POV Белла

Утром воскресенья я проснулась в кольце рук Эдварда. Ночью ни я, ни он не двигались, и теперь моя шея болела, что безо всяких сомнений было результатом лежания на "гранитной" подушке.
Запрокинув голову, я взглянула на его лицо. Он, конечно же, не спал, но всё равно был спокойным и умиротворённым. Я на секунду задумалась, что он делал на протяжении ночи, пока я спала. Подняв руку, я погладила его лоб, откидывая с него волосы, и глаза моего вампира распахнулись, тут же встретившись с моими.
Зевнув, я пробормотала: "с добрым утром", прежде чем отодвинуться от него и потянуться, разминая свои затекшие мышцы. Он отпустил меня, сдержанно улыбнувшись в ответ.
Снова придвигаясь к нему, пока мы не оказались бок о бок, я положила руку на его холодные пальцы.
- Как ночь прошла? Хорошо? - спросила я, когда он развернул руку и сжал в ней мою ладонь. Его губы тут же изогнулись в кривоватой улыбке, и он закивал головой. - Ты в хорошем настроении, - заметила я, радостно подмечая это существенное отличие от того, что было вчера.
- Ты, - начал он напряжённым шёпотом, тут же опуская глаза. Я взяла его за подбородок и приподняла его голову, заглядывая ему в глаза.
- Что? - наконец спросила я, безуспешно пытаясь понять по выражению его лица, что он имел в виду.
- Ты разговариваешь.
Моё лицо мгновенно приобрело тёмно-красный оттенок, и я немного отодвинулась, пряча глаза в тщетных усилиях выглядеть хладнокровно. Я попыталась вспомнить, что мне снилось прошлой ночью. С тех пор, как я встретила его, он очень часто мне снился, но в последнее время сны стали более... личного характера. Более смущающими. Я не могла вспомнить точное содержание своего последнего сна, но знала, что оно не могло быть невинным. Продолжая бороться с собой, изо всех сил пытаясь взять себя в руки, я почувствовала прикосновение холодного, дрожащего пальца к своему подбородку.
Когда он медленно поднял моё лицо, я не смогла сдержать ни улыбки, которая расползлась на моём лице, ни предательских слёз, когда наши взгляды наконец пересеклись.
- Ч-что... я... сказала?... - спросила я. Несмотря на своё смущение, я продолжала улыбаться, сжимая его ладонь в своей руке.
Спустя несколько минут молчания, я сдалась: отвечать он мне явно не собирался.
- Мне нужно принять душ и позавтракать, - сказала я ему, отпуская его руку и передвигаясь потихоньку к краю кровати. Он торжественно кивнул и, расслабившись, медленно опустился на матрас, поворачиваясь на бок и сворачиваясь в комочек, оборачивая при этом одеяло вокруг плеч.
Я схватила свою сумку и направилась в ванную.
Закончив с утренними процедурами и вернувшись в спальню, я заметила, что он снова стоит у окна, прижавшись к нему ладонями и лбом, и смотрит куда-то вниз.
Он выглядел как заключённый, отчаянно желающий вырваться на свободу, которая для него недосягаема. Моё настроение становилось всё хуже, пока я наблюдала за ним, думая о том, какие мысли сейчас проносятся в его голове.
Стоя в дверях спальни я пыталась решить, как же сказать то, что - я знала - сказать просто необходимо.
- Ты же знаешь, что можешь... - начала я, и от моего сердца с каждой секундой отламывались всё новые маленькие-маленькие осколки. Он вскинул голову, чтобы посмотреть на меня, и выражение его лица выражало смесь недоумения и страстного желания. Приблизившись к нему, я понизила голос и теперь практически шептала, - ты знаешь, что можешь уйти... если хочешь. Я не буду останавливать тебя, - сказала, наконец дотянувшись до него, - мы не будем принуждать тебя остаться.
Пожалуйста, не уходи, кричала я беззвучно. Пожалуйста... не уходи.
