной Эсми, Элис и Розали с упреками:
- Вы все лгали мне. Вы тешили меня надеждой. А она просто уехала и действительно выкинула меня из своей жизни!
- Эдвард, что случилось? - испуганно спросила Эсми.
- «Белла вернется. Ты дай ей время. Подожди». Нет, она и не думает возвращаться! Она забрала документы из колледжа! Всё! – Я ударил кулаком в косяк двери.
- Эдвард, но мы не обманывали тебя… Мы действительно верили в то, о чём говорили. Она на самом деле сделала это? Ты уверен?
- Да, я только что был в администрации колледжа – у них больше не числится студентка с фамилией Свон! – Я закрыл глаза и попытался успокоиться. Все молчали.
- Ну и что мне теперь делать? – пытаясь не срываться, начал я. - Мне надо было сразу что-то предпринять, по горячим следам, а не сидеть и слушать вас: «Если ты её любишь - дай ей время…» Я обещал ей, что буду бороться за наши чувства, и, оказалось, так легко сдался! Где теперь искать её, или посоветуете мне наплевать на неё и жить дальше? - От возможности такого варианта гнев снова вспыхнул во мне, и я заорал: - Чёрта с два я больше кого-то стану слушать. Я ненавижу всех вас! Вам наплевать на неё, на меня, лишь бы всё было тихо и спокойно. И что мне это дало, ваше «спокойствие и терпение»? Ничего. Больше я не буду благоразумным! Я разнесу всё, но найду её и заставлю поговорить со мной. Пусть скажет мне в лицо, что не любит, что ей лучше без меня и тогда… тогда я… - Не находя достаточно страшного исхода этой ситуации, я просто уперся в косяк двери лбом и стал ударяться о него. Не сильно, но монотонно и отчаянно.

Мама кинулась было ко мне, но я отшатнулся:
- Не подходите ко мне, хватит. Я больше никому из вас не верю.

Два дня я метался по городку, пытаясь собрать хоть какую-то информацию. Но ничего не выходило. Шериф просто захлопнул перед моим носом дверь, проворчав, что он уже всё сказал мне, и ему нечего добавить. В аэропорту, где я пытался узнать конечный пункт назначения пассажиров с фамилией Свон, дать какую-либо информацию мне отказались. Не помогли ни предложенные деньги, ни личное обаяние, использованное в полную мощь. Я ещё раз съездил в администрацию колледжа, но и там ничего не добился, и тогда меня охватило чёрное отчаяние…

С этого дня я выпустил всех своих демонов наружу. Я сам себя не узнавал. Откуда во мне взялась вся эта злость? Мой и до этого взрывной характер ухудшился до невозможности. В колледже я кидался на всех, как бешеный пёс.

За два дня я подрался с несколькими студентами и нахамил половине девушек, с которыми раньше вежливо здоровался… Это они были во всем виноваты… Это из-за всех этих злобных завистливых девчонок моя Белла бросила меня. Когда мне под руку попалась Мери - бывшая подружка Кармен, которая тоже проходила по делу как свидетель, и после суда единственная из них, рискнувшая вернуться на занятия, я не удержался и выплеснул на неё свой гнев. Наорав на девушку и испугав до полусмерти, я вышвырнул все её вещи с третьего этажа корпуса, где мы ждали начала лекции. Наверное, и самой девушке досталось бы, но вовремя пришёл лектор, и я просто вылетел из аудитории, задыхаясь от ненависти.

Раньше я хоть как-то старался общаться со студентами, а теперь лишь угрюмо испепелял всех взглядом, и, боюсь, многие решили, что я тронулся умом. В те дни можно было, просто нечаянно взглянув на меня, нарваться на кулак или, громко посмеявшись в моем присутствии, уйти с разбитой губой. Костяшки на моих руках не успевали заживать, и студенты стали бояться меня и обходить стороной. Днем я иногда появлялся дома, но был злой, угрюмый и ни с кем не разговаривал. А по вечерам я уходил и напивался в каком-нибудь клубе или баре, но никогда не позволял ни одной девушке даже приблизиться ко мне. Вот она моя жизнь теперь: виски, злость и я, больше никого… Ты этого хотела для меня, любимая?

Первое время Эммет с Джаспером ещё пытались контролировать меня. Они подбирали меня в клубах и тащили домой, но потом я не на шутку повздорил с братом, и дело чуть не кончилось дракой. С тех пор я остался сам по себе. По пьяни я, конечно, нарывался на других парней, но мне везло, и меня либо узнавали и не трогали, либо боялись связываться со мной. Но долго моя наглость не могла оставаться безнаказанной, однажды я серьёзно влип. И когда меня окружили в глухом переулке за клубом какие-то подонки, одному из которых я только что нахамил в баре, моё положение было отчаянно плачевным: один и практически беспомощен. Конечно, я отбивался. Но в том состоянии, в котором они меня застали, я не смог бы защититься и от сопливого мальчишки. Меня стали избивать со всем беспределом уличной драки, и я лишь пытался блокировать особо жестокие удары - честно говоря, это мало помогало… Но и тут мне повезло. Да, я же счастливчик! Буквально через несколько минут после нападения подонки разбежались, услышав вой полицейской сирены, и бросили меня валяться возле мусорных баков.

