Я не должен позволять ей этого делать. Я не должен ей этого позволять.
Но я поддался и открыл рот, отодвигая верхнюю губу, зная, что от этого я могу выглядеть яростным и агрессивным. Но даже если она так и подумала, то это никак не отразилось на ее лице. На самом деле даже казалось, что при виде моих зубов она еще больше возбудилась.
Я стиснул зубы и с трудом втянул воздух, когда она их коснулась. И откинул голову назад.
Она судорожно вздохнула и закусила нижнюю губу, потом убрала палец. Я схватил ее руку и снова прикоснулся ею к зубам.
- Просто… немного удивительно. Сделай опять, - прошептал я.
Она улыбнулась и снова нежно прикоснулась, потом робко потерла мой передний зуб, и я издал звук, который она называла урчанием. Тело мгновенно откликнулось.
Она убрала пальцы и привстала на локте, чтобы оказаться ближе ко мне.
- Не двигайся, - сказала она, положив руку мне на затылок. – Я хочу кое-что попробовать, – она наклонилась вперед и встретилась со мной взглядом. – Доверься мне.
А затем очень медленно и очень осторожно провела языком по верхнему ряду моих зубов.
Боже правый! Я зарычал и бросился в другой конец комнаты, меня переполняло желание укусить ее.
- Прости, - выдохнула она.
- Нет. Мне понравилось. Очень понравилось, Белла. Но это слишком.
- Иди ко мне, - нежно произнесла она, протянув ко мне руки, ее слова снова были эхом моих собственных.
- Кстати, ты великолепно выглядишь в этом костюме, - с улыбкой сказала она, когда я забрался на кровать.
- Хмм… Я не знаю… - кожаные ботинки и плащ еще ничего, но брюки…

- Нет, Эдвард, поверь. При взгляде на тебя хочется тут же тебе отдаться. – Она вспыхнула и зажала ладонью рот.
Я рассмеялся во весь голос.
- Что ж, в таком случае, я никогда не буду это снимать.
Она шлепнула меня и притянула к себе.
- Я люблю тебя, Эдвард. Так сильно люблю.
- И я тоже, - ответил я, осыпая поцелуями ее лицо, и лег рядом.
- Я снова хочу тебя, - прошептала она в промежутках между поцелуями и забралась на меня сверху. – Как ты… - начала она, посмотрев вниз на мои кожаные брюки.
- Позволь мне, - прохрипел я и застонал, когда костяшками пальцев почувствовал покрытую влагой кожу между ее ног. Я высвободил свой член и был готов скользнуть в нее, но вспомнил про презерватив. Потянулся и достал один из ночного столика, а через мгновение я уже был внутри моей Беллы. На этот раз мы занимались любовью медленно и нежно, не отрывая губ друг от друга.
Потом она заснула в моих объятьях, и я не шевелился, пока не услышал мысли Элис о том, что через 40 минут мы, во что бы то ни стало, должны идти на боулинг.
Впрочем, я не собирался жаловаться по этому поводу. Кино, боулинг, поход девочек в SPA – я ценил вклад моей семьи, то, как они пытались заполнить последние человеческие дни Беллы. Предлагая ей разные развлечения, они давали ей пищу для будущих воспоминаний. Эсме, в свою очередь, изо всех сил старалась напичкать Беллу самыми разными кулинарными изысками. Белла, возможно, за всю свою жизнь столько не ела.
Хорошее время проходит чертовски быстро, -пробормотал я про себя, когда девочки ушли в SP утром в среду. Умом я понимал, что произойдет в пятницу. Я должен буду укусить Беллу. Но когда я пытался представить себе это, мой мозг отказывался обрабатывать подобную информацию.

Зная, что пока Белла с Элис, Розали и Эсме отдыхают, я окажусь запертым в собственных мыслях, парни позвали меня охотиться. Все молчали, не зная, чем сгладить дискомфорт, который все ощущали. И они были правы.
- Эдвард, - начал Джаспер, когда мы бросились за стадом американского лося, - тебе станет легче, если я скажу, что не ощущаю, чтобы от нее исходило хоть какое-то сожаление? Да и страха впрочем нет. Она совершенно преданна тебе и готова на это пойти.
- Да, это меня успокаивает, спасибо. Просто… я два года всеми силами пытался избежать того, чтобы ее укусить, а теперь сам решил это сделать. Это… странно. А потом… потом, я думаю о Розали и Эсме, и о том, как они хотят, чтобы частью их жизни стали дети…
- Это правда, - вмешался Эмметт, - именно из-за идеи с ребенком Розали больше всего против решения Беллы. Но знаешь что, Эдвард? Я никогда не видел в Белле особого стремления к материнству. То есть, я немного другое хочу сказать – Белла стала бы отличной матерью, только посмотри, как она заботится обо всех нас. Но я о том, что она заботилась о своих родителях и о себе самой так долго, что уже отчасти воплотила эту идею. Я не знаю, есть ли смысл в моих словах.
- Эмметт, - продолжил Карлайл, - я вижу очень много разумного в твоих словах. И Эдвард, укусить ее специально, чтобы обратить ее – это нечто иное, нежели укусить ее ради того, чтобы выпить кровь и убить. Она этого хочет. Вы оба решили, что так будет правильно для вас обоих. Поэтому это решение не означает, что ты поддался своим черным помыслам. На самом деле ты совершаешь невероятно сложный поступок ради женщины, которую ты любишь, и которая любит тебя.
Я вздохнул и кивнул с благодарностью за этот разговор. Он мне помог.