Когда он снова посмотрел в окно, в его глазах горело отчаянное желание и тоска, и он практически беззвучно прошептал:
- Я не... я не думаю, что смогу.
Мы стояли бок о бок, держась за руки, и смотрели, как солнце медленно карабкается вверх по небосклону, наблюдали, как просыпается мир за окном. Скоро нам нужно будет выйти на улицу; он должен получить шанс испытать всё это. Если он никогда не был свободен, он скорее всего понятия не имеет, на что способен. Мысль о том, что мы будем вместе на улице, была практически сюрреалистична, и я не могла дождаться момента, когда это станет реальностью.
Элис вошла ровно в четыре, садясь на самый угол кровати.
- Привет, ребята, - сказала она, обводя невидимые узоры на одеяле. Эдвард автоматически отшатнулся от неё, но смог сдержать рычание. Я с надеждой посмотрела на своего вампира, крайне взволнованная тем, что он не был, как обычно, охвачен ужасом.
- Тебе скоро уже будет пора ехать домой, - начала она, нарушая тишину. - Чарли будет не так придирчив, если ты поужинаешь с ним, - она была права. Я бессвязно проворчала что-то, понимая, что мои выходные подходят к концу.
- Он хотя бы дома? - спросила я пропитанным раздражением тоном.
- Ага, он сегодня не рыбачит. Думаю, он надеется увидеть тебя, - чувствуя, что сейчас мне предстоит выслушать обвинительную речь, я уже хотела вмешаться и сказать что-то, дабы избежать этого, но прежде чем я успела открыть рот, она продолжила, - Белла...
- Я знаю, знаю.
Она тихо хихикнула и пробормотала: "конечно, знаешь", громко ровно настолько, чтобы я смогла это услышать. - Итак: следующие выходные, - начала она свою проникновенную речь о наших планах на пятницу и субботу. В пятницу будет вечер встречи выпускников, а в субботу - мой день рождения, что превращало предстоящие выходные в мой личный ад. Ну, зато у меня будет возможность провести одну ночь здесь. Хоть мы с Чарли вместе праздновали мой день рождения очень редко, когда это всё-таки происходило всё, чем мы занимались - это поднимались пораньше, чтобы приготовить завтрак, и он смотрел, как я распаковываю подарки. Я с нетерпением ждала этого, потому что такое празднование было одной из немногих традиций, всё ещё сохранившихся между мной и Чарли. Поэтому я знала, что ночь пятницы пройдёт вне этого дома, но надеялась, что никто не будет против того, чтобы я провела ночь субботы здесь. Я выкинула все эти мысли из головы, пытаясь не дать им повлиять на моё настроение.
Мы говорили о вечере встречи выпускников, и хоть я и пыталась сопротивляться, приводя свой день рождения как аргумент против похода на танцы, я прекрасно видела, что Элис уже вышла из-под контроля. Эдвард ничего не говорил, но он не рычал и дрожал намного меньше, чем обычно. Он только очень внимательно следил за каждым её движением.
В пять часов пришло время собираться домой. Я оставила книгу на столе и собрала все свои вещи в кучу, засовывая их в сумку и ставя её после этого рядом с дверью. Подойдя к краю кровати, где сидел Эдвард, с любопытством наблюдавший за мной всё это время, я опустилась перед ним на колени. Он тут же протянул ко мне руку, и я схватила её, переворачивая и рисуя на его ладони невидимые узоры. Он глубоко вдохнул и закрыл глаза, все его мышцы немного напряглись из-за моих прикосновений.
- Мне нужно уехать домой. Мой отец - Чали - он ждёт меня.
Я попыталась встать, но он сильнее сжал пальцы на моём запястье. Открыв глаза, он угрюмо посмотрел на меня.
- Ты... ты вернёшься? - спросил он, сдвинув брови.
Прежде чем ответить, я подняла руку и погладила его лицо.
- Конечно, вернусь.