- Странный способ дождаться мою дочь ты выбрал, Каллен. - Надо мной стоял шериф Свон.
Я с трудом поднял голову и, выплюнув сгусток крови, пробормотал разбитыми губами:
- Каждый развлекается, как умеет, мистер Свон.
- Эй, Брейди, помоги мне доставить мистера Каллена в его особняк, боюсь, ему немного нездоровится, – крикнул отец Беллы своему помощнику, они помогли мне подняться и довезли до дома.
Я ввалился в гостиную и рухнул на диван. Чёрт! Как же болит всё тело, эти подонки успели нанести мне несколько весьма ощутимых ударов. Мне нужно обезболивающее… Виски! Я со стоном поднялся с дивана и потащился к бару. В голове всплыли воспоминания о том дне, когда пьяная Белла требовала угостить её этим напитком, а потом… потом у нас был самый лучший в моей жизни секс… Белла… Почему ты ушла от меня? Неужели ты никогда не любила меня? Тебе нравился только бедненький Эдвард-инвалид? А настоящий я никому и не нужен? Я хлебнул прямо из бутылки и выругался - так сильно защипало разбитые губы. Больно, пусть будет больно. Плевать. Физическая боль – ничто, по сравнению с той мукой, которую я испытываю каждый раз, когда вспоминаю нашу последнюю встречу с Беллой… Её безжизненный, пустой взгляд. Её равнодушные губы и вялое объятие. Вот это действительно больно. Не видеть в её глазах любви, нежности, страсти - о таком я даже подумать не мог… Всегда верил, что её чувство ко мне – это что-то постоянное, вечное и неизменное, а оказалось не так. Я не уберег её сердце, и теперь одинок и никому не нужен. Я прихватил бутылку и рухнул обратно на диван…

Очнулся я уже засветло на полу около журнального столика. Комната кружилась перед глазами, а тело мучительно ныло после вчерашнего побоища. Я лежал, не в силах даже приподняться, и вдруг услышал странный звук. Я прислушался… кто-то плачет. Снова открыв глаза, я попытался приподнять голову и оглядеться. В комнате никого не было. Сдерживая стоны, я поднялся с пола и, шатаясь, тихонько зашёл на кухню, откуда раздавался звук. Эсми сидела у окна, и её плечи судорожно вздрагивали. Она плакала. Что-то случилось? Я давно уже толком не видел никого из родных, может, неделю, может больше… Неужели я пропустил что-то важное? Я подошёл ближе и увидел в её руках свою детскую фотографию. Она плакала из-за меня. Я почувствовал себя так, как будто меня ударили кулаком в живот. Дыхание прервалось, а в голове вдруг словно взорвалась бомба, напичканная воспоминаниями: вот Эсми с грустью смотрит на мои выходки до аварии, они с Карлайлом забирают меня то из полицейского участка, то из больницы, вот её глаза, когда я очнулся после того, как меня сбил автомобиль, вот она плачет надо мной, старательно пряча слёзы, потому что меня бесит любое проявление жалости… Сколько же горя я принёс ей и продолжаю приносить по сей день? Но бывало же и по-другому… Снова картинки замелькали в моей голове: вот мама радуется моей выписке из больницы, вот её глаза сияют, когда мы с Беллой, держась за руки, возвращаемся из сада, а вот её счастливые слезы, когда я выздоровел и смог, наконец, ходить. Я ведь могу сделать её такой счастливой! Что же со мной происходит? Что я творю? Опять хочу скатиться в бездну порока? Жизнь ничему меня не учит?

Эсми обернулась, обнаруживая моё присутствие, и, посмотрев на моё лицо, громко ахнула. Видок у меня, наверное, был ещё тот. Глядя в её покрасневшие глаза, полные слёз, но смотревшие на меня с такой любовью и добротой, я окончательно осознал, что натворил. Сделав шаг в сторону мамы, я рухнул на пол у стула, на котором она сидела, и, уткнувшись лбом в её колени, прохрипел:
- Мама… Прости меня, мама… я такой дурак! Я люблю тебя и не хочу, чтобы ты плакала из-за меня, прости.
Я искал покоя и прощения в родных объятиях , но не находил…Эсме гладила меня по волосам и целовала в макушку, приговаривая:
- Тшш, всё будет хорошо, мой мальчик. Всё ещё будет хорошо, ты только позволь помочь тебе, пожалуйста.
- Мама, я больше не буду, я всё понял. Я буду бороться и не стану прежним. Я хочу быть таким… каким был с ней, мама. Помоги мне. Как мне вернуть её, мама? – Я повторял это магическое слово из детства, надеясь на чудо… Но чуда не произошло… детство давно кончилось.
- Сынок, тебе нужно набраться терпения. Тебе нужно быть сильным - если Белла вернется и увидит тебя таким, как сейчас…

Я даже зажмурился, представив эту картину. Нет, только не это!