Когда вечером девочки вернулись, я отчаянно жаждал какого-нибудь веселья. И все решил к приходу Беллы.
- Проголодалась, любимая? – спросил я, как только она вошла в дверь спальни.
- Эй, Эдвард, я… - она замерла на месте, разглядывая меня. Хихикнула и прошла через комнату. – Что это?
Я сверкнул улыбкой, которую, я знаю, она любила.
- Пункт 33, конечно, - я лежал на нашей кровати обнаженный, подперев голову рукой. Моя эрекция, как стрелка, указывала на нее. – Тут есть шоколадное и ванильное мороженое, шоколадный сироп, вишня, и еще взбитые сливки. Все необходимое для десерта. Только вот посуды для него нет.
Она закусила нижнюю губу и захихикала, оставляя пальто и сумку у дверей.
- Кстати, эта прическа тебе идет. Хорошо повеселились?
- Да, было забавно. Мне понравилось даже больше, чем я ожидала, - ответила она, снимая джинсы и топ. – Надеюсь, ты не против, - шутливо проговорила она и отбросила в сторону нижнее белье.
- Странный вопрос, глупенькая, - сказал я и, потянувшись к ней, погладил обнаженное бедро. Я втянул воздух, когда она повернулась ко мне, и я впервые заметил, какие произошли изменения внизу ее тела. – Мило, - прохрипел я, проведя по ней пальцами.
Она вспыхнула и стала наблюдать за тем, как я ее разглядываю. Через мгновение я притянул ее на руку к себе на кровать.
- Знаешь ли, - усмехнулась она, обмакнув палец в шоколад и поднеся его ко рту, - Я еще не ужинала.
- Что ж, ничего страшного. Сегодня можно начать с десерта, – она рассмеялась, и мне нужно было именно это. – Итак, я в твоем распоряжении, – я откинулся на спину. – Я давно не ел мороженого. Напомнишь мне, как сделать десерт?
- Конечно, с радостью побуду твоим учителем, - усмехнулась она и потянулась к пиале с шоколадом. Она взяла лопаточку, потом задержала руку над моим животом, следя за моей реакцией, и стала ждать, пока сталь коснется моей кожи. Я почувствовал холодное прикосновение, но сфокусировался на моменте, когда она слизнет это с меня.
- Не очень холодно? – спросила она.
- Нет, Белла, совсем нет. На самом деле, мне даже жарко.
Мои слова привели к той реакции, что я ожидал, - румянец залил ее лицо, и она покачала головой. Она убрала шоколад и взяла ваниль, и скоро я снова ощутил холод на груди.
- В десерте важно разнообразить вкус, - начала она объяснять, - если бы у нас был банан, мы бы и его использовали, - нараспев говорила она, - хотя у нас, может быть, есть такая возможность… – она пробежалась лопаточкой по моей затвердевшей плоти и засмеялась, когда я с трудом втянул воздух – она явно добилась того, что хотела.
- Теперь, - продолжила она, - украшения – это то, что превращает простое мороженое в истинный десерт
Она взяла бутылочку с шоколадом и перевернула ее донышком вверх. Я усмехнулся ее консервативному решению. Она сдобрила мороженое, а потом, взглянув на мое лицо, переместила свою цель и покрыла один мой сосок. – И взбитые сливки – обязательный компонент любого десерта, особенно десерта «Мороженый Эдвард», - она улыбнулась и поймала мой взгляд. – К тому же, мне всегда хотелось слизать взбитые сливки с твоего члена, - на этих словах она встряхнула баллончик и с воодушевлением покрыла мое достоинство сладкой пеной, а потом добавила немного и к мороженому.
Я нежился в звуках ее учащенного сердцебиения и дыхания. Запах ее возбуждения смешивался с цветочными ароматами, исходившими от ее волос после салона.
- А теперь, - начала она, убрав баллончик в сторону, - лично я категорически против вишни. Во-первых, от них сливки становятся красными, а во-вторых, они перебивают вкус. Так что надеюсь, ты не расстроишься, если мы обойдемся без них.
- А я надеялся, ты увенчаешь меня одной, - прохрипел я, крайне возбужденный всем этим представлением, да и самым фактом, что она будет есть прямо с меня.
Она ярко вспыхнула и опустила взгляд, пытаясь скрыть смущенную улыбку.
- Ладно, пора двигаться, - наконец, рассмеялась она. И начала наклонятся, но внезапно остановилась.
- Не расслабляйся! – она соскочила с кровати и бросилась к тумбочке, чтобы подобрать волосы.