- Элисон Оливия Брендон! – властный голос матери разнёсся по всему дому раскатами грома, но я даже не шелохнулась, это не было чем-то из рода вон выходящим. Ирэн Брендон никогда не умела спокойно переносить даже малейшие провинности других. И, увы, я была единственной её «подчинённой». Отец сбежал, когда мне было десять, а брат двумя годами позже смылся в академию. Я подняла глаза на мать, и моё лицо вновь исказила кривая ухмылка.
- Мам, не ори. Я не глухая, - лёгкий смешок. Нам было невозможно уживаться вместе, слишком уж были схожи характеры. Женщина, звавшаяся моей матерью, размахнулась и влепила мне очередную пощёчину. Обычное событие в нашем доме. Но что-то с самого начала пошло не так. Я, давно привыкшая, почему-то, медленно, но верно стала закипать. Но дальнейшее старалось убедить меня в том, что всё идёт как по маслу.
- Как ты смеешь так разговаривать с матерью! Хамка! Я тебя растила, кормила, а ты. Дрянь неблагодарная, - Ирэн голосила, не забывая при этом хлестать меня по щекам. И тут я разозлилась, как никогда. Что-то схожее испытала лишь после самого первого в своей жизни удара, но теперь всё было иначе. Краски стали ярче, а мысли ураганом носились в голове, сметая всё вокруг. Я словно вдруг сорвала все оковы и смогла высказать всё, что незамедлительно и сделала.
- Как ты со мной, так и я с тобой. Задолбала! Ненавижу! – ругательства непрерывно вылетали из моего рта и находили отклик в глазах матери. Она тоже взбесилась, била меня по губам и старалась задеть как можно больнее. Вдруг во мне что-то оборвалось, и в голове сложился ясный план.
- Я. Ухожу. Из. Дома, - эту фразу я произнесла, чётко выделяя каждое слово. Мама замерла, недоверчиво сузив глаза, и засмеялась. Она зло посмотрела на меня.
- И куда же? К папаше своему? Или братцу? – Ирэн усмехнулась. Я развернулась и вихрем влетела в свою комнатку. Закинув в рюкзак пару футболок, кофту и балетки, немного помедлив, вытащила из ящика mp3, фотоаппарат и все свои накопления. Мама стояла в дверях, преграждая мне путь, - Ну так к кому же? – я, протиснувшись в коридор, обернулась. Она продолжала прожигать во мне дыру. Всегда терпеть не могла этот взгляд.
- Не твоё дело, - быстро сбежав по лестнице, схватила куртку и распахнула дверь. Морозный воздух просачивался на все участки моего тела, так как я была в одной тонюсенькой домашней футболке. В голове крутилась лишь одна мысль: к Эдварду немедленно. Покидая дом своего детства, услышала крик мне в спину:
- И больше не возвращайся! – да, мамочка, и тебе удачи. Я тебя тоже люблю. Расслабиться я смогла лишь в автобусе, включив плеер на полную громкость. Когда я в последний раз, из окна, окинула взглядом город, по щеке скатилась одинокая слезинка. Тут была вся моя жизнь, а впереди лишь неизвестность. Тряхнув головой, прошептала:
- Прощай, Балтимор… - скоро всё изменится. И я в том числе.