Белла ушла, но я люблю её и буду бороться. Я верну её назад, а для этого сначала вернусь сам.

Приведя себя в порядок, я первым делом поехал к шерифу и устроил скандал. Я требовал сказать мне адрес Беллы, дать возможность поговорить с ней по телефону, хоть что-то, но Чарли был неумолим.
- Эдвард, - сказал мрачно шериф, - Белле тоже нелегко, но она держится. Будь мужчиной.
- Почему она перевелась? Скажите, она ведь не вернётся теперь, да?
- Не знаю. Дочь не очень-то откровенна со мной сейчас, - горько усмехнулся Чарли.
- Она нашла себе другого парня, утешилась как-то? Она счастлива? Здорова? Скажите же мне хоть что-нибудь!
- Нет. Белла несчастлива, и я не знаю, что произошло. Она собиралась приехать, когда узнала о помолвке Элис, но потом… Что-то случилось, и она изменила решение. Рене ездила к ней, но ничего вразумительного не добилась. Эдвард, я хочу для своей дочери счастья и не пойду против её желания. Если она решит, что её счастье рядом с тобой, в чём я сильно сомневаюсь, так оно и будет, но пока у меня нет уверенности в этом… и поэтому я ничего не стану тебе говорить.
- Дайте мне шанс убедить Беллу в моей любви.
- Сначала я тоже хочу быть уверен в этом, и пока ты идёшь неверным путём. Докажи мне свою верность, надёжность...
- Как? Я готов на что угодно.
- Полгода.
- Что?
- Белла уехала и вернется, когда захочет. Но если она не приедет через полгода, и ты не передумаешь… Я разрешу тебе поехать за ней.
Моя голова закружилась… Так долго! Но это ничто по сравнению с тем, что я могу остаться без неё навсегда.
- Я согласен, - твёрдо ответил я.
- И чтоб без глупостей, - угрожающе добавил шериф, явно вспоминая вчерашнее. - Я буду присматривать за тобой.
- Я не дам вам повода усомниться в моей честности и порядочности, - с этими словами я развернулся и ушёл.

Я примирился с собой и с окружающими. Первым делам я попытался выпросить прощение у своих домашних, но они только махнули рукой.
- Чего с тебя взять, - пробурчал Эммет. - Я всегда знал, что ты с головой не дружишь. Скорее бы Белла вернулась. У неё получалось держать тебя в адекватном состоянии.
Элис дулась гораздо дольше, но и она, в конце концов, пожалела меня и перестала напоминать о моей «алкогольной депрессии». Я снова стал учиться, подрабатывать в «Денали-групп», но ни с кем не общался. Даже Элис с Джаспером не могли уговорить меня пойти в кино или кафе. Я вёл затворнический образ жизни, то ли наказывая себя за всё, то ли просто прячась от людей… Не знаю.

Как бы я ни старался отгородиться ото всех, но, вернувшись в реальный мир, мне снова пришлось исполнять все обязанности сына доктора Каллена: благотворительные приемы, музыкальные вечера. Мама настаивала, чтобы я хоть пару раз в месяц появлялся на них с ней или сестрой. Я не мог отказать им, чувствуя себя виноватым, и терпел эту пытку лицемерием, сжав зубы.

Несмотря на поддержку моей семьи, я всё же был очень одинок. Раньше, до несчастного случая, одиночество не тяготило меня, оно было безликим. Я заполнял его выпивкой и подружками. Теперь у моей тоски было имя – Белла… и никто не мог заменить мне мою девочку.

На гламурных вечеринках я был вежлив, учтив, но равнодушен. Постепенно я обнаружил, что скоротать время мне гораздо легче, если на приеме присутствует дочь давнего друга отца – Мелинда Ван Дейк. Это была неунывающая, вечно всем довольная девушка из самых «сливок» нашего общества. Её круглое личико всегда светилось приветливой улыбкой. Мне было легко общаться с ней. Своими чистотой, жизнелюбием и откровенностью она до боли напоминала мне… мою Беллу. Нет, я не искал замену, я помнил свою девочку каждую минуту, но я так устал страдать, а общение с Мелли было для меня как глоток свежего воздуха.