POV Карлайл

Был вечер вторника, и я безвылазно сидел в своём кабинете, просматривая всё новые и новые кипы бумаг, которые, возможно, были связаны с браслетом. Всё своё свободное время я посвятил попыткам выяснить, где он находился, и хотя никто не мог дать мне ответа на этот вопрос, я смог найти несколько больниц, которые использовали похожие браслеты. Но, однако, пока что ни один из них не подошёл. Если честно, я знал, что в записях из больниц я скорее всего не найду ни капли нужной нам информации. Просмотрев последний документ в одной из подшивок, я уныло захлопнул его, вздыхая от осознания всей тщетности моих усилий.
Я услышал лёгкий стук в дверь, и сопровождающее его сердцебиение тут же выдало личность моего посетителя.
- Входи, - громко сказал я, собирая все документы в стопку и отодвигая их в сторону.
- Он сказал, что его горло болит, - объяснила мне Белла, заходя в кабинет. Она тут же села на кожаное кресло, - его мучает жажда?
Я кивнул, думая, как же лучше действовать.
- Скорее всего, - ответил я, поднимаясь с кресла. Она тут же последовала моему примеру, и мы вместе спустились в холл. Как только Белла уехала домой, я начал обдумывать, что же мог значить огонь в его горле.
Прошло всего несколько дней с тех пор, как он ел в последний раз, и я не собирался кормить его до четверга, но мне не хотелось допускать хоть каплю риска в ситуации, в которую был вовлечён этот вампир. Особенно когда Белла проводит рядом с ним так много времени, подумал я с беспокойством.
Я знал, что за последние несколько дней он достиг определённых успехов, хотя я не был их свидетелем - обо всём этом я узнал от своей семьи. Я стал проводить больше времени в больнице, когда понял, что не могу праздно шататься по дому, в то время как Белла день за днём рискует своей жизнью, особенно осознавая, что она неминуемо подвергается при этом опасности.
Я всё ещё не мог понять, почему остальные так спокойно воспринимали всю эту ситуацию. Если опираться на видение Элис, из этих строящихся взаимоотношений не выйдет ничего хорошего. Но мы были семьёй, и я не мог присвоить себе абсолютную власть, хоть и считался "отцом семейства". На самом деле, мы с Розали не могли бороться с четырьмя голосами в поддержку Беллы, но я, чёрт возьми, не мог сидеть дома и ждать, когда же разверзнутся глубины ада.
Именно из этих соображений я углубился в работу. За прошедшие две недели, моё посещение больницы было как минимум редким, и, если быть совсем уж честным с собой, я радовался этому перерыву в непрекращающейся драме, в которую превратилась наша жизнь.
Однако всё это значило, что когда в доме происходили какие-то улучшения, на которые я бы точно обратил внимание, мне о них сообщалось как будто в качестве одолжения. И надо было признать, что его всё возрастающее доверие к Белле было чем-то необыкновенным, и я мог только надеяться, что когда-нибудь он сможет испытывать его и к кому-нибудь из нас.
- Мне пойти с тобой? - спросил Джаспер, прерывая мой мыслительный процесс. Хотел ли я этого? Мы все знали, что Джаспер был последним членом нашей семьи, кому бы вампир начал доверять, но была вполне возможна ситуация, при которой спокойствие Джаспера сможет помочь.
- Нет, - ответила мне Элис, впорхнув в комнату и сев рядом со своим супругом. Она многозначительно посмотрела на него и объяснила, - думаю, сейчас будет лучше, если Карлайл пойдёт один, - она повернулась ко мне и продолжила, - сейчас я вижу, что он будет в порядке... Просто не торопись, не принимай его поведение как должное, хорошо?
Я торжественно кивнул, перебирая в голове все возможные значения слов "в порядке". В конце концов, я схватил свой чемоданчик, пошёл на кухню, где заполнил его пакетами с животной кровью, а затем направился к лестнице.