Наступили и прошли Рождество и Новый год. От Беллы не было никаких вестей. У меня вошло в привычку приходить к Чарли по субботам и молча смотреть с ним бейсбол в гостиной, пока его терпение не лопалось, и он не выдавал мне хоть какую-нибудь информацию о моей девочке. Так я узнал, что она пытается закончить колледж, а в свободное время подрабатывает в местной больнице на ресепшене. На какое-то мгновение реальной показалась мысль, что если обзвонить все больницы США, то рано или поздно именно Белла снимет трубку…

Толчком к изменению рутинной жизни стало появление Тани. Странно, что, работая в Денали-групп, я ни разу за всё это время не столкнулся с ней. На очередном «обязательном» музыкальном вечере я увидел её. Она откровенно завлекающе посмотрела на меня и, недвусмысленно облизнув губки, двинулась в мою сторону. Я поспешно ретировался - только этого мне и не хватало, проблем с мисс Денали. Я долго курил, прикидывая, как дать ей понять, что нас ничто не может связывать, кроме работы. Заходя обратно в большую гостиную, я услышал заливистый смех Мелинды, и меня осенило: вот кто спасет меня от Тани. Я поспешно отыскал мисс Ван Дейк в кругу её подружек и, утащив в сторонку, прошептал:
- Спаси меня! Меня хотят съесть!
- Кто? – засмеялась девушка, принимая мою игру.
- Таня Денали, - с намёком глядя в её весёлые глаза, ответил я.
- Ууу, это серьёзно. Я уже имею опыт общения с ней. Как-то перебегала ей дорожку, - ухмыльнулась Мелли.
- Ты знакома с ней?
- Да, мы вместе учились.
Я недоуменно сравнивал в уме возраст девушек, а Мелинда доверительно прошептала мне на ухо:
- Она училась в гораздо более старшем классе.
Я засмеялся её откровенности.
- Так она намного старше тебя?
- Да, и это оказалось решающим, когда один… хм, парень выбирал подружку из нас двоих. Тогда меня спасла только дружба наших родителей – её папочка сильно зависит от моего в бизнесе, так что ты удачно выбрал громоотвод – остальных девушек она просто съела бы на завтрак.
Я поднял взгляд и увидел приближающуюся к нам угрозу.
- Она идёт сюда, да? – спросила Мелли.
Я, улыбаясь, кивнул.
- Доверься мне, - она положила свою ручку мне на локоть и непринужденно засмеялась. Что-что, а держаться естественно в любой ситуации она умела.
- Добрый вечер, – поздоровалась подошедшая Таня.
Мелли повернулась и, сделав удивленно-радостные глаза, воскликнула:
- Таня, дорогая, какой приятный сюрприз! Я не знала, что ты сегодня будешь здесь, - и, не давая ей опомниться, продолжила: - Позволь мне представить тебе своего жениха Эдварда Каллена. Милый, а это - Таня Денали, моя давняя подруга.
Выражение лица Тани стоило того, чтобы написать с него картину. Она как-то даже позеленела немного, вытаращила глаза и, пытаясь взять себя в руки, неестественно громко спросила:
- Твой жених, Мелли? Вот уж удивила, так удивила… - У неё даже рот перекосило от усилия казаться вежливой.
- Да, мы пока официально не объявили, но тебе-то по секрету я могу сказать правду, подружка! – засмеялась Мелинда.

Я, перестав наслаждаться выражением лица Тани, вдруг осознал, что попал в ещё более затруднительное положение и разозлился: чёртова Мелли, своими шутками она поставила меня под удар. Уж теперь Таня позаботится, чтобы вся светская тусовка узнала о моей мнимой помолвке. Торопливо распрощавшись со всё ещё странно шокированной Таней, я потащил Мелинду к выходу. Оказавшись на улице, я взорвался криком:
- Ты сошла с ума! Что это за шутки!
- Да ты что, это же просто так… - от неожиданности девушка растерялась.
- А меня ты спросила? А вдруг для меня это не просто так, а? – Я отшвырнул пачку сигарет, которую было достал из кармана, и, оставив девушку одну на крыльце, быстрым шагом направился к машине. Она побежала следом, причитая:
- Эдвард, я не понимаю, что случилось? Это же была невинная шутка… Потом мы объясним всем, что разыграли Таню…
Я бешено посмотрел на неё через плечо, молча сел в автомобиль и, взвизгнув колёсами, умчался домой…

Я метался по комнате как дикий зверь, зная, что Таня не оставит такую информацию без внимания и так сумеет воспользоваться ей - даже чертям тошно станет. Мелли! Глупая девчонка! Что она может знать о проблемах вокруг меня? Я слышал, как вернулись с вечера сестра и мама, но не вышел на кухню, и они тоже не стали тревожить меня. Полночи я прокрутился с боку на бок и, уснув лишь к утру, проспал до самого обеда.

Выйдя на кухню, я наткнулся на недоумённо-осуждающий взгляд сестры.
- Что? – недовольно спросил я.
- Ты ещё спрашиваешь? Это я хотела бы знать, что это? – и она швырнула мне в лицо газету.
На первой полосе светской хроники красовался крупный заголовок: «Самый завидный жених побережья наконец-то сделал выбор!» А дальше шло описание моего выбора и всех радужных перспектив, ожидающихся от такого идеально подобранного союза Каллен - Ван Дейк.

- Ну? - грозно спросила Элис. - Там ещё полно подобных статей, - и кинула мне всю пачку. Я со стоном перебирал газеты. Все они пестрели заголовками примерно такого же содержания и фотографиями нашей с Мелиндой счастливой пары.

Я рухнул на стул.
- Надеюсь, никто из Свонов не читает эту светскую чепуху…
В дверь позвонили, и Элис впустила в дом виновато смотревшую на меня… мою новоиспеченную невесту.
- Я вас оставлю, - скорчив недовольную рожицу, протянула сестра и, громко хлопнув дверью, вышла из кухни.
- Эдвард, извини меня за вчерашнее, мы напишем опровержение. Я не понимаю, почему так сразу это попало в газеты… Я не думала… - растерянно забормотала Мелинда.
- Вот именно Мелли, ты не думала… - холодно сказал я, чувствуя себя последней сволочью. Девушка не виновата, что я так глупо проживаю свою жизнь, сам умудряясь портить всё лучшее и светлое, попадающее в мои руки.
- Но почему ты так расстроен, что меня назвали твоей невестой? Я так неприятна тебе? – обиженно надув губки, вдруг спросила Мелинда.
Я посмотрел на девушку и, пожалуй, впервые со дня нашего знакомства не увидел на её лице улыбки. Чёрт, я снова мудак! Она же ничего не знает! Для неё это просто недоразумение.
- Потому что у меня уже есть невеста! – вдруг выкрикнул я, разрубая этот узел одним махом. - И если она увидит это, - я сунул девушке под нос первую попавшуюся газету, - вряд ли у меня будет шанс когда-нибудь ещё раз увидеть её.

Я глубоко вдохнул, пытаясь унять гнев и страх.
Мелли стояла, раскрыв рот, и растерянно теребила рукав:
- Извини, я ведь не знала… Если бы ты рассказал мне раньше… я бы не стала…
Я уже немного справился с гневом и обреченно махнул рукой:
- Забудь, я как-нибудь улажу свои дела.
- Эдвард, пожалуйста, скажи, если я могу чем-нибудь помочь. Хочешь, я схожу к ней и признаюсь, что это лишь моя глупая шутка, - растерянно моргая, предложила Мелинда.
- Если бы я знал, где её искать, - безнадёжно вздохнул я, - то сам бы всё объяснил.
- Расскажи мне, что у вас случилось. Почему вы не вместе, если так любите друг друга, - попросила она, мгновенно загораясь детской идеей помочь несчастным влюбленным.

И я зачем-то рассказал. Чем больше я говорил, тем неожиданно легче мне становилось. Я будто перекладывал часть своей боли на хрупкие плечи этой неунывающей девушки. Её пухленькое личико морщилось от сострадания во время рассказа о моей инвалидности, и она не один раз прослезилась, когда я дошёл до избиения Беллы и смерти нашего ребёнка.

- Ты так любишь её. У вас всё получится, она вернётся, – хрипло прошептала Мелли, когда я закончил свой рассказ.
Она подошла ко мне, задумчиво разглядывая меня так, будто видела в первый раз.
- Хорошо, что ты рассказал мне это сейчас, - пробормотала она. - А то я уже начала влюбляться в тебя, а это было бы ошибкой. Теперь я понимаю, что между нами может быть только дружба. Я очень сочувствую и тебе, и ей…

Я облегченно кивнул и, поддавшись импульсу, сердечно обнял её, благодарный за сочувствие и доброту. Милая девочка, такая искренняя и доверчивая, какой же любви ты достойна! Но я не могу дать её тебе. Моё сердце принадлежит другой. Обнимая её, я с горечью подумал, что вот сейчас в моих объятиях девушка, которая идеально подходит мне по всем критериям нашего общества: из хорошей семьи со старинной фамилией и безупречной родословной, к тому же красивая, милая, искренняя, с любящим сердцем. Я мог бы полюбить её и даже научиться быть счастливым, но… я не любил. Моё сердце молчало рядом с ней. Я не чувствовал себя беспричинно счастливым просто глядя на неё, как это было с Беллой. Один взгляд моей девочки заставлял моё сердце переворачиваться, а одним касанием она зажигала в крови пожар, который могли потушить только прикосновения её губ и рук. Вот в чём была правда. Как советовала Элис, я попробовал увидеть её, и абсолютно уверен… Мне нужна только Белла.