Войдя в комнату, я попытался идти как можно ближе к стене, держась от него как можно дальше. Когда я увидел его, он уже прижимался спиной к спинке кровати, поэтому я быстро поставил свой чемоданчик на пол. Я здесь, чтобы помочь тебе, подумал я, сомневаясь, что слова, произнесённые вслух, будут сейчас подходящими.
- Я Карлайл, - помедлив, представился я, и застыл в ожидании хоть малейшего признака того, что он меня понял. Но он продолжил отодвигаться от меня, пока не упёрся спиной в дерево, после чего он угрожающе зарычал.
- Белла сказала, что у тебя болит горло? - спросил я, делая ещё один шаг к кровати. На матрасе лежал открытый где-то посередине "Дракула" в кожаном переплёте. Я подошёл к нему и взял его в руки, внимательно оглядев. Я насладился запахом этой старой книги, прежде чем положил её на прикроватный столик.
- Скорее всего, так твоё тело реагирует на жажду, - объяснил я, пытаясь держаться от него подальше. Его рычание стихло, и он распрямил плечи, когда я продолжил, - я кормил тебя не так уж и давно, но если ты испытываешь жажду, думаю, будет лучше, если мы не будем тратить время впустую, - это не будет приятно, но сделать это необходимо.
Он недоверчиво посмотрел на меня, немного приоткрыв рот в недоумении. Ты слышишь меня, Эдвард?
Я заметил, как его дрожь немного усилилась, и если бы я не наблюдал за ним так внимательно, я бы не обратил на это внимания, но было что-то в том, как его взгляд неуверенно метнулся в мою сторону. Он нервничал всё сильнее.
- Всё в порядке, - сказал я, подходя к своему чемоданчику, - всё, что я хочу сделать - это накормить тебя.
Он крепче сжал руки вокруг своих колен, когда я быстро и тихо обошёл кровать, садясь на её край прямо рядом с ним. Когда я потянулся за книгой, его рычание и дрожь тут же усилились.
- Итак, - начал я, листая страницы, - Дракула, ха? - я хмыкнул. У людей были такие интересные представления о мире вампиров. Я задумался о том, почему Белла изо всех книг выбрала для него именно эту. Я не мог понять её решения, если только он сам не выбрал её. Это была любимая книга Эммета, но Белла никогда не выказывала к ней ни капли интереса. Я был уверен, что она выберет Остин или Бронте.
Подсознательно я заметил, что рычание вампира смягчилось, но, тут же поняв, что это было связано с моими мыслями о Белле, я постарался снова заполнить ими свою голову.
- Эммет любит Дракулу, - наконец сказал я, - ему нравится, что обычно наш вид описывается как имеющий массу слабостей. Из-за этого он чувствует себя сильным, героем, - положив книгу на место я потянулся к чемоданчику, открывая его и выкладывая содержимое на стол рядом с нами, - тебе нужно поесть.
Его глаза встретились с моими, пока он продолжал тихо рычать, тяжело и отчаянно дыша. Цвет его глаз всё ещё был относительно светлым, но я не мог позволить себе рисковать; не тогда, когда это касалось безопасности Беллы. Я взял кружку и налил в неё немного крови, прежде чем поставить её на стол.
- Ты можешь попробовать, - начал я, думая, как же поднять нужную тему. - Можешь попробовать выпить её сам, но это скорее всего не сработает, - объяснил я, снова доставая трубку, - хочешь попытаться?
Я внимательно смотрел на него в ожидании ответа, какого-то движения, которое покажет мне, что он выбрал. Я был уверен, что его тело отвергнет кровь, но чем больше вариантов я давал ему, тем выше становилась вероятность того, что всё пройдёт как надо.
Наконец он закрыл глаза и легонько покачал головой, давая мне ответ. То, что он продвинулся так далеко всего за прошедшие две недели казалось просто немыслимым.
Я встал, внимательно следя за тем, чтобы не делать резких движений, чтобы не напугать его, и размотал трубку.