В это время Мелинда подняла с моего плеча свою головку и, посмотрев в мои глаза, вдруг потянулась поцеловать меня… Я, было, растерялся, но в следующее же мгновенье отстранил девушку, так и не дав её губам прикоснуться к моим:
- Мелли, прости, ты замечательная, но… Я правда люблю другую девушку, - спокойно глядя в её глаза, твёрдо сказал я.

Она потупила взгляд, и на секунду мне показалось, что девушка заплачет. Но Мелинда справилась с собой и, быстро отвернувшись, подошла к окну. Несколько минут она молча изучала клумбы перед крыльцом, а потом бодрым голосом сказала:
- Ну вот, я рада, что мы всё выяснили. Теперь давай, будь настоящим джентльменом, вызови мне такси, а пока мы его ждём, напои свою гостью чаем.

Когда Эсми буквально через десять минут вернулась из парикмахерской, она застала нас пьющими чай и со смехом обсуждающими выражение лица Тани, в момент, когда та узнала о нашей «липовой» помолвке.
Так всё началось и закончилось.

А потом приехала тётя Беллы…
Познакомившись с ней в магазине, я не подозревал, что передо мной человек, который ещё вчера видел мою любимую. После поездки в торговый центр мы с Элис, не разговаривая, разбрелись по комнатам.

Вечером я, как частенько это делал в последнее время, смотрел на луну и вспоминал дни, проведённые с Беллой… Сколько раз я уже жалел о том, что в минуту отчаяния пообещал ждать полгода. Но сделанного не воротишь, а слово назад не возьмёшь и я терпел… Сегодня шериф хотел о чём-то поговорить со мной, но почему-то увильнул от беседы. Зато его престарелая сестрица, которой Элис помогала подобрать шмотки, полезла ко мне с поздравлениями. Как меня это достало!!! Мы, конечно, договорились с Мелиндой, что на следующий же день напечатают опровержение, но её отец встал в позу, настаивая, будто это испортит репутацию его дочери, и она прослывёт несерьёзной девицей. Пока я в панике устно пытался убедить всех в том, что это просто неудачная шутка, новость расползлась с невероятной скоростью. Через несколько дней я уже даже не пытался сдерживаться и срывался на всех, кто пытался меня поздравить.

От Беллы по-прежнему новостей не было, Чарли погряз в работе и, похоже, избегал меня… Вечерами на меня накатывала настоящая тоска. Мне казалось, что Белла больше не вернётся… Вдруг она узнала о моей мнимой помолвке, чувствует себя преданной и ненавидит теперь меня всей душой?
Поэтому, когда родственница шерифа стала лопотать что-то об удачной помолвке, я, еле сдержавшись от резких слов, поспешил удалиться. Мало того что она при приветствии одарила меня просто рентгеновским взглядом, так ещё и выслушивать её светские поздравления было выше моих сил. Раньше злость поддерживала меня, а теперь страдания захватили меня полностью, я держался из последних сил.

Весь день до вечера я чувствовал себя как на иголках, а вечером тоска совсем одолела меня. И поэтому, когда я узнал от сестры ошеломляющие новости о том, что приехавшая тетка и есть та родственница, у которой шериф прячет мою девочку, да и ещё как обухом по голове – известие о болезни любимой, то просто впал в ступор, а потом помчался к Чарли требовать объяснений.

Похоже, я застал Чарли с его родственницей за серьёзным разговором и, видя его растерянное лицо, испугался ещё больше:
- Что с ней, она здесь? Вы же не оставили её совсем одну там? Ради бога, расскажите, что происходит!
Я едва мог контролировать свой голос, засыпая тетю Беллы вопросами.

Она испытующе смотрела на меня:
- Приятно наконец-то с тобой познакомиться по-настоящему, Эдвард. Меня зовут Мери, и я могу задать тебе тот же вопрос: что происходит на самом деле?
- Вы спрашиваете об этом меня? Нужно было спрашивать у Беллы! Почему она не приехала сама? Почему она осталась учиться там? Что происходит, чем она болеет? Почему даже не позвонит?
- А почему ты не приедешь к ней? – воинственно сверкая глазами, спросила сестра шерифа. - Если она так дорога тебе? Я не поверю, что ты не можешь узнать, где она!
- Что? Но Чарли взял с меня слово, что я должен ждать полгода… Я обещал ему, и только это удерживает меня от дальнейших действий!
Женщина возмущенно повернулась к шерифу:
- Ты? Ты заставил этого мальчика ждать полгода? В то время когда твоя дочь медленно тает от любви… Да, да, от любви… Ты, конечно, чёрствый коп, но ведь и сам знаешь, что такое любовь! Сам до сих пор сохнешь по Рене и не замечаешь ни одной женщины, кроме неё! Как ты мог?
Шериф в смущении пожал плечами:
- Мери, не делай меня крайним, ты ведь знаешь - это всё не только моя вина… Пожалуйста, расскажи ему всё, что знаешь…
- Что ещё вы от меня скрывали? – ещё больше пугаясь, возмутился я.
- Я сам узнал всё это только сегодня утром. Не надо думать, будто я виноват в том, что произошло - Белла ни словом не обмолвилось об этих письмах!
- Какие письма? О чём вы?
- Белла получила по почте два письма, - торжественно произнесла женщина, - и она думала, что они от Чарли, как и первое, в котором лежала газета со статьей о помолвке Элис… Но, как сейчас выяснилось, они вовсе не от него.
- А что было в письмах, и когда она их получила? - вскричал я, чувствуя, как мой желудок сжимается в предчувствии беды.