- Я собираюсь делать это медленно, - объяснил я, пытаясь показать ему, что бояться нечего, - если тебе нужно будет, чтобы я замедлился, или ты почувствуешь, что паникуешь, я остановлюсь. Просто дай мне знать, хорошо?
Я медленно протянул руку и дотронулся до его ладони. Он вздрогнул, отчаянно пытаясь отодвинуться ещё дальше, но двигаться ему уже было некуда.
- Ты в порядке?
Я не собираюсь причинять тебе боли, повторял я мысленно, безуспешно пытаясь успокоить его; это ничуть не действовало на вампира.
Поэтому я вернулся к мыслям о Белле, единственной, кому он, кажется, доверял. Я думал о её дне рождения, о CD-плеере, который Эммет и Розали купили для неё, и представил, как она отреагирует, когда откроет подарок. Летом Элис с Эмметом отвезли её на выходные в Калифорнию, и единственной причиной, по которой Белла позволила Элис отвезти их, было то, что в её пикапе не было соответствующей "музыки для поездок". Мы встретили их там и провели тот чрезвычайно пасмурный день в парке развлечений.
Я попытался не обращать внимания на то, что он успокаивается, и продолжил воспроизводить в памяти все счастливые воспоминания о нашем любимом человеке, но когда наши взгляды пересеклись, я не мог не задуматься о том, что же заполняет его мысли.
Однако я быстро вернулся к воспоминаниям, прежде чем показались первые признаки паники. Я подумал об их выпускном, о том платье, которое Элис заставила её надеть. Она упала, спускаясь по лестнице, и сломала лодыжку. Я помню то выражение чистейшего счастья и восторга на её лице, когда я сказал ей об этом; она ничуть не заботилась о своём теле, главным было то, что ей больше не нужно будет танцевать на людях. Я нежно улыбнулся, вспоминая тот междусобойный выпускной, который мы устроили в нашей гостиной: Эммет легко кружил её по комнате, пока Элис делала кадр за кадром.
Когда воспоминания о той ночи подошли к концу, я опустил его на спину и уже был готов вставить трубку.
- Она не причинит тебе вреда, - прошептал я, подготавливая её, - ты себя нормально чувствуешь? - он не ответил, но наши глаза встретились на мгновение, поэтому я продолжил.
Я подумал о летних вечерах, которые мы проводили на реке, плавая и устраивая пикники. Она всегда ненавидела то, что нам приходится готовить еду, зная, что это всё было из-за неё. Но Эсми любила готовить, а Эммет любил атмосферу пикников, поэтому мы могли убедить её, что мы получали от этого удовольствие. Она действительно возродила в нас нашу человечность, за что мы все были ей бесконечно благодарны.
- Глотай, - тихо сказал я, продолжая удерживать воспоминания в голове, когда трубка упёрлась в заднюю часть его горла. Он безмолвно подчинился, глядя на меня с отчаянием во взгляде. - Хорошо, ты просто молодец, - я подбадривал его так же, как подбадривал бы любого другого своего пациента, - всё почти закончилось.
Прошлое лето было лучшим из всех, которые любой из нас мог вспомнить. Оно было таким воздушным и лёгким. Иногда Чарли посещал наши пикники, и тогда нам приходилось есть, но это были мелочи. Чарли сидел на берегу реки вместе с Джаспером, и они рыбачили, хотя у них редко что-то клевало из-за девушек, плещущихся рядом.
Когда трубка была на месте, я знал, что мне нужно вернуться в реальность, даже если только на минуту, и покормить его. Он повернулся к двери, но не сделал ни движения, чтобы сбежать. Пока по трубке проносился поток крови, я потянулся за чашкой и просунул свободную руку ему под голову, немного приподнимая её над подушкой.
- Тебе нужно понюхать это, - объяснил ему я, поддерживая его за шею и поднося чашку к его носу. Он поднял на меня взгляд, и я легко мог прочитать на его лице страх. А затем он закрыл глаза. Я почувствовал, как по мне проходит волна спокойствия и улыбнулся, безмолвно благодаря своего сына за его помощь. Я должен был знать, что он где-то рядом.
Эдвард быстро втянул носом воздух. Я почувствовал, как его тело рефлексивно дёрнулось, как только запах крови достиг его органов чувств, и тут же убрал чашку. Я повернул его голову и откинул с его лба волосы, шепча: "всё в порядке" снова и снова. Потянувшись к его руке, я сжал её в своей, и он, паникуя, крепко сжал в пальцах мою ладонь. Его тело отчаянно тряслось, пока он хватался за мою руку, но в конце концов он начал успокаиваться.
Кровь продолжала поступать в его организм, и когда он наконец замер, я снова поднёс к его носу чашку. Он резко отшатнулся от меня, и вжался головой в подушку в тщетной попытке защититься. Мне жаль, подумал я с мукой, но это нужно сделать. Если бы Белла так не привязалась к нему, то мы могли бы позволить себе рискнуть, но все обстоятельства сложились так, что я должен действовать с предельной осторожностью, и не только чтобы всё закончилось благополучно для него, но и ради Беллы; я не видел другого способа преодолеть его отрицание крови, и позволить его жажде охватить его я не мог - это была бы катастрофа. Всё, что я смог придумать - это попробовать медленно приучить его к запаху крови, что, я надеялся, позволит его телу понять, что потребление крови приносит только положительный эффект.
Я опустил кончик пальца в чашку, обмакивая его в кровь, с удовольствием втягивая сладкий запах. Это была только животная кровь, которая была намного менее притягательна, чем человеческая, но она всё ещё вызвала в моём горле знакомое жжение. Я поднёс палец к его носу, пытаясь сделать свои мысли спокойными и в то же время умоляющими.
Наконец он снова вдохнул. За этим тут же последовал рвотный позыв, но на этот раз он был намного слабее. Я снова отодвинулся и вытер руку; на сегодня было достаточно. Я всё ещё хотел быть уверенным, что он будет полностью сыт, поэтому молча достал очередной пакет с кровью. Продолжая кормить его, я заполнял мысли всеми счастливыми воспоминаниями о Белле, которые я только смог вспомнить. Когда в него поступала уже пятая пинта крови, я медленно вынул из него трубку и поднялся на ноги.
- Ты в порядке? - спросил я снова, складывая всё оборудование обратно в сумку.
Его дыхание медленно становилось спокойным, и дрожь в его руках утихла.
- Ты должен нормально себя чувствовать как минимум до выходных. Твоё горло всё ещё болит?
Я быстро посмотрел на него, надеясь, что причиной этой боли была именно жажда. Он немного приподнялся на кровати и покачал головой, переворачиваясь на бок и обхватывая руками колени. Я улыбнулся и тихо подошёл к двери, бросая на него через плечо быстрый взгляд.
- Ты можешь спокойно ходить по дому, - добавил я, не особо уверенный в том, что это было безопасно, - я знаю, что ты видел кабинет, но ты свободно можешь осмотреться и там, и в других комнатах. У нас есть, естественно, ещё много других книг - которые могут показаться тебе более интересными, - я хотел продолжить, но, кажется, лимит его принятия моего нахождения рядом с ним на сегодня был исчерпан, - если тебе что-то потребуется, я буду в кабинете, - опустив голову и улыбнувшись, я быстро вышел из спальни.

от переводчика:
простите меня, дорогие читатели, но я просто валюсь с ног после двух суток без сна. в этой части могут быть ошибки, потому что сил на проверку у меня просто нет - надеюсь, вы меня простите за это. а вторая часть появится с утра - там осталось не так уж много, но она очень приятная, честно. и на один из основных ваших вопросов в ней будет дан ответ, так что не пропустите!
и что вы думаете о воспоминаниях Карлайла? как они проводят время с Беллой? похоже, она для них всех стала своеобразным солнцем полуночи.
в общем, я жду вас на ФОРУМЕ!