Тётка Беллы встала с табурета и принесла из комнаты несколько газет. Я, еле сдерживая нервную дрожь, взял из её рук затертые листы и замер в шоке.

- Но это ложь! Я этого не делал! Откуда появились такие статьи? Эти фотографии… откуда они? – моему возмущению не было предела.
- Мы не знаем, - поджала губы тётя. - Но именно после того как Белла увидела их, она решила не возвращаться в Форкс, хотя у неё даже билет уже был куплен, и оставалось только собрать вещи…
Я схватился за голову и застонал:
- Когда? Как давно это было?
- Где-то через пару недель после суда над Кармен, - печально ответила женщина.
Мои мысли вихрем закружились в голове. Белла ещё тогда могла бы вернуться ко мне, быть рядом, и мы избежали бы всех этих месяцев страданий… Но кто послал ей эти газеты? И откуда они вообще взялись?

Я поднял взгляд на шерифа, Чарли виновато отвёл глаза и предположил, что на почте кто-то мог узнать адрес Беллы и… Но кому это нужно, он не догадывается…

Я снова вскинул яростно заблестевшие глаза и хотел сказать что-нибудь резкое о его профессиональных навыках, но шериф опередил меня:
- Я всё выясню… и в редакции мне не смогут отказать в информации. Я найду ответственного за это, Эдвард. Поверь, я чувствую вину за то, что допустил такое и разберусь… Но это ещё не всё, - он нахмурился. - Как ты можешь объяснить вот это? – и он показал мне ещё пару газет…

Я сжал зубы. Так и знал, что рано или поздно кто-нибудь покажет им этот бред!
- Она и это видела? – пряча глаза, спросил я.
- Так это правда? - не дала мне увильнуть от ответа упрямая родственница шерифа. - Ты действительно помолвлен с той девушкой?
Я понимал их чувства и знал, скажи сейчас: «Да», - и Чарли снесёт мне голову с плеч и будет прав. Но это была неправда.
- Нет, - вздохнул я, силясь собраться с мыслями и правильно объяснить им суть проблемы. - Вернее, статья - реальная, а информация в ней – ложная… - И я рассказал, как неудачно всё сложилось с помолвкой и её последствиями…
- Как Белла отреагировала на эту статью? – еле слышно осмелился спросить я, закончив свой рассказ.
Тетя Мери тяжело вздохнула и грустно ответила:
- Плохо. Если после тех статей она решила не возвращаться и попыталась как-то справиться с собой и своими чувствами - Белла училась, работала, и я надеялась, что девочка сможет пересилить себя, то после этого… Я нашла её в комнате без сознания, а когда она пришла в себя, то двое суток ничего не ела и не вставала с постели… Всё плакала и читала в интернете похожие статьи… Белла говорила, что так и должно быть, что мисс Ван-Дейк идеально подходит тебе, и ещё много чего в том же духе… Потом мне надоело, и я отобрала у неё ноутбук, чтобы она не мучила себя… Я всяческими способами пыталась отвлечь её и заставить поесть, но бедная девочка как будто таяла у меня на глазах, и когда она в очередной раз потеряла сознание, мне удалось договориться о её госпитализации, а самой приехать сюда… Я хотела посмотреть в глаза парню, из-за которого так убивается моя племянница и… плюнуть в его наглую физиономию… - немного смутившись, закончила женщина.

Я покрутил головой.
- Если бы всё это было правдой – меня мало было бы прибить…

Я с отчаянием посмотрел в глаза отцу Беллы и яростно прошептал:
- Вы видите, к чему привела наша разлука? Я чуть не упился до смерти, а она… Если вы хотите остановить меня, то оденьте прямо сейчас наручники и посадите в тюрьму… Но учтите – я буду сопротивляться! Вы ошиблись, считая, что ей будет лучше без меня… Завтра утром я первым самолётом лечу к Белле, и никто меня не остановит!

Я вскочил с табурета, опрокинув его, и, не сказав больше ни слова, выскочил из дома шерифа.
Приехав домой, я метался из угла в угол, не зная куда деть себя от нетерпения. Мысли кружили в голове, эмоциями ударяя в грудь и раз за разом переворачивая сердце. У меня холодел позвоночник, когда я представлял, что почувствовала она, увидев мои фотографии с Мелиндой, пробуя поставить себя на место моей девочки. Я бы не пережил, увидев её с кем-то… Вот так… Я такой дурак! Нужно было сразу с этой газетой бежать к Чарли и, наплевав на гордость, просить рассказать Белле правду. Не допустить, чтобы она узнала вот так! Нет, я же разубеждал всех, кроме единственного человека, мнение которого имело значение, и вот теперь… Моя любимая заболела от того, что думает, будто я предал её, забыл нашу любовь. Она поверила, что я вернулся к старому образу жизни… И я понимал её… так как был близок к этому. Без моих родных это запросто могло бы случиться…. То, что я устоял – в этом малая доля моей заслуги… Представить не могу, что моя девочка почувствовала, увидев те газеты, где я в клубе… Наверное, разочаровалась во мне…

Теперь я знаю, почему она не вернулась… Белла не разлюбила меня, не забыла… Она подумала, что забыл я…

Я стонал от невозможности ускорить нашу встречу, грыз костяшки пальцев и, когда в комнату зашла сестра, кинулся к ней, как к спасению, и, судорожно вцепившись в её руку, вывалил ей на голову всю информацию, не заботясь о последовательности и связности моего рассказа. Элис с грустью выслушала меня, иногда охая или злясь.

- Конечно, нужно поехать к ней и убедить Беллу в том, что на самом деле всё не так, и ты любишь и ждёшь её…
- Я уже заказал билет, но места были только на рейс в три часа дня. Её тётя будет там утром и заберёт Беллу из больницы… Элис, как мне дожить до встречи с ней, я сойду с ума… Я боюсь лечь спать… я не могу ни о чём думать… Только скорее… скорее…
- Так не пойдёт, нужно отвлечься чем-то, братик… Тебе завтра потребуется ясная голова. Вам предстоит серьёзный разговор. – Элис надолго задумалась. - У тебя есть целых полдня. Ты мог бы заняться поисками доказательств и виновных.

- Да, точно, мне нужно найти настоящие номера этих газет… В нашем архиве они должны быть, и я попробую пробиться в редакцию газеты – вдруг получится узнать, кто причастен к подделке… Шериф обещал разобраться в этом, но и я не буду сидеть сложа руки!

Мы ещё немного поговорили, и сестра ушла к себе, пожелав мне удачи, а я так и просидел всю ночь, роясь в интернете и выкуривая одну сигарету за другой…

Утром я, не завтракая, помчался в архив и три часа копался в газетах, выискивая нужные номера… Я нашёл их и еле уговорил строгую администраторшу сделать с них копии… Закончив к полудню с архивом, я заехал домой взять собранные заботливой Элис вещи и помчался в аэропорт.

Там, в ожидании посадки, я позвонил Чарли. Шериф с утра уехал в редакцию газеты, и мне хотелось узнать новости. Мистер Свон поделился со мной прелюбопытнейшей информацией. На время это даже отвлекло меня от мыслей о Белле.

Чарли без зазрения совести воспользовался своим служебным положением и, пригрозив редактору, выяснил, что «липовые» выпуски были тайно сделаны в единственном экземпляре по заказу некой мисс Денали, фото смонтированы из материалов предоставленных ей же, а статьи написал самый низкопробный писака их редакции. Он же и взял с заказчицы баснословную сумму, не забыв поделиться с редактором... Изменены были только те страницы, где печатались мои фото, остальные для правдоподобности сохранили реальный вид. Учитывая, что я уже видел оригиналы в архиве, меня удивило лишь имя инициатора… Таня… Теперь стало понятно, почему она была так потрясена, когда Мелли представила меня своим женихом. Наверное, она считала, что расправилась с Беллой, и пришла «подбирать» меня – брошенного и несчастного. Ха-ха, её план не удался… И, чёрт её дери, она отомстила! Растрезвонив всем о нашей помолвке и интуитивно, по-женски, чувствуя, что Белле будет больно узнать такое… сделала «контрольный выстрел», отправив ей газеты…

Предоставив Чарли самому разбираться со всеми этими махинациями, я сосредоточился на мыслях о любимой. Нам предстоял серьёзный разговор. Я должен быть очень убедителен - судя по рассказам её тети, Белла и разговаривать со мной не станет. Спасти меня может только эффект неожиданности… Моё сердце подгоняло самолёт… Я ерзал весь полёт и доставал стюардесс постоянными вопросами о времени посадки и просьбами принести кофе. Мой организм приходил в ещё более возбужденное состояние от количества поглощаемого мной кофеина. И вот наконец-то я в Ванкувере.

Благодарности замечательной бете werebat2406 СЮДА
Ольге, нашей супер внимательной гамме СЮДА
А я жду вас всех на ФОРУМЕ